Ты уже знаешь, что делать.

Не спеша сажусь на край своей кровати и тяну за поводок, влеку тебя за собой. Ты послушно плетёшься на четвереньках и поудобнее устраиваешься на дрожащих коленях у меня между ног.

Ты уже знаешь, что должен сделать.

Такими же дрожащими, наверняка от возбуждения, руками тянешься к ремню на моих джинсах, пытаясь его расстёгнуть. С этим я тебе помогаю. Хах, как мило, от предвкушения даже руки заплетаются и ты на подобные, сложные, как для твоего состояния, движения не особо способен. С пуговицей справился сам, хоть и все силы как будто испарились. С ширинкой было справиться тебе ещё легче, особенно если это преграда к самому, как ты сейчас считаешь, сладкому. Приспуская ткань боксеров, высвобождаешь из тесного пространства джинс уже давно стоящий член, а всё из-за твоей милой мордашки. Первую минуту или две ты просто неспешно проходишь кончиками пальцев вверх и вниз по всей длине, заставляя моё дыхание участиться, а сердце заставить биться быстрее. И только спустя это время берёшь чуть ли не пылающую головку в не менее горячий и влажный рот. Медленно начинаешь двигать головой, привыкая к присутствию чего-то чужого во рту. С каждым разом пытаешься взять больше и дойти до основания. Довольно неумело, но это так мило. Ты изо всех сил пытаешься доставить мне как можно больше удовольствия, но не знаешь как правильно это делается. Для тебя такое впервые. И эта твоя наивность, непонимание некоторых действий заставляет кровь бурлить. А ведь всегда ты был таким холодным, как не посмотрю на тебя - так холодом и веет. Но сейчас... Сейчас ты жарче любого палящего солнца Аризоны. Твои глаза сейчас смотрят вверх, на меня. Только на меня. А в неоновом свете, что установлен в моей комнате, ты ещё прекраснее. Освещение и падающие тени подчеркивают эти прекрасные черты лица. Щёки, на которых аккуратно лежали веснушки, немного растрёпанные волосы, часть которых торчали из под твоей любимой шапки-ушанки, снимать которую не хотелось. В сочетании с ошейником она тебе чертовски шла. Кусаю свои губы со внутренней стороны и шепчу сам себе под нос не связное предложение на родном языке, чего ты не понимаешь, но как только во рту разливается нечто тёплое и вязкое, ты понимаешь, что означали те слова. Отстраняешься и проглатываешь, облизав губы и закашлявшись по своей неумелости. Я тяжело дышу, восстанавливая дыхание. Даю тебе таки откашляться, после чего вновь хватаю в руку поводок и тяну его на себя, заставляя залезть на кровать и проследовать ко мне. Немного отползаю от края и усаживаю тебя к себе на колени.

Ты опять всё уже знаешь на пару шагов вперёд.

Вполне быстро стягиваешь свои штаны с боксерами. Ты согласился действовать без этой долгой подготовки, которая, если честно, меня очень бесила со всеми этими проститутками, которые не уточнили, что я буду у них первым. Ты же действуешь сразу, стараясь только для меня. Ты стерпишь эту временную боль ради меня. Медленно насаживаю твоё тело на член, дабы тебе было больно не с самого начала, а просто дискомфортно. Я ведь тоже люблю тебя. Не торопясь начинаю движение. Ты сжимаешь мои плечи сильнее, тихо шипишь. Я тебя успокаиваю, но слова мало когда помогают. Решаю двигаться в таком темпе до первого стона, что станет командой для начала более быстрого движения. Это случается. Темп растёт. Ты обнимаешь меня. Сквозь твои ласкающие и обжигающие дыханием ухо стоны начинает проскальзывать моё имя, развратные фразочки по типу «Пожалуйста... Быстрее... Умоляю... Глубже...». Мне нравишься такой ты. Хотелось бы этот момент растянуть ещё на пару часов, но силы уже были на исходе, а волна сладкого наслаждения уже приближалась. В первую очередь она накрыла тебя, из-за чего на моей футболке оказались капли белой смазки. Но я не злюсь. Ты сегодня окупил её цену. И вторым в наслаждении утопаю я, а ты чувствуешь внутри ещё большее тепло, нежели испытал во рту. Мы оба чуть ли не падаем на мягкую кровать. Ты обнимаешь меня, и нежно целуешь. Я сразу же отвечаю, углубляя поцелуй, ощущая языком тёплое пространство чужого рта. Приятное чувство. Поцелуй разрывается, дабы мы могли сделать глоток воздуха. Но нас продолжает соединять тонкая ниточка слюны, что красиво переливалась разными цветами на фоне неоновых огней.

• • •

Америка резко открывает глаза и быстро садится на кровати, крепко сжимая одеяло в руках. Очередной сон, где события зашли дальше простого России, что наряжался в разные эротические женские костюмы и ходил за США на поводке с завязаными чёрной повязкой глазами. Кинув взгляд на одеяло, Америка увидел уже привычную картину в виде небольшого бугорка между ног. Было уже раннее утро, и солнце только что встало, не до конца освещая лучами комнату. Ну, в душ всё равно идти надо было. Потом Канаде скажет, что просто рано проснулся. И взяв из шкафа полотенец со сменной домашней одеждой в виде простой футболки и шорт, парень приоткрыл дверь из своей комнаты. Оглядевшись для убеждения, что никого нет рядом, тот направился в ванную, пытаясь не разбудить брата.

Но все мы знаем, что сны иногда снятся и вещие.