Часть 27
30 мая 2026 г., 17:08
После отъезда Хосока прошло несколько дней.
Жизнь будто вернулась в привычное русло.
Чимин ходил на занятия.
Тэхён периодически появлялся в квартире.
Юнги работал.
Но внутри всё было совсем не так спокойно.
Особенно у Юнги.
Песня была почти закончена.
Он писал её по ночам.
Исправлял строчки.
Менял аранжировку.
Переделывал припев.
И каждый раз приходил к одному и тому же выводу.
Это песня про Чимина.
Полностью.
От первой до последней ноты.
— Что ты опять прячешь?
Чимин появился за его спиной так неожиданно, что Юнги чуть не подпрыгнул.
— Ничего.
— Врёшь.
— Не вру.
— Врёшь.
Чимин перегнулся через спинку кресла.
Юнги моментально свернул проект.
Слишком поздно.
— Так это музыка!
— И что?
— Ты несколько недель над ней сидишь!
— Работа.
— Дай послушать.
— Нет.
— Почему?
— Потому что нет.
Чимин надулся.
Совсем как ребёнок.
И почему-то именно это заставило Юнги сдаться.
Через десять минут Чимин уже сидел в наушниках.
Сначала он просто слушал.
Потом перестал двигаться.
Потом нахмурился.
А потом поднял взгляд.
Очень медленно.
— Это…
Юнги уже жалел о своём решении.
— Что?
— Это про меня?
— Не начинай.
— Хён.
— Не начинай.
— Это про меня.
Не вопрос.
Утверждение.
И хуже всего было то, что отрицать уже не получалось.
— Просто песня.
Тихо сказал Юнги.
Чимин смотрел на него ещё несколько секунд.
А потом неожиданно улыбнулся.
Совсем по-другому.
Мягко.
Тепло.
И сердце Юнги снова сделало то самое неприятное сальто.
Через неделю в Сеул приехал отец Чимина.
Вместе со своим старым другом.
Кан Сонхо.
Человек, которого знала половина музыкальной индустрии.
Не владелец огромного агентства.
Не миллионер.
Но человек со связями.
Очень хорошими связями.
Они встретились в небольшом кафе.
Сонхо долго расспрашивал Чимина про учёбу.
Про планы.
Про музыку.
А потом спросил:
— Ты сейчас чем-нибудь занимаешься?
— Пою.
— Есть записи?
Чимин замялся.
А потом вдруг вспомнил о песне.
Той самой.
Юнги.
На следующий день Сонхо позвонил сам.
— Кто написал эту песню?
— Мой сосед.
— А кто будет её исполнять?
— Не знаю.
— Теперь знаешь.
— Нет.
Юнги даже не дал закончить объяснение.
— Почему?!
— Потому что нет.
— Хён!
— Нет.
— Это шанс!
— Нет.
— Ты не веришь в меня?
И вот тут Юнги замолчал.
Потому что проблема была совсем не в этом.
Наоборот.
Он верил слишком сильно.
Гораздо сильнее самого Чимина.
И именно поэтому боялся.
Потому что эта песня была его признанием.
Замаскированным под музыку.
Вечером раздался звонок.
— Юнги.
— Хосок.
— Ты идиот.
— Спасибо.
— Всегда пожалуйста.
— Чего тебе?
— Мне рассказали про песню.
Юнги прикрыл глаза.
— Тэхён.
— Конечно Тэхён.
— Ты серьёзно собираешься спрятать лучшую песню за последние годы?
— Это не твоё дело.
— Моё.
— Почему?
— Потому что однажды я тоже испугался.
И ты до сих пор помнишь это.
На несколько секунд воцарилась тишина.
— Не повторяй мою ошибку, Юнги.
После этих слов связь оборвалась.
А Юнги ещё долго смотрел в экран телефона.
На следующий день он молча положил флешку на стол перед Чимином.
— Что это?
— Минусовка.
Чимин поднял голову.
— Хён…
— Только попробуй облажаться.
И впервые за долгое время оба улыбнулись одновременно.
