Синий с чёрным

      Настя открыла пришедшее ей сообщение. Оно оказалось от неизвестного номера и содержало в себе следующее:

А помнишь, как мы на крыше сидели? Как мы поцеловались впервые там? Помнишь, как под дождём гуляли? Я помню…

      Девушка сразу догадалась от кого смс. Миша. Она мысленно закатила глаза. Да, она помнила эти милые моменты. Но ещё она помнила, как он напился и стал приставать к ней, тогда девушка убежала к подруге. Помнила, как переживала за него, когда он неизвестно куда пропал, а оказалось, что он загулял с друзьями. Помнила, как ему писали совершенно незнакомые девушки, и как застала его в постели с другой, а ведь тогда простила.       Настя повернулась на другой бок и стала рассматривать спящего Ростика. Она помнила моменты с Мишей, но с Ро намного лучше. С ним тепло, с ним чувствуешь родной запах. Даже самый долгий поцелуй никогда не становился противным, а в постели Ростислав совершенно другой. Нет, Миша — это прошедший этап, о котором даже думать не хочется, не то что возвращаться.       Ростик завозился и перевернулся на бок лицом к Насте. Его руки притянули её в объятия, и девушка улыбнулась на эту неосознанную ласку.       Через несколько минут она почувствовала, как её поцеловали в макушку.       — Доброе утро, — послышался сверху чуть хриплый ото сна голос.       — Доброе.       — Насть, а сегодня уже три месяца, как мы вместе, — улыбнулся Ростислав.       — Я знаю, — девушка приподнялась на локте, заглядывая ему в глаза.       — Признаюсь честно, мне помогли это понять.       — Что понять? — недоумённо спросила она.       — Что я люблю тебя, — скромно улыбнулся Ростик и заправил у Насти прядь волос за ухо.       — Я тоже люблю тебя, — рассмеялась она и поцеловала его в губы.       Через мгновение девушка оказалась прижата к подушкам. Ростислав нежно целовал её шею и ключицы, плавно спускаясь.

***

      — Твою же мать, я предупреждал тебя? — рыкнул Колпаков, хватая Мишу за воротник.       — Ростик, нет! — крикнула было Настя, но тот бросил на неё выразительный взгляд. Это заставило девушку отступить и наблюдать за ними.       — Да, но я люблю её! — воскликнул тот и зажмурился.       — Если бы любил, то не отпустил! Но ты бросил её! Это не любовь, это просто чувство собственничества. Забудь её, — прошипел Ростислав. — Иначе получишь по своей милой мордашке.       — Хорошо. Я отстану. Только не бей, — прошептал парень.       — Так лучше, — проговорил Ро, опуская его на землю. — Насть, иди ко мне.       Девушка осторожно подошла и переплела их пальцы, чуть прижимаясь плечом.       — Я больше не буду писать тебе. Забудь меня, — тихо проговорил Миша.       — Уже забыла, — безразлично пожала плечами она. — Ро, пошли домой.       Мужчина кивнул, и они ушли. Парень посмотрел им вслед и тяжело вздохнул. Теперь она точно забыла его. И он забудет, может быть чуть позже, но забудет. Он видел, как она посмотрела на него, а потом на Ростика. Миша тяжело вздохнул и решил, что лучше к ним больше не лезть.

***

      — Думаешь, он успокоится? — спросила Настя, входя в квартиру.       — Уверен. Если вдруг будут какие-то действия с его стороны, то я за себя не ручаюсь, — нахмурился Ростислав.       — Перед полицией мы спишем всё на раздвоение личности, — хихикнула девушка.       — Хочешь подставить моего Эдварда? — наигранно-обиженным тоном сказал он.       — Если ты сорвёшься, то парня изобьёт именно он, а не ты, — пожала плечами она.       — Тебе не кажется странным, что мы говорим о моём несуществующем раздвоение личности?       — Мы оба странные, — рассмеялась Настя.       — Что есть того не отнять, — улыбнулся Ро. — А ещё я не против вкусно поесть.       — Будет сделано, — она побежала на кухню, по пути решая, что сегодня приготовить.       После этого инцидента с Мишей в переулке появилось странное чувство, что дальше всё будет только лучше. В ней поселилась лёгкость, будто она сбросила тяжёлый груз со своих плеч.       Когда она стояла и что-то готовила у плиты, Ростик подошёл к ней и обнял со спины. Он аккуратно поцеловал её в щёку и положил голову на плечо.       — Маленькая моя, — выдохнул Ро, прижимаясь сильнее.       Настя по-доброму усмехнулась. Намёки на её низкий рост ей никогда не нравились, но из уст Ростика всё перекрывало его нежное: моя… Ради этого она была готова терпеть и «маленькая», и «мелочь», и «полторашечка»… Да всё что угодно, лишь бы было моя.