Кто же я?

За несколько минут до возвращения Нацу и Люси… — Вот же! — кричал Грей. — сами уперлись, а нас здесь оставили? Я УБЬЮ ГОЛОВЕШКУ, ПУСТЬ ТОЛЬКО ПРИДЁТ СЮДА! — - Ох, ничего ты не понимаешь Грей. — остановила вопли Фуллбастера Эльза. — Я ничего не понимаю?! — кричал Грей. — Если бы понимал, не кричал бы! — сказала Эльза. — Я сейчас выброшу все твои тортики вместе с этой телегой! — сказал Грей. — ЧТО ТЫ ТАМ ВЯКНУЛ, ПРО МОИ ТОРТИКИ? — сказала разъярённая Эльза, ударив своим копьем Титании Грея. — Ладно, ладно. Я сдаюсь. — прохрипел Грей. — Вот и хорошо. — сказала Эльза снова став милой и спокойной. В этот момент в палатку вошли Нацу и Люси. — Ребята, так как вы опоздали я вам все расскажу. Мы с Греем поставили 2 палатки. В одной будем жить мы с Люси, а во второй вы с Нацу. Работой займёмся завтра, а сейчас всем спокойной ночи. — сказав это Эльза схватила Люси за руку и они выбежали из палатки и юркнули в своё женское царство. Парни ещё несколько минут простояли в тишине, а затем Грей расстелил постель и улёгся спать. Нацу же наоборот вышел на улицу и сел неподалеку от входа. Эльза завела Люси в палатку и начала расспрашивать. — Ну давай рассказывай, как далеко вы зашли? — спросила откровенно Эльза. — Э? Ты вообще о чем? — Поинтересовалась Люси. — Что? Разве у вас с Нацу ничего не было? — удивленно спросила Эльза. — Нет. — сказала Люси, выдавая свою грусть. — А ты от него что-то ждёшь? — поинтересовалась Эльза. — Я вспоминаю каким он был раньше и понимаю, что мне не хватает его внимания. — расстроенно заметила Люси. А в это время с задней стороны палатки сидел Нацу и все слышал, он заметил, что Люси вела себя странно и решил узнать в чем дело. — Вот как. — выдыхая заметил парень. — Я и не думал, что ты что-то ко мне чувствуешь. Через несколько минут Нацу услышал тихий плачь, плакала Люси. Нацу вернулся в палатку и накрыл глаза рукой, через несколько минут начался дождь. Парень схватил подушку и закричал в неё изо всех сил: — А-а! Когда он убрал подушку с глаз, по щекам скатились слезы. Парень снова накрыл глаза рукой, но это не помогло. — Боже, мне 20 лет, а все ещё такой дурак, а она, ей всего 19-избалованная глупышка, наивная дурочка. Я больше чем уверен, что ещё девственница. — Нацу рассуждал, стоило ли ему сделать её своей или лучше разбить мечты и сломать девушке жизнь. Одно без другого не шло. С одной стороны, однажды ей придётся жить во взрослой жизни, но с другой ему не хотелось оставлять шрамы в её жизни. — Блин я бросаюсь из крайности в крайность, завтра разберёмся. С этими словами его глаза закрылись и он погрузился в мир снов.