Тебе нравится дым...

— Шульц! Немедленно встань и прочь из аудитории!       Наконец-то. Выгнала, карга. Я молча встаю, собираю со стола тетрадки и иду к двери. Все молча. — Гелька, — хватает меня за руку Максим. — Доиграешься же! — Все тип-топ, не морозь, — я улыбаюсь, накидываю на плечо лямку рюкзака, переглядываюсь с Юлькой и выхожу из аудитории.        Перед тем как выйти из аудитории, я шутливо снимаю кепку, кланяюсь и выдаю: — Наше вам с кисточкой, Ядвига Иоанна!       С заднего ряда послышался громкий смех. — О, Господи, вы меня до цугундера доведете! До пенсии не доработаю! Тихомиров! Встал и пошел следом за Шульц! Как обычно, громким смехом отозвался Русик, за что был послан следом за мной.       Мы вышли из аудитории, дошли до лестницы. Остановившись, мы переглянулись и разразились дружным громким хохотом. — Долго она сегодня терпела, — сквозь смех сказала Руслан. — Это точно, — я порядком успокоилась и глянула на Русика. Смуглая кожа, темные волосы, карие глаза и атлетическое телосложение. Да, по нему многие девки курса сохнут. Но ему от этого ни жарко, ни холодно.       Мы сели на подоконник и стали ждать звонка. — Лин, слушай… А вот если бы ты знала, что завтра твоя жизнь кардинально изменится, чтобы ты первым делом сделала сегодня? — Руслан смотрел на меня. Лучи майского солнца освещали его, отчего его левый глаз сощурен. — Ну… Не знаю. Наверно, извинилась бы перед всеми и призналась бы в своих чувствах… — прозвенел звонок. Послышались шаги, коридоры наполнились шумом. — Етить-колотить, да вы бессмертные! — вот держась за руку к нам подошли Юля и Миша. Красиво смотрятся. Худощавый темноволосый Миша, высокий с зелеными глазами и миниатюрная Юля — брюнетка с наивными карими глазами. Уже третий год вместе. Душа в душу живут.       Русик усмехнулся. Громко переговариваясь, взрывая коридоры смехом, к нам подошли Ярик и Максим. Точнее, Ярик был источником шума, а второй лишь снисходительно улыбался.       Я встретилась глазами с Максимом. Ох, какие же у него глаза… — Ну что? Ждем Кирюху и валим? — спросил Ярик. — Ярик! Ярик, покатай меня! — со спины на Ярика заскакивает Кирилл. Они перекидываются шуточными оскорблениями, Ярик пытается скинуть друга со спины. — Ну все, все в сборе, идем устраивать суету! — Юлька самая первая побежала по лестнице.       Миша усмехнулся, с любовью глядя на девушку. Следом за Юлей, с веселым улюлюканьем понеслись Кирилл и Ярик. — Идиоты, — Максим спокойно пошел за ними.       Я посмотрела на Максима. Тот шел с невозмутимым лицом. Непонятно, почему он вообще прибился к нашей компании, потому что особо ни с кем он не общался близко, да и в целом был немного замкнутый.       Мы расселись по лавочкам в сквере, что располагался неподалеку от университета и все пошло своим чередом. Юля на коленях у Миши, болтая со мной, а он бережно поглаживает ногу девушки. Рядом с ними сидит Максим и разговаривает с Мишей. Кирилл, как обычно, доебывает Ярика. Только Русик непривычно тихий. Молчит, глядя на молодые листочки, трепешущиеся под легким ветерком. Что-то с ним не то… — Русь, пошли отойдем, — я смотрю на друга почти в упор.       Руслан переводит взгляд на меня, молча встает. — Что с тобой случилось? Ты какой-то странный сегодня. Молчаливый, да еще и вопрос твой этот… Не в твоем стиле, — я убрала на лоб очки.       Руслан молчал. Даже не отшучивался, как он это обычно делает. — Русь… Что случилось? — я заволновалась. — Ты мне нравишься, Лин… — Руслан спрятал руки в карманы. — Пойдем, мне нужно вам всем кое-что рассказать…       И, не дожидаясь меня, он пошел ко всем. — Ребят, мне нужно вам кое-что рассказать, — Руслан стоит, опустив голову, глядя под ноги. Руки все так же в карманах.       Все выжидательно смотрели на парня. — Я скоро умру, — выдал наконец Руслан.       Нашему удивлению не было предела. Даже Ярик с Кириллом прервали свои шуточные бои, зависнув, словно их поставили на паузу. Первой не выдержала Юля. Смех ее был неуверен и непривычно тих: — Смешно, Рус, очень смешно… — Это правда. Вы же знаете, что мы с Серегой часто наведываемся в места с плохим прошлым. Так вот, в прошлые выходные мы наведались в одно из таких мест, — Руслан сплюнул, достал из кармана пачку сигарет, взял одну и закурив, продолжил рассказ. — Сначала все как обычно было. Потом пошли мы на второй этаж. А там холодрыга, ветрище. Мы в ступор. На первом этаже ветра не было, да и помните, наверно, что погода в выходные была просто волшебной.       Парень сделал длинную тягу и выпустил дым. Молча кусая губы, как делал всегда когда волновался, он смотрел то на меня, то себе под ноги. — Ну ладно, подзабили мы на это, — продолжил Русик после короткой паузы. — Идем, а по коже, как будто толпы муравьев бегают. И сука, ощущение, что кто-то так пристально и со злобой на тебя смотрит… — Русик, не смешно, — чуть испуганно протянула Юля. — Чувак, рил не смешно, — нахмурился Ярик. — Я бы и сам рад сейчас сказать, мол, ха-ха, чувачки, шутка, — Руслан чуть повысил голос. — Он не шутит, — хмуро сказал Миша.       Мы молчали, Руслан одной затяжкой докурил почти половину сигареты и выкинул ее, качнулся с пятки на носок, спрятал руки в карманы. — Продолжай уж давай, — нетерпеливо сказала я, поправив волосы, которые легкий ветерок швырнул в глаза. — Не томи. — Ходим мы из комнаты в комнату, а это ощущение взгляда такое бесящее. Я сказал об этом Сереге. Он, оказывается, тоже ощущает это. Я ему говорю, может, ну его, пошли по съебам. Ну Игорек — это Игорек. Да нет, давай, еще один этаж остался, пошли, может, найдем что. Думаю, хуй с тобой. Пошли дальше… — Вы где шарились-то? — спросил Кирилл, покачивая ногой. — В морге, — после недолгого молчания ответил Русик. — Вы ебанутые?! — изогнул бровь Максим. — Да знаю я, — нервно нахмурился Руслан.       Морг находился в подвале заброшенной больницы. О ней ходит дурная слава, потому что после Великой Отечественной там проводили опыты над людьми. Точнее, только в морге и над психически нездоровыми людьми, у которых не было родственников или они на них просто забили. Людей пытали, мучали, без наркоза отрезали конечности и оставляли умирать. Потом обо всем этом узнало правительство и прикрыло лавочку. Это все рассказывали по телевизору и я даже как-то в шоке с того, что творилось. — Мы и залезли собственно через подвал. Это даже не подвал был, а как будто минус первый этаж. Прикиньте, насколько там здоровое здание. Поднялись мы в холл. А там что-то типа регистратуры. Серега сразу туда, интересно ведь, вдруг что-то оставили. Стали копаться в делах… — Руслан замолчал и побледнел. — Ну? Что там было?! — Юля нетерпеливо кусала губы. — Дела. На меня и Серого, свежие совсем, с фотками нашими, но мы таких не вспомнили, — Руслан снова закурил.       Повисло молчание. Лишь шум машин нарушал тишину. — Мы как эти ебаные дела увидели, сразу деру оттуда и гнали до окраин, без остановки, — Руслан сделал последнюю тягу и выкинул окурок.       Все молчали. Из-за этого молчания воздух словно наэлектризовался. Кажется, скажет кто-то хоть слово, и все взорвется.       Но тут смех Ярика разрезал молчание, словно нож: — Пиздец, Руслан, смешно. Я даже сначала подумал, что это правда! — На самом деле да, как-то странно… — подал голос скептик Максим. — Да бред это все! — воскликнул Ярик. — Сука, раз не верите поехали на выхах туда, — Русик уже начинал вскипать. — А поехали, — сказал Кирилл. — Кто с нами? Чур, Ярика не берем, а то бачок потечет! — Сука, заебал! — Ярик вскочил и накинулся на Кирилла. Тот со смехом побежал от него прямо по скверу. — Я пас, — сказал Максим и, подхватив рюкзак, собрался домой. — Всем пока. — А я поеду! — Юля, как обычно — за любой кипиш. — Тебя одну без присмотра оставлять нельзя, — хмыкнул Миша.       Остальные молчали… Ох не знаю, что из этого выйдет, но чую — ничего хорошего.

***

      Прошла неделя с того разговора в сквере. Руслан молчал об этом, лишь в четверг обмолвился о том, что поедем в субботу с утра. Ехать изъявили желание я, Юля с Мишей, Кирилл и Ярик. Чую, ничего хорошего не будет.       Пятница… Обычный скучный день. Я писала конспект, переодически поглядывая на Руслана. Он сидел, скрестив руки на груди, вообще не слушал препода и задумчиво смотрел в окно. Как же он изменился за эту неделю. Из веселого шального парня он стал каким-то замкнутым и молчаливым. Я прикусила губу, вырвала из тетради листок и написала: «Русь, что с тобой такое? Ты сильно изменился за эту неделю, почему?» Свернув листок вдвое, я кинула его на парту Юле. Она посмотрела на меня, нахмурившись. Я указала глазами на Руслана. Девушка кивнула и передала записку Руслану. Он чуть насмешливо изогнул брови, пробежался глазами по тексту записки, вздохнул и начал писать.       Только я начала вникать в тему лекции, как мне на стол приземлилась бумажка. Я обернулась на Руслана, а он лишь глазами указал на записку, кинул ручку на парту и снова уставился в окно.

«Лин, у меня плохое предчувствие. Я не хочу тянуть вас в этот чертов морг! Но я хочу доказать им, что это правда. Прости, если что-то не так… Прошу, прости. Знаешь, я как только увидел тебя после каникул в 9 классе, понял, что влюбился. Я не могу молчать, зная, что завтра уже может не быть, что завтра я не смогу тебе сказать, как сильно я тебя люблю и какая ты красивая. Я таю от твоих красивых глаз, светлых волос и улыбки. Твоей красивой ангельской улыбки. Ты мой маленький ангелок и я всегда буду защищать тебя, чтобы не случилось.»

      Я кусала губы, ведь никогда не замечала за Русланом даже намека на симпатию. Мы проводили много времени вместе, он выслушивал мои истерики из-за мальчиков, которые мне нравились, защищал перед одноклассниками в школе, а когда узнал куда я поступаю, решил что ему тоже это интересно и поступил со мной в одну группу. Щеки налились румянцем. Я перевела глаза на Максима, по которому сохла около полутора лет. Он писал конспект, светлые брови были сведены к переносице, он сосредоточено слушал преподавателя, переодически поправляя русые волосы. Я попыталась собраться, потерла виски и только собралась с мыслями, как прозвенел звонок. — Гелька, погнали, что зависла? — толкает меня в плечо подошедшая Юля.       Я мотнула головой, быстро собрала тетради и встала. Рой мыслей крутился в голове. Так вот почему Руслан не обращал внимания на других девушек. — Ангелина! Ты вообще меня слышишь? — Юля дернула меня за рукав. Я снова тряхнула головой и посмотрела на подругу.       Все-таки, она по-детски мило злится. Нижняя губа чуть выпячена вперед, верхняя поджата. Брови сдвинуты к переносице. Мы шли к выходу из университета, спускаясь по ступеням, в попытках не быть сбитыми с ног теми, кто бегал на переменах по этажам и ловил преподавателей, чтобы исправить оценки. — Что? Прости, Юль, не расслышала, — я виновато улыбнулась. — Говорю, с Мишей сегодня годовщина, четыре года вместе. А я не знаю что ему подарить! — Юля вздохнула. — Помнишь, ты как-то говорила, что хотела купить вам парные толстовки вроде, я не помню. — Точно! Ангелиночка, как же я люблю тебя! — Юля радостно улыбнулась и, повиснув у меня на шее, заболтала в воздухе ногами. — Юля! Кузнецова! Я ж сейчас упаду! И ты следом за мной! — я пыталась отцепить подругу от себя, но девушка вцепилась мертвой хваткой. Слава богу мы уже спустились и стояли в холле. — Я буду очень громко ржать если вы таки пидорахнетесь, — послышался голос Ярика. — Смотри, чтоб бачок не потик! — хмыкает Максим. Я поворачиваюсь. Вся наша компания подходит к нам. Только нет Миши. — Так, а я не понял, — упер руки в бока Ярик. — А где таки мой дружище-Миша? — Дома после работы отсыпается, — Юля наконец-таки слезла с меня. — Кстати, уже должен встать. Даже если и не встал, то через час ждем всех у себя.       В назначенное время мы подходили к подъезду парочки. Набрав код на домофоне, мы первым делом услышали: — Миша, чертов демонюга! Какого лешего опять пепельница на моем столе!       Это кричала Юля. Для них это дело привычное. Ровно три минуты орут друг на друга, две минуты обижаются и мирятся. А следом последовал Мишин голос: — Бля, чуваки, сорян, заходите. Юля, нет! Нет, только не половником!       Мы заржали и засыпались в подъезд после того, как сатаническая штука, под названием домофон, начала неистово пищать. Оказавшись на их лестничной площадке, мы поняли, что двое уже помирились. Поняли мы это по валяющемуся около двери половнику, с чуть погнутой ручкой.       Вскоре все спокойно сидели в маленьком, но уютном зале. — В общем, едем завтра с утра, к шести быть готовыми всем, — Руслан не смотрел на нас и был, в общем-то довольно хмурым. — Когда приедем — не разбредаться по одному, Гельку с Юлькой одних не оставлять, а то у лечебницы кирпича на кирпиче не останется. Не орать, не шуметь и не палиться. Рядом люди живут и вообще в больничку лазать нельзя. Всем все ясно? Вот и ладушки. Чтоб не проспали, а то лично зайду и в ледяной ванне искупаю. — Это, конечно, все очень классно, — подал голос Ярик. — Но мы не влезем в одну машину. Серега не позволит залезть в его «четырочку» больше, чем пяти людям. — Да, определенно, — нахмурился Руслан. — Кирюх, тогда ты тоже нужен за рулем. — А че сразу я? — воскликнул Кирилл. — Ты идиот, или прикидываешься? — Руслан смотрел на него уставшими глазами. Кирилл очень ревностно относился к своей машине, потому что та досталась ему от отца, который умер. — Машина и права есть только у тебя и Сереги. Миша все никак не получит эту дурацкую карточку, меня лишили, а Ярик просто долбаеб, таким права не дают. Я слегка улыбнулась. Ох, Рус, за словом в карман никогда не лезет. Ярик же только хохотнул, оторвавшись от своей тарелки.       Посидев у Миши с Юлей еще около получаса, все начали понемножку расходиться. Первыми ушли неразлучные Ярик и Кирилл, за ними следом и Руслан. — Солнце, — Юля прижалась щекой к спине Миши. — Помой посуду, мне с Гелькой переговорить надо, с глазу на глаз. — Ты про мой слух не забывай, — парень улыбнулся и поцеловал пальцы девушки. — У тебя вода шуметь будет. Все, иди, нам посекретничать нужно, — и Юля вытолкала Мишу за дверь. — Я насчет тебя и Руслана. — Юля, не начинай, — я закатила глаза. — Мы просто друзья. — Ну я же не слепая, я же вижу как он на тебя смотрит! — Юля! — Нет, ты подумай. Если вдруг… — голос девушки едва заметно дрогнул, и до этого голос, льющийся нежными переливами колокольчиков, стих и стал похож на шум природы перед ливнем. — Если вдруг все будет нормально… Вам суждено быть с Русом. Вы очень похожи. Не зря же вы лучшие друзья еще со школы! — Вот именно, Юль, что лучшие друзья. У тебя всегда и везде любовь!       Девушка замолкла и с хитрым прищуром стала смотреть на меня. — Что? — я вопросительно глянула на девушку. — Ангелин. Ну не пизди ты мне, а. Ты любишь его, а себе не признаешься. Все за Максом бегаешь… Гель, правда, подумай над этим. Он ведь даже с тобой в один уник поступил. — Юля. Я повторяю тебе еще раз. Ты видишь любовь там, где ее нет! Хватит. Не лезь, пожалуйста, туда, куда тебя не просят!       В ярости я вскочила с кресла, вылетела из подъезда и пошла туда, куда глаза глядят. Ноги принесли меня к дому Максима. Нет. Сейчас или никогда. В этот момент как раз из подъезда вышла девушка и я шмыгнула в не успевшую закрыться дверь. Поднялась на его этаж, палец замер на кнопке, но я все-таки нажала на звонок. За дверью послышались шаги и дверь открыла миловидная брюнетка восточной внешности. — Здравствуйте, а вы к кому? — девушка улыбнулась. — Я… А… Максим дома? — я захлопала глазами, сердце бухало в где-то в горле. — Да, минутку. Любимый! Тут к тебе пришли!       Я закрыла глаза. В один миг сердце вырвалось из груди и разбилось об замызганный пол на лестничной клетке. — Гель, привет, что-то хотела? — Макс потрепал меня за плечо. — А? Да… Я конспект тебе принесла, который списывать брала… — пустота. Внутри просто сосущая пустота. — Ты что пьяная? Или тетрадки сейчас по волшебству появятся? Я тряхнула головой, осмотрела себя. Черт… Неловко вышло… — Ох… Прости, я… Я забыла рюкзак дома… Извини, что потревожила, пока, — и не дожидаясь ответа, я помчалась вниз по лестнице.       Вылетев из подъезда, я почувствовала на щеках слезы. Горячие слезы обиды. Холодный ветер продувал до костей, трепал волосы. Как же резко испортилась погода…       Я опустила голову, зажмурилась так, что слезы будто побежали по щекам быстрее и прикусила палец. Что делать? Пойти к Юле? Нет, не буду портить им годовщину. Руслан… Придется ему в очередной раз выслушивать истерики об очередной неудавшейся влюбленности. Дрожащими пальцами я набрала номер Руслана. — Да, Лин? — парень ответил сразу. — Ты… Ты дома? — я глотала слезы, щеки жгло от слез и ветра. — Да. Ты плачешь?! Линка, что случилось? — Руслан тут же заволновался. — Я приду к тебе и все расскажу… — Хорошо, Лин, я жду.       Я убрала телефон в карман куртки, поймала машину и спустя некоторое время была у дома Руслана. Миновав подъезд, я поднялась к нему на этаж, позвонила в дверь. Внутри клокотала обида. Я бегала за ним, страдала, а у него все это время была девушка. А знал ли о ней кто-то из компании? А если знал и молчал? Руслан открыл дверь и я, не говоря лишних слов, накрыла его губы своим поцелуем. Парень опешил, так и замерев с рукой на дверной ручке. — Ангелин, ты что?.. — Молчи.       Руслан словно все понял, втянул меня в квартиру и захлопнув дверь, подхватил меня на руки. Куртка тут же слетела с меня, я обхватила его торс ногами, а парень зарылся рукой в мои волосы, второй придерживая за талию.       Вскоре мы уже лежали в кровати, все так же страстно целуясь, словно от этого зависела наша жизнь… Сколько времени все это длилось, я не знаю. Помню только свои громкие и пошлые стоны, крики, рычание, шепот Руслана, шлепки и страсть. После всего парень крепко прижал меня к себе, поглаживая по спине. — Лина, — парень убрал с моего лица волосы и посмотрел в глаза. — Что? — что-то внутри поменялось, словно нашлись нужные детали пазла. Юля была права? Надо будет извиниться перед ней. — Ничего, — он усмехнулся и попытался лечь на спину, но с шипением перевернулся на бок, посмеиваясь. — Да ты не ангел, ты кошка.