Живые корабли изумрудного космоса

      Охаб ничего не скрывал, рассказал все, что видел сам, что показали данные приборов, что ощущал Баал во время столкновения со странным кораблем. Капитан не скупился на подробности, пустил в ход все свое красноречие, но при этом старательно демонстрировал деловой подход и отсутствие личной заинтересованности. Адмирал Пайк должен был понять и поверить, что его подчиненный и протеже не намерен гоняться за славой или продвигаться по карьерной лестнице, что все заслуги можно будет приписать себе, и как следствие стать на еще одну ступень выше, а может даже и на две. Все понимали, что работа над этим делом может возвысить любого. На это и делал ставку Охаб, он намеревался стать тем, кому не побоятся поручить охоту за мантой. Главное не сорваться, не проявить эмоций, говорить сухо, лишь по существу вопроса. Хорошо, что ему уже удалось взять себя в руки, а мысли о кровном враге больше не управляют им. О неудаче мужчина даже не думал, он не сомневался в том, что получит то, что хочет. Не получится по-хорошему, можно и до угроз дойти, благо, что у него есть пара козырей в рукаве.       — Что ж, должен признать, что все это весьма интересно, — адмирал сцепил руки за спиной и начал, сам того не осознавая, расхаживать по кабинету. Ему предстояло принять непростое решение, от которого зависит не только его собственная карьера, но и положение Конфедерации Порядка в изумрудном космосе. Если все сделать правильно, именно они станут доминирующей силой, если нет — эта роль достанется другому. Пайк ощущал на своих плечах огромную ответственность, а вместе с тем весьма приятное ощущение, что в его руках весь мир. Как здесь не возгордиться?       — Эта ситуация требует нашего вмешательства, — спокойно ответил Охаб. — Эта манта должна быть изучена, она может стать ключом к прогрессу и усилению боевой мощи нашего флота. Необходимо понять, с чем мы имеем дело: с эволюцией или технологиями. А еще этот корабль не может принадлежать рейдеру, даже если он уже старик и давно отошел от дел.       — Ему не долго осталось, — пожав плечами ответил капитан. Ни один мускул на его лице не дрогнул, да и во взгляде ничего не промелькнуло. Он снова контролировал каждый аспект своего существования, скрывался за непроницаемой маской. — Еще один повод поторопиться. После смерти капитана, корабль останется один… его вполне могут заполучить нежелательные личности.       — Я бы не стал беспокоиться о личностях, — пренебрежительно бросил адмирал. — Что может одна личность, против Конфедерации? Нет, Охаб, беспокоиться стоит о том, чтобы об этом корабле не узнали настоящие серьезные игроки.       — Мы не сможем утаить информацию, и вам это известно, адмирал. Никто не отменял шпионаж, предательство, банальную жажду наживы. Информацию о выбросе эфира и уникальной манте можно дорого продать, а раз так, найдутся те, кто пожелает воспользоваться этим.       — Да… ты прав… — Пайк раздраженно вздохнул. — Мы не можем тратить время на разговоры, согласования, нужно действовать! Чем быстрее мы разберемся с случившимся, тем лучше, и для нас лично, и для Конфедерации в целом.       — И не стоит забывать о том, что чем больше народа знает о случившемся и участвует в поимке манты, тем больше вероятность утечки информации.       — Намекаешь на то, что именно ты должен отправиться на охоту?       — Это не намек, а решение использовать именно мой корабль для поимки цели логически обосновано и разумно. Я в курсе ситуации, мой экипаж уже замешан в этом деле и располагает опасными сведениями. Не стоит давать им возможность придать все огласке или начать трепаться. Пусть лучше занимаются работой. Поймите правильно, адмирал, я доверяю своему экипажу, контролирую их и проверяю, если есть сомнения — провожу чистки. Но даже это не может гарантировать, что утечки информации не будет. Нельзя запереть весь экипаж на борту и запретить им любые контакты — это вызовет недовольство и подстегнет самых алчных и амбициозных. Мы с вами не наивные юнцы полные надежд, благородства и высоких идеалов, так что стоит поостеречься, постараться отсрочить неизбежное. Мой визор и первый офицер исследовательского корпуса души продадут за возможность заниматься этим делом, они уже сейчас строят планы, прощупывают обстановку. Еще немного и нам останется лишь ликвидировать их, как угрозу Конфедерации. Это никому не нужно, да и терять таких специалистов глупо. Переводить их на новый корабль — нецелесообразно. Вывод напрашивается сам собой, адмирал.       — С этим не поспоришь, — Пайк не сомневался в том, что у Охаба есть личный интерес, что он не забыл о давнем враге, и том, что сделал Дейв Лоттер с его домом и семьей. А раз не забыл, значит, не простил. Это могло стать большой проблемой, но в то же время подстегнуть капитана, дать дополнительный стимул в выполнении миссии. Вопрос лишь в том, что Охаб поставит на первое место: личное или службу. — Что ж, капитан Охаб, поздравлю, честь найти и поймать манту принадлежит именно тебе. Мне неважно, как ты это сделаешь, но этот корабль должен оказаться на нашей исследовательской базе. Все назначения и документы я направлю на корабль. Если потребуются дополнительные ресурсы — незамедлительно сообщи. Отчитываться будешь лично передо мной, и не перед кем больше.       — Так точно, адмирал!       — Можешь быть свободен.       Сомнения не оставляли Пайка, да и не зависят они от принятого решения. Даже если бы на это задание он отправил кого-то другого, ничего не изменилось бы. Лишь в одном мужчина был уверен — они не могут упустить этот шанс. ***       Он добился своего, даже угрожать не пришлось. И вроде бы, пора расслабиться, вздохнуть с облегчением и заняться делом, отпраздновать первый шаг на пути к победе и сладкой мести, но на душе было серо и тоскливо, можно даже сказать, что мерзко. Охаб стал еще более угрюмым, чем обычно, он не мог думать ни о чем, кроме того, как ему теперь найти манту, причем сделать это незаметно, не привлекая внимания, не утратив доверия адмирала. Всего одно неверное движение, неправильный выбор или решение и его лишат шанса расквитаться с Лоттером. Этого нельзя допустить, а это значит, что ему придется контролировать себя.       Ему оставалась сама «малость» — выследить и поймать манту. И с первым, и со вторым могут возникнуть проблемы, и тут уже никакая мощь кита не поможет. Снова перед глазами появилась невероятная картина преображения корабля, вспомнились собственные ощущения восторга и эйфории. В тот миг Охабу впервые в жизни понравился зеленый цвет, его сверкающие переливы от светлого к темному и обратно, узоры, что рождались в штормовом море эфира, он смог осознать, что же это такое, когда твое сердце трепещет и сжимается от непонятного и чарующего ощущения. Эти странные чувства были для него в новинку, казались противоестественными, но в то же время стали желанны. Охаб хотел увидеть, почувствовать это вновь, стать участником преображения, разгадать его секрет. Вот только это желание было слабее другого, того, что много лет скрытно отравляло душу капитана. Имя Дейва Лоттера гремело в голове мужчины, не давало ни на миг позабыть о себе. Разве справедливо, что убийца, повинный в гибели тысяч, все еще жив, так мало этого обладает уникальным кораблем. Что это, если не насмешка судьбы? Охаб все для себя решил — он восстановит справедливость!       Охаб залпом осушил стакан крепкого виски. Вместо того, чтобы заниматься делом, он вынужден ждать, пока Баала подготовят к новому заданию, загрузят провизию, медикаменты и другие важные для путешествия грузы. Да и непонятно, куда лететь, с чего начинать свою охоту. Шторм эфира скрыл все следы манты, вычислить её местонахождение нереально, объявлять корабль в розыск — опрометчивое решение, оно может привлечь других гигантов, контролирующих космос. Нет. Действовать нужно осторожно: тщательно проверяя информацию, анализируя обрывки сведений и ту информацию, что уже удалось найти. Он знает о Дейве многое: имена друзей, места, где его видели чаще всего, даже его излюбленные маршруты. Все это послужит его целям. Нужно лишь сосредоточится, понять, куда направится его враг после того, что случилось, понимает ли он, какой ценностью обладает и как все произошло. Вряд ли. Ему просто не хватит на это знаний, а раз так, то ему потребуется специалист по эфиру. Таких среди знакомых Лоттера не так уж много, и далеко не все их них заслуживают доверия. К кому же он направиться? Невозможно просчитать логически и найти точный ответ на это вопрос. Так что придется полагаться на интуицию, которой у него нет! Капитан вообще не должен верить во что-то настолько эфемерное и необъяснимое. Охаб вновь наполнил свой стакан — он не любил пить, тем более в одиночестве, но сейчас его организму был необходим алкоголь.       — Вот уж не думал, что однажды застану тебя в баре, да еще за выпивкой, — раздался смутно знакомый мужской голос. — Знаешь, как про тебя говорят? Охаб железный человек, у него нет слабостей и собственных желаний, он напрочь лишен вредных привычек и предан только долгу. Даже андроид способен оступиться и допустить ошибку, но не капитан Охаб, — напротив капитана опустился дариец, представитель одной из немногочисленных рас населяющих изумрудный космос. Как и каждый представитель этого народа, мужчина был рослым, широкоплечим, с грубыми чертами лица, и непропорционально маленькими глазками, от человека его отличало лишь это, да еще наличие второй пары рук, растущих прямо из спины.       — Все верно, так и есть, — безразлично бросил мужчина, узнавший своего собеседника. Они вместе проходили обучение в академии. Вот только Лурен в отличии от него был из обеспеченной семьи, потомственный капитан, в роду которого талант передавался на генетическом уровне.       — Тогда почему ты здесь, а не на своем корабле? — Лурен кивнул официанту, давая понять, что желает выпить.       — А почему нет? Корабль готовится к новому заданию, так что я вполне могу поразмыслить в одиночестве, насладиться обычной жизнью, — Охабу не хотелось обсуждать дела или вести светские беседы, Они с Луреном не были друзьями, но и врагами их назвать тоже нельзя. Скорее уж они всегда держали дистанцию.       — Это на тебя не похоже.       — А ты хорошо меня знаешь? Сомневаюсь, — хмыкнул капитан, продолжая медленно потягивать янтарную жидкость, стараясь ничем не выдать свою растерянность и волнение. Нельзя забывать о том, что Лурен не просто его сослуживец, равный ему по званию и влиянию, но и конкурент, стремящийся занять пост в адмиралтействе.       — И все же, что ты забыл в баре? — не унимался дариец, уже тянущий три своих руки к бутылке и второму бокалу. Он частенько бывал здесь, так что официанты знали его вкусы, всегда торопились услужить. Не удивительно, что ему без слов принесли лучшее вино, что было в заведении.       — Снимаю напряжение, — Охаб криво ухмыльнулся. — Последнее время у меня много работы, одно задание следует за другим, так что стоит ловить каждый момент свободы, чтобы насладиться жизнью. Ничто человеческое мне не чуждо, я могу выпить, иногда терплю общество других, даже с тобой могу общаться. Так что не стоит удивляться, — капитан приподнял бокал, смотря на посетителей элитного бара сквозь виски, заключенном в хрустале. Он ненадолго отвлекся от мыслей о своей цели, и это хорошо.       — Наслышан... Наш безупречный капитан вновь совершил чудо, прорвался сквозь шторм, доставил груз вовремя, хотя никто на это и не рассчитывал, — Лурен с прищуром смотрел на человека. Разговорить его точно не получится, так что так просто не удастся выяснить, что же произошло во время последнего полета Баала. Ходили разные слухи и все весьма интригующие, дариец просто не мог пройти мимо, как и забыть тот факт, что Охаба ставят выше него, поручают более важные, хотя и рискованные задания.       — Чудес не бывает, — холодно заметил капитан, навязчивая компания начала его раздражать, ведь мешала мерному ходу мыслей. — Тебе стоит это усвоить и начать анализировать и планировать, возможно, это поможет тебе. Хотя утверждать подобное никто не решится.       — Я подумаю над твоим советом, — беззаботно бросил Лурен, никогда не проявляющий чувств открыто, но все запоминающий. Внешне он казался добряком, но те, кто знал его чуточку лучше, понимали, что с дарийцем нужно быть осторожней. — Ну, я у меня сейчас заслуженный отдых, ведь новых заданий пока нет. Мы только вернулись с Рух, так что заслужили эту награду. Я вообще считаю, что экипажу нужно давать возможность расслабиться, показать, что их ценят, а после работы их ждет отдых. Так они не разбегутся, и будут служить с большим рвением.       — Мы должны выполнять приказы, а не мечтать об отдыхе.       — Ты скучный, — заявил Лурен, но его слова уже не достигали сознания Охаба, служили фоном, не более.       Рух… Эта планета есть в его списке, ведь на ней обосновался один из дружков Дейва, безумец, многое знающий об эфире. Так может, стоит единственный раз в жизни довериться судьбе, и отправиться туда?