Леви-титан

— Леви, ты станешь титаном, — эти слова были как гром среди ясного неба. Была глубокая ночь, и тишина захватила всё в свои объятия. Яркие звёзды мерцали, привлекая к себе внимание. Брюнет сидел на крыше и вглядывался куда-то в даль. Давно был отбой, и все солдаты находились у себя в комнатах, но только не Аккерман. Слова, произнесенные Смитом, все время звучали в голове капрала: — Ты станешь титаном! Это не обсуждается! Ты станешь титаном! Это приказ! Капрал тихонько цыкнул, наклоняя голову вниз и запуская свои пальцы в черные короткие волосы. Завтра в обед ему вколют сыворотку титана под руководством очкастой. И за этим будет наблюдать ещё и весь разведкорпус, да и наверняка начальство из города приедет поглазеть на это. Отвратительное чувство сидело в груди капитана. Всю жизнь Ривай боролся с титанами, с этими уродливыми существами, которые отняли у него многое, а сейчас он станет одним из них. Такое решение далось Смиту тяжко. Он долго советовался и с Ханджи, и с правительством из города, но с самим Риваем нет. Он знал, что Леви будет категорически против, а если это будет приказом, то он не сможет ослушаться и ему придется смириться. Конечно, это было нечестно со стороны командора, но это было ради всего человечества. Ханджи поддержала Эрвина, уверяя, что Аккерман станет ещё сильнее, и уж тогда они одержат победу над гигантами. Правительство сначала долго размусоливали это дело, но решив, что великий Леви Аккерман, сильнейший воин человечества, справится и не будет подвергать опасности мирных жителей и всю округу, дали свое согласие. Стало холодать. Брюнет решил вернуться в свой кабинет и попробовать уснуть, хотя у него и так была бессонница и мужчина спал по 2-3 часа в сутки, но он должен попробовать. Завтра великий день для всего человечества! Капрал так и не спал всю ночь, только под утро он смог задремать на два часа. Проснулся около пяти утра. Через час подъем. Сделав все необходимое, Ривай вышел из комнаты и побрел в столовую. По пути ему встречались заспанные кадеты, которые бегали туда-сюда, собираясь. Кто встречал капитана, приветливо здоровался и отдавал честь, но брюнет этого не замечал. Находясь у себя в мыслях он пропускал все мимо ушей, думая о сегодняшнем дне. Всю первую половину дня капрал был как в тумане. До него, что-то донести было огромным трудом, да и кадетов он тренировал, не обращая на них в принципе внимание. Вот настало время обеда. Все кадеты медленно поплелись в столовую, а капрал решил тем временем залезть снова на крышу, пока предоставляется такая возможность, но в одиночестве ему не удалось долго просидеть. Его нашла обеспокоенная Ханджи, которая не могла найти товарища. — Переживаешь? — с еле натянутой улыбкой спросила девушка, пытаясь подбодрить друга. Она залезла на крышу и уселась рядом с ним. — Кто бы мог подумать, что я стану тем, кого ненавижу, так ещё Смит, урод, сказал мне только вчера. И даже моего мнения не спросил, — спокойным тоном сказал Ривай, не поворачивая голову в сторону шатенки. Его переживаний не было видно за прочной маской безразличия, но Зои, которая долго с ним общалась, смогла это понять. — Смит долго размышлял над твоим превращением и долго не решался, но потом мы поняли, что ты очень сильный и с силой титана сможешь помочь человечеству еще больше, чем ты помогаешь сейчас, — майор нежно положила руку на плечо Риваю. — Леви, ты справишься! Именно ты станешь титаном потому, что Эрвин и я и все человечество тебе доверяют. Они знают, что ты, именно ты, справишься с этой ролью, — шатенка замолчала, оглядывая Аккермана. Подул холодный ветер и потрепал волосы этим двоим. Ханджи рассмеялась от того, как ветер играется с ее волосами. Сама девушка была очень странной, поэтому Леви даже не удивился причине смеха майора. Он взглянул на нее и осмотрел сверху до низу. — Сумасшедшая! — сказал Ривай, смотря на девушку пристальным взглядом. Он хмыкнул и снова отвернулся в сторону. — А сам то?! — шутливо обиделась Ханджи и приподнялась на ноги, ставя руки в бока и весело улыбаясь. — Ладно, пошли! Время пришло, — сказала девушка и потянула капрала за рукав фирменной куртки к выходу. — Эй, очкастая! Подожди ты! Не тяни меня так! — начал возмущаться мужчина, медленно поднимаясь на ноги, но все-таки пошел за четырехглазой. Они пришли к кабинету Зои, около которого находилось куча солдат. Все ждали прихода капрала и громко обсуждали происходящее, но как только на пороге появились эти двое, настала гробовая тишина. Шатенка притащила Ривая к двери кабинета, а потом повернулась к народу. — Это ответственный момент для всего человечества! Капрал Ривай Аккерман станет титаном во благо всего человечества! Прошу полной тишины за дверью, чтобы все прошло без нервов, — воскликнула торжественно Ханджи. Она кивнула Моблиту, что стоял рядом с черным чемоданом, в котором и находилась данная сыворотка. Мужчина протянул чемодан, и Зои, схватив его ринулась в кабинет вместе с коротышкой. Дверь громко захлопнулась, и всем оставалось только ждать. Войдя внутрь, очкастая сразу приказа садиться брюнету в кресло, что стояло не далеко, пока она будет готовиться к превращению. Капрал хмуро прошагал к указанному месту и плюхнулся, не замечая специально, стоявшего рядом Смита. — Правительство не приедет сегодня. Оно решило приехать завтра и проведать твое состояние после сыворотки, — монотонно произнёс блондин, стоя позади кресла. Он хоть и пытался скрывать переживание за друга, но у него это плохо получалось. Эрвин стоял, скрестив руки на груди и нахмурив брови, пытался унять мелкую дрожь, что присутствовала сейчас. — Наверное испугались, что Ривай с ними что-нибудь сделает, — усмехнулась Ханджи, надевая маску на лицо. Девушка открыла маленький чемоданчик и вытащила оттуда шприц. Протерев спиртом, шатенка постучала указательным и большим пальцем по колбочке с содержимым и повернулась к Аккерману. — Леви, ты готов? — спросила обеспокоенно она. Получив одобряющий кивок, Зои подошла к креслу, где сидел Ривай. Смит тоже заметно стал переживать и заглядывать в глаза капрала, а брюнет сидел спокойно, будто это был обычный укол прописанный врачом. — Все готовы? — спросила ещё раз девушка, смотря на мужчин. Они оба кивнули и Ханджи приказала держать брюнета. Не известно как отреагирует его организм, а происшествий тут не нужно. Эрвин сзади схватил одной рукой товарища, а другой держал руку, в которую собирались вводить препарат. Учёная тяжело вздохнула и протёрла ваткой место укола. Ещё раз посмотрев в глаза ребятам, она опустила свой взор на руку Леви. Пощупав пальцем, где подходящая вена, очкастая аккуратно прислонила иголку к тонкой и белоснежной коже. Ханджи ввела тонкую иглу внутрь руки. — Раз, два, три! — протянула медленно Зои и начала медленно вводить препарат внутрь организма. Аккерман стал сдавленно шипеть и яростно смотреть на место куда вводят эту гадость. Эрвин стал сильнее держать Ривая, который начал дёргаться на месте. Брюнет выл, шипел, но всеми силами пытался не мешать процессу, но боль стала такой жгучей, что Ривай не выдержал и вырвал одну руку из хватки Эрвина и стал свободной рукой держать и сжимать руку, в которую вводиться препарат. Леви не выдерживает боли и уже кричит во всю глотку так, что даже солдаты за дверью сильно перепугались. — Леви, миленький! Потерпи ещё чуть-чуть осталось, — пыталась успокоить его майор и обеспокоенно оглядывая товарища. Наконец ученая ввела весь препарат и вытащила иглу. Быстро и аккуратно забинтовав руку, она забегалась по комнате в поисках мокрой тряпки для Ривая. Мужчина перестал рычать и стал ровно дышать, хватая ртом воздух. Эрвин наконец его отпустил и сел на стул, что стоял около стола шатенки. Аккерман весь был в поту, как и его товарищи, но выглядел он ужасней их. Он весь покраснел и не понимал где он. Взгляд стал туманным, и вскоре брюнет отключился. Зои намочила тряпку и положила ее на лоб товарищу. Смит и Зои переглянулись. Не известно как дальше отреагирует организм коротышки, но сейчас ему и этим двоим нужен отдых. Не известно сколько Ривай проваляется в отключке. Очкастая осталась здесь рядом с капралом, а Эрвин направился к себе. Открыв дверь, он увидел устремившиеся на него любопытные взгляды кадетов, ждавших результатов. — Препарат успешно введен. Сейчас мне, майору Ханджи и капралу Риваю требуется отдых. Поэтому прошу тишины и понимания, спасибо, — Обратился к солдатам блондин и пошел прочь. Его провожали тихие голоса и обсуждения.