Баам был здесь

      Баам был здесь.       Кун мог чувствовать его тепло, россыпь мягких каштановых волос и слышать тихое размеренное дыхание. Кун знал, если немного повернуть голову, можно было увидеть его нежное и спокойное лицо, черты которого отражали беспокойство, когда он крепко спал. Он мог пододвинуть его руку, осторожно переплетая ладони, и Баам держал бы его крепко, даже во сне.       Кун все знал, но не мог заставить себя сделать хоть что-нибудь.       Он вздохнул и поднял взгляд на потолок, чувствуя, как потяжелело в груди. Он размышлял над многими вещами, например, как FUG забрали Баама, о том как они обращались с ним все это время. По сравнению с этим годы, проведенные под влиянием Рейчел (основная причина случившегося), были похожи на отпуск. Он помнил смех и улыбки, которые раньше Баам привычно всем дарил, и как в ту ночь от них осталась лишь жалкая тень. Иногда он слышал, как прерывалось дыхание Баама, похожее на хриплый плач, в то время как он испуганно дрожал и ворочался от страшного сна.       Кун больше не мог терпеть. Нужно было встать. Стараясь не смотреть на мальчика, лежавшего на полу, он вышел из спальни на балкон. Как только холодный поток ветра коснулся бледной кожи, он почувствовал свежие дорожки слез, скользнувших из синих глаз. Он быстро стер мокрые следы, сухо посмеявшись над собой.       – Отлично, Кун, выглядит так, будто ты страдаешь, – пожаловался он ветру и снова глубоко вздохнул, глядя на фальшивую Луну, всегда следующую за ним на каждом этаже.       За прошедшие годы он наблюдал за ним так много раз. Думал об испытании на этаже и о том, как все были счастливы из-за глупого и искреннего мальчишки, подбадривающего их. Размышляя о стольких вещах, он мог чувствовать ответственность за их боль, искать оправдания, только чтобы использовать его. Он пытался найти хоть что-нибудь, что помогло бы вернуть Баама. Думал, что могло бы случиться, будь он с ним тогда, если бы остался жив.       Но Баам был здесь.       Кун схватился за голову, побаиваясь смотреть на Баама и разрушить волшебство, ведь он снова может исчезнуть. Он был здесь, спал на полу, не считая громкого крокодила под ворохом темных волос. После всего, через что они прошли, он был здесь.       Но он был другим.       Кун чувствовал, как когти боли и вины терзали Баама, когда он уверял, что все в порядке, главное все были здесь. Он понимал, каким слабаком, должно быть чувствовал себя все эти годы, в те времена, когда он абсолютно ничего не мог сделать для защиты дорогих ему людей. Кун видел напряжение в улыбке маленького мальчика, смотрящего на своих друзей, которых, по его мнению, он подвергал опасности. Видел, как его улыбка угасала в момент, когда на него никто не смотрел.       И в этом был виноват Кун.       Он должен был догадаться, что FUG начнут действовать, как только узнают, что Баам незаконный. Рейчел, которая врала все время с момента своего появления, тогда прятала что-то в рукаве. Он не должен был отпускать Баама в одиночку вместе с Рейчел в тот пузырь, не должен был соглашаться с правилами испытания. Нужно было попробовать что-то другое, это помогло бы обезопасить Баама.       Он должен был стараться лучше.       – Кун? – кто-то тихо позвал его, и он тяжело выдохнул в ладони, чтобы снова вернуть контроль над эмоциями, прежде чем повернулся к мальчику в дверном проеме. – Ты в порядке?       – В полном, – ответил Кун. Его нахальная усмешка превратилась в искреннюю улыбку, как только он увидел жуткий беспорядок на голове Баама. – Просто не мог уснуть.       – Рак слишком громко храпит, – согласился он с лучезарной улыбкой и вышел на балкон, закрыв за собой дверь. – Ты не против, если я составлю тебе компанию?       Кун согласился, освобождая для него место, и они оба замолчали, любуясь яркой Луной.       Кун старался прогнать роящиеся в голове мысли, пока их плечи соприкасались. Он сдерживал порыв встать на колени и молить о прощении за все то, через что Бааму пришлось пройти. Пообещать загладить свою вину, чего бы это не стоило. Но он этого не сделал, потому что Бааму не нужны были извинения. Он просто хотел полюбоваться ночным небом с кем-нибудь.       – Раньше я часто смотрел на звезды, – Баам нарушил молчание, и Кун изо всех сил старался не смутиться от его пристального взгляда. - Думал о всех вас, старался внушить себе, что с вами все будет хорошо.       – Конечно же, будет, – подхватил Кун, но с удивлением заметил, что говорит не в том времени. – Точнее, все уже в порядке. Так что лучше о себе побеспокойся.       Баам покачал головой и снова поднял взгляд к звездам. Кун уже хотел вернуть свои слова обратно, когда тот снова заговорил.       – Прости.       – Баам, не надо… – Кун попытался его остановить, но Баам ему не позволил.       – Я подверг всех вас опасности, - голос Баама сломался, и он содрогнулся всем телом, пряча лицо руками. - Мне очень, очень жаль.       “Это я во всем виноват!” – хотел прокричать Кун, пока тело Баама трясло от подступающей истерики, но он проигнорировал свои мысли и крепко обнял Баама.       – Не стоит извиняться, – Кун продолжил говорить, и Баам обнял его в ответ, уткнувшись другу в плечо, а его плач становился все громче и громче, – мы все в порядке, и ты тоже. Никто больше не причинит тебе вреда.       – Когда я увидел тебя в Руке Арлен… – пытался сказать Баам, но только сильнее прижался к нему, – и…       – Я знаю, – Кун согласился с ним, просто потому что чувствовал то же самое, когда снова услышал голос Баама, уже готовясь к самому худшему. В тот момент, когда он осознал, что Баам жив, снова сбежал и находился прямо перед ним. – Я знаю, Баам.       Но сейчас он был здесь, в целости и сохранности, и Кун ни за что не хотел отпускать его. Он боялся потерять его, и от нахлынувших эмоций его глаза наполнились слезами, Кун еще крепче обнял его, прижавшись головой к мягким волосам.       Они больше ничего не говорили и просто горько плакали. Все прошедшие годы они чувствовали себя одинокими, слабыми, виноватыми или безнадежными, их боль, потрясение и страх выплеснулись вместе с потоком слез, и только так они могли помочь другу другу, это именно то, что им было нужно.       И сейчас, наверняка это правда.