Спелая Вишня

Pov Эва — Так значит, твой брат пустился во все тяжкие? — прослушав мой рассказ про Пита, спрашивает Крис. Но скорее всего это был даже и не вопрос, а отчетливое утверждение фактов. — С моим бы братом такое не прокатило, — усмехнулся брюнет, глядя на речку. — Почему? — после минуты молчания вдруг спросила я. — Что? — глаза парня устремились осматривать мои. — Почему бы не прокатило? — повторила я, все, также глядя на него. — Ну, как тебе объяснить… — из уст парня вырвался нервный смешок. — Мой брат праведный, если можно это назвать таким словом. Во всех людях пытается найти добро, вину за совершенные ошибки жизни. Пытается исправить плохих людей, правда это у него ужасно получается. Чертов святоша. Любимец родителей. А в особенности маменькин сынок. Со своим искуплением души он уже сидит у меня в печенках. — Искуплением души? — уточнила я. Неужели он за свою короткую жизнь совершил множество ужасных вещей, что теперь ищет себе искупления? — Ад пуст, все Дьяволы сюда слетелись… — будто прочитав мои мысли, ответил Кристофер. — Конфуций? — спросила я. — Не люблю его, — нахмурился брюнет. — Слова эти принадлежат самому Шекспиру, миледи, — подмигнул он мне, затем снова устремил свой взор на реку. — Любишь поэзию? — я удивилась. Парней, что читают стихи великих поэтов, осталось не так много. А парней, что заучивают их наизусть, еще меньше. — Читаю порой от скуки, — снова ухмыльнулся Крис. Мы стояли на этом мосту час, два, а то и больше. Просто стояли в полной тишине и наблюдали, как река загребает опавшие листья с берега в свои воды. Наблюдали, как птицы кружат над речной водой, в попытках поймать хоть одну рыбешку. Наблюдали, как алое солнце все ниже и ниже опускается за горизонт, а после и вовсе скрывается из виду, оставляя после себя лишь редкие отблески в небе, которых тоже не стало потом. И стояла бы так еще целую ночь и следующий день, целые сутки напролет, лишь для того, чтобы насладиться этим волшебным моментом сполна и запомнить на всю жизнь это чувство. Чувство того, что на твоей душе стало спокойно, что в ней воцарился мир и согласие, хоть и на какие-то жалкие пару часов. Pov Доминик Я очнулся в полной темноте и страхе. Шея адски болела, меж ребер что-то будто мешало, я не мог сделать и вдоха, а запястья рук горели так, будто на них вылили керосина и подожгли. Но не в керосине вовсе тут было дело. Когда мои глаза привыкли к кромешной тьме, я смог осмотреться и наконец, понять, где нахожусь. Сырая темница в подвале моего дома и дверь. Старая, железная, ржавая дверь, что отворилась, стоило мне только взглянуть на нее. — Уже очнулся? — эхом раздался голос. Противный, ненавистный мной голос. — Зачем ты вернулся сюда, Крис?! — произнес я так, будто выплевывал кислоту из своего рта. — Зачем же так грубо, братец? — снова его шуточки! Как они меня достали! — Я приехал за тем же, зачем и ты, — оголил свои зубы Крис в злобной усмешке. — Если ты хоть пальцем ее тронешь! Клянусь богом, я уничтожу тебя! — поняв, о чем говорит брат, тут же ответил я. — Клянешься богом? — переспросил он, а после громко рассмеялся. Это даже на смех не было похоже, а на возгласы умирающей макаки походило, — Надеюсь, он тебя услышит когда-нибудь, — Крис развернулся, собрался было уходить, на почему-то остановился, — Знаешь, мой милый братец, у Эвы просто потрясающий запах, — прошипел он и запер за собой дверь, оставляя меня из кожи вон лезть изо гнева, что пробудил во мне он.