Десять дней моего счастья

Я знаю Диму ещё с первого класса. Тогда мы учились в какой-то элитной школе, где все были с равно-огромными кошельками и во всех отношениях равными. Каждый хотел как-то выделиться и похвастаться своими золотыми памперсами, но тщетно. Поэтому куда больше доставалось тем, кто не пытался выделяться, вести себя тише воды, ниже травы. Скромненьких мальчиков ненавидели и всячески унижали. Не поверите, но Дима был одним из таких серых мышек. Он всегда одевался в фирменных бутиках, но смотрелся скромно и невесело, всегда слушался родителей и чуть чего жаловался им, таким образом, разжигая недоверие и нелюбовь одноклассников. Друзей у него не было, даже я не был его другом. Не потому, что он мне не нравился, нет… скорее нравился… Звучит странно, не спорю. Маленькие одноклассники называли его «маменькиным сыночком», «тупнем», а если быть точным, то его и не только так обзывали, бывало намного хлеще. Классом постарше его непросто обзывали, но начали бить потихоньку, то ручкой в спину, то игрушкой в голову, а то и вовсе вещи отнимали, превращая их в груду мусора. Собирались в банды и играли в игру «убей монстра». Нетрудно догадаться, что этим «монстром» был Дима. Вот так играли «золотые детки». Избалованные и насквозь прогнившие. В четвёртом классе я всё-таки решился подать руку помощи, короче говоря, подружиться. Дружба с неудачником сильно подорвала мою репутацию Бога, впрочем, я не жалел об этом. Мой новый товарищ был куда лучше тех знакомых, что у меня были раньше. Искренний, открытый и интересный, идеально подходящий на роль хорошего друга. Не знаю, почему он мне понравился. Обаяние? Жалость? Симпатия?... До сих пор не могу понять… Тем летом развелись мои родители, я переехал жить к отцу, было жаль оставлять Димку одного, но тот времени зря не терял и каким-то образом уговорил свою мать на переход в другую школу, ту, куда я и собирался пойти. Жить среди обычных людей намного веселее, чем среди этих тупых буржуев, которых я терпеть не мог. Ненавижу понты, ненавижу зависть и дырявые сердца. Было страшно наблюдать за тем, как растут эти дети и превращаются в монстров. Но… в монстра превращался и сам Дима. В новой школе было полно ботаников и неудачников, каким он был в прошлой школе. То ли от обиды, то ли от ненависти к себе он начал издеваться над ними также как ранее издевались над ним. Я старался не замечать этого, принять, просто быть другом, но это слишком сложно. Он кардинально изменился буквально за год. Неужели люди могут так сильно поменяться всего за один год?! Он целиком и полностью посвятил себя спорту и наотрез отказывался брать в руки учебник, он хотел стать таким же звёздным мачо, как те богатенькие твари, но тварью назвать его язык не поворачивался. Раньше он учился в поте лица, чтобы мамочка хвалила его за новые пятёрки… а потом… ему было плевать на неё. Младшие братья перестали называть его «братиком». В руке появились сигареты, одноразовые девушки и мяч. Я испугался. Мне стало страшно за него и за нашу дружбу. Он научил новых одноклассников тупой игре, цель которой – избавиться от неудачника. Я никогда не судил людей по внешности, статусу или деньгам, мне было жаль их, понимал, что это не их вина родиться такими, объяснял другу, что к чему, но ему было плевать. Он с радостью вышвыривал их из школы одного за другим. А я… подыгрывал ему, чтобы просто не потерять связи с ним. Я улыбался и петросянил… посылал и сам же возвращался… Потом появился Алексей. К нему было приковано всё внимание Димы, что до смерти меня раздражало. Мы только и делали, что придумывали тупые издёвки для него. Волновались, не стало ли ему вдруг хорошо? Конечно, это ведь отличный повод сделать ему плохо. Ну, а сам Алексей был каким-то странным… его так и не удалось вышвырнуть, тот держался до последнего. Был хладнокровен и спокоен, хотя частенько срывался и даже плакал, но держался. Он был слабый, хилый и нудноватый. Но… я увидел в нём прошлого Диму. Меня озарило. Читая книги по психологии несложно догадаться, что, меняясь, люди хотят искоренить всё похожее на него - «прошлого себя». Наверное, этот бедный парень кучу раз задавал себе вопрос: «Почему именно я? Почему так со мной?» С одной стороны – надо было оставить его в покое, но с другой… Диме становилось немного легче, для меня он был важнее какого-то Алексея. *** Наступил тот счастливый для меня день. Этот парнишка уехал в Америку к своей маме и вряд ли вернётся в нашу школу. Будни были самые обычные, как будто тот ботаник никогда и не учился с нами, будто его не существовало. Неприятно, когда вот так вот проучишься с сорока людьми в одном классе девять лет, уйдёшь, а ни один тебя не вспомнит… *** Прошло три месяца, Дима совсем сдулся. Он почти не разговаривал со мной и часто пропускал школу. Я не понимал в чём дело. Однажды тот завёл не совсем приятный мне диалог… об Алексее. - Эй, Сашка, поговорим, что ли… - Чего это ты? Сделай лицо попроще, ахах, - я уже понял, о ком он сейчас начнёт говорить и заранее натянул тупую лыбу. - Короче… как думаешь, что в физике интересного? - А? Чо? - … ладно, забудь, ну тебя. - Не-не-не, нормально объясни, чего это ты физикой интересуешься? Алексей не даёт покоя? Дальше он начал болтать о всякой ерунде, типо недотраха, физики и почему так, а не эдак… Эта лабуда и скуке и серых деньках продолжалась три месяца, пока я не решил уехать летом в Словению. Типа в «Словению». Где я был на самом деле? Я искал этого ботаника. Разузнал номер телефона Оленьки, которая так удачно (на десять косарей) сходила в ресторан с Димой, поговорил и спросил адрес, та лишь удивлённо смутилась, действительно, нафига мне это надо? Но, поверьте, когда есть деньги и виза, есть все четыре стороны… *** Я потратил на дорогу девять часов и мешок нервов. Я не знаю английского, а тем более американского английского, ибо в школе у нас британский, слушать и понимать его куда легче. Что меня больше поразило, так этот парень жил в Нью-Йорке на Брайтон-Бич, то бишь русское местечко. Онли русские, онли фром Раша. Абсолютно всё было пропитано русским духом. Та же грязь, тот же мат, те же алкаши… Искать мне пришлось недолго, ибо дом, где поселилась его новая семья, был новым и самым приличным в районе. Стоя у порога, я одумался… довольно поздно, кстати. Зачем я тут? Ради какого-то одноклассника-неудачника поехал в Америку? Для чего?... Для чего?!! - Т-ты! Я увидел перед собой пальчик какого-то парня. Тот был взъерошен и растерян. Я не сразу узнал в нём Алексея… - Саша? Саша Тенин?! Т-ты… почему ты здесь? Откуда ты узнал? Что я сделал? О, господи… началось. Подумаешь, одноклассник за идиотом в Америку поехал, чего тут такого? - Нет, блядь, Марья Витальевна! Как почему? За тобой, хоть на край света, любимый! – я так делаю, когда сильно раздражён. Тот замолчал, ну да, сразу стало ясно, кто перед ним стоит, я расплылся в облегчённой улыбке. - Провожай, где твоя комната? - К-как? Зачем? - Спать вместе будем, мне лень гостиницу искать. «Сколько же ты задаёшь тупых вопросов…» - Ясно… спать? Вместе? Я не гей… - Я тоже не гей, ты что-то не о том думаешь, любимый, - наигранно подмигнул, стёб, люблю его. Алексей был, мягко говоря, в шоке, но молча провёл меня в свой дом. Было очень пусто. - Где твоя семья? - Они уехали отдыхать с младшим братом. - Хм… у тебя вроде нет братьев и почему без тебя? - Теперь есть. Там много незнакомых людей… - тот замолчал и стал готовить чай. Да, ты ничуть не изменился. Городская жизнь тебя ничему не научила. А твой внешний вид… вырви глаз. Всё те же широкие кофты и брюки вдвое больше тебя, огромные очки и фиговые волосы. Убейся. Почему-то, внезапно я начал активно думать и размышлять. О том, да о сём. Если Диме нравился тот тихий ботанчик, то почему бы не изменить его? Чтобы увидел и забыл, что прежнего Алексея нет и не скучай по нему, его нет. Может, тогда он успокоится и перестанет думать о человеке, которого больше нет? Не того мучил и больше не помучить… Конечно! Это же идея! Только… как уговорить этого чудика. Сначала ему нужно привести себя в порядок, потом поехать в Россию ненадолго, встретиться с Димой и послать его куда подальше и показать, что тот изменился. Да… гениально. Алексей ставил на стол чайник и кучу американских сладостей, а ещё мармеладок, которых я обожаю. - Тебе никогда не хотелось отомстить ублюдку, который очень долго издевался над тобой? - Не знаю… я не думал об этом… Как и кому отомстить? - Ну… Диме Голдбергу, конечно, и мне, к примеру. Можно расчленить, вырвать кишки и зажарить их на сковородке в кунжутном масле, но можно просто сломать психологически, как в книге по психологии, рассказать? – я испытующе смотрел на этого мелкого, если он согласится, то будет очень интересно.