Shattered

Это было неправдой. Это была просто ложь. Розыгрыш. Какой-то эспер над ним пошутил. Ловушка. Наверное. — Дазай-сан? Дазай-сан! — закричал с облегчением юноша с белыми волосами и косой челкой. — Он очнулся! Куникида-сан! Ранпо-сан! Все! Взволнованный мужчина в очках с прямоугольной оправой поспешил в его сторону, когда он попытался подняться; каждый миллиметр его тела болел. Кровать? Нет, кушетка. Но... где? — Дазай! Как ты? Почему мужчина касался его? Холодная улыбка была всем, что он смог выдавить в своем состоянии. — Прошу прощения за свою грубость, кто ты? Дазай никогда бы не покинул Портовую Мафию. Он никогда бы не присоединился к жалкому Детективному Агентству и не играл в няню. Он никогда бы не... Осаму заметил свое отражение в витрине магазина и замер. С ужасом в глазах, поднял руку и нерешительно коснулся стекла, проводя по силуэту собственного лица. Все было не так. Человек в отражении выглядел взрослее и спокойнее. В своих чертах он увидел неизвестную ранее мягкость, которая пугала его. Качнув головой, мафиози отступил и бросился бежать. Был только один человек, которому он мог доверять, один человек, к которому он мог бежать. — Дазай-сан, пожалуйста, не шутите! — скептически пробормотал юноша. Должно быть они одного возраста. Человек со странной шляпой и леденцом во рту наклонил голову. — Боюсь, что он не шутит, — детектив присвистнул, — сколько тебе лет? — Шестнадцать. Дазаю было шестнадцать. Шестнадцать и он молодой глава Портовой Мафии. Шестнадцать и он часть смертоносного дуэта Соукоку. Шестнадцать и он безнадежно влюблен. — Вероятно, способность или травма... Мы должны дождаться Ёсано, она единственная, кто сможет ему помочь. Травма? Помочь? Эти ублюдки просто шутили над ним. Он не помнил, что делал до этого, но, возможно, был на миссии, которая закончилась плохо: с ним без сознания и накачанным наркотиками. Ну, все было более-менее нормально, учитывая, что ему удалось вырубить одного из своих захватчиков и сбежать. Детективы, вероятно, идут по его следам, но через несколько минут, он будет в безопасности и в полной готовности контратаковать. Они еще пожалеют о своей глупой попытке, они не знают, кому бросают вызов. Как только Дазай ступил на территорию Портовой Мафии, по нему незамедлительно открыли огонь. — Какого хрена?! — он прорычал, выпрыгивая из линии огня и скрываясь за стеной. Что они делают? Разве не узнали его? Позже мафиози собирался лично наказать их. Дазай вздохнул, не веря, что такое дерьмо с ним происходит, и вышел из укрытия, подняв руки вверх. Он насмешливо вскинул брови, выражая этим дикое недовольство происходящим. Мужчины прекратили стрельбу и обменялись озадаченными взглядами. Двое из них покинули свои укрытия и с осторожностью направились к нему. Дазай не узнал их... Ах, они, должно быть, новобранцы! Вот почему они стреляли в него! — Им следовало давать вам более четкие указания. — Он вздохнул и спокойно прошелся перед ними. — Юху! Мне удалось вернуться! Если они послали кого-нибудь, чтобы спасти меня, то скажите им возвращаться, — усмехнулся он, — я справился сам. Мужчины прицелились оружием в его грудь. — Что ты тут забыл? — Умереть хочешь? А? В чем дело? — Если вы новички, — Дазай удивленно моргнул, — то вам следует помнить, по крайней мере, лица ваших руководителей, в противном случае они могут на вас рассердиться. Я Осаму... — Дазай-сан! Дерьмо. Дазай цокнул языком и повернулся к своим преследователям. Ого, паренек был уже на ногах, даже после удара. Впечатляет. — Дазай! Стой! Они собираются убить тебя! — Ты все еще продолжаешь эту глупую историю? — пробормотал он себе под нос, прежде чем щелкнуть пальцами. — Пристрелить их. Члены мафии ослушались его приказа. Дазай нахмурился. — А? Что случилось с вашим энтузиазмом? Вы с радостью стреляли в меня, но не хотите убивать врага? — Что за хуйню ты несешь? — Это, должно быть, игры разума или что-то в этом роде... — Дазай-сан, пожалуйста, позвольте нам объяснить! Один из них направил пушку в его сторону. Ацуши и Куникида в ужасе остановились. — Вы серьезно? — Дазай моргнул. Не то чтобы он боялся за свою жизнь, скорее чувствовал себя потерянным. Все происходящее не имело смысла, впервые за многие годы его охватило чуждое чувство страха, породившее в нем желание утонуть. Это, должно быть, со... — О, Дазай, какого хуя ты тут забыл? Двое вооруженных мужчин быстро отступили, позволяя ему пройти. Этот голос в один миг успокоил Дазая, напрочь стерев тревогу. Издевательски усмехнувшись, он своенравно сказал: «Чуя-кун! Неужели ты пришел... ...спасти меня?» Когда Осаму повернулся, слова застряли в его горле. Та же глупая шляпа, как обычно чем-то раздражен, привычные рыжие волосы и сверкающие голубые глаза. Но он не был Чуей. Он не был его партнером. Это был не его Чуя. Прежде чем он смог хотя бы отреагировать, Чуя бросился вперед с нечеловеческой скоростью и прицелился в его голову. Дазай едва смог уклониться, но потерял равновесие и в шоке упал на землю. — Почему ты тоже так повзрослел? — он заикался. — А-а? — взревел Чуя, пуская в ход ноги. Дазаю пришлось откатиться, чтобы избежать очередного удара. — Чуя-сан, пожалуйста, остановитесь! Это не тот Дазай! Чуя схватил мужчину за ворот, поднимая с земли, и прицелился в его лицо сжатой в кулак рукой. Но он остановился. В нескольких сантиметрах от носа Дазая он остановился. Не из-за слов Ацуши, нет. Причиной этого был свет, появившийся, в глазах напротив. Потерянный. Сбитый с толку. Обманутый. Казалось, чья-то холодная рука сжала его сердце. Нежеланные воспоминания вспыхнули перед его глазами. С рывком Чуя отпустил его и, шагнув назад, посмотрел на двух членов Портовой Мафии и на людей из Детективного Агентства. — В чем дело? Почему он нарушает границы? — спросил он, подозрительно смотря на необычно невосприимчивого Дазая. — Мы пытались убить его, сэр! Но он сказал, что мы сумасшедшие, сэр! — Нарушаю границы, — потрясенно бормотал Дазай. Ацуши и Куникида остановились, держась на безопасном расстоянии. — Мы не знаем точно, что с ним произошло, но кто-то повредил его разум. Больше, чем обычно, — объяснил Куникида, поправляя очки. — Его разум? — Дазай-сан потерял свои последние воспоминания, — добавил Ацуши. — Он думает, что ему шестнадцать. — Я не думаю, что мне шестнадцать, мне и в самом деле шестнадцать. И что бы ни произошло, вы все за это заплатите. — Дазай угрожал, как раздраженный подросток со злобной улыбкой на губах. — Шес-шестнадцать...? — что-то екнуло у Чуи внутри. Он вновь опустил взгляд на Дазая. Шестнадцать. Их лучший год. — Ах, Соукоку? Разве это не красивое название, Чуя-кун? — Почему меня вообще это должно волновать, суицидальный урод! — Не ври! Я же знаю, что твое девичье сердце думает, что это круто, крошка Чу-чу! — Блять, я убью тебя! — Только через двойной суицид! Ты добровольно? Я бы тогда тоже тебя полюбил! Шестнадцать. Тогда он был назначен главой Портовой Мафии. — Теперь я больше не смогу дразнить своего Чую-куна! Если бы не законное назначение меня на этот пост, я бы официально пожаловался. — Ой бля... Подожди, это был комплимент? — Спасибо, что заметил. Могу ли я сейчас получить свое вознаграждение? Шестнадцать. За год до их первого поцелуя. — Ах. Неужели это румянец, Чуя-кун? — Заткнись, или я убью тебя! — Это потому что я выгляжу так горячо в этом костюме? Или потому что прижал тебя к стене? — Дазай... — Ты хотя бы знаешь почему я не отпускаю тебя? — Я уже перестал пытаться понять твой изощренный разум. — Тогда позволь мне помочь тебе с этим... Только два года до предательства. До того, как все рухнуло... — ... и я не знаю, почему ты это сделал, но я впечатлен хорошей шуткой, мы теперь можем с этим закончить? Чу-чу, ты вообще меня слушаешь? Чуя моргнул, качнув головой чтобы утопить вновь нахлынувшие воспомнания. Он встретился взглядом с Дазаем, ожидавшим его внимания. Взглядом полного собственничества, издевки и того скрытого, почти незаметного чувства. — Не смотри на меня так! — Резкие слова сорвались с его губ прежде, чем он смог подумать. — Чу... — Дазай попытался взять парня за руку, но тот оттолкнул его. — Прекрати это, — холодно отрезал он. — Все что они сказали — правда. Ты не глуп, я знаю, ты понял, что что-то не так. Вот и всё, они правы. Не шутка или подобная херня. — Это не смешно, — прошипел Дазай. Кажется, он начал нервничать, когда поднялся. Но Чуя даже не смотрел на него. Его глаза были пусты, а слова казались просто эхом. — Да, это не смешно, но это правда. Когда тебе было семнадцать, Одасаку был убит. На следующий день, ты ушел из Портовой Мафии. И ты взорвал мою машину. — Что ты сказал? — Дазай побледнел, сжимая и разжимая кулаки. — Когда тебе было двадцать, Вооруженное Детективное Агентство нашло тебя. Ты присоединился к ним и начал сражаться против Портовой Мафии. — Хватит! — Дазай беспомощно закричал. Ацуши и Куникида отвернулись, но Чуя даже не вздрогнул. — Я бы никогда не сделал подобного! Это ложь! Зачем ты врешь?! — Это правда, и прекрати скулить, — Чуя ответил наотрез, — это выглядит уже достаточно жалко, чтобы снова об этом говорить. — Я... — Знаешь, ты знаешь это. И не смей мне, блять, врать. Дазай застыл, почувствовав, как земля под ногами рухнула и он провалился в бездонную темную яму. Чуя был прав. Он знал. Где-то, может бы в его потерянных воспоминаниях, он догадывался, что это правда. Но это не имело смысла. Как он мог сделать такое? — Почему? — надломленно прошептал Дазай. Чуя закрыл глаза рукой, откинул голову назад и разразился немым смехом. — Это ты у меня спрашиваешь? Разве не я должен требовать объяснений? Я был предан, ты это знаешь? Прямое попадание в сердце Дазая. — Я должен что-то сказать... — Тебе нужна другая жизнь. Тебе нужна более значимая, свободная, теплая жизнь. Лучше, чем та, которую мы разделяли, — горько ответил Чуя, пытаясь сохранять спокойный голос, но дыхание сбилось и пульс предательски ускорился. Он не хотел это переживать. Не снова. Ведь не был уверен в том, что сможет еще раз это выдержать. Дазай беспомощно уставился на него, не говоря ни слова, чтобы исправить положение. Он не знал, что изменилось, не понимал почему это сделал. Но Осаму был сейчас здесь и пытался не усугубить и без того тяжелую ситацию. — Мне нужно... Я... — он попытался улыбнуться. — Да ладно, Чуя, ты же знаешь меня, я полностью принадлежу мафии. Мы были хорошими напарниками. Ты помнишь нашу первую встречу? Наверное, что-то не то говорю. Позволь мне остаться, я все исправлю. Он подошел ближе к своему экс-партнеру, и Чуя совершил ошибку, встретившись с ним взглядом. Ах, снова этот взгляд. В Дазае проснулась надежда, соблазн и готовность сделать все, чтобы отстаться с ним. Чуя резко вдохнул и постарался избавиться от чувств. — Забирайте его, — пробормотал он Куникиде, — на этот раз я вас отпущу. — Парень повернулся на каблуках и ушел прочь, абсолютно без колебаний, вслед за ним двинулась охрана. — Что? Чуя! Нет! Куникида попытался взять Дазая за руку, но тот оттолкнул его на землю. В отчаянии он бросился и схватил Чую за плечо, насильно развернув к себе. — Даз... Мужчина прижался своими губами к его. Чуя замер, все мысли вылетели из головы, и сердце вмиг разбилось. Эмоции, которые он давно убил в себе, снова поглотили его. Эти губы были такими знакомыми, мягкими, дразнящими и соблазнительными. Тело узнало, как руки обхватывают его талию, абсолютно идеально на ней устраиваясь. Грубые пальцы зарылись в его волосы. Он чувствовал яростное биение сердца в груди у Дазая. Чуя помнил все с мучительной живостью. Абсолютно все. Дазай, разорвав поцелуй, прижался своим лбом к его. — Я не знаю, что случилось, — прошептал он, выдыхая, — но я люблю тебя прямо сейчас, я люблю тебя. И внутри Чуи все разбилось, разлетевшись на маленькие кусочки. Потому что он понимал это. После долгих лет отрицания и попыток забыть, сожалея о том, к чему стремился, чего так жаждал... он снова увидел эту любовь. Как будто ничего не изменилось. Дазай любил его. Но было уже поздно. — Я знаю, что ты это сделал, — прошептал он, поднимая руку к его щеке, — я знал. — Чуя не смог скрыть дрожащую улыбку. Что-то похожее на надежду, сияло в глазах Дазая. — Но это ничто иное, как тень сладостных воспоминаний, и ты скоро вспомнишь почему. Прости меня, Осаму. — Чу... Чуя с силой его ударил. Последний удар в его сердце. Дазай без сознания, упал в дрожащие руки Чуи. Немедля, Ацуши и Куникида поспешили за ним. Никто из них не сказал ни слова, но оба с уважением кивнули, в знак благодарности, и быстро подхватили тело Дазая. Не сдвинувшись ни на шаг, Чуя наблюдал за тем, как они уходят. До тех пор, пока детективы не скрылись с его глаз. — Вы можете идти. Ни слова. Или я убью вас лично. Мужчины буквально испарились. Чуя остался там один, глядя в темное грозовое небо, пока не начался дождь. Только после того, как капли милостиво потекли по его лицу, он отпустил слезы.