-Ииии... Уда-ар! ГООООЛ! ХОРВАТИЯ ПОБЕЖДАЕТ!...
-Идите, переодевайтесь. Поговорим позже, - Стас был недоволен. Все движения, мимика, интонация голоса. Всё говорило об этом.
Проиграть четверть финала. А они так готовились. План пошел коту под хвост уже на двадцатых минутах. Но они выкручивались как могли. Выкладывались на двести процентов. Но все решила Фортуна. Кто бы мог подумать, что сегодня она протянет руку сопернику. Ну сегодня им, завтра другим. Ничто не постоянно. Отыграть более ста двадцати минут, но проиграть пенальти. Это показатель. Показатель того, что силы все таки равны. Разрыв не так велик. Но все же...
Они не пойдут дальше. Шанса больше не будет. Конец.
Акинфеев задержался. Все традиции на поле, благодарность зрителям, соперникам. На глазах у всех слезы. Радость. Грусть. Пока не столь заметная - послеигровая эйфория заглушает всё. В душевой он оказался последний. Команда уже переодевалась.
Удар. Глухой слабый стук, заглушенный потоком воды. Ребро ладони отозвалось тупой болью. Не отвлекло. Игорь наклонился и, еле слышно, прорычал.
Это он виноват. Не дотянулся. Не увидел. Не направил. Он капитан. Должен был подсказать. Он ответственен за это. Он - вратарь. Пропустил столько мячей. Повелся на уловку.
Сердце больно тянуло. На душе будто кошки скреблись. Он вышел, вытираясь полотенцем. Товарищи по команде сидели, понурив головы. Атмосфера давила, заставляя сжаться. У многих глаза были на мокром месте. И все же Игорь не мог позволить себе показать искренние эмоции, так больно давящие внутри.
-Ну и что сидим? Быстро, переодевайтесь. Парни, вы творцы истории. Я жду вас на выходе, - Черчесов одарил всех отцовским взглядом, но в голосе всё еще звучало недовольство и раздражение.
Все стали собираться. Никто не решался заговорить. Боялись сболтнуть лишнего. Сказать что-нибудь не так. Хаа, они ведь теперь разъедуться назад по своим клубам. Так не хотелось заканчивать.
Они вышли. Все следовали за капитаном. А тот за тренером. Все так же. В тишине.
Приблизившись к выходу, они помедлили. За дверями стоят репортеры, ждущие интересных поворотов и интервью; фанаты, переполненные эмоциями; охрана, еле сдерживающая их всех.
Позор. Стыд. Слабаки. Как вы могли проиграть? Золотая нога Бога? Не смешите. Какой он Бог? Неудачники да и только.
Наверняка будет что-то подобное. Об этом думали все.
Свет и ночное небо давили на виски и заставляли щуриться. Свежий воздух бодрил. Не то, что та духота на поле. Столько человек никогда не бывало. На несколько мгновений гам, стоявший пару секунд назад, смолк.
Оглушающий, заставляющий открыть глаза свист раздался вокруг. Отовсюду были слышны восторженные крики. Команда с удивлением оглядывалась. Акинфеев чуть приоткрыл рот от удивления.
Отличная игра! Молодцы! Хорошо постарались! Вы лучшие! - доносилось со всех сторон.
Даже иностранцы старались поддержать их, просто скандируя такое гордое, и такое родное
Россия
Через секунду уже все, стоявшие там, присоединились.
Россия
Игроков будто волна захлестнула. Люди, присутствовавшие там, уже не казались такими далекими. Они не казались чужими. Так вот, что значит народное единство?
Игорь улыбнулся. Чувство вины, так сильно сдавило сердце, что он рвано выдохнул. Но, будто вытесняя его, появились чувство благодарности и еще одно, сложно описуемое словами, и заполняли пространство. Он посмотрел на своих друзей. У многих на лице сияла улыбка. Некоторые всё не могли поверить. У других блестели глаза. Но они все равно улыбались.
Долго им не давали уйти.Уже не сдерживаемые охраной люди доверительно похлопывали по плечу. Кто-то просил автограф. Репортеры пытались задавать вопросы. Другие же просто кричали и свистели.
Так вот ты какая, Фортуна? Даже если ты отвернулась, то все равно протянешь свою руку и подаришь частицу счастья?