Проигравших не носят на руках

Проигрывать всегда очень больно и тяжело. Особенно когда на тебя смотрит вся страна и впервые за столько лет по-настоящему верит в победу. Марио допустил серьезную ошибку и теперь снова вся надежда на вратаря российской сборной. События недельной давности всплывают в голове Акинфеева. Удар... Прыжок... Траектория неточная, но мяч ударяется о бутсу и улетает прочь от ворот. Стадион ревет, команда бежит обниматься, Дзюба подхватывает на руки и кружит по полю... Последнее вызывает непроизвольную улыбку, и вратарь чувствует, как по телу разливается приятное тепло. Он ищет глазами Артёма. Нападающий стоит, обнявшись с командой, и смотрит на Игоря с улыбкой и искренней верой в победу. Ошибиться нельзя. Вся страна прильнула к экранам и сжала кулаки. У всех на устах фамилия вратаря. Момент истины... Акинфеев выдыхает и разжимает кулаки. Полная сосредоточенность. Игрок хорватской сборной разбегается и отправляет мяч в полет. Страна замерла. Сердце пропускает удар. Акинфеев и мяч летят в разные стороны. Гол. Хорватская часть трибун взрывается криком. Хорватские футболисты бегут и создают кучу малу около ворот. Тишина. Космически пустая тишина. Тишина оборванной надежды, тишина неудачи. Игорь садится на зеленый газон и обхватывает колени руками. "Простите меня... " - вертится в голове голкипера. Он старается не смотреть налево, где непонятное месиво из тел издает победные выкрики, обнимает друг друга и поздравляет с выходом в полуфинал. В памяти вновь всплывает Дзюба, кружащий Игоря на руках. Это воспоминание отдается тупой болью в сердце. Такие моменты бывают лишь у победителей. Проигравших никто не носит на руках, не обнимает и не целует в разгаре пьяных празднований. Проигравших не провожают до номера и не шепчут признаний в любви под покровом ночной темноты. Проигравшим лишь пожимают руку и говорят: "Ну не получилось. Бывает". Все эти невеселые мысли крутились в голове у российского вратаря, все еще сидевшего на поле стадиона "Фишт" после пропуска столь важного мяча. Из печальных дум голкипера вывел до боли знакомый голос. - Ну, вставай уже. Нечего так убиваться. Ты огромный молодец, это правда. Просто не повезло сегодня. Идем, - с этими словами нападающий Артём Дзюба протянул Игорю руку и поднял его на ноги. Акинфеев изобразил улыбку и сказал: "Да, не повезло. Бывает. Пойдем отсюда". Он собирался поскорее убраться со стадиона, чтобы отправиться в номер, залезть в душ и смыть с себя всё разочарование и напряжение этого матча. Но внезапно почувствовал, как его схватили за руку, развернули к себе и заключили в объятия. Он уткнулся в плечо Дзюбы, который обхватил Акинфеева сильными руками и быстро зашептал ему на ухо: "Не вздумай расстраиваться, слышишь? Все хорошо. Сейчас пойдем в бар, посидим, отдохнем. Тебе надо отвлечься". Акинфеев осторожно высвободился из объятий, отошел от нападающего на шаг и с грустной улыбкой произнес: "Не хочется мне в бар. Я лучше пойду к себе, отосплюсь, обдумаю всё", - с этими словами вратарь развернулся и направился к раздевалкам, попутно принимая неловкие подбадривания команды. В бар его всё-таки затащили. Атмосфера была не самая веселая. Футболисты натягивали улыбки и наперебой утешали друг друга, хотя на душе у всех скребли кошки. Артём Дзюба пытался разговорить Игоря, но голкипер отвечал односложно и всё продолжал заливать в себя алкоголь. Заметив, что Акинфеев уже изрядно выпил и планирует уснуть за барной стойкой, нападающий обнял друга за талию, закинул его руку себе на плечо и, бросив команде короткое прощание, вывел полусонного вратаря из бара. По дороге до номера Акинфеев не произнес ни слова, кроме бесконечного: "Прости меня, я тебя подвел. Я всех подвел". Он повторял это как мантру, упорно игнорируя все ободряющие реплики Дзюбы. Кое-как дотащив сокомандника до его номера, он прислонил футболиста к стене и спросил: - Ну, вот что мне с тобой делать? Заладил как попугай "подвел да подвел". Ничего страшного не произошло. Ну, проиграли. Как будто в первый раз! Мы до четвертьфинала дошли, понимаешь? Впервые за столько лет! А как ты тот мяч у испанцев отбил! Чудо просто! Как мне тебя убедить в этом? - обреченно вздохнул Артем. Игорь Акинфеев внимательно посмотрел на нападающего, смущенно отвел взгляд и пробормотал: - Ты меня тогда на руки поднял. Мне понравилось. Я хотел выиграть, чтобы ты снова так сделал. Проигравших-то на руках не таскают... - голкипер опустил голову и решил, что рассматривать шнурки на кроссовках - это очень важное и интересное занятие. Но внезапно он почувствовал, что отрывается от земли и в следующий момент осознал, что Дзюба поднял его в воздух и смотрит снизу вверх, как тогда, в тот миг эйфории от победы над одной из сильнейших футбольных команд. Акинфеев сегодня не отбил пенальти, но лицо Артема светилось от счастья, а в глазах переливался тот самый блеск. - Что же ты сразу не сказал? Я тут весь вечер мучился, думал, как тебя развлечь, а надо было просто на ручки поднять, - кружа вратаря по коридору отеля, произнес Дзюба. - Мне неважно выиграли мы сегодня или нет. Мне неважно, что ты пропустил мяч. Я знаю, что ты самый лучший вратарь и капитан нашей сборной. Плевать, что скажут другие. Для меня ты всегда победитель, - с этими словами, нападающий поставил Акинфеева обратно на пол, заглянул в его яркие карие глаза, провел рукой по щеке и нежно, почти невесомо, поцеловал в губы. Отстранившись, Дзюба вновь заглянул в глаза сокомандника и улыбнулся. В глубине карих глаз плескался огонек надежды. Слегка протрезвевший от полетов и поцелуя, Акинфеев посмотрел на Артёма, тепло улыбающегося ему, обнял его, как обычно уткнувшись в плечо, и прошептал: "Спасибо". - Обращайся. Я буду носить тебя на руках, сколько захочешь, - ответил Дзюба и поцеловал голкипера в макушку. - А теперь, пойдем-ка, уложим тебя спать. Завтра трудный день, - произнес нападающий и, обняв Акинфеева за талию, завел его в номер. Будет много побед и немало проигрышей. После падений будут взлеты, а за удачами неудачи. Но это не имеет значения, если есть человек, который будет рядом несмотря ни на что. Да и кто сказал, что проигравших не носят на руках?