Глава 6. И в ответ тишина...
23 июля 2018 г., 11:30
Йота бежала так быстро как могла, из-за чего даже Аи не смогла за ней поспеть, и в конечном итоге отстала. Девушка была действительно напугана словами, сказанными несколько минут назад её подругой о том, что её маму увезли в больницу. Всю дорогу до госпиталя, Йота гадала: с мамой случилось действительно что-то плохое или всё уже обошлось? За всю её не очень долгую жизнь, она ни разу не задерживалась в больнице надолго. Нет, конечно её мама, как и сама Йота проходили обследования по поводу их здоровья, но показатели были всегда в норме и к счастью — этот раз был не исключением. И именно поэтому страх у розоволосой нарастал всё больше и больше.
Чтобы добежать быстрее, девушка выбрала самую короткую дорогу, но к сожалению для неё — не самую безопасную и скорее всего, когда Йота доберется до госпиталя, то ей тоже понадобится некая помощь от врачей. Она постоянно спотыкалась о выступавшие корни деревьев и небольшие камушки, из-за чего даже падала, но в конечном итоге, чуть похрамывая, Йота всё-таки добежала.
Чересчур резко открыв входные двери, девушка вошла, впуская вместе с собой холодный порыв ветра. Многочисленные взгляды стали смотреть на девушку с неким удивлением, а некоторые даже с сожалением, потому что знали, чья это дочь. Но та словно не обращая внимания, подошла к небольшой стойке.
— Здравствуй Йота, — хорошо знакомая тёмноволосая девушка, что здесь работала и в данный момент сидела за чуть изогнутым столом, мило поприветствовала розоволосую.
— Здравствуйте, — ответив взаимностью, но даже без намёка на некую дружелюбную улыбку, Йота сразу задала вопрос, на который она надеялась получить положительный ответ: — Где моя мама? С ней же всё в порядке? — вот только добрая улыбка медленно спала с лица темноволосой, и ответ Йоту не очень устроил.
— Мизуки-сан находится в палате №16, тебе лучше поговорить с её лечащим врачом, — и это были последние слова, сказанные этой девушкой.
Позже она просто отвернулась от Йоты и, делая вид, что работает, старательно её игнорировала. В то время как сама розоволосая, поняв, что в ответ на её новый вопрос услышит лишь тишину, развернулась и снова побежала, но на этот раз уже на второй этаж и в шестнадцатую палату, где находилась её мама, но вот в каком она состоянии, Йота узнает только через несколько минут.
***
Девушка в белоснежном халате, который она прихватила пока была ещё на первом этаже, стояла уже около двери молочного цвета на втором и не решалась войти внутрь, хотя пока она бежала, у себя в голове уже представляла картину как с разбегу забегает в комнату и крепко-крепко обнимает маму. Но почему-то именно сейчас в её маленькую и светлую голову лезли не самые хорошие мысли. Йота пыталась, правда пыталась отогнать их, но как назло, у неё ничего не получилось. В самой палате тоже было как-то подозрительно тихо, конечно, она понимает, что через стенку и закрытую дверь, мало что можно услышать, но всё же хоть какие-то звуки доноситься оттуда должны были. И ровно через мгновение, через стенку действительно были слышны некие шорохи и голоса. Бывало и так, что между словами она слышала своё имя и решив, что стоять тут больше незачем, она очень тихо постучала, а потом ещё раз. Но почему-то, как и ожидала девушка, ответа или разрешения на её действия не последовало. Может быть это она слишком тихо стучала или это там были слишком заняты работой, из-за чего не услышали, но так или иначе она всё равно вошла. Первое что бросилось Йоте в глаза, так это слишком яркий и режущий глаза свет. Но, быстро к нему привыкнув, девушка увидела свою маму, лежавшую на не очень большой кровати, и рядом с ней ещё две женщины. Одна была в инвалидном кресле с седыми волосами, а вторая с рыжими и стояла возле кровати, что-то усердно печатая на планшете. Но все трое сразу перевели свои взгляды на девушку, что помешала их идеальной тишине. — Йота? — женщина, что лежала на кровати, резко приняла вертикальное положение и посмотрела на свою дочку, у которой в данный момент текли горячие слёзки по её румянным щёчкам. — Мамочка! — как и раньше представляла себе Йота, она с разбегу накинулась на мать и крепко её обняла, но как только до её ушей дошёл очень болезненный стон, то сразу же отпустила. — Прости, прости… — извинившись и вытерев слёзы, она очень осторожно начала. — Мам, что с тобой? Но как было и до этого — сплошная тишина. Эта тишина словно убивала изнутри. Мизуки опустила голову вниз, а двое позади не хотели влезать, думая, что она сама всё расскажет. Но как выяснилось позже — она и не собиралась. Йота всеми силами старалась сохранять улыбку на лице, делая вид, что не понимает почему её мама молчит, хотя душераздирающие крики, что хотели вырваться наружу из грудной клетки розоволосой и имеющийся мозг, очень хорошо всё осознавали. И лишь маленькая слезинка нечаянно вырвалась наружу, а после ещё одна, и ещё. — Йота, твоя мама серьёзно больна… — начала было женщина, что находилась в коляске, но розоволосая немного нагло и даже грубо её перебила. — Почему? Почему Икуно-сан, мама же проходила обследование у вас около трёх недель назад, и всё было в порядке! Она сама мне это рассказала… — крик и всхлипы одновременно заполонили собою всю комнату, отдаваясь эхом. Икуно — это самый лучший специалист в их небольшом, но довольно продвинутом городе. Но к сожалению, на данный момент, она была не в лучшем состоянии, так как по неизвестным Йоте причинам, старела быстро. Даже очень. И только ради Мизуки и её дочки она приехала в этот госпиталь, чтобы помочь. — Как, но ведь первые симптомы появились у Мизуки-сан больше месяца назад… — и тут все части пазла, как по щелчку пальцев, соединились в одну большую, но не очень красивую картину. Месяц назад, ведь именно тогда у мамы начались сильные головные и боли в грудной клетке. Именно тогда, её мама стала ощущать некую слабость в теле. Йота тогда чуть ли не умоляла её пройти ещё одно обследование и, когда всё же уговорила, и она всё закончила, то, вернувшись домой, Мизуки сказала лишь одно слово: «Нормально», — и больше ничего, а после, словно избегала Йоту… до сегодняшнего дня. Но сейчас её интересовал лишь один вопрос, ответ на который обязательно должен быть положительным и никак иначе. — С ней… с мамой всё будет хорошо? — сквозь всхлипы, Йота еле как выговорила это предложение. — … Йота, если бы вы пришли хотя бы на полторы недели раньше, не дожидаясь резких обмороков, всё было бы по другому и легче… — Нана очень хотела преподнести эту информацию как можно более мягче и безболезненнее, но выходило пока не очень. Нана ведь видела такое раньше. Она видела, что случалось со взрослыми с такими симптомами и это даже не близко к «нормально». — Как? Как ей помочь?! — и всё-таки крик вырвался наружу. — Мы сделаем всё, что в наших силах…***
Йота сидела полностью с пустым взглядом. Хиро впервые видел её такой. Слёзы, недавно катившиеся с её глаз и по щекам, ещё не до конца высохли. Глаза были полузакрытые, и впервые за несколько, кажется, самых тяжёлых часов в её жизни, её лицо было спокойным. Узнав от Аи, что произошло на самом деле, он сначала не понял, но, увидев в каком состоянии его девушка и услышав слова от врача, просто не мог в это поверить. Он знал, что за болезнь поразила маму любимой и просто не представлял, что теперь им делать. Йоту выводили из палаты под сильным успокоительным, из-за чего она даже не могла на ногах стоять нормально, и Хиро пришлось нести девушку на руках до своего, по многим причинам, дома, а не до её, тем более родителей всё равно сегодня не будет. Всю дорогу слёзы ни на секунду не прекращались, но сейчас всё уже вроде успокоилось. В данный момент они вдвоём сидят на большом и мягком диване в полной тишине, как и тогда. Йота уже начинает ненавидеть эту чёртову тишину и если кто-нибудь из них её не нарушит, то она снова может не выдержать, ведь уже начинает сильно сжимать в руках кружку. — Может что-нибудь ещё? — по её просьбе Хиро принёс ей горячего чая, но увидев отрицательное качание головой, Хиро немного успокоился. — Ты рядом, большего не надо… Когда маленькие дорожки от слёз немного подсохли, Йота усмехнулась у себя в голове от собственной мысли и решила рассказать её Хиро, тем более, что это была чистая правда: — Знаешь, что самое интересное? — Йота подняла голову и посмотрела Хиро прямо в глаза. — Что? — Мне всегда с тобой спокойно, даже когда плохо… — последнюю фразу розоволосая произнесла очень тихо, даже слишком, но у неё всё равно снова потекли слёзы, хотя она пыталась сдерживать их до последнего. Они маленькими ручейками быстро стекали с и без того румяных щёк. Каждый раз у Хиро словно сердце разрывало из-за её кристально-чистых слёз, что быстро стекали с её лица и падали прямо на пол. Хиро винил себя за то, что всё, что он мог сделать в этот момент, так это крепко накрепко обнять и больше не отпускать. Никогда. И его радует лишь одно — это действительно помогает, Йота перестаёт плакать и, сильнее утыкаясь ему в грудь, крепче обнимает. Потому что когда обнимаешь любимого человека, всё остальное не так сильно режет душу и сердце. — Пожалуйста, обнимай меня до конца нашей жизни… — Поверь, до самого конца!«Нужно просто обнять и всё будет хорошо.!»
