Сосед

      Вера не была особенной девушкой. Совсем не отличалась от других иноземцев стремящихся в столицу. У неё даже внешность была довольно обыденная: длинные чёрные волосы, яркие зелёные глаза, вот только был у неё небольшой белый шрам через бровь. Страшные домыслы посещали её голову, пока она смотрела на цветущие поля и леса через окно поезда. «А что будет, если я провалюсь? А если не смогу справиться с учёбой?» - то и дело занимало её мысли.       Как вы уже могли догадаться, она устремилась в столицу, чтобы поступить в престижный университет и получить весомые знания. Вера оставила практически всё важное позади: друзей, родителей, дом.       Наконец, проехав долгий путь, студентка, с багажом наперевес, направилась к будущему дому. Заботливая мама наскребла последние деньги, чтобы помочь дочке с жильём и по выгодному соглашению с родственниками выкупила однокомнатную квартиру на краю столицы. Вера была вне себя от радости, ведь общежития совершенно не безопасны, да и большинство находилось в антисанитарных условиях. А она теперь, как настоящая личность с собственной квартирой, гордилась тратами своей добродушной матери.       Первые дни в громадном городе прошли незаметно, так же как и большие траты на еду. Миновала неделя. Две. Три. В конце месяца, когда закончились собственные средства, Вера осознала всю сложность жизни в одиночку. До стипендии оставалось всего лишь два дня, но девушка уже умирала от голода. В холодильнике могла мышь повеситься, а денег даже на проезд уже не хватало.       Попросила она тогда денег в долг у одногрупников, но никто не купился на милое личико провинциальной девы. Совсем отчаявшись, Вера связалась с заботливой мамой, но и та сказала, что сама еле сводит концы с концами. Это должно было поставить крест на судьбе студентки, но тут произошёл один… курьёзный случай…       Вернувшись домой с учёбы, героиня зачеркнула маркером на календаре двадцать третье число месяца. Соседнее, двадцать четвёртое, было аккуратно обведено в кружок и носило подпись «Деньги!». Вера устало вздохнула и повалилась на жёсткий диван, на коем можно было отлежать спину за пару минут. – Боже, дайте мне кто-нибудь сил дожить до завтра… – умоляла она в пустоту, – Или хотя бы еды…       В этот же самый миг, словно нечто божественное услышало мольбу девицы, раздался дверной звонок. Вера буквально вскочила с места и в мгновение ока добралась до входной двери. – Кто там?! – Здравствуйте! Я пиццы принёс по вашему заказу! – раздался сиплый голос на той стороне.       Даже не удосужившись проверить подлинность сказанного, студентка поспешила открыть дверь. Она радостно распахнула дверь, но завидев курьера, весь её оптимизм спал на нет. Молодой худощавый парень действительно держал в руках две коробки с ароматными блюдами, но на них так же аккуратно лежал счёт за услуги. – Ой… простите, у меня нет денег. – Нет денег? А почему же вы тогда заказываете? Вы у нас постоянный клиент, но я вынужден записать ваш адрес в чёрный список, – раздражённо доставая блокнот свободной рукой, ответил курьер. – Что? Постоянный клиент? Вы… ошиблись. Я никогда и ничего у вас не заказывала! – Как же…? Это квартира двадцать три? – щурясь спросил парень. – Нет. Это двадцать два. Она напротив… – уныло ответила Вера. – Эх, простите! Я очки забыл, а у вас тут пыльно, ужас! – виновато сказал разносчик.       Перейдя к нужной двери, он вновь позвонил в дверь. Девушка с грустью в глазах смотрела ему вслед, и по непонятным причинам надеялась на чудо. Через минуту дверь открыл мужчина лет тридцати. На нём была грязная, заляпанная футболка и изношенные армейские штаны. – Чё тебе? – задал вопрос сосед. – Это квартира двадцать три? – А, ты жрачку привёз, давай сюды. Мужчина нагло отобрал коробки с пиццей и бросил одну куда-то на пол своей квартиры. – Простите! А деньги? – Ай, не жмись, парень, ща всё будет.       Сосед достал из кармана авторучку и написал на счёте цифры. – Всё, держи. Кинете счёт на этот номер в «Общебанк», вам сразу перечислят деньги.       Курьер с трудом разглядел заветные цифры, после чего улыбнулся, кивнул головой и помчался по лестнице вниз. Мужик довольно усмехнулся и, открыв коробку, начал жадно уплетать один кусок пиццы.       Всё это происходило на глазах голодной-голодной Веры, и она всё-таки не выдержала: – А… простите, пожалуйста… – застенчиво начала она.       Сосед обратил на неё своё внимание и сделал вид, что готов слушать. – Я… эм… Вас не затруднит немного поделиться этой вкусной пиццей…? Пожалуйста. Я, просто… просто я… – не находила слов девушка.       Мужчина косо взглянул на неё и молча вернулся в дом, захлопнув за собой дверь. Вера не стала держать на него злобу, она всё прекрасно понимала и даже была согласна со своей судьбой. Студентка воспринимала свою внеплановую голодовку как суровый урок реальности, который ей придётся запомнить на всю оставшуюся жизнь.       Вера вернулась домой и подошла к старому холодильнику. Она вновь открыла его, в надежде увидеть там хоть что-то съедобное, но кроме льда и пустой упаковки от замороженных блинчиков ничего не было. Девушка злобно, но не сильно закрыла холодильник и начала осматриваться по сторонам. На столе лежал муляж зелёного яблока, который она привезла с собой в столицу, как напоминание о доме. Её скучные будни всё так же проходили в скучной квартире, в которой даже достойных украшений не было. Правда, на стене весел ковёр с давних времён, но он совершенно не справлялся со своей задачей, добавляя некое чувство разрухи.       Расстроившись, Вера уселась за письменным столом и открыла учебник по экономике. Дурацкие буквы словно сговорились и постоянно расплывались, не давая сосредоточиться на учёбе. Студентка показательно хлопнула книгой и сжала её в руках. – Нет, так продолжаться не может! – сказала она вслух и бросила учебник на диван.       Девушка поднялась со стула и плюхнулась на не такой уж мягкий предмет мебели. Её рука легла на лоб, а глаза отказывались двигаться и предательски смотрели в потолок. – Я умираю… – хрипло проговорила Вера, – Помираю от голода, скуки, учёбы…       Но тут, громогласно раздался дверной звонок. Студентка даже не потрудилась встать с дивана. Она просто повернулась на другой бок и прижала пальцы к губам. Звонок становился настойчивее с каждой секундой. Ещё чуть-чуть и его назойливое жужжание сведёт её с ума.       Вера всё же не выдержала и нашла в себе силы встать на ноги. Словно истощённая пустыней путница, она доковыляла до входа и прижалась к двери. – Кто там…? – Сосед твой. Открывай, давай, я тебе за едой сгонял.       Заветные слова знакомого голоса словно пробудили умирающую героиню. На этот раз она проверила гостя через дверной глазок и сразу распахнула перед ним проход.       Её сосед по этажу действительно держал в руках коробку с пиццей, но на этот раз от другой компании. – Вы… это серьёзно?! – засомневалась Вера. – Да, держи. Решил не оставлять тебя одну на произвол Судьбы, – протягивая еду, ответил тот.       Получив великолепный подарок, девушка присмотрелась и вспомнила зелёную маркировку на коробке. – Но… я знаю эту пиццерию. Она же очень далеко от сюда… Как вы…? – Ай, – отмахнулся мужик, – Решил пробежаться. Купил сразу готовую, фиг знает с чем она. Просто подхватил первую попавшуюся. – Вы даже не представляете, насколько я вам благодарна! Я обязательно верну деньги! Уже завтра! – Да не, всё путём. Ничего мне не возвращай. – Слушайте… я ведь совершенно не знаю, как вас зовут. – Имя? Моё? – задумался сосед. – Вы… не помните своё имя? – удивилась студентка. – Есть имена на «А»? – Эм… Алексей, Артём, Андрей. Я не совсем… – Вот и отлично, – оборвал её он, – Называй как хочешь, главное на букву «А». Ну, бывай.       На этой непонятной ноте, Артём или Алексей или Андрей покинул свою соседку, скрывшись за дверью своей квартиры. Ещё несколько мгновений Вера тщетно пыталась разобрать произошедшее, но голодный желудок прервал все размышления. Она бросилась на кухню, задевая каждый угол на своём пути.       Эта спонтанная еда оказалась самой вкусной и приятной из всех других блюд, которые когда-либо пробовала студентка. Она смаковала буквально каждый кусок, а в душе бесконечно благодарила нового знакомого за бесценный подарок.       На следующий день, Вере пришла стипендия и дополнительные деньги, начисленные за просрочку. Она не побежала сломя голову в первый попавшийся магазин, чтобы истратить всё на продукты. Напротив, девушка нашла приличную кулинарию и купила всё необходимое для вкусного торта с глазурью.       Свой выходной день Вера провела на кухне, без передышки создавая настоящий шедевр в качестве сладкого десерта. Она измазалась во всём, но смогла приготовила вкусное угощение. Студентка гордилась своим творчеством и потому тщательно осматривала будущий подарок.       Наконец, убедившись, что торт – «само совершенство», девушка ушла принимать душ и выбирать опрятную одежду. Прихорошившись и взяв широкую тарелку с десертом, Вера направилась к своему соседу-альтруисту. Она поправила волосы и, сделав глубокий вздох, позвонила в дверной замок. Из квартиры послышался звон стеклянных бутылок, и что-то тяжёлое шумно упало на пол. Громкое и матерное высказывание соседа можно было услышать даже с лестничной площадки. «Артём» распахнул дверь, не глядя на гостью. – Кто вообще делает эти чёртовы столы?! – А… простите… – застенчиво начала девушка.       Сосед уделил ей внимание и тут же застыл на месте, завидев вкусное угощение. Его глаза широко раскрылись от испуга. – Я хотела бы подарить вам торт. Эм… Андрей. Сделала собственными руками! Это всё благодарность за вашу помощь!       Выражение лица соседа медленно изменилось на хмурое. Он задумчиво протёр глаза пальцами рук и прислонился к двери. – Ну твою то… – начал Андрей, – Девочка, я же сказал тебе… Не нужно мне никаких подарков. Вот, ясно дал понять. – Вам… не нравится сладкое? – виновато уточнила Вера. – Да не в этом дело! Ай, чёрт… Заходи, короче говоря, сейчас будет серьёзный разговор.       Андрей зашёл обратно в квартиру и начал раздражёнными жестами подзывать к себе соседку. Студентка сомневалась в неожиданном предложении, но всё же, по доброй воле вошла через дверь. Мужик закрыл за ней выход и направился в гостиную. Вера тщательно осматривала каждый угол. Вокруг было очень чисто и опрятно. Такое ощущение, что пыль попросту иммигрировала из этого места. В гардеробе, на одной вешалке одиноко висела потрёпанная куртка летнего сезона. Из обуви в прихожей были лишь крепкие ботинки с длинными шнурками от носа до язычка. – Заходи, не бойся! – донёсся голос Андрея из соседней комнаты.       Девушка направилась в сторону гостиной, пребывая настороже. В основной комнате царила всё та же чистота, но интерьер явно был не из этого века. Старая люстра, времён революции, окна без ручек, ковёр, которому лет двести. Только роскошный новый кожаный диван и огромная плазма на стене позволяли думать, что не всё так плохо. Сосед стоял возле телевизора и устало смотрел на гостью. – Садись, коль пришла. – Я… могу куда-нибудь поставить торт? – спросила Вера. – Ах да, торт, давай сюда, я его пока в руках подержу.       Студентка отдала угощение Андрею и, на неудобной молчаливой ноте, присела на диван. Он был до ужаса мягкий и не удобный, но девушка никак не показывала своё недовольство. – Итак, давай для начала познакомимся. Нормально, на этот раз. Тебя зовут Вера… если не ошибаюсь…? – задумался сосед под конец. – Да, но… Я не говорила вам, как меня зовут. – Так! Давай, пожалуйста, на «ты». Терпеть эту фамильярность не могу. – Хорошо… Как Ты узнал моё имя? – А вот это уже хороший вопрос, на который, к сожалению, у меня нет ответа. Просто смирись с тем, что мне доступна эта информация.       Девушка медленно, но верно впадала в ступор. Некогда дружелюбный сосед стремительно менялся из образа добродушного человека, на маньяка. – Моё имя… – начал он, – Знаешь… Это не так важно, как меня зовут. Да, я сначала предложил познакомиться, но что-то как-то обдумав ситуацию, не вижу в этом серьёзной надобности. – Вы… То есть… мне тут вспомнилось, что я забыла выключить чайник! Я сейчас приду! – вскочив на ноги, убедительно соврала она. – Ой, да правда что ли? – издевательски проговорил тот, – У тебя чайник на автоматическом отключении. Единственная современная вещь в твоих владениях. Ну… кроме холодильника.       Вера оцепенела, её начал охватывать страх. Она уже успела сделать кучу выводов из небольшого разговора со «сталкером». – Сядь, пожалуйста. Я тебе кое-что расскажу, а дальше сама решишь, уйти или нет. Тебя никто не держит, но выслушать надо.       Студентка медленно, стараясь не производить резких движений, вернулась на место. – Так вот. Понимаю, я уже снёс тебе крышу высказываниями, но дальнейшее может кардинально изменить твоё отношение ко мне… Если… если ты, конечно, его уже не изменила. – И… что же ты хочешь мне рассказать?       Андрей аккуратно взялся за торт и отделил от него идеально ровный, треугольный кусок без ножа и вилки. Девушка не поняла, как он совершил подобный фокус, ведь угощение никто не резал. – Буду краток. Я – Бог.       Сосед откусил кусочек и начал смаковать десерт, чавкая в образовавшейся тишине. – Извини…? – недоумевая, переспросила Вера. – Ты всё правильно услышала, – начал тот с набитым ртом, – Я реальное Божество. – Это… самая не правдоподобная вещь, которую я когда-либо слышала. – Справедливо – пожав плечами, ответил Андрей, – Какие тебе нужны доказательства? – Я не знаю. Думаю, такое утверждение сложно доказать, – стараясь сохранить ситуацию, отвечала та. – Тогда давай так… – съев полный кусок, предложил Бог – Ты задашь мне три вопроса, ответы на которые известны только тебе. А я без проблем отвечу. – Хорошо… тогда… Первое, какие мне нравятся цветы? – Львиный зев. Но технически, его больше относят к подорожникам, а не к цветам.       Столь точный и быстрый ответ словно пронзил Веру. Она никогда и никому не рассказывала о своих предпочтениях связанных с цветами. – Ну? Давай второй, – жадно уплетая второй кусок, подгонял сосед. – Эм… Чего я больше всего жажду в жизни? – нахмурившись, спросила девушка. – О, эт легко, – самоуверенно молвил собеседник, – Ты хочешь маленький домик на берегу моря. А рядом построить гостевой, для мамы и друзей. Ты ещё какое-то время подумывала о моторной лодке, но так, как ты не умеешь плавать… – Всё, хватит! Последний вопрос! Кого я больше всего ненавижу?! – раздражённо перебила она. – Оп! А вот это немного против правил, – усмехнулся Бог, – Странно задавать вопрос, на который сама пока не знаешь точного ответа, а? – Что…? – Ты пока ещё только начинаешь ненавидеть меня. В основном за странности. Считаешь меня безумным маньяком и пытаешься найти хотя бы одно рациональное объяснение моим правильным ответам. А вот тебе объяснение – я, чёрт тебя дери, Божество во плоти! – Ты безумец! – О, да ладно? Я тебе трижды назвал правильные ответы. Ну кто я? Как минимум экстрасенс. Но явно не поехавший… – Хорошо, в этом согласна, ты действительно на всё ответил идеально… Только теперь я тебя считаю извращенцем-сталкером!       Андрей устало вздохнул и почесал себе лоб. Он подошёл к окну и повернулся обратно к собеседнице. – Лады, хочешь неопровержимых доказательств? Ща устроим.       На этих словах, божество небрежно бросило торт на пол и совершило рывок, разбив своим телом стекло и выпав из окна. Вера буквально окаменела от его действий. – Господи-Боже! – вскочила она с дивана.       Подбежав к окну, она боязливо посмотрела вниз, на улицу. На тротуаре виднелись только осколки стекла, но тела нигде не было видно. – Достаточно убедительно? – раздался голос соседа из-за спины.       Студентка мгновенно обернулась, увидев целого и невредимого Андрея. Тот стоял на входе в комнату и продолжал жадно поглощать остатки пирога, которые таким же магическим образом исчезли с пола. – Ты… что… как…?! – не могла она найти слов. – Э, мэ, бэ, да когда ж ты перестанешь задавать одни и те же вопросы? Удалось мне пережить падение и вернуться домой. Теперь живи с этим. – Уму не постежимо! Ты не человек! – Аллилуя! – произнёс он с набитым ртом, – Не встречал ещё таких тугодумов, как ты. – Господь милосердный… – взялась она за голову. – Если ты ко мне обращаешься, то я не тот, за кого приняла. Ты ведь… как вас там… православная, да? – Я… у меня шок… Я точно сплю… – медленно присев на диван, начала Вера, – Это же невозможно… – Вполне возможно. Если учесть то, кем, а вернее «чем» я являюсь.       Студентка закрыла лицо руками и тихонько засопела. – Прикольное чувство, а? Каково это, осознавать, что в твоём мире может происходить нечто «необычное»? – заострил он внимание на последнем слове. – Ты… я могу сказать только одно. Либо ты чертовски хороший фокусник… Или ты действительно нечто иное. – Советую тебе привыкнуть ко второй теории. Итак, – доев, наконец, десерт, начал Бог, – Я бы хотел поговорить с тобой о нас. Вернее, о том случае, который я совершил по собственной прихоти. – О чём ты? – Дурочку не включай. О моём бескорыстном подарке в виде еды. Кстати, вкусная хоть была?       Вера положительно кивнула головой, не проронив и слова. – Шик, так и думал. Так вот, я ведь тогда ясно дал понять, что МНЕ, никаких подарков взамен НЕ предлагать. – Ты сказал это так, будто бы шутил. – Правда? – задумался Андрей, – Хм… возможно тут моя вторая ошибка. – Я не понимаю, к чему ты ведёшь. – Ах да, отвлёкся, извини. Что я всем этим хочу сказать… Я изменил твою судьбу, предоставив бесплатное питание. – Не… понимаю. – Ох. Смотри, ты ведь голодала по причине того, что не умела экономить, так? – Да. – Уроком судьбы должна была стать голодовка. К сожалению, она бы ещё привела к другим последствиям, таким как тяжёлое заболевание желудка. Он у тебя слабый, сама знаешь. – То есть… ты буквально спас меня? – Вот тут начинается самое смешное: это фактически не спасение, а вред. – Объясни. – Ну, утолив твой голод, я буквально выдрал тебя из времени и вставил в другое. Всё было бы хорошо, но ты… впервые в своей жизни… решила сделать нечто доброе в ответ… Ты как бы и молодец и нет. – Я… всё равно не понимаю.       Божество вновь устало выдохнуло и подошло к телевизору. – Так, представь, что ты смотришь мелодраму по телеку. Представила?       Девушка кивнула головой. – Отлично! А сейчас ты переключила на другой канал и там играет та же самая актриса, да и роль у неё похожая, вот только сюжет отличается от предыдущего сериала. – То есть… Ты изменил мою историю? – Ай молодец, прямо на лету схватываешь, – натянуто улыбнулся Бог, – Теперь. Продолжим эту тему с теле-ящиком. Значит, ты переключила канал, и изменился только сюжет, так? А теперь, ты ещё раз переключаешь его, и там героиня продолжает играть свою роль, вот только она уже в совсем другом месте и на улице ночь… – Имеешь в виду мой пирог? – Да! Именно! Всё то время, которые ты убила на приготовление, должно было уйти в совершенно иное русло. – Какое же? – Нужно было сходить, поддержать подругу в больнице. Но… ты не пошла, потому что не знала о несчастье. А всё почему? Потому, что ты, сломя голову, неслась покупать ингредиенты. Хоть бы на минуту остановилась и послушала о чём разговаривают остальные…       Вера пожала плечами и ответила: – Я считала, что вернуть долг куда важнее. – В принципе… – задумался Андрей, – Благородно с твоей стороны. – Если честно, я до сих пор не могу понять… Почему ты мне всё это рассказываешь? Зачем раскрываешь карты? Насколько вижу, ты ведёшь затворнический образ жизни. – Особых причин нет. Просто я дико облажался и… можно назвать это откровением за мой грех. – Изменение истории, это грех? – Всё зависит от того, под каким углом на это посмотреть.       Образовалось неловкое молчание. Оба собеседника старались избежать контакта глазами. – Я… могу задать тебе пару вопросов? – разрушила тишину студентка. – Они связаны с моими силами и возможностями? – Да.       Андрей тяжело вздохнул и указал рукой в сторону кухни. – Ну, пойдём, поговорим за кружкой чая. Ближайшее время неуклюжий сосед занялся приготовлением простейшего напитка, умудрившись рассыпать несколько листьев и развести грязь по всей столешнице. Казалось, будто он маленький ребёнок, который толком то говорить не умеет, не то что кипятка добавить.       С горем пополам, Божеству удалось создать вкусный чай. Собеседники сели за небольшой столик друг напротив друга. На нём лежало две белые салфетки и пустая коробка для кубиков сахара. – Время ещё не позднее, так что задавай свои вопросы, – громко отхлебнув, приказал он. – Начну с того, что я не верующая. – Угу, но по факту православная, – продолжив пить чай, корректировал Бог. – Я агностик. И… думаю, что после такого… способна поверить в нечто сверхъестественное. – Так-так, – подгонял её тот. – Но я слышала пару интересных философских вещей, на которые хотела бы получить ответ. – Ах… философия… Знаешь, порой она задаёт вопросы, на которые невозможно найти никакого ответа. – Согласна. Но скажи, в чём смысл жизни? – Началось… Вот знал, что ты это спросишь. – Есть какая-та проблема? – Нет, конечно. Своим недовольством я показываю, насколько твой вопрос относится к клише. В общем, смысл в том, чтобы жить. – Не понимаю… – И не поймёшь, если не дождёшься объяснений. Смысл жизни в том, что это настоящая рулетка с мирозданием. Ты ведь постигаешь науку, должна понимать – твоё появление на свет невероятное везение. – Я вполне осознаю сей факт. – А вот и нет! Ты даже понятия не имеешь, насколько тебе повезло! – вспылил Андрей. – Ладно, ладно! Я этого не понимаю! – испугалась Вера.       Божество вновь обрело спокойствие и продолжило наслаждаться чаем. – Извини, слегка сорвался. Есть ещё вопросы? – Ты и на первый толком не ответил. – А… ну да… Так вот, мой ответ – смысла нет. – Чего…? – впала в недоумение студентка. – Смысла нет изначально, но ты сама должна его придумать. В этом весь смысл. Знаю, звучит забавно и непонятно, но так оно и есть. – Хорошо… допустим, я получила, что хотела.       Девушка крепко сжала кружку с напитком, набираясь храбрости и всё же спросила: – Что будет после смерти? – с небольшой дрожью, сказала она. – Ничего, – усмехнулся он. – То есть… смерть – это конец? – Глупая, смерть – это не конец. Ты просто подождёшь пару миллиардов лет, может триллион, не знаю точно и переродишься. – Так значит, Буддизм истинная религия?! – Пф… не делай поспешных выводов. Ты вновь вернёшься на ту же самую планету, в то же самое время.       Слова Андрея окончательно сбили Веру с толку и потому, она смотрела на него стеклянным взглядом. – Понимаю тебя, поначалу не понятно. Ща объясню.       Сосед взял салфетку и разложил её на столе. – Представь, что ты – это салфетка. Ты умираешь и твоя жизнь, память, возможности, загибаются, – складывая бумагу, разъяснял он, – И всё что от тебя осталось это частицы, можешь называть их «душой», мне без разницы. – Так души не существует? – Конечно нет! Что за бред?! Где бы она хранилась по-твоему? – Значит… все заблуждаются по поводу морали и характера? Они совсем не зависят от душевного состояния? – Это конечно же смешно, но наука смогла бы лучше объяснить что творится после смерти, чем любая религия. Во что бы человек ни верил – это всего лишь мечты и мысли. Они не имеют никаких материальных ценностей. Но людям надо во что-то верить.       Собеседник слегка почесал лоб и на пару мгновений над чем-то задумался, но после продолжил свои рассуждения. – Так вот, а затем проходит невероятно длинный период, в котором вселенная погибает. И сразу же возрождается. – Большой взрыв? – Да, верно. Он происходил бессчётное количество раз, но об этом никто не знает, кроме меня и других Богов. – А есть и другие?! – удивлённо воскликнула Вера. – Вне всяких сомнений. Моя дочь, например. Она до сих пор ходит среди обычных людей. Или же мой старый знакомый, с которым мы кучу раз попадали в передряги. Он всегда был таким… скрытным… Носил на лице белую маску и говорил что-то типа «У меня нет лица». Забавный малый, – посмеялся Андрей под конец. – Где же они сейчас? – Доча моя неизвестно где. Сама по себе гуляет, сама всё делает, я её не трогаю. А вот друже мой где-то потерялся. Три века его уже найти не могу. Да, кстати…       Внезапно, откровенный разговор прервал громкий стук в дверь. Студентка вздрогнула от испуга, как только услышала настойчивые удары. Андрей нахмурился и залпом допил остатки чая. – Вот, кстати и моя горничная. Посиди здесь, я её быстренько сгоню.       Божество неохотно вышло из-за стола и направилось к входной двери. Всё это время жуткий стук не прекращался. Наконец, он достиг цели и с натянутой улыбкой открыл проход на лестницу. В квартиру тут же ворвалась женщина лет тридцати с невероятно длинными чёрными волосами, прямо до колен и яркими зелёными глазами. Она носила строгий офисный костюм с галстуком, а через бровь у неё был небольшой белый шрам. – Аркий! – во всю глотку закричала пришедшая, – Ты уже пятую неделю отлёживаешься в своей пещере! Штаб крайне недоволен твоим бездействием! – Прошу прощения? Что ты только что сказала? «Штаб мной не доволен»? – прервал сосед незваную гостью. – Государство тебя спонсирует. Предоставляет деньги, жильё, всё что захочешь! И как ты платишь взамен?! – Я как минимум не разрушаю эту чёртову страну! – грубо ответил тот.       Женщина нахмурилась и скрестила руки на груди. – Тогда… «Ваше высочество», напоминаю, что у Вас договор на многие века вперёд. – Помню, помню. Но я ведь не обязан соблюдать его на все сто процентов. – Кто тебе такое сказал?! Чума тебя возьми! – Ха! Ты серьёзно? – засмеялся Бог, – Это какая твоя жизнь по счёту? Сколько раз ты уже перерождалась? – Двадцать вторая! И будь я проклята, если все твои действия не пахнут дежавю! – Твою ж дивизию, тебе уже почти за несколько миллениумов по возрасту перевалило, а ругаешься как отсталая крестьянка… Ладно, слушай, я решу все вопросы позже… Если захочу. Отправляйся к остальным, скажи, что я себя плохо чувствую и мне нужен отдых, – подгонял он её к выходу. – А ну стоять! Что ты скрываешь?!       Андрей замешкался и случайно отвёл взгляд в сторону кухни. Женщина заметила невольное движение глаз и тут же устремилась на кухню. – Э! Вернись! – скомандовало божество.       Новая гостья вбежала в нужную комнату и увидела Веру. Та пребывала в замешательстве, поэтому тихонько встала и, поправляя одежду, сказала: – А… здравствуйте.       Лицо женщины сменилось с гнева на косой осуждающий взгляд. На кухне вскоре появился и Андрей. Он прислонился к двери и недовольно растянул улыбку. – Аркий… Ты что наделал? – спокойно спросила незнакомка. – Ох… В общем, знакомься. Это – Вера. Так уж получилось, что я помог ей, а она решила вернуть должок. – Она теперь вне времени? – Технически да, но по факту просто сбилась с пути.       Новая гостья схватилась за голову и уселась прямо на полу. – Какой же ты дебил… – усердно протирая глаза, протянула она. – Хей! Попрошу следить за языком. Это последнее предупреждение. – Ну и что ты сделаешь?! А?! Испепелишь меня?! Уже было! Не удивишь! – Ты знаешь, весь твой фанатизм действует мне на нервы. Сколько времени прошло, а ты всё такая же шизанутая. – Заткнись! Это из-за тебя я обречена на эти вечные страдания! – вскочила на ноги женщина. – Виктория, успокойся, – медленно водил руками Андрей. – Я была готова терпеть любые твои выходки! Даже ту, что ты сделал меня своей рабыней! Но сейчас ты зашёл слишком далеко! – Воу-воу! Скажем «нет» ужасным словам! Не рабыня, а вечная слуга! Я же не надеваю на тебя ошейник и не заставляю торговать телом ради еды. – Оу, правда? Тебе напомнить происшествие в одиннадцатом веке?! – Так! Тихо! Мы своими разбирательствами только пугаем Веру! – Это ты здесь орёшь! Зачем ты выбил её из времени?! Избавиться от меня хочешь?! – чуть ли не крича, высказалась Виктория.       Бог тут же щёлкнул пальцами, и гостья испарилась в воздухе, оставив после себя лишь еле-заметную пыль. – Во, так-то лучше, – протирая руки, молвил Андрей. – О Боже, что ты с ней сделал?! Ты её убил?! – перепугалась студентка. – Чего? Нет. Просто перенёс её на… кхм… пару километров влево. – И где же она сейчас? – Понятия не имею. Главное, чтобы внутри стены нигде не появилась. А то это будет очень трудно объяснить «Штабу», – показал он последнее слово кавычками.       После неожиданного события, Андрей вернулся за стол и устало протёр лоб. – Не обращай внимания на неё. Она слегка не в себе. – Кто такая эта Виктория? – Моя слуга. Принесла себя в жертву каким-то фанатикам, при жизни.       Сосед стукнул пальцем по пустой кружке, и она сразу наполнилась водой. – Была прилежной ученицей, приехала в столицу, всё было отлично, но потом начала интересоваться оккультизмом. И ей основательно промыли мозги, заставив совершить самоубийство в особую ночь.       Он отпил немного воды и продолжил: – Естественно, что-то пошло не так, и она осталась жива. Ритуал был сорван и одновременно совершён. Можно сказать, что Виктория теперь кот Шредингера. – Она ни жива, ни мертва? – озадачилась Вера. – Да. Сколько бы раз Вика не пыталась себя убить, ей суждено вечно бродить между мирами и переживать всех своих любимых, знакомых и родных. Она считает это своим проклятьем. Я называю это «Эффект Виктории». – Но… если эта женщина сама сделала себя такой, то почему огрызается на тебя? Не понимаю. – Всё просто. Как только я узнал о бессмертном существе, то тут же предстал перед ней. Ты бы видела это… отчаяние. Она так усердно пыталась убить себя, что крови и внутренностей хватило бы для пересадки всем больным на свете. Потерянные органы и конечности вырастали с бешеной скоростью. Но… бедная Викуля до конца отказывалась верить в сие чудо. Ты представляешь? Каково это, когда жаждешь вечного покоя и всецело ненавидишь свою жизнь, но тебе суждено быть бессмертной? – Это… жутко, – опустила студентка свой взгляд. – Вот-вот. Я пытался ей помочь и не раз. Но, по-моему, она просто совсем с катушек съехала. Начала верить, что это я виновник всех её бед. Нет, я, конечно, заставил её быть моей слугой, но это временные меры. Так хоть научил её быть менее… суицидальной. – А разве ты не можешь отменить её мучения? Ты не настолько всемогущий? – Почему это? Могу, конечно, но тогда она вовсе перестанет существовать. В данный момент, я ищу другие способы её спасения… Жаль, но пока что ничего не выходит. – То есть… ты всё же являешься абсолютным Богом, который способен на всё? – Естес-на! Нет ничего, что я бы не мог сделать, – с полной уверенностью уточнил он. – А как же эта ситуация с твоей слугой? Ты ведь не можешь по щелчку пальца подарить ей желанное. – Как я уже говорил – могу. Просто это будет не гуманно. – Тогда ответь… – задумалась девушка, – Можешь ли ты создать камень, который будешь не в силах поднять? – И да, и да, – протерев нос, ответил он. – Хочешь сказать, что создашь такой камень, который не можешь поднять, но при этом поднимешь его? – Почему бы и нет? – Но как…? Это же абсолютно не логично! – Проблема в том, моя глупышка, что вы, люди, никогда не берёте в пример бесконечность. Я могу создать камень, который будет весить, как Солнце и не смогу его поднять сегодня, потому что мне банально лень это делать. А завтра спокойно подниму… если лень меня с потрохами не сожрёт. – Всё равно не то. Ты ведь сможешь поднять такой камень. – Если смотреть на это в моей перспективе, то вполне. Я просто буду бесконечно увеличивать вес и бесконечно поднимать его. Почему нет? – Как-то не убедительно звучит…       Андрей устало закатил глаза и подпёр голову рукой. За окном медленно опускалась ночь. Вера невольно осмотрела всю кухню и заметила небольшой гербарий в треснувшей вазе. – Ты любишь сухие растения?       Божество тут же осознало о чём идёт речь и обернулось, чтобы с печалью в глазах посмотреть на гербарий. – Или это древний артефакт невиданной мощи? – неуверенно добавила студентка. – Нет… порой трава всего лишь трава. – Ох, прости. Видимо это тяжёлые воспоминания? – Меня поражает твоя проницательность, юная Вера.       Андрей вновь поднялся на ноги и подошёл к старинной вазе. – Эти сухие растения последняя память о моей мёртвой жене…       Девушка поразмыслила над словами соседа и тут же ответила: – А ты… не можешь вернуть её к жизни? – Могу. Но она совсем не обрадуется такому раскладу. – Что же такого произошло? Мне… как-то не по себе от подобных слов. – Она погибла за правое дело. Можно сказать, что спасла всех нас от неминуемой гибели. Её тело до сих пор сдерживает вселенные от распада. – Мне ужасно жаль… – Ты не должна испытывать жалость или симпатию к тому, кого даже не знала, дурочка… Это всё равно что сказать: «Я люблю мороженное, но я его никогда не ела».       Божество невольно задумалось и тут же добавило: – Да и не такая уж она и мёртвая, если посудить. По факту живая, но не всегда говорить может. Считай что живой труп, истощённый жизнью.       Вера вопросительно подняла одну бровь, но не стала подробнее расспрашивать собеседника. Вместо этого, она посмотрела в окно, завидев, что ночь застала её врасплох. – Что-то я засиделась… Не рассчитывала, что это займёт столько времени. – О, нет, пожалуйста, не уходи. Останься ещё на часик! – резко попросил Андрей. – Ну, хорошо, ещё один час ничего плохого не сделает, – с улыбкой ответила она. – Ты можешь спросить у меня ещё что-нибудь интересное! У тебя же куча вопросов, давай-давай. – Я… эм… мне всегда… – перебирала студентка мысли в голове, – Да, мне всегда было интересно, как устроена твоя жизнь? – То есть? – Расскажи, как проходят твои дни? Что ты делаешь? Чем занят? Ты, наверное, дерёшься со злодеями? Гоняешь ужасающих демонов? Вершишь правосудие? – с горящими глазами, перечисляла она. – Пойдём, покажу, – махнул тот рукой.       Собеседники перешли в гостиную комнату, где Бог с расслабленным видом плюхнулся на диван. В то же время включился телевизор, по которому показывали прямую трансляцию футбола. Вера, словно ребёнок, ожидавший яркую игрушку, простояла возле него добрых десять минут. Но её терпению пришёл конец, и она всё же задала вопрос: – И… что? – А? – Ты ведь хотел показать мне свою деятельность. Где же она? – Как хде?! – усмехнулся Андрей, – Вот она! – Постой. Хочешь сказать, что ты целыми днями лежишь на диване и смотришь футбол…? – Ну почему только футбол? Ты меня оскорбляешь. Я ещё люблю новости посматривать, кулинарные шоу. О! Ещё прикольные видео из войны на ближнем востоке! – При… кольные…? – будто не расслышав, переспросила она. – Да, всё верно, прикольные. Это же смешно, когда люди надевают на себя маски хладнокровных животных и начинают убивать друг друга. – Я, конечно, всё ожидала, но не такого! Это же неприемлемо! – А по твоему бегать по миру и чистить нечисть – лучше? – Если она реально существует, то ДА! Ещё как да! Нельзя целыми днями сидеть дома и ничего не делать! – Эй! Я это называю культурным обогащением!       Столь неожиданный поворот событий застал студентку врасплох. Она почувствовала в себе силы и, недовольно скрестив руки на груди, заявила: – Знаешь… я ведь действительно во всё поверила. Даже признала, что ты и есть сам Бог! Но я не собираюсь симпатизировать человеку, который абсолютно ничего не делает! Меня сама мысль об этом раздражает. Я никто, перед тобой и прекрасно вижу, что мои слова для тебя ничего не значат, но…       Андрей никак не отреагировал на её изречение. Он продолжал смотреть матч со своей издевательской улыбкой и, казалось бы, совсем не обращал внимания на гостью. Студентка осудительно покачала головой и молча направилась к выходу. Только в дверях, её остановил стремительный, как стрела, вопрос соседа: – А что же мне делать?       Девушка не стала оглядываться, а просто приложила руку к дверному косяку. – Куда бы я ни пошёл, всюду смерть. Современные люди боятся меня, они не понимают «что» я такое. Я им совсем не нужен. Меня заменили технологии. Ещё во времена древнего Рима обо мне все забыли. Для этих мелочных и пошлых людей вкусное вино и оргии были важнее какого-то там Божества.       Вера с грустью взглянула на мученика. – Они стали забываться. Не молили меня, а буквально приказывали. Я для них стал всего лишь глупым существом. Они даже дали мне прозвище – Stulte. До сих пор не знаю, что оно означает, но каждый раз, когда кто-то произносил его, раздавался дикий хохот. – Мне очень жаль… – с неловкостью в голосе, сказала девушка. – Эх… а потом все ударились в механизмы. Простые кузнецы творили настоящую «магию», создавая из непокорных материалов оружие… Средство для убийства себе подобных… Ведь поэтому меня смешит сам акт смерти. В смертельных схватках я вижу некое отмщение. – Но… почему ты никак не реагировал на это? Ты ведь всемогущий и всё такое. – Потому что в этом мире всем правит Судьба. Нарушать её законы нельзя, иначе рискуешь быть стёртым из истории. Я всемогущий, но только по отношению к людям… Когда вопрос заходит о чём-то серьёзном, тут я бессилен. – Арки… то есть Андрей, ты же помог мне. Изменил мою историю. Что теперь? Я погибну? Или ты? – одолели её сомнения.       Бог выключил телевизор взмахом руки и с большим трудом поднялся с дивана. Он подтянул штаны и ответил с полным спокойствием в голосе: – Не бойся. Ты в безопасности. Умрёшь только через пятьдесят лет, так что живи и наслаждайся жизнью, – указал он на входную дверь.       Вера несколько раз одобрительно кивнула головой и подошла к выходу из квартиры. Она повернула замок и вышла на лестничную площадку, закрыв за собой дверь. В «пещере» Андрея образовалась звенящая тишина. Он безмолвно стоял посреди гостиной и смотрел в пол. – Можешь выходить, я знаю, что ты здесь, – внезапно произнёс он. – Всё? Попрощался? – прозвучал знакомый голос.       На подоконнике, возле разбитого окна сидела Виктория. Она была в полном порядке и занималась резьбой по большому зелёному яблоку. Её маленький кухонный нож аккуратно создавал идеальную фигурку человека. – Да… – Если хочешь знать моё мнение – Ты долбанулся. И я, и твоя жена Судьба, мы обе просили не трогать временные линии. Сделаешь только хуже. – Это было необходимо. Я хотел проверить одну теорию. – Допрашивая «прошлую меня»?       Нож Виктории застрял на зёрнышке, сразу же после её слов. Аркий ничего не ответил, а просто молча продолжил стоять. – Я как увидела «себя»… Во мне будто что-то переключили. Я не знаю, как мне на это реагировать, Аркий. Ты и раньше вытворял вещи… Но такое я тебе ни за что не прощу. – Вика, всё, что я делал, было тебе во благо. – Аркий… Ты обманываешь сам себя. Сколько прошло с того самого момента? Кажется, будто вся вечность. Все наши с тобой приключения в других мирах, спасение планет, поддержание баланса… В каждом происшествии виноват был ты или твои злые двойники. – Не совсем. Помнишь тот случай с «порчей»? Его затеял не я и не мои копии. – Ах да. Куда делся Безликий? Твой друг, которого ты так называешь? Он не выжил? – Понятия не имею, возможно, действительно погиб. Как-никак вспышка сверхновой была. Эх… вот зачем он полез спасать того идиота…? – Этот «идиот» был его родным братом. Коего ты, кстати говоря, убил. – Правда? – почесал Бог затылок, – Что-то не припомню. – Издеваешься?! Выпущенная тобой стрела пробила ему череп! – разражённым тоном воскликнула Виктория. – Да стрела попала всего лишь в мозг! Что он за божество такое, раз умирает от выстрела в голову?! – пытался оправдаться тот.       Слуга положила недоделанную фигурку из яблока на подоконник вместе с ножом и слезла с него, встав в полный рост. – Аркий, я презираю тебя. Мне противно не быть твоей рабыней, а вообще знать тебя. Просто знай это. – Я знаю… Заметил ещё очень давно. Но вот вопрос: почему ты всё ещё здесь? Я ведь тебя не держу. Пытаюсь реально помочь, а в ответ слышу тонну оскорблений. – Ты ничего не делаешь. Тебе ничего не интересно. Миры ты спасаешь, только потому, что тебя Судьба под зад пинает, и другого выхода нет. Моё время тебе совсем не интересно.       Бог подошёл к разбитому стеклу и с хмурым видом положил ладони на подоконник. Виктория безмолвно наблюдала за ним, жаждав услышать хоть какой-то ответ. – Если это твои раздумья… То ты жестоко ошибаешься, – начал он. – Так докажи мне обратное. Всё что я вижу: жалкие потуги, бредовые идеи и самодурство. Благодаря тебе и твоих действий, я умирала бесчётное количество раз. Но из-за грёбанного проклятья, я застряла между всеми мирами сразу! Даже Мортем не смогла подарить мне смерть! – Вика… Я прошу у тебя прощения.       Слуга мгновенно замолчала и приподняла одну бровь от удивления. – Понимаю, ни разу перед тобой не извинялся за свои действия. Послушай меня. В свободное время от работы, я искал способы тебе помочь. Самый очевидный, был стереть тебя из истории, убить оригинал. Но тогда бы ты не смогла переродиться в последующих мирах. – Лучше бы ты меня стёр…       Аркий обозлился и схватил Викторию за руки. – Хватит! Перестань искать свою погибель! Я найду способ тебе помочь! – С чего вдруг?! – вырвалась она из его захвата, – За все эти годы ты палец о палец не ударил! Никогда тебе не доверяла и сейчас не буду! – Ты мне стала как дочь, Вика… – Ты врёшь, – с полной уверенность ответила та. – Нет. Впервые, я собираюсь раскрыть тебе весь мой план. Всё это время, я блуждал по временным линиям и искал ту, где твой разум ещё не запятнан. Потратил кучу времени и средств, но все попытки были бесплодны… – Ах! Так это ещё был и не первый раз, когда ты вмешивался в историю?! Вот подожди, как только об этом узнает Судьба…!       Не успела она договорить, как вдруг заметила, что её ладони становятся прозрачными. Она пребывала в неописуемом шоке, подняв свой взгляд обратно на Аркия. – Но сейчас, я наконец-то всё сделал правильно… – с тёплой улыбкой сказал тот, – Возвращаю тебя обратно и дарую обычную жизнь, о которой ты всегда мечтала.       По щекам Вики потекли слёзы. Она уже не могла сдерживать эмоции. – Родная моя… тебе больно? – настороженно спросил он. – Нет… Я просто… счастлива, – тихонько ответила она, практически шёпотом и крепко обняла Бога, прижавшись к его груди.       Аркий нежно приобнял её и успокаивающе погладил по волосам. – Спасибо… Спасибо! Боже! Благодарю тебя! – Ну-ну, теперь всё позади. Ты вернёшься домой и проживёшь великолепную человеческую жизнь. Больше нечего бояться… Больше не о чем жалеть…       После его слов Вика полностью исчезла, теперь уже навсегда. Бог остался совсем один в своей квартире. С его лица никак не желала уходить всё та же тёплая улыбка.       На следующий день Вера встала с утра пораньше и решила начать жизнь заново. Она перестала тратиться на ненужные вещи, стала ко всему подходить с должной ответственностью и постоянно общаться со своей мамой, порой даже отсылая ей денег. Эта встреча серьёзно изменила её жизнь, и студентка это прекрасно понимала. Она перестала хвататься за суеверия или же «волю Божью», решив стать хозяйкой своей судьбы. Но с тех пор, она ни разу не видела, чтобы кто-то выходил из соседней двадцать третьей квартиры.…       Где-то поздней зимой, Вера возвращалась домой с подработки и остановилась на светофоре. Сиял красный свет, но дорога была чиста от машин. Она тщательно осмотрела каждую сторону и сделала уверенный шаг вперёд, после чего резко остановилась. На той стороне перехода стоял знакомый ей образ мужчины в летней куртке и армейских штанах. Он неодобрительно мотал головой, буквально заставляя девушку одуматься. Так она и сделала: шагнула назад, решив дождаться зелёного света. Как только загорелся нужный, начал падать снег. Вера всего на секунду отвлеклась, посмотрев на небо, а бывший сосед уже исчез.       Студентка тогда и не знала, что Аркий всё это время был рядом, оберегая её от опасностей. Вот и в этот раз, он стоял на безопасной дистанции, вдали от неё. Рядом с ним пребывала молодая девушка с румяными щёчками и мешками под глазами. Незнакомка была одета в чёрный, изорванный балахон, скрывавший всё её тело, кроме лица. – Ты сделала мудрый выбор, – начала она, – Вера не заслуживала такой страшной участи, как мы с тобой. – Мы с тобой должны вечно приглядывать за этим миром, иначе мама одна не справится. Ты же её знаешь. – Понимаю. И я уже приняла свою участь. Честно… даже не жалею.       Дочка слегка посмеялась и добавила: – Не такой уж ты и всемогущий. Сколько у тебя времени ушло на изменение истории? – Целая вечность, доченька… Целая вечность… – с тяжёлым вздохом ответил тот.       Вера перешла дорогу и направилась к себе домой, скрывшись из виду в переулке. – Отец… Скажи, как ты додумался до подобного? – Методом проб и ошибок, милая. Я бессчётное количество раз пытался изменить историю Веры… Всё было без толку. Что бы я ни делал, жуткая судьба ожидала её буквально за углом. Но, мне на самом деле повезло. – В смысле? – На этой попытке я окончательно забил. Просто решил, что сыграю самого себя. Навыдумаю всякого. Собью её с толку. Покажусь великим, а затем упаду в глазах, чтобы больше не интересовалась ничем «сверхъестественным». Честно, даже не ожидал, что это поможет. – Меня порой поражает твой интеллект… А вернее его отсутствие. – Ха! В точку попала!       Снег начал падать с двойной силой, вызывая желание зайти под крышу. – Ладненько, пойдём, Мортем, нам ещё с тобой столько всего делать, – приобнял Аркий свою дочь, – Тебе мёртвых провожать, а мне перед матерью твоей отчитываться. Я ведь, как-никак судьбу миллионов изменил… А всего то наладил историю одного человека. Ох и влетит мне… Конец.