Интрижка

       Такая привычная суета вокруг. Ох, как много здесь уставших от своей жизни невротиков, страдающих от своих ужасных ритуалов, запутавшихся, сломанных людей. И дело даже не в тех девушках и парнях, которые устанавливают декорации и по-свойски препираются с кем-то о неправильности выбора той или иной композиции и расстановки света, а в этих накрашенных парнях и изможденных анорексией или кокаином девочек-моделей. Все видно по глазам: смертельная усталость, смертельная скука. У меня все по другому, совсем по другому. Мне есть ради чего бороться, ради чего идти вперед! Вперед! Вперед! Есть кое-кто, ради кого я приклею к своему лицу эту чертову улыбку и буду делать все правильно. О, Боже, как же я хочу сейчас его, чтоб он был рядом, такой странный, здоровенный парень, уплывающий в свой мир то и дело, но смотрящий на меня с теплотой, сравнимой с теплом солнца, обогревающего и ласкающего всю землю. Как я мог сомневаться, что у меня к нему чувства. Я и правда ребенок все как он и говорил. Только сейчас когда мы уже неделю в ссоре я начинаю рассуждать и философствовать. Надо срочно мириться, но как заставить его наконец принять во внимание мои желания. Он кричит я сделаю все, я усыплю твою дорогу деньгами и да, он делает все как говорит, но не все дело только в материальном, просто... Между нами говоря, у нас слегка однотипные отношения в постели, я не знаю почему он не хочет идти на встречу и наконец расслабиться, позволить мне «вести», но я же вижу по нему порой, по его взгляду, по его позе, по тому как он тянется ко мне, что он готов, готов принять меня, но что-то постоянно идет не так. У меня уже дымится все, честно! Сколько можно меня мучить, встречаемся раз в неделю, кое-как, тайком, все бегом, бегом. Подрочили, полизались и разбежались… И это все? Я спрашиваю у него: «Что дальше? Ты говоришь, что у тебя все под контролем и все идет по плану, и я ему следую, но что дальше? Я такой же мужчина как и все вокруг, мне нужен секс, мне нужно внимание и ласка. Почему ты ничего не делаешь для того, чтобы организовать нашу жизнь?» — Зал для репетиции освободится через полчаса, там пока приглашенная звезда, знаешь такого «Бас»? ОМГ, ОМГ, ОМГ, он такой милый, ты бы его видел, он как корейский айдол!!! — девочка визажист прервала размышления. — Тот, что с розовыми волосами? Сколько ему лет, мне показалось, что не больше 16! — Да нет, мальчик уже совершеннолетний! Уже все можно! Хахахахах, — девица вульгарно заржала, явно на что-то намекая. — Ты о чем говоришь? - Ну как о чем? О том самом! Ты знаешь, этот мальчик очень интересуется тобой. Я его гримировала, и он то и дело крутил головой, я спросила кого он ищет, а он спросил, правда ли, что тут будет Тимми Сюй! Я бы тебе его порекомендовала, если бы ты не был «замужем». Хахахах. А еще я слышала, что он даже твою песню пел на одном из фанмитингов. — Ты его фанатка? — Нет, что ты, мне нравятся более зрелые мальчишки. Хахахах. Последний штрих, и «звезда» готова. Я встал, пошатываясь, надышавшийся косметикой и лаком, голодный, уставший от постоянных мыслей об этой глупой ссоре. Кроме того, Джонни жаловался на здоровье последнее время, а теперь нет возможности спросить, поинтересоваться, как он себя чувствует, глупенький великан, как я люблю тебя. Забавные эти разговоры, которые ведут со мной малознакомые звезды, я же знаю что именно ты, да ты, с челкой, когда у меня были тяжелые времена, именно ты в своем интервью отзывался обо мне плохо, а эта девица, что улыбается мне так словно хочет покусать, эта дама чуть не изнасиловала моего Юя на презентации новой коллекции Balenciaga. Идиотка. Все же в курсе, что Юй не свободен, мужчин вокруг море, но нет надо лезть к нему в штаны. Шалава! — Здравствуйте! — Здравствуйте, господин Вэй Чжоу! Какой прекрасный вечер! — Да, прекрасный вечер! — главное растянуть улыбку как можно правдоподобнее. — Говорят ваш проект, какой-то сериал в эфир не пускают? Тут есть о чем подумать. «Закрой свой мерзкий, грязный рот.» — Это несостыковки в расписании, он обязательно выйдет в эфир. — Конечно, конечно, в расписании, все дело в нем. Ой, Мин, ангел мой не уходи далеко! Вскинув голову и высмотрев в толпе жертву, девица рванула к бледной и безумно худой девице, обвешанной дизайнерским шмотьем и с кислой рожей. Слава Будде, что я гей. Что может заставить людей быть такими ненастоящими. Я тоже сейчас ненастоящий. Но я открыт, если появляется рядом человек, способный думать, открытый и… - Привет! Ты о чем-то задумался? Прости, если я помешал. Английская речь со смешным акцентом, слегка резанула по уху, перед глазами появился паренек маленького роста с розовыми волосами и накрашенным лицом, словно куколка, но на его лице не было лицемерных гримас и заискивания, он смотрел прямо, хотя было заметно, что смущен. — Привет. А я знаю тебя, мне Нонг сказала, что ты спрашивал. — Ну да, я просто слышал про тебя много. Парень расцвел как роза в мае. — А на улице ливень. Мне так нравится как пахнет воздух после дождя. — Мне тоже. Пойдем на улицу! Не знаю почему, это был просто порыв, одни эмоции, я взял его за руку, мы пошли быстрым шагом к черному выходу, спустились вниз и пройдя по техническому помещению, находившегося на первом этаже здания ресторана, вышли на задний двор, обильно обливаемый водой, он был безлюдным и шипел, тучи плотным кольцом охватили небо, как всегда флэшбэки в памяти: я с Юем в постели, пустой холодильник, почти допитое вино и мой мужчина, лежащий на спине широко раскинув руки и ноги, он гипнотизирует меня, а я его, наш самый страстный секс всегда был, секс наших взглядов. — Почему ты так грустишь? Я опять опрометчиво ушел в себя, оказывается, есть люди, которые замечают мою тоску и им не все равно, я вижу как он внимательно смотрит, он ждет ответа, а Юй не звонил уже три дня, ни слова, ему все равно, он устал от меня, от этих отношений, от бесконечной беготни, от этих тайн и шифров. Я его груз, я тяну его вниз. — Я не грущу, просто устал. Все наши неудачи спрогнозированы и просчитаны, так ведь. — Это из-за сериала? — Чего? Аааа, нет, дело не в этом! — Скажи, это правда? Все то, что про тебя говорят, это правда? — А что про меня говорят? — Ну… Что… Ты этот… Ну, предпочитаешь мужчин… — … Да. Его глаза вдруг стали влажными и более темными, чем грозовая туча, укравшая весь свет. — Ты чего, малыш? — Я тебя прошу. Хотя бы ты не называй меня так - «Бэйби Бас», слышу отовсюду… Мне не с кем поговорить, просто я тоже, понимаешь... — Бас, как ты можешь переживать об этом, ты же живешь в свободной стране. У вас это вряд ли может расцениваться как позорный секрет. — Это в любой стране расценивается как позорный секрет! Просто в одной стране тебе прямо в лицо скажут, что презирают, а в другой будут говорить это у тебя за спиной. Я подался вперед корпусом и обнял его мягкое тельце, так непривычно обнимать кого-то меньше меня, он вцепился в мои плечи и начал всхлипывать. Что в таких ситуациях обычно говорят люди, и что он должен чувствовать. Я действительно не знаю, у меня было все иначе, когда я понял, что хочу мужчину, этот мужчина был рядом, поддерживал во всем, мне было страшно, но как-то формально что ли, не было этого животного ужаса, что я не признан обществом, что от меня отрекутся все близкие, узнай они этот секрет, нет такого не было. На тот момент я видел только его, слышал только его, дышал только им, чувствовал только его, он был всем моим миром. Я не знаю в какой момент это произошло. Одно мгновение и я понял, что к моей шее прикасаются его губы, знакомые мурашки пробежали по загривку и скользнули вниз по спине, голова сама, отклонившись, дала парню свободу для движений. О нет, только не это, так не должно быть. Он закинул руки мне на шею и его губы заскользили по моему лицу, перед глазами его розовые волосы, словно сахарная вата, и от него странно пахнет жвачкой и какими-то детскими сладостями, а не дорогим парфюмом. Что я делаю, Чжоу ты должен проявить стойкость и пресечь это… Сделай хоть что-нибудь. И я, повернув голову, приоткрыв рот, чтобы сказать, что это неприемлемо, нагнулся к его губам и ворвался в его сладкий рот. Я похотливое животное, очевидно, что ребенок растерян, а я нападаю на него, надо остановиться. Член рвется наружу, с тех пор как я встречаюсь с Юем, а это уже больше двух лет, я не «атаковал», Юй делает прекрасно минет и руками все получается отлично, но я хочу по-настоящему, ворваться в него, я хочу, чтобы он стонал и извивался подо мной, хочу чтобы он кричал в голос и просил еще, просил не останавливаться. Да, однако, эти мысли помогли мне успокоится. Что ты делаешь Чжоу? Кофта Баса полетела на пол и следом за ней змеей скользнул ремень, он неловко семенил и терся о мои ноги, его коротенькие ножки и такие мягкие ягодицы, словно созданы для того чтобы их мяли и раздвигали мужские руки. Я же сейчас просто оттрахаю его, прямо здесь, на улице, прямо сейчас. Юй отказался от меня. Если не сейчас, то скоро это произойдет, это лишь вопрос времени. Бас подтянул меня за пиджак к небольшому закрытому холлу и, кинув на пол свою рубашку и стянув джинсы, повлек за собой вниз, укладываясь на спину и призывно раздвигая ноги. Вот она точка невозврата, сейчас это случится, я стану предателем и отныне буду сам себе противен.

***

С треском и шумом на задний двор заехал грузовик и, монотонно подавая сигнал, начал сдавать назад, швартуясь практически к этому самому месту. Я пролетев несколько шагов, подхватил парня под руки, поднял и втащил в узкий предбанник в этом, с позволения сказать, помещении. Бас оделся словно солдат за считанные секунды, поправил волосы и с непоколебимостью прожжённой светской львицы двинулся обратно на площадку. В лифте на нас напал неудержимый хохот, отголоски которого накрывали во время всех съемок, за что я отхватил от Ли Хао замечание, типа того, что я курил что-то крепче сигарет, когда выходил. По крайней мере, я отвлекся от всей этой истории с Юем и его отстраненностью. — Давай закругляйся, у тебя же сегодня никаких планов? — Нет, я парой слов только хотел перекинуться с Басом. — У тебя какие-то дела с этой тайской звездочкой? — Просто познакомились, он неплохой парень. Это не очень удобно уйти сейчас, не попрощавшись. Хао внимательно посмотрел на меня, слишком внимательно… Стало не по себе, я отвел глаза и уставился в телефон, привычно штудируя новые фото: мои и Юя, выкинутые в соцсети. Вот он идет на работу с утра, только посмотрите на это лицо, преисполнено трагедией и тоской, специально, чтобы я увидел и начал переживать, что неправ. Вот и наши чокнутые ЮЧжоу все испереживались… — Ладно, прощайся и поехали, режиссёр говорит, что все, осталось отснять эпизоды в другой локации... Розовая шевелюра маячила то и дело в другом конце павильона, когда я подошел и он, вскинув голову, посмотрел в мою сторону, его лицо просто разбилось в широченную улыбку и чуть не кинувшись ко мне на шею и сдержавшись, очевидно, в последний момент, он вдруг что-то затараторил на тайском языке в сторону стаффа, оттуда вышла очень молоденькая девушка на руках с ребенком и на все том же смешном английском, она поприветствовала меня, оказалось, что это его мама, такая молодая, просто девочка. «Парень, ты действительно совершеннолетний?» Как можно быть совершеннолетним и иметь такую маму. Почувствовал себя сорокалетним мужиком распустившим слюни на ребенка. — Добрый вечер! Бас мне все уши прожужжал, что он с вами познакомился, вы действительно оказались очень милым человеком. — О… Спасибо, мне это очень приятно. Сказать, что я сконфузился, это ничего не сказать, знакомиться с мамой человека, которого я несколько часов назад чуть не отделал на бетонной плите, практически на улице… — Бас, я хотел на пару слов тебя… украсть. Боже, что я несу… — Мам, я сейчас. Он очень энергично поволок меня в сторону своей гримерной. Сопровождаемые взволнованным взглядом мамы мы прошли в комнату, и он закрыл дверь. Я не чувствовал себя так неловко со времен стояка в школьной душевой... — Бас, я просто хотел попрощаться, мои линии отсняты… Наблюдать за тем, как с этого белоснежного личика сползает улыбка было невыносимо, а что ты хотел, совратил парня, а теперь пришел просто попрощаться... Сюй Вэй Чжоу не ожидал от тебя, что ты можешь быть таким подонком. Любишь одного, а играешь с другим, да еще кого выбрал для игр, дитя. Ты действительно подлец. — Ааа. Я думал, поужинаем после съемок. Ну ладно, если ты торопишься. — Послушай, я не знаю поймешь ты или… — Что значит, ты не знаешь пойму ли я!!! Мне не пять лет, почему вы все считаете, что мой интеллект равен интеллекту пуделя, вы ничего обо мне… — Послушай! Я не о том, что ты глупый, просто у меня очень все сложно на личном фронте. Я сам ничего не понимаю. Понимаешь, я его люблю, он меня любит, но у него «план действий», которому нужно следовать, а у меня хроническая усталость и нехватка... Ну, ты понимаешь, как сказать, нехватка близости. — …И ты считаешь нормальным в такой ситуации флиртовать со мной и допускать все это, чем бы это ни было… — Малыш, послушай... Ох, зря я это сказал у него глаза стали круглые как у кота, которому в мордочку направили включенный фен, он и среагировал примерно так же, отскочив в сторону, открыл мне дверь… — Всего хорошего, господин Вэй Чжоу… — Хорошо, я пойду… Я не хотел тебя обидеть, прости… О, Боже, чтоб меня, какой кошмар, какой адский кошмар! Почему я вообще попал в эту ситуацию, я не хотел, честное слово, не хотел. Залезли в машину, Хао смотрит на меня удивленным взглядом, брови уже практически на линии волос и вопрос на лбу красной бегущей строкой, мол «Где ты еще нашел неприятностей на свою котячью голову Тимми Ху!? Что за лицо?». Я помню как-то ходил на консультации к психологу и рассказывал ей, что если со мной случается что-то плохое, то обязательно тут же происходит что-то еще более плохое и эти неприятности растут, как снежный ком, на что она улыбнулась и спросила у меня: «Зачем ты так делаешь? Зачем тебе это?» Я так удивился тогда, но она объяснила, что я зарабатываю дополнительные неприятности бессознательно, для того чтобы притупить боль от основной проблемы. Вот и тут, тоже не успели отгреметь последние взрывы битвы за Юя, и я нахожу себе другое поле боя... Почему жить так сложно?

***

Короткая дорога до гостиницы. Толпа. Улыбаясь приклеенной улыбкой, пробираюсь сквозь фанов, вот они - "парники", вот "каша", вот мальчик из моих "рыцарей", всем помахал, никогда не понимал, как они сумели так организовать свою жизнь, что могут сутками дежурить у входов в гостиницы, отели. Месяц назад Юй все же нашел время пожить дома целых 16 часов. Валялись в постели... Эти наши игры... Опять оборонительные стратегии Юя и мои обиды, пошли в конце дня купить поесть уличной еды. Фаны из моей "каши" стояли, будто кипятком облитые, я их попросил не снимать и не использовать отснятое, все как один согласились, без лишних вопросов, у каждой стороны свои мотивы, конечно, да и знают они, давно знают, что живем вместе… Пока размышлял, зашел в номер, скинул на ходу почти всю одежду, принял душ, теперь сижу на кровати и смотрю в монитор телефона, вы только взгляните на это лицо, рыцарь печального образа, как страдает, эти символические трагические взгляды в камеру, он еще говорит мне, что я вечно как «звезда в образе». Юй, когда уже ты выйдешь из своего образа «супер мужика» и наконец расслабишься, я знаю тебя, твои ужимки и кокетливые взгляды и твою любовь по утрам пить зеленый чай со сливками с оттопыренным мизинцем и сидеть на стульчике словно на жердочке, нога на ногу, и то как ты крутишься перед зеркалом и надуваешь губки… Зачем следовать голым стереотипам и подражать тому образу, который на тебя налепила толпа? Просто расслабься, милый, я уверен тебя любят разного, тебя любят просто так, как и я полюбил тебя и даже не понял как это случилось, за что? А это что, розовая голова на моем плече, бледные ручонки обвили мою шею… О, Господи Боже! Ааааа! Бляять! Фото сделали издалека, с неудачного ракурса и из-за деревьев силуэты ели видны, но узнаваемы, думаю с такого ракурса они бы не смогли снять продолжение этих объятий. ОМГ! Юй! Я представляю! Очередной скандал! Господи! О чем я думал! Ааааа! Пока я метался по комнате номера, дверь рванули за ручку и начали тарабанить в нее, я честно думал, что это Хао, он тоже скорее всего офигел с этого фото… — Привет! Я стоял в шоке раскрыв рот, на пороге Юй собственной персоной, бледный и уставший, с красным глазами, все так же налегке, ни багажа, ни Лю за спиной, одинокий странник, блин. Ну, держись Тимми Ху, сейчас тебе будут давать пиздюлину, такую, что унести не сможешь. Пока я стоял в ступоре он подошел вплотную ко мне и, пристально глядя в глаза, спросил: — Я, надеюсь, ты только обнял мальчика и все, и я надеюсь, что у него заболела любимая собачка и он переживал, а ты его как друг поддерживал? Или может голова закружилась, и он упал на тебя, или может он маньяк и это были не объятия, а борьба? — Нет. — Что нет? — У него похожая ситуация… На мою… Главное ничем себя не выдать, ничего не было, даже если фото с поцелуем всплывут, ничего не было, это все фотошоп, это все монтаж, ничего не было. — И чем же ваши ситуации похожи? — Мы оба геи, мы оба одиноки и не приняты, как тебе такое объяснение? — Что значит одиноки? — То и значит, нет поддержки! — ЧжоЧжо, я, блядь, не понял, ты сейчас предлагаешь мне расстаться? — Нет, не предлагаю, каждый слышит только то, что хочет слышать… Ты сам наверняка уже ждешь этого момента, и желательно, чтоб конец всему положил я, чтобы ты шел дальше по жизни без чувства вины. Ты не хочешь считать себя виновным в нашем расставании и поэтому… — Что за хуйню ты несешь! Что, блядь, за хуйню! Я не хочу терять тебя, я ору тебе об этом, надрывая связки каждый раз, но ты не слышишь и продолжаешь нести свой бред, что ты обуза мне, что я хочу от тебя избавиться, что это не любовь, а чувство долга и привычка… Каждый долбанный раз одно и то же, одно и тоже!!! Сколько тысяч раз мне сказать тебе, что я люблю тебя! Люблю, просто так! И это чувство не меняется и все по-прежнему, сколько тысяч раз мне повторить тебе это, чтобы ты наконец понял, принял и поверил!!! — Я боюсь, что как только я поверю в это, то тут же буду наказан. — Пока что ты наказываешь только меня… Только я наказан! Пока только надо мной смеются и пишут непонятные сообщения о том, что ты снял тайского мальчика! — Какие сообщения? Кто? — Это не важно, ты же знаешь, у нас с тобой много «поклонников». — Ааааа! Опять эта жаба, вот сука! Юй испепеляет меня взглядом, а я стою посреди комнаты, вцепившись в голову руками с двух сторон. В голове как заевшая пластинка: «Ни при каких обстоятельствах не признавайся! Этого не было!» — Мы просто говорили с ним. Просто говорили. Я знаю, что нужно сделать, чтоб Юй утих и успокоился, два шага в его сторону и прямой взгляд в глаза, обнять за талию и погладить по спине, легонько. Пока он стоит напряженный и собранный в узел где-то в районе груди, но стоит мне прижаться поплотнее, и он начнет оттаивать, я физически чувствую как сначала слегка опадают его плечи, а потом корпус наклоняется вперед, перенося на меня свою тяжесть и я чувствую, как он отпустил себя эмоционально и начал тяжело дышать, сквозь мгновенно отекший нос и вот моя шея уже мокрая. Я знаю, я знаю точно, что он меня любит и я его, это невозможно сыграть, это невозможно играть все время. Теперь он перехватывает инициативу и стискивает меня крепко, теперь все как всегда, все очень предсказуемо. Мы как люди из легенды Аристофана, перебирая своими четырьмя ногами, добрались до кровати…