Глава 1
26 января 2023 г., 22:13
В баре было довольно шумно. Люди пили, веселились, отдыхали после тяжелой трудовой недели, кто-то запивал горе или хоронил на дне бутылки свою обиду. В общем, ничего необычного в этом не было. Приглушенный свет создавал атмосферу уюта, позволяя расслабиться и забыть о проблемах реальной жизни, а не совсем отвратный, как в большинстве подобных заведениях, алкоголь только помогал в этом непростом деле.
Из всех клиентов бара выделялись, пожалуй, двое. Молодой человек и девушка, сидящая неподалёку от него. В них не было ничего странного, по крайне мере внешне. Просто два совершенно обычных, как кажется, человека. Девушка, решившая выпить, и мужчина, подсевший к ней. Они просто сидели неподалёку друг от друга и молча пили свой алкоголь. Они не пытались заговорить друг с другом. По крайней мере, по началу. Но, как это бывает всегда, разговор должен был рано или поздно завязаться.
***
— И что должно произойти у девушки, чтобы она так пила? — неожиданно вдруг спросил он. — Поверь мне, ты не хочешь этого знать. — мимолётно взглянув на него, ответила она, вновь переведя на гранённый стакан с дешёвым виски. — И всё же я бы выслушал твою историю. — мужчина обольстительно улыбнулся. — И, может, скажешь уже своё имя? — Люси. Меня зовут Люси. — девушка неопределённо пожала плечами. — Нет, спасибо. Моя история слишком бредова, чтобы быть правдой. К тому же, я не хочу провести свой день рождение в психушке. — И сколько тебе стукнуло? Девушка взглянула на часы: — Через три минуты будет двадцать четыре. — Какая-то ты не слишком весёлая, как для именинницы. — заметил он. — А чего радоваться-то? — она внимательно посмотрела на мужчину. — Хочешь поиграть в психолога? Вряд ли у тебя выйдет. А хочешь я попробую? Судя по тому, как ты пьёшь — у тебя что-то случилось. По тому, как ты держишься — ты слишком давно не был в подобных местах. Судя по глазам — ты не преступник, а хороший человек, повидавший… Ад. Скорее всего, ты хотел подцепить девчонку на одну ночь, которая растаяла бы от твоего обаяния, но так как не вышло, ты решил напиться, чтобы забыть о своих проблемах. Но тут на глаза тебе попадается хрупкая с виду девушка, и ты решаешь узнать, что у неё стряслось, чтобы сказать типичную в таких случаях фразу: «всё будет хорошо», чтобы помочь ей. Чтобы, помогая ей, доказать самому себе, что ты такой же, какой был до того, как это что-то ужасное, оставившее отпечаток в твоих глазах, случилось с тобой. И я бы с радостью предоставила тебе такую возможность, вот только проблема в том, что вряд ли подобными фразами можно решить мои проблемы. — Теперь, — он отпил от своего стакана. — Я бы точно хотел выслушать твою историю. — А ты настойчивый. — хмыкнула девушка, положив на барную стойку несколько купюр, расплачиваясь тем самым за выпитый ею виски. — Ладно. Только проясним ситуацию: это будет только, только, разговор — это раз, мы зайдём за выпивкой, ибо я не достаточна пьяна для подобных откровений перед незнакомцем, а ты слишком трезв, что позволяет тебе сплавить меня в психушку — это два, и ты тоже расскажешь, что у тебя случилось — это три. Идёт? Или ты уже передумал? — Не передумал. — уверенно сказал мужчина, так же расплачиваясь за свою выпивку. — Отлично. И так, мужчина с Адом в глазах, может скажешь своё имя? — Дин. — он усмехнулся. — Моё имя Дин.***
В простеньком мотельном номере сидели двое. Девушка с чистыми голубыми глазами и волосами длинной чуть ниже плеч тёмно-золотого оттенка, среди которых мелькали редкие русые пряди, а также темноволосый мужчина с зелёными глазами. — Ну, моё имя ты знаешь. Возраст тоже, но это не играет особой роли в моём рассказе. — девушка гипнотизировала янтарную жидкость в гранённом стакане, который держала в своих руках, на которые даже здесь, в помещении, были надеты в чёрного цвета перчатки без пальцев. — У меня была сестра, если верить документам, что я нашла уже позднее, близняшка. Нас разлучили, когда мне было четыре года. Ей, соответственно, тоже. Случился пожар. Я помню… — она запнулась. — Я знаю, что её просто вытащили из кроватки и забрали. Я… не знаю, как и почему я выжила, но очнулась я уже в приюте. Тот факт, что я говорила о том, что у меня есть сестра, очень смущал взрослых, поэтому я шаталась по психиатрам. От одного к другому. Всё время. Сменялись врачи, их методики, кабинеты, но разве можно вылечить от правды? Или доказать ребёнку, что кого-то не существует, тем более, что есть официальные документы, доказывающие обратное? Именно, что нельзя. Это просто невозможно. Это тоже самое, как доказывать верующему человеку, что ангелов не существует. Или ещё что-нибудь в подобном роде. В шестнадцать… мне пришлось сбежать. Стало небезопасно в приюте, к тому же, я слышала, как воспитательницы говорили о возможности окончательно сдать меня в психушку. По началу было сложно, тем более опасность никуда не делась, но я справилась. И начала искать сестру. Вот и всё. Вся моя история. Не думаю, что она столь многообещающая, что стоило тратить на неё твоё время. — голубые глаза буквально впились в мужчину взглядом. — И тем не менее. Теперь твоя очередь, мужчина с Адом в глазах. — И почему у меня такое чувство, что ты многое не договариваешь? — спросил Дин, на что Люси пожала плечами. — Ну, моя история ещё проще. Я просто поссорился с братом из-за того, что он врал мне и делал то, что делал за моей спиной. — А ты не разговорчивый. — она улыбнулся. — Настойчивый, но не разговорчивый. — девушка слегка пьяно засмеялась. — Это хорошо. Болтун — находка для шпиона. Мда… Из меня бы вышел плохой шпион, не находишь? Ну, не хочешь рассказывать, и не надо. Но могу предположить, что ссора ваша произошла из-за его выбора, который ты не принимаешь. Вероятно, из-за этого он и скрывал от тебя то, что делал, чем бы это не было. А когда правда всплыла, ты вспылил. Логично? Логично. Да уж. К мозгоправам водили меня, чтобы вылечить от несуществующих отклонений в психике, а вместо этого научили копаться в отношениях и логике других людей. Забавно вышло… — Могу задать вопрос? — после недолгой тишины спросил зеленоглазый. — Ты уже задал. — Люси неопределённо пожала плечами. — И всё же. — Винчестер дождался от девушки лёгкого кивка и продолжил. — Почему ты всё время в перчатках? Девушка сделала глоток виски из своего стакана и отвернулась в сторону, смотря в стену расфокусированным взглядом. — Л… Люси! — в четвёртый раз позвал он девушку и, вновь не получив ответа, схватил её за руку, случайно стянув перчатку. Взгляд сразу перекочевал на аккуратную кисть руки без единого уродства. Дин не понимал, зачем в таком случае носить перчатки даже в помещении? Он осторожно взял её за руку. Вдруг девушка отмерла и посмотрела на него. — Ты не отвечала. — Отпусти мою руку, ладно? Ты не хочешь рассказывать причину того, что хотел напиться, а я не хочу объяснять это, мужчина с Адом в глазах. — руку Дин не отпустил. Просто не успел. А Люси тут же пожалела, что вообще напомнила ему об его истории. Потому что теперь у неё есть возможность узнать её. Вот только, её это нисколько не радует. От слова совсем. Взгляд девушки вновь стал расфокусированным, замер в одной точке, грудь тяжело вздымалась, как будто после долгого марафона. Было ощущение, что она задыхалась.***
Сколько она себя помнит, она всегда была не такой. Это она уже поняла в первые два года в приюте. Все сторонились её — ненормальной девчонки, которая после кошмаров, в которых ей вечно снился тот пожар, звала сестру. Воспитатели не могли справиться ни с её кошмарами, ни с её попытками звать после них же Джейн, её сестру. Они думали, что со временем это сотрётся из памяти ребёнка, и когда-нибудь какая-нибудь любящая семейная пара заберёт её. Наивные… Ей было, наверное, года два, когда случилось что-то. Ничего особенно страшного, но с того момента она помнит всю свою жизнь. Каждый момент. Она может точно сказать, какой именинный пирог ела на своё трёхлетие или в точности описать куклу, что подарили ей родители на её четвёртый день рождения. Она помнит, как была счастлива до пожара, помнит, как было горячо и душно, когда это случилось, когда огонь пожирал всё то, что когда-то было её счастьем, помнит, как какие-то люди вытащили её сестрёнку из кроватки, стоящей рядом с её кроватью, помнит, как она задыхалась от угарного газа и как потеряла сознание тогда, не понимая, что происходит. И пусть момент её попадания в приют ей упущен по причине того, что она тогда отключилась, она помнит первые взгляды воспитателей на себе. Помнит тошнотворный запах медикаментов, пропитавший ту одежду, в которую её одели в больнице, вместо пижамы, пропахшей гарью. Помнит всё. Но это не было особенной проблемой, если бы Люси, подросши, не пыталась избавляться от людей, желающих её приютить. И всё время звала сестру. А потом… случилась небольшая перепалка. Девочка примерно её возраста со злостью пыталась доказать ей, что она права, как что-то произошло. Взрослые назвали это припадком, но на самом деле, Люси не просто видела воспоминания той девочки, но и чувствовала тоже, что и она. С тех пор она старалась избегать прямых прикосновений с другими людьми. Воспитатели начали беспокоится. Ей было шесть, когда она впервые попала к психиатру. Потом череда лиц с приторными улыбками стала сменяться, и все они как один твердили: «У тебя нет сестры». Но она помнила! Помнила её! Всё изменилось в четырнадцать, тогда, пробравшись в кабинет директора приюта под покровом ночи, она нашла то, что, нет, не изменило всё её жизнь, но дало стимул верить в то, что она помнит, а не в то, что говорят другие. Ей здорово тогда влетело, когда они поняли, что её личное дело пропало. Естественно, все подозрения пали на неё. Хотя это и было правдой, это было не важно. Но спрятала она его тогда слишком хорошо. Его так и не нашли, за временем и вовсе все забыли об этом. Но не она. В её пятнадцать её жизнь сделала новый поворот. Она увидела, как Фина, любимого добермана директора, сбила машина. До того, как это случится. Попытка рассказать об этом не увенчалась успехом. Когда это всё же случилось, обвинили её. Подобные случаи повторялись. Ей было шестнадцать, когда на неё напали впервые. Странные люди, подумала она поначалу. До того, как увидела их глаза, что были чернее ночи. Уже интуитивно она понимала, что влипла в какой-то новый, не изученный ею, переплёт. Тогда ей впервые с момента пожара стало действительно страшно. Когда ей чудом удалось спастись из-за того, что эти… существа её недооценили и она вернулась в приют, подслушанный разговор двух воспитательниц всё решил. Она не хотела в психушку и уж тем более не хотела вновь попасться тем, кто на неё напал. Она решила сбежать. И, как показало дальнейшее, это было верным решением***
Глаза девушки будто стали стеклянными, кисти рук тряслись, да и она сама сотрясалась мелкой дрожью. Всё это длилось не больше десяти секунд, а потом они оба отмерли. Люси вырвала свою руку из его рук, хватка которых в этот момент стала многим сильнее, и без сил рухнула на пол. — Люси? С тобой всё хорошо? — обеспокоенно спросил Дин, который, естественно, не понял, что только что произошло. Девушка нашла в себе силы успокаивающе улыбнуться. — Всё нормально, мужчина с Адом в глазах. — в этот раз это прозвучало не как метафора или что-то подобное. Просто констатирование факта, но вряд ли кто-то помимо неё это понял бы. Голос не слушался, голосовые связки саднили так, будто она кричала очень громко долгое время, глаза слепил даже приглушённый свет комнаты, который сейчас казался слишком ярким, её телу было жутко холодно, как если бы она решила прогуляться по Северному Полюсу в одном купальнике, а ей самой слишком жарко, настолько, что жар того пожара казался на этом фоне всего лишь лёгким тёплым ветерком. Жар шёл от сердца, лавой проносясь по сосудам, и от чего-то рядом, может, от мифической Души, и это приносило жуткую боль. Но всё же, сейчас ей было намного лучше, чем, когда она видела воспоминания Дина об Аде. — Я, наверное, просто перепила. — тихо сказала она, но, в разрез сказанному, налила полный стакан виски и залпом выпила его, поморщившись, когда горло обожгло огнём. Да, этот огонь был явно приятнее, чем тот, не желавший утихать. — Ладно. Раз уж мы оба рассказали свои истории, может быть просто выпьем? — Может тебе уже хватит? — Живём один раз, к тому же у меня День Рождение, если ты не забыл. Да и не пропадать же зря хорошему алкоголю?***
Проснулся Дин позднее обычного с жуткой головной болью и похмельем. Он попробовал встать с кровати, поперёк которой он лежал, но тут же рухнул обратно, застонав от резких движений и боли, которые они принесли. Он осмотрелся по сторонам, но не заметил свою новою знакомую, которая, судя по всем следам, спала эту ночь на крайне неудобном даже по виду диване. Зато, его куртка обнаружилась повешенной на спинке стула, сам он лежал на кровати, укутанный в одеяло. На мгновенье ему даже стало неловко, но он быстро отбросил подобные мысли в сторону. Выпутавшись из кокона одеяла, он заметил на прикроватной тумбе стакан с водой и таблетки от похмелья, а также записку, написанную торопливым, но вполне аккуратным подчерком по видимости его новой знакомой. «Доброе, или не очень из-за похмелья, утро. Или день, смотря, когда ты проснёшься. Думаю, лекарство от своего теперешнего состояния ты уже заметил, тем более, что записку эту я положу рядом. Не бойся, за номер этот я заплатила ещё вчера, аж до ночи сегодняшнего дня, так что в моём раннем уходе нет никакой подставы. Спасибо за компанию, мужчина с Адом в глазах. Береги себя. Люси.» Хмыкнув на это послание, мужчина всё-таки выпил таблетку от похмелья. Дин, подождав пока лекарство подействует, встал и подошёл к столу, чтобы снять свою кожаную куртку со стула. Затем он одел куртку и достал из кармана телефон, на экране которого вполне предсказуемо высветилось несколько пропущенных от Сэма. Только он собирался положить телефон обратно в карман, как он позвонил. Только на этот раз это был не его брат, как ожидалось. А неизвестный ему номер. — Да? — ответив на звонок, сказал он. — «Надеюсь, я тебя не разбудила.» — Винчестер сразу же узнал голос его новой знакомой. И откуда у неё его номер телефона? — «Знаешь, я думала, стоит ли это вообще говорить…» — Девушка на том конце провода на мгновенье замолчала. — «Отпусти своё прошлое, мужчина с Адом в глазах. Отпусти, и тебе станет намного легче. Прежде, чем винить себя, подумай, выдержали бы другие. Ты не можешь изменить то, что произошло там, но ты можешь делать то, что ты делаешь. Помогать людям. Береги себя, мужчина с Адом в глазах. Береги себя и своего брата.» — Люси?! — немного шокировано позвал Дин, но она уже отключилась. Это было больше, чем странно. Когда до этого она называла его так, это хоть и раздражало, но звучало, как метафора. Простые слова. Но сейчас… это прозвучало так, будто она знала то, что с ним произошло. И это было жутко. Но он охотник, не привыкший особо доверять людям. Так что его план на этот счёт вполне логичен. Выследить. Найти. И узнать правду.
