Только попробуй

Маркус подкрадывается незаметно. Неслышно подходит сзади, тянет Саймона за край светло-зелёной толстовки и смеётся про себя, зная, что напугает. Саймон неловко оборачивается, едва не столкнувшись с Маркусом носами. Прижимает к груди какую-то книгу и с приоткрытым ртом растерянно смотрит в его разноцветные глаза. — Привет, — говорит Маркус с лёгким, почти издевательским смешком. — Боже мой, Маркус, не делай так больше, ладно? Маркус улыбается краем губ. Они стоят друг напротив друга в пустом компьютерном классе, и воздух вокруг потрескивает от непонятного напряжения. Маркус мягко толкает Саймона к стене, прикасаясь ладонями к его плечам. — Ну, как дела у самого красивого парня в этой школе? — Маркус игриво ластится, едва касаясь губами шеи Саймона, и пробирается цепкими пальцами под толстовку. — Сейчас узнаю. — Саймон пытается говорить ровно. — Как у тебя дела, Маркус? — О, детка. Они сейчас слишком близко, и Маркус чувствует его сбитое дыхание у себя над ухом. Он поднимает голову и усмехается на милую поддёвку. Саймон невольно улыбается в ответ, хотя ему совсем не нравится настрой Маркуса. И беспомощно прижиматься спиной к стене без возможности выскользнуть из крепкой хватки ему не нравится тоже. — Маркус, я... — У Саймона перехватывает дыхание, когда широкие ладони Маркуса скользят вдоль живота и вверх по спине. Он обнимает его спину, не выпуская книги из рук, и прикрывает глаза, отдаваясь ощущениям. — Если кто-нибудь зайдёт... — ... то этот кто-то абсолютно точно пожалеет, — отвечает Маркус, переключаясь на открытую шею. Осторожно целует сухими губами, проходится языком по кадыку, смыкает зубы на тонкой коже у подбородка. Маркус цепляется руками за край джинсов Саймона, гладит его бёдра и поясницу. Саймона слегка ведёт. Он ёжится, тянет Маркуса на себя, отводит руку к полкам, наугад кладёт учебник с подклеенным переплётом, подталкивает его к остальным книгам и обхватывает ладонями лицо Маркуса, вовлекая в короткий поцелуй. — Мы не должны... делать это... здесь, — рвано шепчет Саймон и краснеет, слепо утыкаясь носом в веснушчатую щёку Маркуса. Он чувствует прилив возбуждения и ничего не может с собой поделать. Только тихо поскуливает и поверхностно дышит, хватая ртом воздух. — Нас услышат. Маркус отстраняется и смотрит Саймону в глаза. Узнаваемый взгляд, с которым просто невозможно поспорить. Маркус уверен на все сто процентов. Его уже не переубедишь, и никакие уговоры тут не помогут. Саймон опускает ресницы и лихорадочно мечется от одного к другому. Либо вырваться, сбежать и попытаться забыть, как от прикосновений Маркуса кружилась голова и подкашивались колени, либо рискнуть и подчиниться. Маркус дотрагивается пальцами до искусанных губ Саймона, берёт его за подбородок и ухмыляется. — Не услышат. Мы тихо. — Но, Маркус... — договорить Саймону не даёт загнанное между ног чужое колено. Он резко выдыхает, едва не сорвавшись на стон, краснеет сильнее и давится словами. Маркус притирается, невесомо целует острую скулу, снова горячо касается Саймона под толстовкой. Им обоим уже хочется поскорее избавиться от неё. — Саймон, посмотри на меня, — шепчет Маркус, оставляет ещё один поцелуй за ухом и опускает руки ему на талию. Саймон послушно поднимает глаза, встречается с тёплым взглядом и неуверенно косится за плечо Маркуса. Двери в классе деревянные, с зернистым светло-голубым стеклом. Если заглянуть внутрь и присмотреться, то в размытых образах вполне можно что-нибудь разглядеть. — Мне показалось, там кто-то прошёл, — на тон тише говорит Саймон, пальцами сминая футболку Маркуса с логотипом детройтской бейсбольной команды. — Тебе показалось, — отвечает Маркус. Он тянет руки к лицу Саймона и осторожно снимает с него очки. Аккуратно складывает, стараясь не задеть пальцем стёкла, и кладёт поверх книг в стеллаже. Очки вроде бы и не мешаются, но Маркус делает это каждый раз, прежде чем поцеловать Саймона, стянуть с него верх и осыпать светлую кожу влажными поцелуями. Их маленькая традиция, о которой не стоит говорить на людях. Саймон кусает нижнюю губу и тяжело дышит через открытый рот. Он отводит глаза и нервно переплетает их пальцы. Даёт согласие, без которого Маркус никогда не стал бы настаивать. Он кивает, наклоняется и жадно целует Саймона, крепче прижимая его к себе и сразу же проникая языком в его рот. Саймон затылком касается стены и сильнее хватает своей рукой руку Маркуса. Они долго целуются, распаляясь желанием, пока Маркус нетерпеливо трётся пахом о внутреннюю сторону бедра Саймона и говорит ему что-то головокружительное. Саймон суёт между ними свою руку, проводит ею вдоль ширинки Маркуса и срывает с его губ сдавленный стон. Саймон остро боится быть пойманным, но ему хочется продолжить. Хочется раствориться под пальцами Маркуса, под его игривым взглядом, хочется ощутить Маркуса внутри, хочется вцепиться ногтями ему в плечи и прогнуться в спине, раздвигая ноги шире. Они всегда делают это на кровати, но теперь ему до боли хочется заняться сексом прямо здесь. Саймон выглядит невинным. Хлопает глазами, облизывает губы и дышит через раз, но Маркусу срывает крышу от того, как он на него смотрит. Саймон глазами просит не останавливаться, просит скрутить ему руки и грубо развернуть к стене, прижав к ней щекой. Просит уткнуться носом в его шею, искусать кожу на лопатке, спустить его штаны до колена и заставить протяжно стонать от удовольствия. И Маркус не может ему в этом отказать. Он лихорадочно ищет более подходящее место. Трахаться у стены или за столом, да ещё и лицом к лицу, не вполне удобно, поэтому Маркус одной ногой громко выдвигает компьютерный стул и садится на него, увлекая Саймона вслед за собой. — Боже мой, Маркус... — всхлипывает он, устраиваясь на чужих коленях. Он упирается руками Маркусу в грудь и чувствует, как заходится его сердце. Саймон незаметно стягивает инициативу на себя. Он проводит руками по выступающим мускулам и снова целует Маркуса в губы, обхватывая его шею и чувствуя его член через одежду. Суетливо ёрзает на нём, слышит глухое рычание в ответ. — Саймон, я... — Помолчи, — сбито говорит Саймон, встречая лёгкое непонимание во взгляде Маркуса. — Просто помолчи. Они почти не раздеваются, только приспускают штаны вместе с нижним бельём. Саймон не нуждается в том, чтобы его растягивали. Это просто одна из особенностей близости с Маркусом. По крайней мере, никого из бывших любовников Маркуса этим не удивишь. Без растяжки, практически без смазки и никаких презервативов. Саймону ещё никогда не было так стыдно, но он пытается не думать об этом. Не думать о стыде куда легче, чем не думать о том, что в любой момент их могут застукать, а потом отправить к директору или ещё чего похуже. Но Саймон смотрит на Маркуса сверху вниз, упираясь коленями в кожаную сидушку стула по обе стороны от его ног, держит ладони на его плечах, и уверенность Маркуса немедленно передаётся Саймону тоже. Маркус одной рукой хватает Саймона за талию, и ему кажется, что его пальцы накрепко спаиваются с горячей кожей. Ждать больше нет сил, и Маркус входит сразу наполовину. Саймон шумно выдыхает сквозь зубы, поднимает голову и смотрит в полоток, кусая губы. Рукой он слепо находит руку Маркуса и снова цепляется за неё пальцами. — Ты... как? — Маркус, откинувшись на спинку, ещё раз двигает бёдрами. — Всё хорошо, — в воздух отвечает Саймон и вздрагивает. Его передёргивает от хриплого вкрадчивого голоса. Саймон не в состоянии попросить Маркуса не останавливаться или даже взглянуть на него, поэтому, оттолкнувшись коленями, насаживается сам. Боль внизу живота приятно отзывается лёгким покалыванием. Саймон задыхается, вскидывает брови и приоткрывает рот, судорожно хватая воздух. Маркус рукой скользит по влажной коже вниз, с силой сжимает ладонью ягодицу, оставляя красные полосы, и находит один темп с Саймоном. В классе душно, жарко и ощутимо пахнет сексом. Маркус смотрит на бледную шею Саймона, на его запрокинутый подбородок и спутавшиеся короткие волосы. Маркус слышит, как Саймон тихо скулит его имя и доверчиво подаётся навстречу. Он двигается ровно, но недостаточно уверенно, и Маркус одним рывком входит до конца. Саймон закусывает щёку с обратной стороны и недовольно шипит. Вообще-то он хотел сделать это сам, но, зная нрав Маркуса, ни на что подобное не надеялся. Саймон набирает темп, запуская свободную руку под толстовку, но Маркус перехватывает его запястье и не позволяет дотронуться до себя. Они держатся за руки, и стул ходит под ними ходуном. Саймон балансирует на грани, еле сдерживаясь, чтобы не кричать слишком громко, и только подаётся вперёд, подставляет шею под жгучие поцелуи. Маркус кусает и оттягивает тонкую кожу, оставляя под зубами багровые следы. Саймон вдруг вспоминает про дверь, за которой перестал следить. Он не останавливается, но заметно притихает, сдерживает стоны и косится в дальний угол класса из-под прикрытых век. Маркуса это не устраивает. Он вырывает свою руку из чужой хватки и, загоняя член глубже, проталкивает свои пальцы Саймону в рот. Всё внимание должно быть только на Маркусе, который не изменяет своему собственническому запалу даже сейчас, когда они занимаются любовью прямо в школьном классе. Саймон сначала сопротивляется, мычит что-то неразборчивое, пытается отвернуться, но потом послушно втягивает щёки, посасывает пальцы Маркуса, смачивая слюной, и проходится языком по каждой фаланге. Внизу живота скручивается тугой узел, предвещающий скорый финал, и Саймон хнычет, по неосторожности кусает чужие руки. Перед глазами плывут разноцветные пятна, и Маркус ведёт мокрыми пальцами по гладкой щеке Саймона вниз, к ярёмной впадине и проступающим ключицам. Оргазм накрывает Маркуса неожиданно. Бёдра сводит приятной судорогой, он притягивает Саймона к себе, целует и глухо стонет в его губы. Саймон кончает без рук следом, забывая об осторожности, и вскрикивает сорвавшимся голосом. Маркус глубоко дышит, откинувшись назад, и Саймон полулежит на нём, закрыв глаза. Обоим неудобно: одежда липнет к телу, нечем дышать, никак не получается выровнять сбитое дыхание. — Саймон… — хрипло тянет Маркус, мягко поглаживая чужую ссутулившуюся спину. — Только попробуй. — Что? — слабо, насколько хватает сил, улыбается Маркус. Он зарывается носом в блондинистые волосы и закрывает глаза. — Только попробуй ещё раз подойти ко мне в школе, — устало отвечает Саймон. — Я тебя… — Люблю, — Маркус улыбается уголками губ и обнимает Саймона второй рукой.