2079

Кухню освещал белый, немного тусклый свет. Но это даже хорошо, ведь слишком яркий оттенок выбивался из общей атмосферы квартиры, что создавалась здесь годами. Что же о ней, она полностью соответствовала своему хозяину — нигде не было ярких пятен. Весь интерьер был в холодных тонах — белый, голубой, иногда лиловый. Сама квартира была не шибко полна предметами декора — только самое нужное. Лишь одно место выбивалось из этого царства порядка и простоты — книжная полка. Что только на ней не было — книги по механике, магии, медицине и еще куче всего. Часто Кетиль читал их на ходу, поэтому большинство лежало как попало. Только благодаря этим книгам норвежец смог создать андроида. Но был один нюанс — андроид не мог обладать эмоциями и чувствами, он не являлся тем братом, которого любил и защищал от других Кетиль, и он пока не знал, как этого добиться. Оба старших прошли на кухню и сели за небольшой стол — как раз на двоих хватало места. Норвежец поставил чайник. Даже стоя спиной к датчанину, он чувствовал, как тот хочет скорее все узнать. — Над ним я работал несколько лет, — начал говорить норвежец. — Когда узнал, что брата больше нет, то решил вернуть его любой ценой. Ты ведь помнишь, что с ним произошло? — Это очень неожиданно с твоей стороны. Я не думал, что ты дойдешь до роботов, но от настоящего Эмиля его не отличишь. Правда всё же что-то не так, чего-то ему не хватает. Да, помню. И помню, что с тобой было в тот момент. — Я знаю. — кратко ответил Норвегия. Поставив чашки с кофе на стол, он заметил, как Эмиль наблюдал за ними все это время, но не произнес ни слова. Датчанин отставил свою кружку и начал трогать юношу. Все было выполнено в точности до мельчайших деталей, но разум Хенрика все твердил «Это не Эмиль. Это робот». — Я понял, чего не хватает. Норвежец поднял глаза и готов был выслушать версию брата. — Это не Эмиль, и ты не сможешь сделать из него Эмиля. Наш Ис давно бы закричал, притронься я к нему, а этот стоит, как вкопанный, ничего не скажет. Эмиль обладал своим характером и отношением к каждому, а этот ничем не лучше кофемолки. Стоит себе, как вкопанный. От этих слов Норвегии стало обидно, ведь он верил, что сможет подарить андроиду эмоции и память его брата. Вслух он не стал этого говорить, но датчанин заметил перемены в лице. — Я засиделся у тебя. Скоро все ветки поезда закроют, домой не попаду. Так что я пойду лучше. До скорого. Проводив брата до выхода, Кетиль облегченно вздохнул. Хоть Дания и разбавлял его дни, но он был слишком болтливым и просто утомлял Йенсена. — Эмиль. — Да, хозяин. — ответил андроид. — Не обращайся ко мне так. Просто Кетиль. Я пойду отдохну, если что, заходи. Двери другим не открывай. — Хорошо, Кетиль. Обняв андроида, старший направился в комнату. На его тумбе стояла весьма интересная игрушка — это был кубик, который при подбрасывании мог воспроизвести аудио или видео файлы. Норвежец лег на свою кровать и, подбросив такой кубик, включил старую запись — на ней все скандинавские страны праздновали день рождения Исландии. Тогда они подстроили всё так, что это должна была быть конференция, но в итоге все поздравляли Эмиля с его праздником. Под радостные возгласы Дании и Финляндии, и ворчания Исландии норвежец уснул.