Ты такой красивый. Знал?

— Долго ты там возиться будешь? — раздаётся с другой стороны, когда тонкие пальцы стучат по поверхности двери. Хёнвон устало наклоняет голову, вслушиваясь в звук текущей из крана воды. "Утопиться там решил, что ли?" думает парень и, не получая ответа, возвращается на кровать. Наконец, поток воды затихает, и младший уже мысленно ликует. Слышит, как на пол в ванной комнате что-то падает, и не может сдержать тихий смешок. С рыжеватых коротких волос падают капли, кое-какие из которых стекают в районе правой скулы, а брюнет всю эту картину находит до безобразия привлекательной. Хосок при тусклом свете единственной горящей в комнате лампочки кажется каким-то нереальным, до боли уютным. Таким, которого хочется не выпускать из объятий вечность и даже немного дольше. — Ты чего? — Шин смотрит недоверчиво на откровенно разглядывающего его младшего, хоть и не может отрицать, что тот выглядит слишком милым, сидя вот так на огромной двухместной кровати, почти что в позе лотоса, поджав под себя ступни. Хёнвон улыбается и наклоняет голову вбок, продолжая рассматривать чужую фигуру. Знает, что заставит старшего засмущаться. Знает и нагло этим пользуется. — Ты такой красивый. Ты знал? Хосок смущается в два счёта, смеётся в ответ слишком громко и совсем немного нагибается вперед, стараясь не смотреть в сторону брюнета. За окном давно стемнело, и теперь не было бы видно толком ничего, если бы не вездесущие яркие фонари и горящие неоновые вывески. Шин становится вдруг серьёзным, ловит чужой взгляд и приковывает к себе. Че иногда кажется, что глаза хёна меняют цвет, и сейчас исчез тот блик, который можно было заметить, когда Хосок был счастлив, а на замену ему пришла чёрная бездна, в которой младший с радостью бы утонул. Старший касается чужого подбородка, заставляя поднять голову, смотрит долю секунды прямо в глаза напротив и накрывает пухлые губы своими. У Хёнвона они мягкие, с ощутимым привкусом недавно выпитого кофе. Все тормоза сбивает окончательно, когда брюнет встаёт на колени, обвивая чужую шею руками. Выгибается в пояснице, стоит Хосоку пройтись по спине рукой, скользя ниже. Старший целует настойчивей, языком проводя по линии ровных зубов и проталкивая его глубже. Чувствует ответную реакцию, позволяя себе прикусить нижнюю губу младшего. Хёнвон не помнит, как оказался сидящим на чужих бёдрах, но сейчас это мало кого заботило. Руки Хосока сжимают талию младшего слишком по-собственнически, заставляя быть ближе. Парень оставляет яркие засосы на тонкой шее и выступающих ключицах, чувствуя длинные пальцы на затылке, слегка оттягивающие волосы. Че пахнет персиками с толикой слабого аромата одеколона. Младший невольно двигает бёдрами, когда руки хёна опускаются на ягодицы, заставляя того сдавленно простонать и уткнуться в плечо. Брюнет ощущает контраст прохладного одеяла и опаляющего дыхания старшего, который ведёт плавную дорожку поцелуев от ключиц, спускаясь ниже. Останавливается только у кромки боксеров и поднимает взгляд на изнемогающего от желания парня. Улавливает немое: "Ну и чего ты?", целует всё там же, ухмыляясь и испытывая чужое терпение. Издевается. Хосок оставляет мокрые поцелуи на внутренней стороне бедра, медленно и смотря младшему прямо в глаза. Ловит еле заметную улыбку на его губах и проводит языком слишком близко к возбужденному органу, заставляя Че податься вперёд. От ожидания брюнет закусывает губу и, кажется, готов скулить, когда Шин проходится по всей длине кончиком языка, выдыхает, обжигая чувствительную кожу. Хосок берёт до основания, слегка царапая ногтями в районе выпирающей тазовой косточки, оставляя еле заметные краснеющие следы в виде полумесяцев. Ускоряет темп, заставляя Хёнвона стонать. Слышит хриплые нотки в голосе того и старается игнорировать тянущее чувство внизу живота. Когда в глотке ощущается характерная пульсация, старший сжимает орган у основания и отстраняется, чувствуя тонкую ниточку слюны. Хосок целует, не дожидаясь, когда младший хотя бы немного переведет дыхание и уймет дрожь в теле. Че дышит сбивчиво, впивается чуть подрагивающими губами в чужие и прикрывает глаза. Хосок старается поцелуями отвлекать донсэна от боли, когда проникает сразу двумя пальцами, растягивая. Слышит заглушаемый подушкой до невозможного сладкий стон, когда надавливает на простату, и сгорает от нетерпения. Парень наклоняется ближе к уху и командует полушёпотом, после чего несильно прикусывает мочку и очерчивает языком место прокола, отстраняясь. — В коленно-локтевую. Распределив смазку по всей длине, старший погружается одним плавным толчком и двигается внутри медленно, находя чувствительную точку, слышит хриплые стоны младшего наравне с его же всхлипами. Хосок выбивает из груди брюнета стоны, заставляя почти что сорвать голос, сжимая худые бёдра, когда Че утыкается лицом в подушку в надежде заглушить самого себя. Не может думать о тонкости стен, когда чувствует приближение разрядки, сильнее сжимает парня в себе и изливается на худой живот. От тесных ощущений внутри Ли кончает следом, смазано целуя Хёнвона в щёку. — Снова в душ надо, — говорит брюнет, пытаясь перевести сбитое дыхание, и убирает прилипшую к чужому лбу рыжеватую прядь. Возвращается минут через пять и по-прежнему ложится рядом, моментально попадая в кольцо объятий. Ощущает невесомый поцелуй в висок, после чего старший утыкается носом в плечо, не желая отпускать. Оба проваливаются в сон практически сразу же, оставаясь в таком положении, делясь теплом друг с другом.