Enemy

      Дорога показалась парню бесконечной, от чего все больше появлялось волнение. Сиэль за все время поездки ни слова не сказал, лишь перебирал дрожащими руками край рубашки и отсутствующим взглядом смотрел на проносящиеся мимо пейзажи. Такие родные, но в это же время и чужие. Дядюшки, которые сопровождали его, тоже не поддерживали разговор. Тишина становилась с каждой минутой все тяжелее, а звон в ушах все настойчивее. Фантомхайв не знал, что скажет Мадам. Фантомхайв не думал, что когда-то придется говорить с ней при таких обстоятельствах. Машина плавно завернула на стоянку, что была прямо возле ворот кладбища. Мужчины сразу покинули теплый салон, после чего они переглянулись и Дитрих с неуверенностью кивнул своему другу, отвечая на немой вопрос. — Его отец убил бы нас, — прошептал тихо Дитрих и обошел автомобиль, поправляя при этом свой плащ. — Но Винсента здесь нет, от этого и веселее, разве нет? — хохотнул Гробовщик и открыл дверь со стороны Сиэля. — Если не передумал, тогда выходи. Очнувшись от размышлений, Фантомхайв поднял взгляд на друзей отца и обреченно вздохнул. Почему он медлит теперь, когда все только начинается? Жизнь вроде стабилизировалась, оставив в прошлом ужасное существование. Однако, призраки из воспоминаний начинают обретать форму, возвращаясь и разрушая все спокойствие только одним упоминанием о себе. Сиэль качнул головой, словно что-то решив для себя. Конечно, он не исчезнет теперь, когда вот-вот вернется на начальный этап своего бегства. Фантомхайв настойчиво пойдет до конца, даже если этот конец принадлежит лишь ему. Горестные взгляды изредка были обращены в их сторону, когда они шли прямо по узкой аллее, вдоль множества величественных и одиноких памятников. Слышался отчаянный и покаянный плач, истошный визг и отдаленный безнадежный голос, который не прекращал умолять. Это было единственное место, откуда не было выхода. Место, полное страданий и липкого страха. Сиэль прижал к себе цветы, что подобрал специально для тети. Пронизывающий ветер подхватывал с земли почерневшие листья, из-за чего парню сразу стало неуютно: как много гнили было под землей, особенно тел, которые так и не смогли собрать в прежний вид до трагедии. От этой мысли синеглазый сглотнул, перебивая желание очистить свой желудок. Гробовщик в это время мягко подтолкнул парня к могиле, которая вся была в белоснежных букетах, выставляя на всеобщее обозрение лишь черный памятник. Тишина уже не была столь раздражающей, наоборот, она казалась предвестником чего-то важного. Дитрих неловко шагнул вперед и положил еще одни белые цветы ближе к памятнику, где оставалось еще немного места, после чего отошел и позволил сделать то же самое и Гробовщику. Сиэль все еще не мог осознать, что в один момент люди обнимают других людей, а уже через мгновение могут обнимать сырую землю. — Мадам, простите, что я так поздно пришел к Вам, — уверенный голос становился все тише, хотя синеглазый и пытался сдержаться от лишних эмоций. — К счастью, теперь я знаю, что произошло, но я Вас не осуждаю. Довольно сложно жизнь сложилась, не так ли? — Сиэль боязливо посмотрел на изображение тети. — Забавно, что я так желал посмотреть Вам в глаза, пока лежал в больнице после случившегося, но в итоге просто стою здесь и не знаю, что тут и сказать. В глубине души я ждал, что Вы появитесь в моей жизни, а не отдадите себя моему… Брату, однако теперь я начинаю понимать, что значило для Вас само появление ребенка. Он стал всем, поэтому остальное пропало из сознания. Глупо было надеяться на помощь от той, которая сама нуждалась в ней, не так ли? Фантомхайв присел на одно колено перед могилой, закрыл глаза и опустил голову, пытаясь контролировать свое дыхание. Обида, вина и ненависть сжимали сердце, но на душе стало как-то спокойно. Через секунду парень почувствовал, будто ледяная рука сжала его плечо, а силуэт за спиной забрал в себя всю бурю эмоций, что осталась в жизни как тяжкий груз. — Я постараюсь исправить все, Мадам, обещаю. А пока, простите. Простите, — синеглазый положил алые ликорисы в середину белоснежной горы букетов, разбавляя созданную иллюзию чистоты настоящим безумием, которое таилось в сердце тети. — Не нужно постоянно извиняться, Сиэль, — Гробовщик успокаивающим жестом пригладил волосы парня, — ведь человеческие жизни слишком хрупкие. Никакие извинения не спасут от того, что предначертано. — Кристиан прав, вместо того, чтобы извиняться, лучше начать действовать, — Дитрих приобнял племянника за плечи и кивнул Гробовщику, чтобы шел за ними. — Мы ожидаем появления Себастьяна, поэтому можешь не беспокоиться на счет своей безопасности. — Откуда вы можете знать, что он придет так скоро? — Сиэль в последний раз взглянул на могилу тети и закрыл глаза, как раз в тот момент, когда дядя начал уводить его прочь. — И я не беспокоюсь, наоборот, хочется встретиться с ним как можно скорее. — Сиэль, не хотелось бы тебе открывать некоторые моменты, но люди, что работают и на нас и на его компанию, уже доложили о намерениях Себастьяна явиться в наш главный офис, — Гробовщик довольно скрестил руки на груди и с воодушевлением представил будущую встречу с главным конкурентом. На сердце у Фантомхайва вновь стало тяжело, так как он не понимал, зачем ему нужна была срочная встреча с этим человеком. От одной мысли о личной встрече с родственной душой, от воспоминаний о крепких объятиях Себастьяна, когда они еще были маленькими, а также при прокручивании в голове образа самого парня, тело начинало слегка подрагивать, а бешеное сердцебиение уже нельзя было успокоить. Сиэль всегда представлял себе жизнь с тем, кто был предназначен ему судьбой, но он никогда бы не подумал, что сомнения и остальные негативные эмоции будут разрывать его душу настолько сильно даже от мысли о том, что они скоро встретятся.       Было решено подготовить Фантомхайва к встрече с Михаэлисом, однако Сиэль предпочел сделать это самостоятельно, так как это его родственная душа, на которую тело начинает реагировать само по себе. За последние несколько дней, сразу после триумфального возвращения в компанию, имя на запястье все чаще пульсировало и жгло, требуя воссоединение со второй половинкой и принятие той, ведь пока синеглазый отвергал всякую мысль о любви между ними, состояние его здоровья становилось только хуже. Парень посещал офис целую неделю, однако Михаэлис там так и не появился. Дитрих постоянно был рядом, подстраховывал во время собраний и встреч с партнерами, медленно возрождая бизнес отца. Новые идеи буквально появлялись по щелчку пальцев, но на разработку больших и важных проектов требовалось достаточно много времени, так что все эти идеи пока были лишь на бумаге. За мелкую продукцию браться проще, с чем тоже помогал Дитрих, пока Кристиан разбирался с документами и вредителями внутри бизнеса, убирая одного за другим тех, кто когда-то посмел перейти дорогу Фантомхайву. И вот, очередным утром они собрались на кухне за завтраком, пребывая в самом разнообразном настроении: Гробовщик иногда посмеивался своим мыслям, Сиэль читал последние новости в интернете, а Дитрих готовил себе кофе, так как остальных он уже «обслужил». — Знаешь, Фантомхайв, с твоим появлением стало веселее жить, — отложил свой телефон Гробовщик и сделал глоток чая, с хитринкой поглядывая на Сиэля. — Наконец-то я могу заниматься тем, ради чего со мной когда-то связался твой отец. — Прошу прощения? — синеглазый поднял взгляд на мужчину и прищурился. — Они познакомились, потому что Кристиан является лучшим из «чистильщиков», — вник в происходящее дядя и присел за стол рядом с остальными. Парень закатил глаза и усмехнулся, возвращая свое внимание на колонку новостей в телефоне. Однако, веселье спало, как только он наткнулся на статью о смерти человека, который был слишком знаком ему. Вилка выпала из руки Сиэля, со звоном падая на тарелку, а глаза расширились от удивления. Фантомхайв дернулся, сразу же посмотрев на Гробовщика и показав ему новость. — Это ты убил того мужчину, который… Пользовался моими услугами в прошлом? — Сиэль? — Дитрих заинтересованно заглянул в экран мобильного, после чего перевел взгляд на друга. — Это же тот, с которым он поругался в первый день на собрании. Почему ты не уничтожил информацию о нем? Как позволил другим узнать о смерти такого отброса? — Погодите, — мужчина выхватил из рук синеглазого телефон и вчитался в статью, с каждой секундой мрачнея все сильнее. — Ничего не понимаю… — Молодец, Кристиан! — дядя поставил кружку на стол и поднялся со своего места, стараясь особо не нервничать, ведь для его возраста это было лишь негативным фактором. — Попросил сделать одно единственное дело, но ты умудрился допустить ошибку. — Я, конечно, благодарен тебе за содеянное, но эта новость может вывести на нас и нашу компанию, — Сиэль устало потер виски, пытаясь соображать немного быстрее. — Необходимо как-то прикрыть себя, обезопасить бизнес. Гробовщик прервал собственное молчание громким смехом, возвращая мобильный Сиэлю. Присутствующие ошарашенно уставились на него, ожидая объяснений и адекватных действий, так как теперь их начальный труд мог быть на время разрушен всего лишь одной смертью. — Не нужно выдумывать никаких прикрытий, — как бы сдаваясь, мужчина поднял руки перед собой. — Просто потому, что это был не я. — Еще лучше, — шумно выдохнув, Дитрих сел обратно и закрыл лицо руками, составляя план на день, так как к ним все равно должны были прийти за ответами из полиции и из различных новостных источников. — Я ведь говорил, что с твоим появлением все стало только веселее, — Гробовщик подмигнул Сиэлю. Повисла напряженная тишина, каждый думал о своем, и только Сиэль почувствовал себя нехорошо. Парень поднял голову и пустым взглядом уставился в стену напротив, не понимая, что с ним происходит. Голову внезапно сдавило, а тошнота грозилась перерасти во что-то большее. Казалось, что он разучился дышать, поэтому парень пытался отвлечься и привести мысли в порядок, медленно делая вдох и выдох. Молчание прервал входящий вызов, из-за чего даже Дитриху захотелось уехать обратно от всех проблем и вернуться к своей спокойной жизни, но вместо этого он ответил на звонок. Фантомхайв тяжело вздохнул и вроде бы переключился на другие мысли, но Гробовщик уже протянул ему салфетку, заметив скверное состояние парня. — Имя кровоточит, — мужчина кивнул на запястье Сиэля и перевел взгляд на вернувшегося Дитриха, у которого было довольно побледневшее лицо. — Что уже успело случиться за такой короткий срок? — У нас гости, так что предлагаю тебе выбрать прямо сейчас, Сиэль: либо ты остаешься, либо уезжаешь в офис и отсиживаешься там, пока мы не позволим тебе вернуться. — Естественно, я останусь, потому что боюсь, я не в состоянии сейчас куда-то ехать, — на вопросительный взгляд дяди он постарался осторожнее ответить, но его перебили. — Сам посмотри на него, Дитрих. На парне живого места нет, пока он так далеко от своей судьбы, — старший встал и подошел к парню, укладывая свои руки тому на плечи. — Время требует своего, поэтому надеюсь, что Себастьяну точно так же плохо, как и нашему маленькому господину. — Думаю, тебе полегчает через пять минут, когда машина подъедет к дому, — дядя с издевкой ухмыльнулся и пошел к главному входу, — потому что нам решили вернуть пропавшего родственника. Фантомхайв поднялся с места и положил телефон в карман, на что Гробовщик сказал ему не спешить, все равно ведь быстро проследовать за ними он был не в силах. Парень слышал скрип колес за окном, хлопок входной двери и шум, который напоминал какую-то кашу из голосов. Однако, легче не стало, когда синеглазый приблизился к гостям: руки начало покалывать, салфетка полностью испортилась из-за непрекращающейся крови от метки, а перед глазами все начинало плыть. До тех пор, пока взгляд не зацепился за одну высокую и мощную фигуру, за идеальное и такое родное лицо, которое исказило целая буря эмоций. Но, совершенно внезапно, синеглазый пошатнулся из-за крепких объятий, что едва ли не сбили его с ног. Хотя, как маленький ребенок был способен сбить взрослого парня? — Астерий? — Фантомхайв мягко опустил дрожащую руку на макушку ребенка, до конца не понимая, как ему стоит реагировать на того, кого не любил с самого его рождения. — Ты слишком безответственен, раз осмелился сунуться сюда, — Гробовщик придержал Фантомхайва и с хитрой улыбкой посмотрел на гостя. — И что заставило тебя прийти к нам? Мы ожидали более официального визита, а не домашнего, словно мы семья. — Не беспокойтесь, Кристиан, — глаза мужчины сверкнули и он наклонил голову немного в бок, — здесь и правда есть моя семья, а также семья Астерия. У нас больше нет повода видеться друг с другом. — Братик, — жалобно протянул ребенок и впервые посмотрел прямо в глаза своему старшему брату, протягивая к нему свои руки. Сиэль сделал шаг назад, а все тело напряглось, будто его ударило током. Он представлял себе немного иначе эту встречу, особенно со своим младшим братом. Как оказалось, он был просто не готов при всех признать тот факт, что все его ошибки были совершены лишь по вине самого парня, а обида, которая до сих пор съедала изнутри, являлась только надуманным предлогом сбежать от окружающего мира, скрыться от ответственности и оставаться жертвой собственных терзаний. Себастьян был не виноват в смерти родителей и в большинстве издевательствах в школе, а Астерий не был причиной мести главным Фантомхайвам, пока они были еще живы. Младшего любили лишь потому, что Сиэль сам решил отказаться от семьи, поэтому от него все отвернулись, как ему казалось раньше. Однако, это было только его видение, ведь при любой возможности, просьбе, абсолютно каждый член семьи был готов оказать помощь и поддержку, потому что он тоже был любим, пока сам не разрушил собственную жизнь из-за нелепых домыслов. — Нет, — парень заметил, что Михаэлис сделал шаг к нему, на что синеглазый в ответ отшатнулся еще дальше. — Ни за что. Словно вернувшись в школьные будни, им показалось, что сейчас настал именно тот момент, когда все можно было исправить еще тогда. На следующий день после перепалки, Михаэлис точно так же пришел бы к Сиэлю и желал поговорить, что он и пытался сделать, однако не успел. — И я рад видеть тебя, Сиэль, — от этого нежного голоса стало только хуже, поэтому синеглазый ничего не придумал лучше, кроме как элементарно сбежать через черный ход, пока все отвлеклись на расплакавшегося Астерия. — Сам пришел в расставленные сети, — Гробовщик указал рукой в сторону гостиной, — но раз пришли, тогда проходите. Надеюсь, у нас выйдет отличный диалог. — Не думаю, что это хорошая идея, — Дитрих посмотрел вслед племяннику и наклонился к еще одному Фантомхайву, который носил теперь другую фамилию. — Зачем ты явился, Себастьян? Еще и в наш дом. Боюсь, у нас не настолько хорошие отношения, чтобы мы могли встречаться при таких условиях. — А что, если я согласен на сделку? — на мгновение Михаэлис скривился, незаметно убрав руку за спину. — Вы прекрасно знаете, ради чего я приложил столько усилий, удерживая бизнес своего отца и конкурируя с Сиэлем. И тот факт, что он, наконец, вышел на свет… Удивил. Безумие, о котором когда-то доложили люди, больше не отражалось в глазах Себастьяна, но не было уверенности в том, что он не совершит какую-то ошибку. Охрана вокруг дома была готова вышвырнуть гостя, от чего было некоторое чувство безопасности. Присутствующие плавно переместились в гостиную, Дитрих приготовил чай и подал его гостям, мысленно переживая за Сиэля, потому что оставлять в доме Михаэлиса и Гробовщика наедине друг с другом — затея опасная. Однако, за время пустой болтовни именно Гробовщик успел отправить Сиэлю сообщение и убедиться в том, что тот в порядке. Астерию дали пирожные, потому что при одном взгляде на них, у мальчика появилась широкая улыбка и были позабыты все истерики. — Ждем объяснений, немедленно, — с некоторым давлением проговорил Кристиан и недоверчиво смерил взглядом гостя. — Как и я, — в ответ кивнул Себастьян. — Почему я столько лет не видел Сиэля? Сколько бы не натворил, он не выходил на связь или на переговоры, даже если это касается его компании. В ответ на мои претензии каждый раз приходили лишь стандартные документы. Он не приехал ни на похороны Мадам, ни после них. — О, неужели ты настолько помешался на Фантомхайве, что даже убил его родную тетю, только чтобы увидеться с ним? — Гробовщик хихикнул, представляя этот безумный план. — Убил? Ничего, что это был даже не я? Опять? Сиэль и правда считает, что в смерти Мадам виновен я, как и в смерти его родителей? — гневно заметил Михаэлис и сжал руки в кулаки. — Мы все так считаем, потому что нам доложили об этом. Ты пытался, вроде как, спасти Астерия, поэтому Ред напала именно на тебя, а ты уже в качестве самообороны обернул удар на нее саму, — Дитрих провел рукой по лбу, не совсем понимая, что именно происходит. — Разве это не так? — Конечно, нет! — воскликнул Михаэлис и откинулся на спинку дивана, в шоке глядя перед собой. — Так вот, каким меня сейчас видит Сиэль. Убийцей. Хотя, все было далеко не так, как вы описали. Пожалуй, начну сначала. Когда Фантомхайв уехал, с тех пор я начал заниматься делом отца, чтобы стать для своей родственной души тем, кто может идти рядом и соответствовать. Естественно, я хотел извиниться за все при первой возможности, но когда он вернулся из-за рождения брата, случилось несчастье, во время которого я правда старался помочь его родителям, но было поздно, хотя я ему об этом еще в тот день говорил. — Насколько известно, Астерия тебе передала мать, из-за чего ты и почувствовал долг перед ней? — уточнил Гробовщик. — Верно. Так что, когда Сиэль закрылся от всех и исчез, я тоже постарался не высовываться и смириться с тем, что у нас опять ничего не вышло. Мадам занималась воспитанием младшего Фантомхайва, поэтому мне не было смысла лезть туда, пока не требовалась помощь. Но, что удивительно, я продолжил работу с отцом, с изумлением замечая, что компания «Фантом» набирает обороты, хотя и было это не так долго. Я думал, что Сиэль вернулся и взял руководство в свои руки, так что я приложил еще больше усилий, чтобы исполнить изначальный план. Да, наивно, но мне казалось, что только с властью я смогу обрести его внимание, хотя бы. — Как же все запуталось, — Гробовщик прикрыл глаза и поднял машинку, которую уронил Астерий, после чего вернул игрушку владельцу. — А что с Мадам тогда? — Это было убийство, верно, но совершил его не я. Человек, который стоял за этим, как раз недавно был устранен. К тому же, он работал именно в «Фантом», оказывая неплохую материальную поддержку. Ну, думаю, вы уже успели прочитать новости, — самодовольно улыбнулся Себастьян. — Не умеешь ты подчищать за собой. Что, если бы ты подставил под опасность и себя, и Сиэля? — Дитрих, словно отчитывая своего ребенка, с укором посмотрел на парня. — Точнее, нас, а не Фантомхайва. Бизнес ведь был в наших руках и мог дальше там быть, если бы мы не объявили о собрании с наследником. Однако, спасибо за то, что убрал такую головную боль, как одну из крыс. — Старался не для вас, как видите. О чем это я? Ах, Мадам. Да, мне позвонил адвокат и только тогда я узнал о смерти тетушки. На похоронах я уже увиделся с Астерием, и именно там мне рассказали о том, что ребенка хотят отдать в детский дом. Это был весь план того человека, который убил Ред. Если не будет опекуна, наследника отправят в приют и забудут, как страшный сон. А вот раскрутить Сиэля на сотрудничество было не так сложно, если есть возможность работать рядом с ним и помогать в общем деле. Но тут, я так понимаю, он просчитался, раз все было в ваших руках. — Этот болван успел добраться до него раньше нас, до того, как Сиэль оказался на дне и нам сообщили об этом, — пожал плечами дядюшка. — На дне? Что это значит? — Об этом ты уже спроси его сам. Но весь этот рассказ не отменяет того, что ты забираешь нашу прибыль, — шикнул Гробовщик и написал Сиэлю сообщение о том, чтобы тот возвращался домой. — Либо ты устраняешь подобное направление, либо выплачиваешь нам компенсацию. Но, боюсь, ты и после смерти не сможешь расплатиться. — Думаю, Сиэль не захочет меня видеть, как и всегда, — тяжело вздохнул парень и устало потер глаза, едва ли не рыча от боли в руке. — Черт, из-за того, что он отвергает меня, больно нам двоим. Но на счет компании можете не переживать, я что-то придумаю. Меня не было в главном офисе уже очень долго, ведь сначала у меня появился Астерий, а потом я вышел на след убийцы Мадам. Так что, скоро будет уволен мой заместитель, который и натворил все эти дела с вашими убытками. — Поменяйте направление, мистер Михаэлис, — Дитрих перешел на более официальный тон, чтобы показать всю свою серьезность. — Хорошо, но на это тоже надо время. Не обещаю, что полностью переведу дело на новую продукцию, но я постараюсь. Может, прибыль даже увеличится? — усмехнулся Михаэлис. — Когда я смогу увидеться с Сиэлем и нормально с ним поговорить? Это очень важно. Я столько лет пытаюсь его поймать. — Мы тоже ничего не обещаем, но попробуем напомнить ему о встрече с тобой, ведь он сам говорил, что устал убегать, — Гробовщик поморщился, когда Астерий потянул его за длинную прядь волос. — В самом деле, что за манеры, юный Фантомхайв! — Спасибо, — Себастьян коротко кивнул и посмотрел на Астерия, который все это время был его спасением из-за сильной схожести со старшим братом. — И даже не думай, что сможешь оставить его у нас, — Дитрих проследил за взглядом Михаэлиса, — нам и одного Фантомхайва хватает. — Нет, я даже и не думал об этом. Я ведь обещал миссис Фантомхайв, что позабочусь о ребенке, — грустно улыбнулся Себастьян, когда снова вспомнил ненавидящий взгляд Сиэля, однако он все еще надеется, что судьбу можно изменить, хоть и не с первой попытки, как у них и сложилось.