Случайность ли

Сколько продлился их путь, сказать было сложно. Ощущениям доверия не было. Возможно, прошёл час, но с тем же успехом могло пройти и пару минут. Во время «испытания» время всегда было во власти Бога, и гадать не имело смысла. В конце концов, они всё же добрались до какого-то помещения, разительно отличающегося от других. До этого момента в любом из ответвлений было пусто. Здесь же на стенах висело разного рода оружие (непростое, надо полагать), в нишах покоились артефакты разрушительной силы. Красивое убранство, величественное и тихое, освещённое мириадами огоньков, подвешенных у потолка. И всё это было пропитанно смертью. Нет, здесь не пахло кровью и тленом, не лежали по углам скелеты и даже не завывали голоса умерших, но всё же чувствовалась смерть. И объяснить это было невозможно. - Нил, мне тут не по себе, - призналась Люси, теснее прижимаясь к спутнику и встречаясь с ничего не понимающим взглядом. Девушка сдержала в себе недоумение, хотя и хотелось задать вопрос: «Разве ты этого не чувствуешь?» - Я не чувствую опасности, - доброжелательно проговорил он, ставя свою ношу на ноги. Хартфилия послушно (хоть и не без труда) отцепилась от мужских плеч, уговаривая себя, что ничего плохого случиться не может, и позволила ему отойти, чтобы получше рассмотреть найденное сокровище. Нехотя и заклинательница начала рассматривать уникальные вещи, пока взгляд её не упал на необычный ключ. Заинтересовавшись, она и сама не заметила, как взяла его в руки, хотя до этого момента не хотела притрагиваться здесь ни к чему, боясь, что это может как-нибудь да сказаться на них. Ключ не был ни золотым, ни серебряным, но Люси была уверена, что он всё равно принадлежал заклинателям. Какое-то шестое чувство ей подсказывало, что артефакт был для Врат, хотя и не обязательно для Звёздных. Конечно, о таком она ещё не слышала, но мало ли? Взгляд внимательно скользил по красивым узорам тёмно-синего камня, из которого был выполнен ключ, но никаких подсказок это не дало, и волшебница с сожалением вернула артефакт на место. Оглянувшись, девушка увидела, что и Нила что-то заинтересовало. Мужчина держал в руках короткий клинок. Судя по всему, их было два. Парный к этому лежал чуть в стороне и был длиннее этого. Впрочем, Хартфилия плохо в этом разбиралась и вполне могла ошибиться. Заметив её взгляд, напарник со вздохом пошёл к ней. Расставаться с приглянувшейся вещью было трудно. - Прости, увлёкся, - повинился он, вновь подхватывая Люси на руки. Заклинательница на это лишь неопределённо повела плечом, кажется, и она случайно увлеклась, так что судить его ей вроде было и не за что. - Да что уж там, - проворчала девушка, приготовившись к комфортной транспортировке. Как это обычно бывает, надеждам её сбыться было не суждено: они в очередной раз куда-то провалились. В этот раз тьма накрыла внезапно, дезориентировала и, Люси могла поклясться, погасила сознание. Когда она смогла прийти в себя, обнаружила себя лежащей в каком-то коридоре. Одну. Нещадно болела нога. Поморщившись, девушка смогла сесть. Верить в то, что Нил её бросил, не хотелось, но, судя по всему, здесь она действительно была одна. Паника подступила неожиданно, и подавить её стоило немалых усилий. Люси знала, что если позволит себе эту слабость, то шансы выбраться из очередной передряги резко снизятся. Первое, что она сделала – это проверила ключи. К счастью, они оказались на месте, и заклинательница попыталась призвать Деву. Увы, Дух к призыву оказался глух. Перебрав ещё несколько ключей, Хартфилии пришлось признать, что магия не работала. Она её чувствовала, но воспользоваться не могла, и это напрягало. Люси в очередной раз с трудом уняла дрожь и заставила себя подняться. Сидя, ничего не решишь, нужно было куда-то двигаться. Опираясь на стенку, ей даже удалось подняться. Да, нога болела, но терпеть это было можно. Тем более если отвлечься, а подумать ей было о чём. Для чего их испытывают? Чего хочет добиться этот Бог Смерти, если так настойчиво заставляет их пройти свой лабиринт? И ладно бы им что-то было бы нужно от него, тогда это имело бы оправдание, но ведь нет! Впрочем, может и нет никакого Бога, просто ловушки, настроенные определённым образом, в которые они по своей глупости попали. Сложно сказать, что лучше. С Богом хоть есть вероятность договориться. Через некоторое время заклинательница поняла, что в этот раз коридор не имел ответвлений. Раньше она была уверена, что они были. Неужели это было только игрой воображения? Как-то не верилось в это. И всё же теперь путь был лишь один. Люси уверенно пошла по нему. Коридор закончился дверью, которую, поколебавшись, волшебница открыла. Внутри снова был зал. На этот раз камень воссоздавал не звёздное небо, а воду, с красивыми сине-зелёными переливами. Кверху «вода» будто бы была пронизана лучами солнца, которые до пола не доходили. Пол казался холодной бездной, из которой смотрел чей-то пронзительный взгляд. Входить было откровенно не по себе, хотя девушка прекрасно понимала, что это всего лишь иллюзия. Но взгляд… Взгляд. Сжав зубы, Люси всё-таки заставила себя шагнуть. Так или иначе, это всё равно пришлось бы сделать, ведь дожидаться помощи было бы глупо (в этом лабиринте её навряд ли кто-то сможет отыскать), а другого пути ей не предоставили. Осознав, что задержала дыхание, вздохнула и улыбнулась. Действительно, всего лишь камень. А воздух здесь оказался морозным и влажным, пахнущий морской солью. - Здравствуй, дитя, - раздался чей-то голос. Заклинательница обернулась и замерла, не в силах вдохнуть: перед ней вылепленная изо льда стояла мать. Родной хранимый глубоко в душе образ привычно отозвался тянущей болью. Люси шагнула к фигуре. Желание коснуться было почти нестерпимым, и всё же девушка заставила себя остановиться. Ни к чему это. Зачем понапрасну воскрешать в себе эти воспоминания, если перед тобой лишь пустой образ. - Ты даже не обнимешь свою дорогую маму? – сказали её голосом ледяные губы. В интонации прозвучало удивление. Волшебница только лишь покачала головой, сцепив руки для надёжности за спиной. Она не была уверена, что способна сейчас произнести хоть слово. Ей не хотелось даже смотреть. Тяжело. Больно. А ведь казалось, отпустила уже давно. Да только это не мешало скучать безумно, безнадёжно. Если бы только Лейла была ещё жива! - Знаешь, меня можно воскресить, - будто бы задумчиво изрекла ледяная скульптура. И Люси против желания вскинула жадный взгляд. Это было то знание, за которое заклинательница отдала бы многое. Возможность. Она готова была её услышать. Губы «Лейлы» дрогнули в улыбке, и она приблизилась к девушке почти вплотную, обдав холодом. - Что же ты молчишь, Люси? Разве тебе не хочется, чтобы я жила? – спросила настойчиво женщина. - Хочу! Конечно, хочу, мама! – почти в отчаянии выкрикнула девушка. Глаза её были полны непролитых слёз. «Лейла» обняла волшебницу, поглаживая по голове. Люси помнила, что мама всегда так делала, желая поскорее утешить непоседливую дочь. Это давало новые силы. Каждый раз после этого девушка находила выход из ситуации, прежде казавшейся нерешаемой. Перед глазами всплывало одно воспоминание за другим. Всё детство. Не всегда беззаботное и радостное, но такое безмерно дорогое. Размыкать объятия не хотелось. Люси была бы не против стоять так целую вечность. Разве не в этом заключается счастье? «Не в этом» - вдруг отчётливо поняла девушка. «Мама бы этого не одобрила. Она же говорила, что мёртвым лишь покой». Волшебница распахнула глаза, внезапно осознавая как сильно замёрзла. Следом пришло понимание, что она влипла. И сильно. Её тело покрывал слой льда. Люси попыталась дёрнуться, сделать хоть что-то, но всё было тщетно. Такова оказалась цена короткого забытья.