Покровитель

Насколько велика бывает принадлежность человека к чему-то или кому-то. Я хочу рассказать вам историю, о двух влюблённых. Не так давно, на весь маговский Лондон прогремела новость о заключенни под стражу в Азкабан, Барти младшего. На всех газетенках первые полосы были улеплены его портретами и красочными заголовками, на подобии "Непобедимый пойман", " Слуга Сами Знаете Кого был взят под стражу", и "Станет ли жить спокойнее тихому Лондону". Если бы он видел данные заголовки, а уж тем более их содержимое, он бы узнал о себе много нового. Газеты представляли его всемогущим, чуть ли не учеником и наследником магических сил Того, чье имя нельзя произносить, и почти в каждой было указано, что чуть ли не все его знакомые попали под его плохое влияние, и одержимы целью убивать волшебников и волшебниц нечистой крови. В Хогвартсе на это отреагировали нейтрально. Большая часть учеников газет не читала, а учителя и без этих бумажек все знали. Поэтому в школе царила типичная для неё, повседневная обстановка. Ученики разных факультетов спешили по коридорам на уроки, учителя вглядывались в книги, а со стен за ними наблюдали картины, разных времён, цветов и величин. Эти картины видят, слышат и понимают все, что происходит в этих коридорах. Более того, каждая из них наделена своим характером, данной ей, точкой зрения и чувствами. А эмоции их, порой, невозможно отличить от эмоций живого человека. Поэтому они то и сыграют не менее важную роль в нашем рассказе. Теперь, дорогой читатель, я хочу перенести тебя на полтора месяца назад, в Визжащую хижину, а именно туда, где всё и началось. Как известно, большая часть учеников Слизерина просто придерживалась мнения Тёмного Лорда, а кто-то был с ним согласен до такой степени, что это можно уже было назвать фанатизмом. Девочка, о которой я хочу тебе рассказать, не была исключением. С детства Эллин прививали ненависть к маглам и грязнокровкам, поэтому при поступлении в школу магии и волшебства, шляпа определила её на Слизерин. Именно на этом факультете было полно таких детей, и ты наверно спросишь почему я решила рассказать именно о ней, поэтому я просто посвящу тебя в число тех людей, которые знают о её поступке недельной давности, когда она в кровь сбила кулаки об гриффиндорца, назвавшего браки магов и маглов "нормальным явлением". Долго шли разбирательства, и в итоге дело замяли, списав на обычную драку. Не без помощи Северуса Снейпа и семьи Малфоев, с которыми Эллин и её семья были хорошо знакомы, конечно. Тем более достаточно пострадали оба участника инцидента. На факультете девушку приняли как героя. Многие не считали её действия адекватными и считали это крайними мерами, но дабы не связываться с Малфоем влились в количество поклонников её поступка. Кстати о Малфоях, отец Эллин, Натаниэль Морон, учился в одно время с Люциусом на Слизерине. Они были похожи во взглядах на окружающий мир и как не странно, хорошо уживались. Но, после вступления Малфоя старшего в число Пожирателей Смерти они перестали общаться и только ранняя смерть матери Эллин снова объединила их семьи. Девочка прибывала в глубокой депрессии, и Нарцисса почти заменила ей мать. В то время Натаниэль присоединился к количеству сторонников Тёмного Лорда, и стал Пожирателем Смерти. Люциус был доволен поступком девушки и увидев в ней юную последовательницу предложил другу познакомить её со своим хозяином, на что тот дал согласие. В детстве они с Драко бывали в Визжащей хижине, почти так же часто, как и в их семейном поместье. Поэтому, когда отец привёл её туда в первый раз за много лет, она знала там каждый угол. Непривычная обстановка, много людей в чёрных плащах, мрачные лица, тёмные краски повсюду. Одним словом, это была уже не та солнечная хижина, что была в детстве. От вида этого места по всему телу пробегали мурашки. Она была достаточно взрослая, что бы бояться всего этого, но она боялась, и осознав это, на девушку нахлынула тоска. Пройдя вдоль полуразрушенной стены, ведущей из узкого тёмного коридора в гостиную она осматривала стены, в надежде увидеть символики, вырезанные ей и Драко много лет назад. -Не занимайся ерундой. -тихо и нервно сказал голос Драко сзади. -Ты помнишь, братец, помнишь эти стены? Этот дом? -Это было так давно … -Я помню этот дом, залитый светом, как мы ножом вырезали наши имена на стенах, как здесь было тихо и светло … -Многое...-он на момент прирвался, вслушиваясь в темноту. -Многое изменилось, Элли. Люди и вещи меняются, им это свойственно. -Но я не менялась, уверяют тебя, не менялась совсем. Ей до сих пор казалось, будто это было совсем недавно, и они должны быть здесь. Но прошло столько лет, и не осталось ни следа от прежней жизни этого здания. Драко вздохнул. Когда его привёл сюда отец, он тоже искал их символики, их надписи и ему было так же непривычно и тоскливо в этом месте. Но он не знал как сказать ей об этом. Но, казалось, она сама поняла. -С этого дня всё изменится. -тихо сказал он, убирая ладонь со стены. Воспоминания не давали покоя и он развернулся и ушёл, оставив девушку одну. Через пару минут Эллин пошла в след за ним, к отцу. В конце концов, никто из взрослых до сих пор не знал о новой последовательнице, и как сказал отец, надо было её представить. Все собрались в большой круглой гостиной, с большим камином, не подавающим признаков жизни. Она встала рядом с Люциусом, который почувствовал некое беспокойство внутри девушки, и взял её за руку. Тепло близкого человека немного успокоило Эллин, и она начала рассматривать лица присутствующих. Мрачные люди в плащах, ничего интересного для обычных людей, но для неё это были самые настоящие палитры эмоций. В каждом лице она видела жизнь, её краски. Каждый для неё был особенным. В лице кареглазого блондина со шрамом на щеке она видела собачью преданность, тоску по близкому и потухшую радость, на лукавом, ухмыляющемся лице. Он был обеспокоен, не смотря на его уверенный и храбрый вид. Он беседовал с весёлой женщиной, лет тридцати. Смотря на неё, Эллин чувствовала беспокойство. Тёмные глаза волшебницы сверкали сумасшествием и погребальными огнями. Как бы она ни скрывала это за маской счастья и веселья, Эллин не видела в ней подлинной радости. -Зачем люди смеются, если им не смешно? -в пол голоса спросила девушка у Люциуса. Тот покосился на неё и кинул беглый взгляд на Беллатрису. Ему нечего было ответить. Он хорошо знал о её безумии за время прибывания в подчинении у Тёмного Лорда. -Она безумна, как и многие здесь. -Но Вы ведь не безумный. Он снова покосился на неё и улыбнулся. -В какой то степени. -потом помолчав добавил. -Есть ли дело до других? Девушка медленно помотала головой, но в душе не согласилась. Каждый человек особенный, и походу тут она была единственным существом, которое это понимала. Она продолжила осматривать комнату и всех присутствующих. Среди всех, её взгляд остановился на парне, которому не было и двадцати. Светлые волосы и молочная кожа в веснушках, он рассматривал вид из окна и будто не видел всех этих людей и мрака, разлившегося вокруг него. Для неё он был самым светлым человечком, среди всех здесь присутствующих. Он напомнил ей мать. Эллин плохо помнила её, но почему-то именно с ним у неё была такая ассоциация. Сама девушка пошла в отца. Тёмные волосы, светлые голубые глаза с тёмной коймой, светлая кожа, щеки и нос в веснушках и очень жизнерадостное и доброе лицо. И только по недавно сбитым в кровь рукам, можно было понять, что не всё так просто. К слову о руках, иногда они кровоточили и очень болели, даже доходило до того, что она не могла держать в руках палочку. В последнее время боль ушла, но девушка продолжала заматывать их бинтами, ибо мнение отца гласило: "Либо ран и шрамов не должно быть, либо их не должно быть видно." Относительно внешнего вида Натаниэль был очень строг. Никаких магловских извращений на коже и волосах. Только натуральный цвет, натуральные ногти, брови и губы. Всё своё, ничего лишнего. Одежда только на заказ, из дорогих материалов, прочная и удобная. Туфли, как подобает аристократу, на небольшом каблучке. Официальные мероприятия предусматривали строгий лук. Как он говорил: "В дорогом обществе и вид должен быть подобающий". Не сказать, что Эллен была против семейных правил, установленных её отцом, но в них, в свою очередь, не было почти ничего, что бы могло её радовать. Например распорядок дня, огромное количество занятий: скрипка, гитара, гимнастика, чистописание и, конечно же, правила хорошего тона. Все эти занятия занимали весь её день, до такой степени, что приходив с них, всё что она успевала сделать перед сном, это уроки. Иногда даже обходилась без ужина, и поэтому выглядела худоватой и невыспавшейся. Но она любила отца, и хотела что бы он гордился ей, поэтому все шестнадцать лет жила без придирок к правилам. Как и сегодня. Вечером прошлого дня, отец предложил ей пойти на встречу с Тёмным Лордом. По началу она подумала, что это розыгрыш, но зная своего отца, который шутить не умел совсем, была в величайшем восторге и согласилась. Тот, чьё имя нельзя называть, всю жизнь был её кумиром и встречу с ним, несомненно можно было отнести к мечте всей её жизни. И вот, она стоит здесь, в кругу людей в чёрных плащах, за руку с Люциусом и ждёт прихода своего идола. Словами не описать как она счастлива и напугана одновременно.