Собственный путь

      Мы прошли деревню Сина, и пошли дальше. Будущий король сказал мне, что потом устроит мини-экскурсию, чтобы я побыстрее освоилась. Хм, в присутствии. она кажется такой большой. В аниме выглядело по другому, хотя, что я вообще сравниваю? Реальность и аниме? Ха! Смешно.       Из мыслей меня вывел хлопок перед глазами, от которого я чуть на тот свет не унеслась. Было слишком неожиданно. Это оказался Син. Смеясь, он быстро убегал в сторону деревни с Ниром. Ах, чертовы проказники! — А ну стоять! — побежала я за ними, насколько мне позволяли силы. Хм, даже при ноющей спине, щиплющих порезах и колющей ране я вполне хорошо и быстро бегаю. Ну, видимо низкий порог играет свою роль, и я чувствую себя нормально. — Хаха! Аяме- черепашка, давай скорее! — кричал Син, а я попыталась ускориться, дабы схватить этого проныру за развивающийся хвост. Черепашки тоже могут быть быстрыми, чтоб ты знал. Дыхания у меня хватило ненадолго, как и сил, поэтому примерно в пяти минутах от деревни я замедлилась, начиная шагать все медленнее и судорожно глотать воздух. Легкие жгло и продувало, стягивало, словно их обвязали веревкой, а из горла вырывался кашель, вместе со слюной, которую я старалась сглатывать. На лбу выступили мелкие капельки пота, тело пошатывало и трясло, ноги не могли держать мое тельце и казалось, что я упаду на месте. В глазах на секунду потемнело, но это прошло, как только я снова сглотнула слюну, которая образовывалась в моем рту с каждой секундой. Немного отдышавшись, я остановилась, выдохнув и оперевшись руками на колени. Пришлось согнуться пополам, так как не было сил стоять прямо. Боже, не готова была к такой нагрузке. Парни увидели, что мне не хорошо и подбежали, обеспокоенно спрашивая о моем самочувствии. — Да.Ха.Все хорошо! Просто.ух.устала, — с перерывами говорила я, немного улыбаясь и выпрямляясь, продолжая успокаивать бьющееся сердце и вдыхать воздух нормально. — Точно? — спросил Нир, а я лишь погладила его по голове, угукнув, от чего оба парня выдохнули с облегчением. Они улыбнулись. — Нда, заставляешь ты нас волноваться, — проговорил Син и взял нас с Ниром за руку, потащив в деревню.- Нир, помнишь, как до твоего дома дойти? — Ага! Как только подойдем ко входу, то направо и прямо, а там мой домик! Мама с папой уже дома должны быть! — весело говорил Нир, а я шла молча, гадая, как выглядят его родители.       Мы подошли ко входу в деревню и заметили несколько играющихся детей, примерно возрастом с Нира. Они были немного поодаль наших с Сином ровесников, что стояли у стенки и что-то обсуждали. Меня заинтересовал лишь один из них, который был самым высоким и самым привлекающим внимание.       Светло-коричневые растрепанные волосы с острой вздернутой челкой, что падала на лоб. Они убраны в небольшой хвостик сзади. Вздернутый, как у Сина, нос, густые коричневые брови. Загар, как у модели, красивые светлые зеленые глаза, хорошее подтянутое телосложение. Сразу видно, что привлекательностью его судьба одарила изрядно. Наверное, пользуется популярностью у здешних девочек.        Отведя от него взгляд я продолжила оглядывать деревню, изучая дома из кирпича и камня, а также деревянные навесы и ящики, что стояли у каждого дома. Мы с Сином шли молча, шагая за Ниром. Не переговаривались и не смотрели друг на друга. Хотя, я иногда поглядывала на будущего короля. Всегда мечтала побыть с ним рядом, ну не удержаться.       Хм, интересно, какая у меня будет жизнь с Сином и Эсрой? Наверное, придется постоянно учиться или работать, ведь Эсра уже подала признаки. Я уверена в этом. Потерять мужа, да еще и заботиться о маленьком ребенке… Черт, слишком мне её жалко, не люблю смерть. Хах, забавно думать о таком, учитывая, что буквально год назад я пыталась покончить с жизнью в реальном мире. Глупой ошибкой это было, а неприятные ощущения остались.       Я и не заметила, что мы подошли к какому-то одноэтажному дому с потрескавшейся деревянной дверью и стоящими рядом кувшинами, лавочкой и ящиками. Дом выглядел, как и остальные дома в деревне: каменный, потрескавшийся в некоторых местах, и ничем не примечательный, с маленькими окошечками и полумраком внутри. Однако, это меня удивляло. В реальности я ничего такого еще не видела, только на макетах.        Нир бросился к двери и начал агрессивно в неё стучать, а мы лишь стояли, молчали и смотрели. Примерно минуты через две ручка дёрнулась, а после дверь открыл мужчина с темно-каштановыми волосами и такими же усами, а ещё небольшой бородкой. У него немного выпирали скулы, был большой нос с горбиком, но это его только красило, большая нижняя губа, которая была потрескавшейся и в маленьких ранках, а еще были глаза. Глаза красивого светло-карего цвета, однако они были поникшие и печальные, похоже, что этот мужчина в депрессии.       Он оглядел сначала Сина, потом меня, но когда он увидел Нира, то его зрачки расширились, а в карих омутах заиграли искры радости и счастья. Мужчина тут же отворил дверь и кинулся на мальчугана с крепкими объятиями, чуть ли не рыдая. — Нир, Нир. Сынок, как мы волновались, — горячо шептал мужчина, обнимая шатена все крепче и крепче. Я молчала, немного приулыбнувшись, и смотрела на воссоединение семьи, оглядывая отца паренька. Он был довольно высоким, с широкими плечами, накаченными руками, с небольшим животиком и большими ногами. Одежда его состояла из серовато-зеленой майки их времени, светло-белых шаровар, доходивших ему по щиколотку, на ногах были черные сандалии на маленьких каблучках, а поверх майки коричневая жилетка. — Папа, задушишь! — смеялся Нир, тоже обнимая отца, который до сих пор не отпускал мальчугана. — Черт возьми, слава Аллаху, — снова прошептал мужчина, наконец отпуская шатена и поднимаясь. Он заулыбался, взгляд сразу потеплел, затем он поднял Нира на руки и весело подкинул, как обычно подкидывают маленьких детей. Нда, в своем мире меня таким в детстве баловали изрядно. Видимо я внешне поникла, потому что Син положил мне на плечо руку и немного погладил, подбадривая. Спасибо ему за это, если честно. Внутри меня все ещё бушует не начавшаяся истерика.       Когда Нира все же поймали и поставили на землю, его отец посмотрел на нас и, улыбаясь, сказал проходить в дом. Мы зашли, я тут же огляделась.       Пол был из деревянных досок, однако с такими большими щелями, что можно видеть землю. Стены были такими же, как и снаружи, три небольших окошка, много деревянных полок, вбитых в камень, а на них стояли разнообразные горшочки, похоже, с травами, лежали свитки, какие-то вещи, которые мне было не видно с входа. Ещё в углу стоял большой сундук, рядом стул, на сундуке лежали мешки, на стене висел ковер с очень красивым и сложным узором, около стенки стояло множество свернутых в рулоны тканей разных цветов. В центре комнаты был квадрат, обложенный камнями, с потухшим костром. Тут готовили, как я понимаю. Справа от него у стенки стояла маленькая печка, в которой как раз горел огонь, а рядом стояла поникшая женщина и что-то варила в кастрюле. В воздухе витал аромат каких-то трав, от которого на душе становилось легко и спокойно. Особые благовония, вроде мама Нира лекарь.       Женщина обернулась к нам и чуть не уронила ложку, которой мешала какой-то суп в кастрюльке. Мама Нира была красивой, даже очень. Темные каштановые волосы, чуть светлее, чем у сына, вздернутый маленький носик, красивое чистое лицо, темно-зеленые глаза, на щеках легкий румянец, подчеркивающий аккуратный овал лица, пышные ресницы, но под глазами следы от недавних слез. Точно плакала по Ниру. Одета в домашнее белое платье, подвязанное фиолетовым кушаком, а поверх длинная белая накидка с рукавами три четверти. Волосы были до лопаток и заплетены в косу на бок, а на глаза падала объемная челка.       Женщина тут же бросилась к мальчику, крепко его обнимая и прижимая к себе. Эх, они все сейчас счастливы. Это воссоединение продолжалось примерно минуты три, во время которого мы с Сином лишь улыбались и наблюдали за этой семейкой. После, глава семейства наконец обратился к нам. — Это вы его вернули? — спросил он приятным басом. Я кивнула, а Син решил ответить. Мужчина широко улыбнулся и потрепал нас по головам, сказав проходить и садиться. Я спокойно подошла к этому квадрату в центре и села на уголок, перед этим взяв подушку у отца Нира. Рядом неожиданно пристроился Син, ставя подушку довольно близко, а с другой стороны сел Нир, тоже придвинувшись. На другой стороне плюхнулся мужчина, а женщина разложила ему по тарелкам и раздала нам.       От супа так приятно пахло травами, что слюнки текли в буквальном смысле. Мне пришлось сглотнуть. Только сейчас, прислушавшись к чувствам, я поняла.очень хочу есть. И внезапно накатил такой сильный голод, что я тут же схватилась за ложку. Все сказали избитое:"приятного аппетита» и принялись за еду. — Рассказывайте, как вы спасли нашего мальчугана? — добродушно сказал мужчина, отправляя в рот ложку с супом. Я старалась есть не быстро, но вкус супа был настолько хорошим и приятным, что даже на ответ не хотелось отрываться. Син, слава богу, рассказал за меня все подробности нашего «приключения», затем тоже отправив в рот несколько ложек.       Мать и отец Нира слушали Сина внимательно, однако тот не рассказал, как я и мелкий выбрались из клетки. — То есть сначала ты думал, что спасал только её? А оказывается она спасла еще и Нира? — переспросила женщина, переведя взгляд на меня. Я уже закончила, ведь привыкла все есть супербыстро, чтобы никуда не опаздывать. Хехе, это у меня от школы ещё осталось. Положив тарелку рядом, я тоже стала смотреть на мужчину и женщину. — Да, я думал, что помогаю только Аяме, но она взяла с собой Нира, — ответил Син, продолжая есть. Отец тут же хохотнул, от чего я вздрогнула, затем он перевел на меня взгляд и с широкой улыбкой сказал: — Спасибо тебе, Аяме, ты вновь вернула нам надежду. Нир- наше самое дорогое сокровище, мы всегда будем тебе благодарны, — затем он потянулся ко мне и погладил по голове. Ого, меня так искренне благодарят, даже всплакнуть захотелось. Женщина тоже широко улыбнулась, немного наклонив голову и взяла у меня посуду, относя ее в какой-то выступ в стене. Видимо что-то по типу раковины. На щеках выступил румянец, ведь я чувствовала, что щеки и уши у меня все горячее и горячее. — Не за что, я. просто не могла его там оставить, — пробормотала я, отведя взгляд. Рука мужчины еще раз взъерошила мои волосы, затем отстранилась от моей головы и вернулась к хозяину на колени, а все это сопровождалось добродушным смешком. — Что ж, давайте я наконец представлюсь. Я- Мириас, а это моя жена Лиен, — представил мужчина себя и женщину, что собрала у всех посуду и села обратно на свое место, — А вас как зовут? Рассказывайте, откуда вы — Я- Синдбад. Из соседней деревни Тисон, — улыбнувшись ответил Син. — О, так мы, считай, соседи? Забавно, забавно, — весело проговорил Мириас, похлопав себя по коленке рукой. Он перевел взгляд на меня, с интересом изучая, — Ну, а ты, Аяме? Откуда? — Я из Рема, — ответила я, успокаивая внутреннее смущение, что до сих пор не прошло. На мои слова мужчина вдруг нахмурился, но потом вздохнул и снова улыбнулся. — Рем. Далековато. Неужели тебя привезли, как раба? Бедняга, наверняка тебе многое пришлось вытерпеть, — проговорил Мириас, осматривая мои перевязанные раны. Женщина тоже с грустью оглядела меня, затем проговорила: — Но вы молодцы, что сбежали. Такое не каждому удаётся, — немного улыбнулась Лиен и наклонила голову, — Аяме, мы хотим тебя отблагодарить за спасение Нира. Что ты хочешь? — перевела тему. Ясно, видимо рабство для них теперь больная тема. Я задумалась, рассуждая о моих нуждах на данный момент. Хм, одежду я, как-нибудь, сама найду, возможно стоит попросить лекарства для Эсры. Да, точно. Подняв на них голову я ответила, внутренне напрягаясь, ведь мне могут отказать: — Да, можно ли мне. лекарства от кашля и усталости? А еще от температуры? — на мои слова удивились не только Мириас с Лиен, но и Син, что начал испепелять мою тушку удивленным взглядом. Хоть я и не смотрела на него, но это ощущалось. Видимо, я угадала с прогрессирующей болезнью Эсры, эх, а я надеялась, что женщина еще здорова.       Неловкое молчание было прервано чихом Нира, который до этого лишь молча сидел на своем месте. Мальчик извинился, а его родители лишь выдохнули, улыбнувшись. Лиен снова на меня посмотрела и ответила: — Хорошо, я дам тебе лекарства. Хм, признаться ты нас удивила, я думала ты попросишь сладости, какие-то игрушки или даже платье новое. А зачем тебе лекарства? Ты понимаешь, что это не игрушки? — конечно же я это знаю. Тут даже такому ребенку будет понятно, что лекарства сейчас просто какая-то манна небесная. — Да, я понимаю. Лекарства.ну. я их не только для себя, на всякий случай. Мне кажется, что они непременно нужны, — последовал ответ. Прошу, пусть он будет убедительным! Лиен лишь задумчиво смотрела на меня, потом кивнула, что означало мой успех. Она согласна дать их мне. — Что ж, тогда подожди немного. Я поищу у себя настойки и дам тебе, можете пока расслабиться, — сказала женщина, поднимаясь со своего места и выходя в дверь, которую я раньше не замечала. Хм, похоже там какой-то сарай, может какая-то лаборатория для изготовления лекарств. Ну, это потом попробую выяснить. Я выдохнула, немного пожмурившись от щипания в районе виска. Всё-таки ранка еще не прошла и какое-то время придется это терпеть. — Ну, а ты, Синдбад? Хочешь чего-нибудь? Всё-таки ты тоже помог, — улыбнулся Мириас, смотря на парня. Тот сделал задумчивое лицо, затем ответил: — Можете дать Аяме одежду? Я так понимаю она сама не попросит, но у неё нет запасной, — в который раз поражаюсь его чуткости. Он правильно подумал, хоть я и не говорила ничего. Что ж, своей просьбой Син заслужил от меня удивленный взгляд в его сторону, на что парень только повернулся ко мне и широко улыбнулся. Ну, конечно же, пришлось отвернуться и засмущаться, ведь я не особо привыкла к таким добрым улыбкам парней в свою сторону.       Мириас на это улыбнулся и встал со своего места, сложив руки в бока и посмотрев на меня. — Что ж, тогда пойдем за мной, Аяме. Подберем тебе наряд, — на это я кивнула и тоже встала, идя за мужчиной. Мы вышли на улицу и стали обходить дом, оказываясь за ним. Оказавшись в каком-то маленьком пустом дворике, я заметила что-то на подобии сараев, что были небольшого размера, но оказывались довольно вытянутыми. Мы подошли к правому деревянному сарайчику и Мириас открыл дверь, запуская меня внутрь.       Войдя, я тут же стала оглядываться. Это был маленький кабинет с деревянным столом в углу, рядом с которым в стенке было окошко, выходящее на сухую степь и видневшийся вдалеке город. На столе лежали обрезки ткани, кожи, странные ножики, какие-то скляночки, нитки, угольки, мелки белого цвета, иголки и всякая мелочь для шитья. Над столом были три полочки, на которых лежало все тоже самое, но еще и какие-то горшочки из глины, несколько свечек и каких-то инструментов, название которых я не знала.       Меня посадили на стул, затем Мириас ушел в другую комнату, внутренности которой я не могла изучить, и вернулся с увесистым деревянным сундуком, который он поставил в проеме и открыл. — Так-с, теперь будем мерить тебе одежку, — добродушно проговорил мужчина, роясь в куче ткани и одежды, что лежала в этом сундуке. Одежда, хм. платья я не возьму. Не привыкла в них ходить, может какие-то шаровары или кожаные штаны.       Естественно Мириас первым делом достал мне восточное платье с красивым золотым узором. Оно было огненно-красного цвета и слишком яркое, так что мне даже пришлось нахмуриться от такого выбора. — Нет, яркое. Простите, но я не люблю платья, может что-то другое? — спросила я с надеждой, что ко мне всё-таки прислушаются, но мое мнение проигнорировали, отговорившись фразой:» У каждой девочки должно быть платье. В твои годы каждая о нём мечтает». Бесят эти стереотипы, я шикарно жила и без платьев. Ну, если только на торжественное мероприятие в нем пойти.       Так мне доставали примерно штук пять-шесть разнообразных пестрых платьев, но я на все отвечала нет. Они слишком яркие и привлекающие внимание, я не могу такое носить. Мужчина вздохнул, почесав голову. — Что же тебе понравится хотя бы зрительно? — задал он вопрос скорее себе, чем мне, озадаченно смотря на меня. Я пожала плечами, смотря по сторонам и виляя ногами. С виду для них же ребенок? Значит можно хоть немного пошалить. Но блин, как непривычно снова быть в тельце восьмилетней девочки.       Мириас думал довольно не долго, хлопнув себя по голове и снова уходя в ту комнату. Я лишь вздохнула, покорно ожидая на стуле и смотря на свои перебинтованные царапины. Все хорошо, больше я не попаду в ту комнату к Гриборду или тому напыщенному «господину». Черт возьми, я буду думать об этом ещё долго.На глаза навернулись слезы от осознания всего моего положения, но я быстро смахнула соленые капельки с глаз и посмотрела на мужчину, что уверенно вошел в комнату. Он держал что-то сиренево-белое и это мне понравилось. Уже предвкушаю. -Вот это точно тебе понравится, — сказал он, аккуратно развернув платье. Я даже удивленно выдохнула, ведь он был прав. Простое, девичье, но такое красивое, что только нахваливать можно.       Я улыбнулась, слезая со стула и спрашивая, где мне примерить его, а Мириас сказал, что прямо тут можно накидывать, он отвернется. Я кивнула, кладя платье на стол и начиная снимать майку, шаровары, кушак и накидку. Быстро одев изделие на себя, я сказал Мириасу поворачиваться, а тот присвистнул, стоило его взору упасть на меня. Он предложил мне посмотреться в зеркало, что оказывается стояло у стены прямо за спиной мужчины. И как я его не заметила?       Подойдя к зеркальной поверхности, я даже не знала, что и говорить, кроме:» Это что, я?». Из зеркала на меня глядела милая девочка в белом простом платье до колена, с рукавами до предплечья, еще с небольшим полукруглым вырезом спереди, обшитым сиреневыми узорами. На поясе был также сиреневый кушак, что красиво обтягивал талию, и доходил до конца платья. Внизу, на краях, был сиренево-синий узор из кружков одного размера, а так же ромбиков и черточек. Мне это так нравилось, что я даже покрутилась, рассмотрев себя. Хм, все же могу быть красивой. — Мне очень нравится, спасибо, господин Мириас! — сказала я, поклонившись мужчине. Тот посмеялся, потрепав меня по голове, и сказал, что даст мне еще один комплект обычной одежды. Снова порывшись в сундуке, Мириас выдал мне черные свободные шаровары, белую майку, черный кушак, зеленоватую майку с треугольным вырезом, коричневый кушак и еще одно простое платье, тоже какого-то светло-болотного цвета, как и майка. Даже несколько комплектов белья. На вырост и на сейчас. Нда, меня обеспечили почти всем. — Вот теперь все, одетая и красивая девочка, — хохотнул мужчина, и закрыл сундук, унося его в комнатку. Затем он вернулся и сложил всю мою одежду, завернув ее в большой платок. Отдав ее мне, под мои многочисленные благодарности, Мириас снова хохотнул, выводя меня из сарайчика. Мы прошли в дом, где Лиен о чем-то болтала с Сином и Ниром. Вслушавшись в разговор еще на пороге, поняла, что разговаривали о занятиях Синдбада, но я услышала лишь обрывки удивленных восклицаний Лиен.       Когда мы вошли, то все взоры были устремлены на меня, от чего я немного смутилась. Я старалась вести себя максимально спокойно. Нир удивленно вскрикнул, говоря какая я красивая в этом платье, а Син молча и удивленно изучал меня взглядом. Лиен тоже начала нахваливать мой внешний вид, а я грозилась потерять свое спокойствие. Черт, от любых комплиментов смущаюсь, как так? — Спасибо, Нир, госпожа Лиен. Это все заслуга Мириаса, он мне подобрал одежду, — опустила я взгляд, все же немного смутившись. — Да, он мастер в своем деле, — улыбнулась женщина, что-то перевязывая. Она встала и подошла ко мне, отдавая какие-то мешочки. А, наверное, лекарства.- Вот травы для снятия усталости, головной боли с температурой и боли в горле. От кашля и температуры замочить в горячей воде, пить утром и на ночь. А от усталости стереть в мелкий порошок и подлить теплой воды, чтобы образовалась густая масса. Ее можно нанести как на затекшие или больные места, так и принять с водой, — улыбаясь прочитала мне инструкции Лиен. Я все взяла и запомнила, как сказала шатенка. Я улыбнулась, немного кивнув в ответ. — Благодарю вас, — выдала я, складывая мешочки в платок с одеждой. Я быстро пошла переодеваться так как не хотела, чтобы такое красивое платье запачкалось. Натянув шаровары, майку и кушак, я вышла к остальным. Тут я заметила, что солнце уже начинает садиться, ведь в комнате была зажжена свечка, а в окно пробивались лучи заката. Уже настолько поздно? Сколько же мы тут пробыли? Хм… Закат в сухой степи. Интересно… Увидев мой взгляд, Лиен тоже посмотрела на окно, затем улыбнулась и проговорила: — Закат, уже поздно. Вам надо идти домой, а то родители будут волноваться, можете приходить в любое время, — на ее слова Син оторвался наконец от моего разглядывания, что продолжалось до сих пор, и встал, подходя к нам с Лиен и Мириасом. — Да, что-то мы у вас засиделись, — хохотнул парень, взяв у меня платок с одеждой, от чего я опешила. — А? Син, а тебе не тяжело? Может я возьму? — спросила я, ведь вещи-то мои. Наверное, мне их и нести. Парень улыбнулся, потрепав меня по голове и сказал: — Ты еще не выздоровела, чтобы что-то такое таскать от деревни к деревне. Плюс, ты девчонка, — пустил он смешок, быстро скрываясь за дверью и посмеиваясь. Это меня и смутило, и возмутило. И что, что девчонка?! Наши русские женщины по одной бревна таскали получше пяти мужчин. — Эй! Это ничего не отменяет! — крикнула я, на что меня лишь назвали капушей и сказали поторопиться. Я вздохнула, повернувшись к всему семейству и поклонилась. Поблагодарила за услуги и гостеприимство, так сказать. После, бросив, что еще загляну, я быстро юркнула на улицу, ища взглядом сливовые волосы или хвост, который успела увидеть за углом дома. Сорвавшись с места я побежала за Сином, заворачивая за угол и быстро догоняя парня, который спокойно шел. Он завел руки за голову и повязал себе мой платок на шею. Приостановилась, чуть в него не врезавшись, в сантиметрах пяти от спины и начала спокойно идти рядом, вздохнув. — Бука, а если бы я тебя не нашла? — надула щеки я, скрестив руки на груди и косясь на Сина снизу вверх.Выше меня всё-таки. Синдбад усмехнулся своим мыслям и затем просто ответил: — Ну, потерялась бы, — браво, Син, мистер логичность этого года. Я лишь цыкнула, отведя взгляд. Воцарилось молчание, пока мы не вышли из деревни. Идя по сухой степи я думала о том что произошло со мной. Это грустно. Невероятно грустно. Я потеряла свою семью, а ведь они даже не умерли. От одной мысли только на глаза навернулись слезы, но я глубоко вздохнула. Я всегда так себя держала от какой-либо истерики. — Син., а расскажи про Тисон, — попросила я, заведя руки за спину и идя прямо. Надо отвлечься. Парень удивленно перевел на меня взгляд. Хех, который раз за сегодня. Будущий король вернулся к рассматриванию дороги и задумчиво хмыкнул, выпучив губу и делая вид, что обдумывает слова. — Тисон довольно небольшая деревенька. Я там многих знаю и многим стараюсь помогать, выглядит, как все обычные деревни, ничего не скажешь. Однако, люди там в большей степени добрые, — сделал он паузу, затем посмотрел на небо и продолжил, — ты помог им, и они помогут в ответ. Например, моя мама начинает заболевать и соседи стараются дать мне лекарств, еды, воды, чтобы мы смогли прожить вдвоем на мои доходы, — парень замолчал, вздохнув и просто смотря в небо. Как и при просмотре аниме, мне было жалко Сина. Он один, с больной мамой на руках, да и еще вынужден работать чуть ли не круглосуточно, чтобы обеспечивать себя и ее едой, водой и лекарствами. Он уже взрослый, хотя ему даже не 12 лет. В наше время мало кто так бы смог, уж это точно. — Твоя мама болеет? Как давно? — решила спросить я, посмотрев на Синдбада. Его детское лицо все еще было задумчивым, от чего он казался старше своих лет. По уму так и есть, ведь все держится на нем, а это большая ответственность. Син снова вздохнул, немного прикрывая глаза. Видно, что ему неприятно говорить о простуде Эсры. — Вот уже второй месяц ей дурно. Иногда сильно болит голова, появляется температура и постоянная вялость. Я стараюсь зарабатывать на качественные лекарства, но часто у меня не выходит много набрать. Надеюсь, что мама все же пересилит болезнь своими силами, а я ей помогу лекарствами, — ответил Син, спустя минуту молчания. Понятно, я правильно угадала симптомы. Эх, знал бы ты, что скоро эта болезнь. погубит твою маму. От этой мысли я сжала кулаки, опустив голову. В горле появился режущий колючий комок, который грозился вылиться в слезы. Я же знаю их судьбу, а ничем помочь не могу. Только делать вид, что стараюсь для них, но рано или поздно смерть Эсры должна наступить. — Эй, ты чего? — неожиданно встал передо мной Синдбад. Блин, чуть не врезалась в него. Теперь я удивленно смотрела, не понимая, что такое. — А? Все нормально, — проговорила я, все еще удивленно смотря на Сина. Тот меня осмотрел, словно проверяя все ли в порядке.Хмыкнул, улыбнувшись, и потрепал меня по голове. Что с ним? — Ты расстроилась? Не надо мне тут строить из себя сильную и скажи правду, — сложил он руки на груди, вставая передо мной стенкой. Глупый, правду тебе ни за что не скажу, ведь ты в нее не поверишь. — Да, я расстроилась, — прозвучал от меня ответ, после чего я опустила взгляд, — мне жалко болеющих людей. — Понятно, ну, тогда нужно сделать все, чтобы эти люди не болели. Поможешь моей маме выздороветь? — широко улыбнувшись спросил Син, а я вздохнула и кивнула, поднимая голову.- Вот и отлично, а теперь пошли быстрее       После этого он взял меня за руку и потянул к деревне, что была относительно близко к нам. В минутах семи-восьми, наверное. Я поудобнее взяла руку Синдбада, внутренне чуть ли счастливо не плача от осознания ситуации. Будущий король Синдбад, мой любимый персонаж, держит меня за руку и ведет к себе домой, где я буду жить с ним и его мамой. Моя мечта сбылась или это мой очередной сон, что закончится моей смертью? Эх, ущипнул бы кто меня.       Как и ожидалось, примерно через минут восемь, мы подошли ко входу в деревню, около которого играла маленькая ребятня, как Нир или чуть старше. Они тут же начали радостно кричать:» братик Син!» и набросились на парня с объятиями, только завидев Сина. Я наблюдала за этой милой сценой недолго, так как все глазки ребятни устремились прямо на меня, любопытно оглядывая. Я улыбнулась, приветливо помахав им рукой, а они начали заваливать будущего короля вопросами. Как мило. — Хаха, это Аяме, теперь она живёт со мной, — отвечал Син, снимая с себя набросившихся спиногрызов. Ребятки все еще удивленно на меня глядели, пока какой-то мальчуган не сказал: — Братик Син, почему у Аяме тряпки на голове? — тряпки? Это он про бинты? Надеюсь что да, ведь только они у меня на голове. Еще хорошо, что раны перестали настолько сильно щипать и теперь напоминали о себе лишь легким покалыванием. -Это не тряпки, а бинты, Рик, — улыбнулся Синдбад и потрепал мальчика по голове, — а на голове они у нее, потому что она поранилась. Аяме слегка неаккуратная -Эй! Не наговаривай на меня! — сложив руки на груди сказала я, нахмурившись. Дети удивленно переводили взгляды с меня на Синдбада, затем подбежали ко мне и стали заваливать вопросами. Спрашивали, в принципе, вполне обычные вопросы: " где жила? Что нравится? Поиграю ли я с ними? Приду ли в гости?»       Видимо я понравилась всем, как мальчикам, так и девочкам. Но мамы начали звать домой, поэтому я попрощалась с ребятами и пошла за Сином, который уверенно шагал к дому. Ну все, теперь можно расслабиться и начать наконец жить.       Мы прошли по нескольким переулкам, заворачивая куда-то к краю деревеньки. Там, немного в отдалении, стоял одноэтажный каменный домик. Он даже как-то поцелее выглядит, чем в аниме, но еще не прошло достаточно времени, чтобы он был в том состоянии. Рядом был навес из досок и ткани, стояли бочки, потрепанная, но целая лавочка, ящики и большие кувшины. Также я увидела, что снаружи на веревках висят несколько трав, обвязанные бечевкой. Два небольших окна и соломенно-бревенчатая плоская крыша. Старый арабский домик, но по-своему красивый. Мы остановились около двери, и Син повернулся ко мне, заулыбавшись. — Добро пожаловать в твой новый дом, Аяме! — я промолчала, поджав губы и кивнула, немного дернув руками. Я нервничаю. Не знаю почему, но такое волнение нахлынуло, что даже живот скрутило. Я ещё не до конца подсознательно поняла и приняла, что буду теперь жить в другом мире, с другими людьми и по другим обычаям. Что ж, Лизок. Влипла ты по-крупному, но теперь не вывернешься.       Я и Син вошли в дом, в котором уже было темно, но огонь в печи и несколько свечей довольно нормально освещали помещение. На полу были два ковра, печка, ящики и бочонки с тарелками. На стенах висело множество трав и один ковер, в углу стоял веник и ещё одна бочка, на которой были какие-то тряпки не темного, но и не яркого серого цвета. Слева были спальные места на выступе в стене, которые закрывали занавески из плотной ткани, но не полностью. На кровати сидела женщина с черными волосами, заплетенными в растрепанную косу на бок. Одета она была в домашнее платье, светло-коричневых цветов, с кремового цвета накидкой, обвязанной коричневым поясом. Она сразу обернулась, когда мы вошли, и это заставило меня напрячься.       Это была Эсра. Она выглядела вполне здоровой, но под глазами уже начали образовываться небольшие мешки, видно, что болезнь прогрессировала. Жалко ее. Очень жалко. Янтарные глаза, совсем как у сына, оглядывали меня, словно музейный экспонат, после чего женщина улыбнулась и спросила: — Привет, тебя Син привел? — я лишь кивнула на ее слова, так как от волнения не в силах была что-то вымолвить. Слава богу наш будущий король вмешался. — Да, мам. Я помог ей сбежать из лап работорговца, — сказал он, а на лице женщины отразилось удивление, — ты не против, чтобы она жила с нами? С ее домом случилась беда и сейчас ей туда нельзя, — это правда и ложь одновременно. Как ты умеешь выкручиваться в таком возрасте, хех. Хотя, дети всегда изобретательны и в действиях, и в словах. — Вот как. Бедняжка, -вымолвила Эсра и спустила с кровати ноги на пол, немного приподнимаясь. Я сразу подошла и попыталась ее усадить обратно, чтобы не вставала, но ее тонкие руки потянулись и прижали меня к худому женскому телу. Она обнимала меня, а в объятиях чувствовалось сожаление, что она испытывала сейчас. — Сколько же ты вытерпела… Ну ничего, теперь все хорошо, — она успокаивающе поглаживала меня по голове, а я все не решалась ее обнять. Но все это далеко улетело второй план, когда я с шумом всхлипнула и расплакалась, обнимая Эсру и прижимаясь к ней еще сильнее. Я не любитель объятий, но сейчас они были как успокоительное, что заставляло меня выплакаться и затем почувствовать спокойствие. Эта женщина. Так тепло ко мне отнеслась, хотя я ни ее ребенок, ни друг, ни знакомая. Просто кто-то, кого привели в ее дом. А она вот так, по доброму, ко мне отнеслась. Невероятно.       Проплакала я примерно минут 30. Самое большое время за все 15 лет, что я плакала. Не могу я это долго делать. А может и могу, но не проверяла. Во всяком случае ничто меня не расстраивало настолько, чтобы рыдать больше получаса. Даже эта жесткая перемена в моей жизни.       Я потопталась на месте, не зная, как намекнуть на наше расставание, однако меня быстро поняли и отпустили. Я сидела рядом с Эсрой и оглядывала ее в полумраке комнаты, примечая множество черт, которые до этого не видела. Я заметила, что слишком долго молчу и, потупив взгляд в пол, сказала: — Прошу, простите, — я не могла поднять взгляда. Женщина на меня удивленно посмотрела, как я почувствовала, и тут мне на голову легла небольшая изящная рука, которая начала теребить мои волосы на макушке. Голова поднялась и мои округленные глаза уставились на улыбающуюся Эсру. — За что ты извиняешься? — спросила она, а я испытала прилив стыда, почувствовав, что щеки и уши пылают адским пламенем. Черт, я дура. — Мне. стыдно, что я расплакалась перед вами, — тихо проговорила я, закусив нижнюю губу и опустив голову. Ладони сжались в кулаки, прихватив с собой и ткань «платья», а уши горели, выдавая меня с потрохами. Я чуть не заплакала, однако сдержалась. Надо учиться контролировать эмоции, в мире Маги это очень важно. Я услышала женский тихий смех и поняла, что выгляжу глупо. Черт, кажется все же заплачу. — Плакать-совершенно нормально, тем более ты столько вытерпела. Не волнуйся ты так, рано или поздно все, что ты накапливаешь вырвется наружу, -сказала Эсра. — Я знаю. Со слезами уходит все накопившееся глубоко внутри и становится легче, — проговорила я тихо, но меня услышали. — Ты права. Удивительно, что в твоем возрасте ты уже осознаешь такие вещи, — протянула Эсра. — Ну… Меня так мама учила.- голос дрогнул об упоминание мамы. Мне будет ее не хватать здесь. — Твоя мама была хорошей женщиной, — меня снова погладили по голове, а я вздрогнула. Мне не очень нравится, когда прикасаются к моему телу. Я боюсь непонятно чего, это бесит, но уже так въелось в меня. Эсра убрала руку и продолжила улыбаться. Я все еще пылала, но уде смирилась с этим фактом. Вздохнув, я спросила: — Как вы себя чувствуете? Мне Син сказал, что вы.болеете. У меня есть лекарства, — я показала мешочки с травами. Эсра только замахала руками, неловко улыбаясь: -Что ты, что ты! Я отлично себя чувствую, просто сегодня был трудный денек — Что ж.Хорошо, наверное, — проговорила я. Буду заставлять ее пить это. С завтрашнего дня, — тогда.может ляжем все спать? — Хорошая идея, — сказал Син позади меня. Оказывается он выходил пока я плакала. Готовил все к наступлению ночи. — Тогда давайте спать. Син, иди и покажи Аяме где можно почистить зубы. Порошка еще хватит на три дня, — женщина улыбнулась и начала готовить постель. — Да, мам, — парень улыбнулся и взял меня за руку, уводя куда-то. Мы зашли в небольшую комнатку с тремя большими бочками и ведром. Скорее всего что-то на подобии ванной. Син мне все показал, мы стали чистить зубы и умылись.       Когда мы вернулись, то Эсра лежала в дальнем углу кровати и уже ждала нас. Син первым запрыгнул к ней и обнял, устроившись в середине. Хм, ну я не претендовала на это место, так что устроюсь на краю. Я быстро сняла мешочки с лекарствами и поставила на какой-то столик. Затем быстро пошла к кровати и залезла под одеяло. Оно было довольно тонким, но согревало. я постаралась не сильно прижиматься к Сину и легла почти на самом краю. Тут меня притянули за бок, и я оказалась прижата носом в чьему-то плечу. Вот же. — Ну как, Аяме? Удобно? — улыбался этот негодник и притягивал только ближе. И как тут не согласиться. — Да, спасибо.- буркнула я и устроилась уже нормально. — Спокойной ночи вам. — Спокойной ночи и волшебных снов, — Эсра улыбнулась и погасила свечу около кровати. Я закрыла глаза и стала вслушиваться в дыхание Сина. Надеюсь он не очень сильно храпит.