По моим венам течешь ты

Все началось в раздевалке, когда Дзюба прижал меня к шкафчику и нагло полез ко мне в штаны. Как только его рука коснулась моего члена - реакция не заставила себя ждать. Этот парень... Он рвано дышал мне в шею и оставлял засосы. Бедром я чувствовал его стояк. А самое страшное, что мне все это нравилось. Пиздец. - Ты меня насилуешь? - спросил я как можно тише. Артем оторвался от облизывания моей шеи. - А ты и не против. Я больше скажу - тебе это нравится. Я тебя не насилую, ты же течешь от меня. Это теперь мое тело. Этот голод заставляет меня бредить... То, что я хочу видеть и знать. В моей голове это. Это ты. Трахну тебя. И ведь трахнет же. Я знаю его характер. Как он сказал, так и сделает. Это пугало. Но я реально тек от его прикосновений. Мне было совершенно похуй, что мы парни. Заводило. Дзюба гладил мой член, а второй рукой слегка давил на мою шею. Что он творил губами. Засосы, сука, не сойдут до завтра. А я подставлялся. Пожалуйста, еще, мне мало. Нападающий нехотя отлепился от моего тела. Он снял с себя футболку и вернулся ко мне; начал стягивать мою майку и штаны - я остался в чем мать родила. - Я хочу что бы ты кончил, - Артем снова взял мой член и начал ласкать его интенсивнее. Я поднял голову и застонал в голос. Мне было охуенно. Второй рукой он притянул меня ближе за задницу и стал пробираться между ягодиц своими шаловливыми пальцами. Я почувствовал как рука на члене задвигалась быстрее и волна оргазма практически настигла мое тело. В паху скручивалось желание. - Я кончаю, - выдохнул я практически в губы своего партнера и затрясся в конвульсиях оргазма. Сперма стекала по руке Дзюбы. - Какой ты прекрасный, Игорек, - Артем нагло залез своим языком в мой рот. Он хозяйничал там как ему вздумается. Длилось это около минуты. Это было невыносимо приятно. Оторвавшись от моих губ, он взял меня на руки и понес к столу; уложил аккуратно на спину и развел мой ноги в стороны. Я чувствовал себя шлюхой, но какой желанной то шлюхой, а! Артем стянул свои шорты и провел рукой вверх-вниз по своему члену, размазывая остатки моей спермы по стволу. Как это завело. Боже мой, что ты творишь? Если бы я знал, что Дзюба так божественно трахается, я сразу бы ему дал. Вот отвечаю. Безо всяких растяжек он медленно вгонял в меня весь член. Было пиздец как больно. Он остановился. - Игорь, я же от тебя не отстану, ты мой и только мой, - Дзюба задвигался. Сорвался сразу на бешенный темп. Охуенно. Он попадал по простате и меня выкручивало от этих охуенных ощущений. Я снова возбудился. Увидев это, Артем простонал что-то типа "оооо... нихуя ты машина" и начал снова ласкать мой член. Он двигал рукой в такт своим движениям. Я почувствовал как он напрягся. Конец близок, и не только у него. Я думал, что умру от такого. Артем громко простонал мое имя и кончил в меня, а я снова залил своей спермой его руку и свой живот. Второй раз. Пиздец. Не выходя из меня Дзюба нагнулся и всосал мои губы настолько сильно, что у меня искры из глаз полетели. - От одного твоего вида можно обкончаться. Ты выглядишь потрясающе, - шептал Артем в мои губы. Он медленно вытащил свой член и погладил меня по животу, - учти, я еще не закончил. Я буду трахать тебя сегодня столько, сколько смогу. Твою мать. На что он способен. А я? Сколько раз мне еще предстоит пережить это? И откуда во мне столько энергии? После крышесносного секса мы быстренько искупались и направились в отель. Около своего номера Артем потянул меня за руку к себе. - Я хочу тебя, снова, - парень высказался в мои губы и засосал меня. Как же он целуется. Он просто Бог! Целуясь, мы ввалились в его номер. Дзюба продолжал вылизывать мой рот. Что он творил: покусывал мои губы, играл с языком... я точно останусь к утру без рта! Ай, да всем насрать! Мне нравилось. Я изучал его рот, а руки блуждали по его телу. Избавившись от одежды я толкнул нападающего в кресло. Он по-хозяйски развалился. Я не перестану говорить, что он Бог! Это тело меня сума сводит! Дзюба посмотрел на меня мутным взглядом и раздвинул ноги. Я медленно подошел к нему и опустился на колени. - Не только тебе все лавры, расслабься и улети, - прошептал я и взял в рот его член. Моментом мой слух обласкал еле слышный стон. Желанный стон. И я начал. Я вбирал по самые гланды, сосал очень глубоко - лишь бы тебе было приятно, все только для тебя, родной. Смачно причмокивая мой язык скользил по стволу вверх-вниз, уделяя внимание сочащейся головке. Артем запрокинул голову и стонал. Его пальцы нежно перебирали волосы на моем затылке. Я ускорился. Мне хотелось, что бы он закончил, что бы прочувствовал этот оргазм. Именно этот оргазм, который доставил ему я. Но похоже у него были свои планы. -Ты охуенно сосешь, но я же сказал, сегодня я тебя буду трахать столько, сколько смогу. Эти голубые глаза прожигали во мне дыру. Я выпустил член изо рта с характерным звуком. Слюна вперемешку со смегмой текла по подбородку, губ я не чувствовал вообще. Артем обнял мое лицо и слизал слюну. Какой он извращенец. За какие заслуги мне послали его? Кому я что должен за это? Жизнь? Я готов. - Пошли, - скомандовал нападающий и поднялся с кресла. Он подошел к окну. - Я хочу тебя здесь. Я молча последовал и сел на подоконник. Парень раздвинул мои ноги и прижался вплотную ко моему телу. Горячий. Мой. - Я люблю тебя, - вгоняя свой член в меня, полустонал мой номер двадцать два. - Я тоже...тебя..люблю. Было уже не так больно. Я ждал. Я жаждал. И Артем словно услышал мои мысли. Он придерживал мои бедра и сорвался. Снова. Не церемонился, кусал. Засасывал мою шею. Грубые толчки. Меня трясло. Он вытрахает мою душу. Его рука скользнула к моему члену. Он ласкал. Я улетел. Почему все так? Почему я так реагирую на Артема? Я отдавался, как последняя портовая блядь. Нам обоим это нравилось. Я что -то стонал, открыв рот; слюна стекала по подбородку, я не контролировал себя, зато мой "номер двадцать два" прекрасно знал, что делать. Он трахал грубо, быстро. Затягивало с головой. Кончили мы одновременно. Эта приятная усталость. Мы перебрались на кровать. Дзюба лег на спину, а я оседлал его. - Сколько можно трахаться? - вопрошал я. - Столько, сколько смогу. Дзюба улыбался во все тридцать два. Он охуенный. Теперь я точно знаю. По моим венам течешь ты.