Давняя история

Немного послушав их истории, мы поняли, что у Тэ и Чона отношения налаживаются, у Джина и Джуна любовь тоже бурлит. А что насчёт Юнги и Чимина? Заглянем к ним на огонёк? — Юююнгиииияяя! Наконец-то ты пришёл! — с дикими воплями Чим налетел на того, как только открылась дверь. Чим пригласил его на ужин. С самого утра он стоял у плиты и готовил всевозможные блюда начиная от простых овощей и заканчивая ароматной курочкой. — Ну не надо так кричать, мы же только вчера виделись! — подхватив на руки летящее на него чудо. — Но я все равно соскучился! — припадая к столь любимым губам промурлыкал омега. — Тогда приглашай меня отужинать вместе с тобой. — они прошли на кухню. Манящие запахи возбуждали аппетит. — Вот, прошу. — указывая на шикарно накрытый стол, Чим прошёл. — Вау! Как всегда впечатляющие. — он уселся. Весь вечер они болтали о том, о сём, распивая бутылку дорогого вина. Омега довольно быстро пьянел (такова их натура: слишком ранимые, быстро пьянеют и просто короли похоти во время течки) и уже после третьего бокала его унесло. — Эй, Чи, пойдём спать? — подхватив на руки, Юн понёс свою пьяную принцессу в ванную. — Никачу! Я хочу поиграть! — вися на шее, он вёл себя как ребёнок. Вот ещё одна сторона, которую узнал Юнги о своей омеге. — Поиграем, но сначала в душ.- ввалившись туда. Он принялся раздеваться Чима, который еле стоял на ногах. Покончив с одеждой и быстро сам раздевшись, они залезли под горячие струи воды. Юнги любовался своим красивым омегой. По его лебединой шее стекали капли, потом пробегались мокрой дорожкой по чуть мускулистой груди. Взгляд приковали розовые и уже набухшие соски. Затем они спускались ниже по впалому животу, на округлые бедра, по стройными ногам. Эта картина не могла не привлечь, хоть сейчас бери и рисуй. Немного грубоватые пальцы Юнги скользнули по шелковистой коже, задевая чувствительные соски, лаская живот, а затем вцепившись в манящие ягодицы, он приподнял его так, чтобы его ноги обвились вокруг талии. Омега проскулил. Он уже был возбужден, и когда горячая плоть прикоснулась к чужой, тормоза отказали у обоих. Юнги развернул его лицом к стенке. Ухватил за упругий зад и начал водить членом туда-сюда, дразня уже и без того стонущего омегу. — Ю. Юн… ги, про… прошу, ах! — Чимин молит. Юнги срывается и без подготовки врывается в горячее тело. Омега шипит от резкой боли. Альфа даёт ему привыкнуть, а потом, когда Чим одобрительно кивает, начинает двигаться, ища его комок нервов. Находит он его быстро, ему хватило и первого раза, чтобы запомнить, где он был. Теперь его толчки были размашистыми, но медленными, и попадали по простате, от чего Чимин ронял горячие срывающиеся стоны. Они заполняли весь дом. Выключив воду, Юн развернул его к себе и подхватил за бедра. Чим обвил ногами и руками накаченное тело альфы и простонал в поцелуй. Юн вышел из ванны и понёс Чима в комнату на второй этаж, при этом он все ещё находился в нем, поэтому при каждом шаге он толкался в него, а на лестнице Чим вообще успел кончить, пока его несли. Зайдя в комнату, Юн положил его в колено-локтевую позу и начал дальше уже втрахивать его в кровать. Чим стонал, просил ещё с каждым толчком. Звонкие шлепки по бедрам и утробное рычание альфы на ухо заставили Чима кончить ещё раз. От этого он сжался внутри, и Юнги не выдержал. Он вошёл до самого конца, прикасаясь к матке и… кончил, прямо в него. Горячая жидкость растекалась по всем внутренностям омеги. Он понимал, что если не прервать акт, то случится сцепка, а после этого шанс забеременеть очень велик. Но сил уже не осталось даже пошевелиться, поэтому он оставил все как есть. Юнги знал, что сцепка уже началась, но если Чим не просит, он не будет выходить. Он тоже знает чем это кончится. Ему потом придётся взять огромную ответственность за это, а пока ему достаточно его любимого персика. И ему ничто и никто не посмеет помешать наслаждаться им.