Давняя история

Время шло спокойным течением, словно ветер гулял среди макушек высоких деревьев. Ветер был словно судьба, то подует туда, то в другую сторону, то сильнее, то еле заметно колышет макушки. А они повинуются, подчиняются ему. Деревья в лесу разные, начиная от молодых пророков, заканчивая вековыми могучими стволами с раскидистыми ветвями и уже не столь молодыми листьями. Эти деревья олицетворяют людей. Молодые побеги — это младенцы, что только появились на свет, а вековые деревья, пережившие немалое на этом свете — люди мудрые. Тогда что означают молодые деревья, чьи корни не такие крепкие и крона не такая раскидистая? Это наше молодое поколение, оно не настолько мало, как росток, за которым надо ухаживать и дарить заботу, но и её настолько опытно, как могучие деревья. Они сами строят свою жизнь. Сами пускают корни, цепляясь за землю и тянут ветви ввысь. Их крону формирует ветер, та самая судьба. Иногда она не щадит молодые деревья, но в безветренную погоду, они свободно раскидывают свои ветви и сами строят свою крону. Также и человек. Не важно как дует ветер, он не должен сломить твои ветви, ибо когда будет штиль, тебе нечего будет расправлять и некуда будет расти. Иногда ветер нам помогает, даёт испытания на нашем пути, либо не даёт их вообще. Но это не значит, что в жизни будет все так просто. Почему старого человека называют мудрым? Потому что он преодолел все ветра и раскинул свою крону на большое расстояние. *** Нашим ребятам осталось только сдать экзамены. Последние две недели были тяжким, особенно для двух очень дружных омег, которые уже носили под сердцем маленьких созданий. Да-да. Чимин был уже на четвёртом месяце. Профессора, конечно, просили его не напрягаться с экзаменами и сдать после родов, но он упрямый и решил закончить сразу, не откладывая. А вот Тэ ходил с животом, пусть и не таким большим, как у Чима, но как никак третий месяц тоже не маленький срок. Они оба стали чаще гулять по магазинам, и невольно заглядывали в детские отделы. Альфы выматывались сильнее обычного. Постоянная забота о беременном любимом, пусть и была в радость, но иногда омеги перебарщивали, а потом ночью давали послушать малыша в животе, от чего у альфа вся усталость просто испарялась. Впервые Юнги начал хвастаться Гуку, что почувствовал толчок малыша, в баре у Джина. Их компания сильно сдружилась и они помогали друг другу во всем. На время беременности Тэ не работал в баре, ему просто отказали Джин и Гук, причём одновременно и категорично, от чего омега впал в ступор, а потом все рассмеялись. Джин на тот момент успел обзавестись ещё раз животом. Джун неплохо поработал месяц назад, от чего теперь уже три омеги сидели и болтали о беременности, а альфы отошли и начали разговор про тех же омег. — Джун, ну ты в ударе! Не ожидал, что через год вы ещё одного заделаете! — поправляя часы, Юн ухмыльнулся и похлопал друга по плечу. — А не сложно будет с двумя сразу? — Честно сказать, будет. Первые роды пусть и прошли удачно, но Джин тогда сильно вымотался и день провалялся в кровати. На первое время с ребёнком очень много проблем. Он все время плачет и не понятно, чего он хочет. Но это такая радость видеть, как твой малыш засыпает на руках у твоего истинного, который напевает ему красивую колыбельную. Эх! Скоро и вы поймёте, какая это прелесть. — отпив из стакана умилялся Джун. — Кстати, мне есть чем похвастаться! — начал Юнги. — Ну и чем? — Гук выгнул бровь. — Буквально на днях я лежал и слушал малыша, а потом неожиданно почувствовал его толчок! — Юнги хвастался от всей души. — Ну ты и хвастун! — заявил Гук и они посмеялись над тем, как глупо сейчас выглядят. — Скажи, Джин, а первый раз рожать больно? — спросил Чим. В омежьей компании тоже ходили разговоры на тему беременности. — Ну, как тебе сказать. Скорее это очень долго, от чего сильно выматываешься. Первое время да, это больно. Когда начинаются схватки начинает болеть низ живота. Но, если врач хороший, то без проблем можно родить. Кстати, я вам посоветую одного врача. Он принимал у меня первые роды. Он, пусть и молодой, но уже опытный. Его зовут Пён П… — он не успел договорить. — О чем это вы тут болтаете? — в их разговор влезли трое альф. — Я говорил им про роды, а ещё про того врача. — Джин поднял голову на позади стоящего Джуна. — Аа, про него. Да, он хорош в своём деле. Ладно, нам уже пора по домам, а то вы ещё долго можете вести свою беседу. — Джун помог встать своей паре, а Юн и Гук последовали его примеру. Уже ближе к одиннадцати вечера молодая парочка дошла до дома. (Я совсем забыла сказать, что мама Тэ переехала в другой дом поближе к работе, поэтому приезжает к нему редко). Тэ очень любил понежиться в горячей ванне, поэтому, когда они пришли, Чон сразу побежал набирать воду. А Тэ в это время успел попить горячий чай с мятой и закусывал молочной шоколадкой. Такой чай он пил очень редко, он снимал усталость, а шоколад ел, может потому, что мог ощущать любимый вкус. Хотя в последнее время его часто тянет на апельсины. Он съедает их чуть ли не каждый день. Гуку это не очень нравилось, но спорить с омегой не стал. Ему Джун дал совет не перечить омеге, и если он налегает на что-то одно, то не страшно. У Джуна была дикая страсть к ванильному мороженому, возможно, из-за нее у Джин-Хо запах ванили. — Тэ, ванна готова. Ты опять ешь апельсин! Ты же знаешь, что много нельзя, а это уже второй за день. — закончив набирать ванну, Чон пришёл на кухню и застал такую картину. Тэ сидит в кресле поджав колени, очень странно как у него так получилось, если мешал живот, на блюдце лежали дольки апельсина, а сам Тэ уминал уже пятую по счету корочек, лежащих на столе. Немного забавно это выглядело. — Ну что я могу поделать! Я очень их хочу! — кое-как оторвавшись от вкусняшки пробубнил Тэ. — Кстати, Джин говорил, что у него страсть была у ванили, вот и сын у него с запахом ванили родился, интересно почему запах так странно формируется? — Да потому, что жрал безмерно все с запахом ванили! Так что не удивлюсь, если и наш будет с запахом апельсина, по крайней мере причина этого будет ясна. — забирая из маленьких ручек блюдце, сказал Чон. Он подхватил его на руки и понёс в ванну. Во время беременности Тэ немного поднабрал в весе, плюс ещё ребёнок, поэтому можно смело говорить, что три кило он точно набрал. Тэ вцепился в шею альфы и уткнулся в неё носом. Это была ещё одна страсть, самая первая. Запах шоколада успокаивающе действовал на омегу. Он очень любил ночью утыкаться в шею любимого, при этом закидывая конечности на него, словно на подушку. Но альфа был не против. Его тоже успокаивал запах истинного. Вот и прошли эти две недели. Экзамены были успешно сданы. И спустя полторы недели у Чимина начались схватки. Такой паники у Юнги он ещё не видел поэтому посмеивался от такой картины. Скорая приехала и забрала двоих. Тэ и Гук приехали сами. Долгое время они ждали в коридоре больницы. Чим не захотел узнавать пол ребёнка, хотел сделать сюрприз всем. Роды у него принимал тот самый врач. Его звали Пён Пэк Хён, но он просил обращаться как к другу, просто Бэкхен. Он не был против, наоборот, ему так проще работалось. Долгих шесть часов. Альфы уже все извелись. — Почему так долго? — Юнги мерил коридор шагами. Его руки тряслись. Было видно, что он нервничал не меньше остальных. И вот долгожданный последний час. Слышится крик новорождённого, а через некоторое время ещё один. Первый крик сопровождался радостными прыжками альфы, а второй выпученными глазами и упавшей челюстью. Вышел врач. — Ну, что же, поздравляю вас. Роды прошли благополучно. У вас близнецы — Как близнецы? У меня два сына? — Да, и оба мальчики-альфы. — У меня два сына! — этот крик разлетелся по всему этажу. — Вы можете их навестить, но омега пока без сознания. Поэтому долго не задерживайтесь. — Спасибо! — они прошли в палату. На кровати лежал обессиленный Чимин. Его живот был почти плоским. И казалось, будто после родов он стал ещё красивее. Мы с Гуком не стали долго задерживаться и пошли домой. А Юнги остался ещё ненадолго. — Вот это действительно был сюрприз. Никто и не ожидал, что будет двое. Теперь понятно, почему у него был такой большой живот. — пара шла по вечерним улочкам и обсуждала завтрашние дела. Тэ придерживал живот и улыбался своей самой счастливой улыбкой на тот момент.