Здравствуй, новая жизнь!

      Проснулась я сегодня чуть позже, чем обычно, в 6:30. Сделала все водные процедуры, надела форму, заплела волосы и пошла спускаться вниз на завтрак. « — Ува-а-ах, как хорошо, что Реборн пока что прекратил утренние тренировки. А то сегодня я как-то не выспалась…» — зевая, подумала я.       Спустившись, я увидела, что за столом собрались Реборн с Бьянки и Ламбо. — О, Тсу-тян, доброе утро. Ты как раз вовремя. Все только что сели за стол, — со своей обычной улыбкой сказала Нана. — Что здесь вообще происходит… И когда они успели прийти к нам? — смотря с шоком на собравшихся, задала риторический вопрос я и села на своё место.       Что же происходило на кухне в это время. Реборн спокойно сидел на своём месте, а рядом с ним Бьянки начинала кормить его своей порцией запеканки, которую только что поставила Нана перед ними, хотя у Реборна была ещё его порция. А Ламбо сидел и кричал, что тоже хочет свою порцию запеканки. Когда она дала ему его порцию, начав есть, Ламбо обжег себе язык и начал громко кричать. — А-А-А-А-А, ГОРЯЧО, ЖЖЕТСЯ!!! — заревел он. — Ну вот, ложка на пол улетела… — уже спокойнее, но так же со слезами на глазах, проговорил он же. — Всё нормально? На вот, водички попей, — сказала Нана и дала ему стакан с водой. — Только… спокойствие… — Перед тем, как есть, надо подуть, чтоб остыло. — Да-да. Вот, Реборн, — согласилась с ней Бьянки и, подув на ложку, продолжила кормить его. « — Это пиздец, товарищи. Ни одного культурного слова в моей голове сейчас нет… — думала я, кушая и одновременно наблюдая за всем этим балаганом. — Если такие завтраки войдут в обыденность у нас, то я точно свихнусь. Хотя я и так немного сумасшедшая (А: да немного, как же), но будет ещё хуже».       На сегодняшний день я решила сама сделать обед, и побольше, чтобы угостить ещё мальчиков. Получилось довольно неплохо и всё в лучших, японских традициях. И, уже идя в школу, я увидела Кёко и подбежала к ней. — Кёко-тян, доброе утро, — улыбнувшись, поздоровалась я с ней. — Доброе утро, Тсуна-тян, — так же с улыбкой поприветствовала она меня. — О, я смотрю, ты сегодня много обеда взяла, — заметила она у меня в руках платок с большим контейнером для обеда. — Угу, решила сегодня мальчиков угостить. — Думаю, им понравится, что ты ради них стараешься. — Угу!       Обеденный перерыв мы провели с мальчиками как обычно, на крыше. Я дала им по одному ярусу с бэнто и оставила один себе. — Десятая, спасибо! Было очень вкусно! — уже поев, поблагодарил Гокудера меня. — Поддержива-а-а~ю~, — зевая, добавил Ямамото.       И мы с Гокудерой тоже начали зевать. — Всё таки зевание заразно, ва-а-а~х, — зевая и прикрывая ладонью рот, сказала я. (А: Кстати, сейчас я тоже зеваю ХD) (Бета: я тоже. ^-^) — Он просто обезьянничает… — сказал недовольный Хаято. — Ничего я не обезьянничаю… Скучно, вот и зевается… — всё так же весело ответил Такеши. — Ты зевнул без предупреждения. За то, что ты посмел зевнуть на глазах у Десятой, лишишься десяти лет жизни! — Брось ты. Это ж просто зевок. — Верно. Хаято, зевок — это просто зевок. Не стоит из-за этого устраивать шоу фейерверков. Поэтому убери, пожалуйста, динамит… — влезла в разговор я. — Но этот презренный слишком самоуверен! — Не стоит каждый раз раздувать из мухи слона, — продолжил Ямамото. — Я — правая рука Десятой! А ты как собачье дерьмо, прилипшее к подошве ботинка! — ЗАВАЛИЛИСЬ, ОБА! НЕ БЕСИТЕ МЕНЯ, А ТО ПОЛУЧИТЕ, НИКОГО НЕ ОБДЕЛЮ! — злая, как черт, наехала на них я. А ручки так и чешутся, так и чешутся врезать им по голове. — Х-хорошо, слово Десятой — закон, — немного побледнев, сказал будущий ураган. « — Ну да, впервые увидеть меня взбешенную, конечно, страшно будет». — Но как же, черт возьми, скучно… — облокотившись о решетку крыши, продолжил он и, посмотрев с задумчивым взглядом на небо, добавил. — Неужели здесь нет совсем ничего, на что стоило обратить внимание? — А вот и есть, — сказал внезапно появившийся Реборн в костюме ежа. — О, Реборн, — услышав знакомый голос, сказала я. И как только хотела повернуться, в меня полетело нечто острое, я резко вскочила. — Ау, это вообще-то больно, за что? — Это Лаки. Чаосс, — поздоровался он и начал в своём костюме катиться ко мне. Я же, припоминая, что это грозит чем-то нехорошим, начала носиться по всей крыше от него. И, что далеко не зря сегодня утром мне интуиция кричала, что надо обязательно надеть купальник. Но Реборн не был бы Реборном, если не смог бы меня догнать. В итоге чего он повалил меня на крышу, а я выставила руки перед собой, чтобы не впечататься в неё лицом. — Р-реборн, м-моей спине… *вздох* с-сейчас… очень… больно… *ещё один вздох* слезь… п-пожалуйста… — стоя на четвереньках, еле выговаривая, с маленькой одышкой, попросила я его. Он выполнил мою просьбу и спрыгнул с меня, после чего я всё-таки впечаталась лицом в крышу, ибо руки совсем уже не держали. И, немного отдышавшись, я перевернулась на спину и спросила его: — Зачем ты вообще нацепил этот странный костюм? — Решил удивить нас, нарядившись в каштан? — с шоком на лице от происходящего спросил уже Гокудера. — Вообще-то он больше похож на ежа или же дикобраза. Хотя не, всё-таки еж, ибо у дикобраза иголки намного длиннее да и вообще отличаются от них, — снова сев на свой прекрасный зад, сказала я. — Верно. Это морской еж. — И зачем ты ходишь в этом?.. — Ахаха, забавно, — веселился Ямамото. « — Веселится, скотина, смешно ему, а мне вот ни капельки…» — мрачнея, думала я. — Это камуфляж, чтобы шпионить за людьми, ездящими на электричках, — ответил он на мой вопрос. — Но ведь в этом нет логики. Тебя же все видят. — Они слишком боятся игл, поэтому не рискуют подходить, и я могу не напрягаться.       На это я лишь сделала фейспалм. А он всё продолжал: — Бьянки сделала мне этот костюм, как задание по домоводству, когда была в младшей школе. Если кто-нибудь дотронется до моих игл — отрубится через полминуты.       И как только он это сказал в моём сознании стало темнеть, и я упала. Но я ещё чувствовала, как кто-то пихает меня, а-ля будят и обрывки оклика. — Д-Д-Десятая! Десятая… Ты в поря… Деся… — это последнее, что я услышала, и почувствовала, как меня кто-то берёт на руки, и моё сознание окончательно отключилось.       Я очнулась, когда что-то или кто-то пошатнул то, на чем я лежала. Я открыла глаза и поняла, что я лежу на диване, и, немного приподнявшись на локтях, увидела Хибари, но он меня не заметил. — О, Дахина зайка… — сказала я шепотом, не заметив, что это было сказано по-русски и снова отключилась. Видимо для девичьего организма это слишком мощно. Но как только я упала, Реборн пнул диван так, что я чуть ли не свалилась. — Э, шотакхое? — как спросонья на одном выдохе спросила я неразборчиво, всё так же на родном языке, сев на диван, посмотрела за его спинку и заметила отключившегося Ямамото. — А, Такеши-кун? Х-хаято-кун? — заметила я ещё его, так же в отключке. — Что здесь вообще произошло? — уже окончательно очнувшись, продолжила по-японски. — Так тут есть ещё одна… — смотря на меня, сказал Хибари.       Я встала с дивана и, подойдя, села на корточки и начала пытаться привести их в чувства. — Такеши-кун, Хаято-кун? — Это бесполезно. Я только что отрубил их обоих.       Я же только вздохнула и, встав на ноги продолжила: — Это-то понятно и логично, так как ты один здесь стоишь. Никто другой их бы отрубить и не смог. — Хм! — громко хмыкнул он, усмехнувшись, и подошел ко мне почти в плотную, кинул на меня испепеляющий взгляд. — Эй, ты разве не знаешь, что надо соблюдать личное пространство? — ухмыльнувшись, спросила я.       Он снова хмыкнул и просто наклонился и, взяв за шкирку Гокудеру с Ямамото, потащил их к окну. — Эй, не игнорь, когда с тобой разговаривают! И только попробуй их сбросить с окна! — Я просто выбрасываю мусор. Хм, если не хочешь, чтобы я выкинул их, останови меня. — Ч-что, но я же хрупкая, беззащитная девушка. Как я могу драться с тем, кто смог побить Такеши и Хаято? — с невинным выражением лица, хлопая глазками, спросила я у него. « — Ну да, однако то, что я была хрупкая, не останавливало в детстве драться с мальчиками… Я бы и ему с удовольствием вломила затрещину. Но это же Хибари… Стоп. Только не говорите, что сейчас появится Реборн и выстрелит в меня!» — и, как только я об этом подумала, он появился и выстрелил в меня пулей возрождения со словами: — Сражайся! Я дарую тебе силу…       И снова эта странная энергия, из-за которой порвалась одежда на мелкие кусочки и безграничная сила с чувством, что я могу всё на свете. — Я отомщу за своих друзей, со мной сила!!! — и я подбежав к нему, хорошенько врезала по голове. От этого Хибари выпустил ребят из своей хватки и я, переключившись уже на них, поймала и снова за шкирку, когда они начали лететь вниз из окна. Получилась весьма пикантная поза, но мне было не до этого. — Весьма удачная поза, — услышала я за своей спиной голос Хибари и, повернув к нему голову, увидела, что он достал тонфа. Как только он хотел кинуться ко мне, его остановил Реборн, кинув зернышко кофе. — Зерно кофе? — Достаточно, — сказал Реборн, стоя на подоконнике. — Не знаю, кто ты, но в данный момент я не в лучшем распоряжении духа. Стой там, где стоишь… — сказав это Хибари хотел нанести удар ему, но Реборн легко остановил тонфу с помощью дзютте. — Хорошая реакция, — добавил он довольный. — Ты тоже сильный малый, — такой же довольный ответил аркобалено. — Вот бы померяться силами. — Не в этот раз, — ответил Реборн и достал динамит.       Произошел сильный взрыв, но он успел схватить меня с ребятами, и мы летели на Леоне. Леон же превратился в парашют. Реборн был прицеплен, как надо. А я висела на железной балке, на животе и, скрючившись, держала своих будущих хранителей. Но внезапно действие пули прекратилось, и я, ещё немного повисев, пытаясь удержать парней и самой не свалится, всё-таки свалилась, но мы в это время пролетали как раз над школьным бассейном. И мы смачно плюхнулись в него. Мальчики в воде сразу же пришли в себя, и мы вместе поплыли к бордюрам. — Эх, ну вот все волосы растрепались, теперь заново заплетать надо. И не зря я всё-таки сегодня купальник надела, — уставшая, но довольная сказала я. Всё-таки я всегда мечтала с большой высоты прыгнут в бассейн. — Кста-а-а~ти~, Ребо-о-о~рн. Ты ничего не хочешь мне рассказать. Это же ты всё специально подстроил, — уже с мрачной улыбкой продолжила. — На кон было поставлено очень много. Но, к счастью, вы все отделались легким испугом. — В смысле? — Это была «проверка боем», чтоб ты не думала, что реальность проста и безобидна. Жизненные ситуации — лучший тренинг. — Да что ты говоришь? — ответила я сарказмом. « — Я это всегда знала, что жизнь — боль. Да и то, что я оказалась в этом мире, когда я сдала все экзамены, квалиф защитила, вышла на стипендию и только начала отдыхать, я переместилась в этот мир каким-то образом, и это всё подтверждает, что, повторюсь ещё раз, жизнь — боль. При этом каникулы всего 2 месяца у студентов… А в Японии ещё меньше…» — Черт, быть оглушенным тем парнем… — сказал внезапно Гокудера. — Уверен, в следующий раз мы уделаем его, Десятая. — Ага, конечно… — Сегодня Тсуна спасла вас обоих… Молодец, Тсуна, — как всегда улыбаясь, похвалил Реборн меня. — Спасибки, — поблагодарил меня Такеши. — Какой же ты беспечный, — взъелся Хаято. — Ладно, ладно. Давайте с этого момента всегда держаться вместе. « — Фуф, слава Богу, что они не продолжили недавние разборки», — вздохнув и улыбнувшись, подумала я. — Тёплые взаимоотношения очень важны для семьи. Чем она сплоченнее, тем прочнее становится её основа. — Спасибо тебе, Реборн. Ты и правда, всё-таки, стараешься ради меня, — поблагодарила я его с широкой улыбкой. На что он только хмыкнул и натянул немного шляпу себе на глаза.       Остаток дня прошел спокойнее и мы уже выходили за пределы школы. Внезапно у ворот на велосипеде останавливается Бьянки. — Я приехала, чтобы забрать тебя, Реборн, — нежно сказала она ему. — Сестрица… — только смог сказать Гокудера, и бедному ему снова стало плохо. — Ну вот, снова… — с жалостью сказала я. — Д-Десятая, простите, я вынужден вас покинуть! — сказал он и убежал в закат. — Боже мой, Хаято слишком восприимчивый, — прокомментировала Бьянки. — Ха-ха-ха, а Ламбо-сан, между прочем, тоже тут! — вылез из пакета он вместе с двумя гранатами. — Реборн, готовься!       Он вскочил на край корзинки велосипеда и, не удержав равновесия, в итоге свалился и взорвал сам себя. — Сколько же много шума от него… — пребывая в шоке, сказала я. — Только… спокойствие… — Чао, — попрощался Реборн, уже сидя в корзинке, и они уехали.       Мы ещё немного постояли вместе с Такеши и потом разошлись по домам. Дома я быстро сделала домашние задания и дополнительные задания от своего репетитора и начала рисовать. « — Ну вот, ещё один насыщенный событиями денек… И сколько ещё меня впереди ожидает… Чет даже страшно как-то… — всё рисуя, думала я. — Ладно, хватит на сегодня. Спать уже пора. Эх, поздравьте меня кто-нибудь, моя жизнь превратилась в один сплошной пиздец».