Норагами: Столкновение миров

Первое знакомство с Юкинэ произошло на заднем дворе дома моей семьи. Я притащила из дома вязаный подарок и зимние джинсы с ботинками, оставшиеся от моего старшего брата, когда тот был в моём возрасте. Всё равно без дела лежат, а Юкинэ пригодится. Тогда Ято и произнёс имя, представляя мне паренька. Тот тут же схватился за плечи, не слушая речей бога. А на протянутую спортивную кофту, снятую Ято с себя, отреагировал неприязнью: - Не нужна мне твоя грязная куртка... - но тут влезла я, протягивая парнишке свёрток: - Вот, примерь. Должно быть как раз на тебя. На подарок Юкинэ отреагировал затаившейся в глубине красноватых глаз радостью, шустро распотрошив его. А уж при виде пушистого свитера, шарфа и шапки с варежками радость из затаённой стала явной. Подарки тут же были одеты прямо поверх белого кимоно, в котором паренёк появился у фонтана, а сам Юкинэ поклонился и сказал: - Аригато... - Да брось, все мы одна семья! - отмахнулась я, будто нарочно показывая имя на руке. Юкинэ тут же уставился: - Так ты тоже как я? Священное орудие? - Почти. Я запасное орудие, потому что ещё живая. Вот после смерти стану уже полноценным орудием, а пока так, чисто на всякий случай. Ты точно можешь больше, чем я сейчас. Считай, что у тебя появилась семья. Меня зовут Хионэ, рада знакомству, братишка Юкинэ. - и я протянула руку, которую блондинчик-Юки тут же пожал, не снимая варежки. - Ну, идём отмечать? Куда изволите, хозяин Ято? В дом, с чаем и домашней едой или в кафе? Я угощаю... - Сегодня лучше в доме. Хионэ, твои родители шум не поднимут? - казалось, что Ято недоволен таким нарочитым обращением, в котором почтения ни капли. - Нет, мама сегодня с отцом в клинике, они же оба там работают. А у отца ночное дежурство, так что родителей всю ночь не будет. - очень хотелось обнять надувшегося бога, но я стерпела. Ято же разулыбался, подхватил Юкинэ под руку и пошёл к дому, но я тормознула: - Не спешите. На двери специальный амулет. Прикоснитесь ладонями и назовите имена, а то не пропустит. Конечно, амулета не было никакого, но Ято и Юкинэ имена всё же назвали. Причём Ято даже не стал скрывать истинное имя, и мы с Юкинэ лишь переглянулись. К счастью, сам бог наши с блондином перемигивания не заметил. А там мы уже оказались на кухне. Мама, добрая душа, позаботилась обо мне, и на столе красовалась корзинка с булочками, присыпанными сахаром и корицей. А уж омлет с рисом на троих сделать да чай заварить я и сама могу. Так что первым делом послала новых жильцов мыть руки с улицы, а сама принялась священнодействовать за плитой, готовя ужин и десерт. Когда чистые ребята вернулись на кухню, их уже ждал праздничный ужин. Омлет с рисом, украшенный в японском стиле, потому что кетчуп мы не едим, зелёный чай с боярышником и... Ленивый чизкейк, украшенный взбитыми сливками. С десертом было проще всего: смешал ингредиенты, взбил в суфле - и в холодильник в специальной форме поставил. Тот сам осядет через несколько минут до нужной плотности. Так что, пока чизкейк оседал, я и с омлетом закончила, и чай заварить успела. Восторженный вздох был мне лучшей наградой за старания. У обоих сияли глаза, а Юкинэ, такой уютный в моём вязаном банном халатике, так вообще попытался обнять. Ято на это среагировал странновато - дёрнулся, хватаясь за затылок, и зашипел от боли: - Юкинэ, что за грязные мыслишки?! - Ой... Так я же просто от радости, Хионэ же не чужая! - попытался оправдаться блондинчик-Юки, но вместо этого я сама его обняла со спины: - Ребята, не ссорьтесь. Как бы там ни было, но Юкинэ мне как братик. Всё будет хорошо, правда, Юки-ниичан? - Да, конечно, Хио-конетян. Будешь моей старшей сестрой? - в голосе Юкинэ слышалась печальная улыбка, и я улыбнулась в ответ: - Разумеется, братик. Всегда рада помочь, мы ведь все семья. Ято, ты как? - А что я? Я только рад. Вы поладили... - Ято выглядел расстроенным. - Только я вам вот что скажу. Вы оба мои священные орудия. А бог и его орудие всецело связаны. Любые скверные мысли причиняют мне боль, и очень сильную. Поэтому я вас очень прошу не позволять себе грязи в мыслях. Мне от этого очень больно. Пожалуйста, держите себя в руках. - взгляд парня потускнел, и я отлипла от Юкинэ, после чего переглянулась с ним и обняла со спины самого расстроенного бога. - Ято... Пожалуйста, не расстраивайся так. Мне больно видеть тебя таким поникшим. Мы сделаем всё возможное, чтобы тебе не пришлось страдать из-за нас. Честно. - слова звучали совсем тихо, практически шёпотом, но очень близко от уха Ято. Тот поначалу вздрогнул, почувствовав мои обнимашки, но после слов расслабился и положил свою ладонь на начертанное на моей руке имя. Тут же к нам подошёл Юкинэ, обнимая парня с другой стороны, будто в подтверждение моих слов. Атмосфера из грустной стала тёплой и уютной. - А теперь давайте наконец ужинать, пока вконец не остыло! Зря я старалась?! - Конечно! - воскликнули парни, и праздничный ужин наконец начался. *** Когда ужин наконец закончился, пришло время чаепития. Стеклянный чайник с плавающими в нём яркими ягодками привёл внимание Юкинэ: - А это что за ягоды? - А это боярышник, очень полезная для сердца ягода. Многие люди с больным сердцем пьют настой боярышника и выздоравливают. Зато здоровым оно не рекомендуется, очень опасно. - пояснила я с улыбкой, наливая всем по чашке. - Аромат приятный... Но почему ты добавила его в чай? С сердцем проблемы? - неугомонный блондинчик удивлённо выловил ягодку из чая, пробуя её на вкус. - Нет, на самом деле опасно пить настой в концентрированном виде, а так просто ягодки. Вкусные, сладковатые, я их обожаю. - захихикала я совсем уж открыто, принимаясь за разрезание десерта. Чизкейк оказался разделён на шесть кусочков, и каждому досталось по два. - Так вот почему! Они придают чаю особый аромат! - Юкинэ с улыбкой закинул распаренную ягодку в рот, вызвав этим волну тепла в сердце. Ято же хмыкнул: - Да неужели? Не так уж и вкусно, да и пользы мало. - после чего принялся отламывать ложечкой свою порцию десерта. И что с ним? - Ято, зря ты так. Мало пользы? Сразу видно, что ты настоящий бог. - фырчание из моих уст получилось задорным и игривым, и синеглазый бог подхватил: - Это с чего ты признала меня настоящим?! Тоже мне, сообразила! - Так ведь боги не болеют, и народной медициной не владеют! Откуда тебе вообще знать, на что и с какой силой боярышник влияет? А вот будь ты человеком хоть несколько лет, то всё бы знал. Ну а если не всё, то многое. - и я победно закинула в рот остатки своей порции чизкейка. Юкинэ всё это время ел свой десерт молча, будто тоже чувствовал облегчение на сердце: Ято веселился, сбросив камень с души и наслаждаясь вкусным ужином в приятной компании, которая даже его дурачество поймёт правильно. Даже у меня на сердце было легко и радостно, как не было за обе моих жизни ни разу. Тут даже не спишешь на старые чувства и воспоминания - не было подобного прежде, чтобы вспомнить сейчас. Вот только Ято сдаваться явно не хотел: - Сама много знаешь! И откуда такие познания у девчонки из хорошей семьи, которую если лечили не дома, так в больнице, современными лекарствами! А?! - В отличие от некоторых, тратящих время просто так вместо поисков нормальной работы, я люблю учиться и узнавать новое! Поэтому моя библиотека не ограничена школьными учебниками! Там можно такое отыскать, что у неведающих волосы дыбом встанут, а у знающих сердце тормозить начнёт! И это ещё далеко не всё! Ты же наверняка даже каллиграфией не владеешь, иероглифы кривые, что читать невозможно! Может, и не звонят тебе как раз поэтому? - слова рвались сами, но сама я отнюдь не обвиняла Ято, а наоборот, поддерживала игру. И бог радостно среагировал: - Тогда давай поступим так: ты мне как человек оформишь рекламу и напечатаешь нормальные визитки, а я буду учиться красиво и понятно писать! - Договорились! Тебе визитки к завтрашнему дню сделать, или неделю потерпишь? - из игривого настроение стало деловым, и я сосредоточенно нахмурилась. Ято тоже поймал настрой и принялся шевелить мозгами: - Можно и неделю подождать. С рекламой тоже поможешь? - Конечно. У тебя есть сайт в интернете? Можно будет с ним законтачить, я в соцсетях тоже есть, скриншоты и пара артов с тобой, можно даже назначить сбор денег на постройку храма! О, и футболки, кружки и рюкзаки с твоим портретом! Скажем, в позе с монеткой и с надписью "да будет с тобой удача". Как тебе? - наверное, у меня горели глаза, потому что Ято просто сиял как лампочка или настоящее божество. - Устроим фотосессию завтра, в парке! Есть живописное место на примете, где меня с фотоаппаратом не заметят, ведь съёмка будет как человека... О! Можно же ещё ковры продавать! С портретом! У меня как раз в комнате такой висит, сразу после знакомства связала на память. А то что, мне одной наслаждаться? - Конечно нет! - Ято просто полыхал позитивными эмоциями. - И всё это за неделю? - Так не проблема! Визитки к вечеру напечатаю, а плакаты к утру готовы будут. Вот завтра фотосессию проведём - и займусь. Годится? - Ага! Молодец, Хионэ, так держать! - но тут Юкинэ не сдержал зевок, и Ято среагировал на это: - Так, в ванную и спать. Где ночевать можно? - На втором этаже. Там слева две двери: моя комната и моего старшего брата. Он всё равно только летом и на Новый Год приезжает, так что комната пустует. Там и кровать двухместная, поместитесь. Или кто-то хочет спать в моей? - хихикнула я, но стоило Ято поморщиться, вздохнула: - Шучу. Парням в моей комнате не место всё равно. С ванной разберётесь? Или помочь? Грязными в комнату не заходить! - Разберётся, не дети же. Аригато за вкусный ужин, мы пойдём. - Ято опять улыбнулся какой-то потусторонней улыбкой, а его голос вызвал мурашки, но я стерпела. Вот же... Кто там бог войн и разрушения? Он бог разврата, не иначе! А то с чего такие мысли от его улыбки? Вот именно... Так мы и разошлись по комнатам. К счастью, ванных комнат было две, и я пошла в свою личную маленькую ванную. Радость от того, что Ято с Юкинэ теперь совсем рядом, захлёстывала с головой, и я просто купалась в этом ощущении счастья. Но в то же время было тревожно. Работу Ято никто не отменял, а переходный возраст его орудия мог принести много проблем даже с обещанием стараться не вредить своему богу скверными мыслями. Юкинэ же, несмотря на ангельскую внешность и довольно сильную душу, оставался ребенком, который многого не понимает, и слабо различает понятия хорошего и плохого. А уж статус священного орудия, включающий в себя почти полную незаметность для обычных людей, делал нехорошие порывы ещё мощнее: ведь если тебя не заметили, то и обвинять некого. Выходило нечто в стиле "я же умер, а о мёртвых или хорошо, или ничего". А это загрязняло душу очень сильно, и Юкинэ рисковал превратиться в аякаши с таким отношением. Впрочем, как орудие он силён, но аякаши из него вышел бы слабый, а значит, мне он точно не сможет навредить. Выходя из ванной, я сразу направилась к гобелену с портретом Ято, висящему над кроватью. Вскочила на постель, уселась на колени и тихонько заговорила молитву, сложив ладони перед лицом. Тепло на сердце от молитвы усилилось, но я всё равно чувствовала беснующихся за забором аякаши, что пытались проломить барьер. От их бурчания голова начинала болеть, а в затылке странно постреливало. Мне это очень не нравилось: держу грани чуть больше недели, а тело уже слабеет. Похоже, месяц я точно не продержусь, а значит, требуется искать если не участок, то готовый храм без своего божества, чтобы можно было переоформить его и подарить Ято. Так мне не придётся терпеть эту боль постоянно, это дико выматывает. Хотя ради своего бога буду очень стараться.