Алая луна

Я будто бы тонул где-то в пучине. Зыбучие пески меня утягивали вниз. Что-то произошло, но мне отшибло память. Или я не хотел вспоминать. Нет никаких чувств. Ни холода, ни огня, ни страха, ни радости. Все стало таким пустым. Я не знаю, что это. Я не знаю где я. Может, я уже умер? -Раф… возвращайся Знакомый голос. Он что-то дергает внутри меня. Что-то просыпается. Тонкие блики посреди безграничного ничего. -Кажется, я только все испортил Испортил? Было, что портить? У меня было что-то? Я все забыл. А, может, слышу чью-то чужую жизнь. Я застыл в невесомости в этой ничего не имеющей пустоте. Я не двигался, не плыл никуда, я просто существовал где-то посреди чего-то, а, может, между чем-то. Все стало таким неважным. -Я люблю тебя Удар. Стало как-то больно. Как камень обвалился на меня. И я полетел. Полетел прямо вниз. Еще удар. Мне становилось с каждым разом все тяжелее. Тяжесть давила меня. Но я видел искры. Все больше искр ослепляло меня. Они превращались в огонь. Я сгораю. -Нет, хватит! Я хочу вернутся в пустоту! Слишком горячо! Слишком больно! - закричал я. Писк в ушах, ужасный шум, все нарастало, - Мои уши, я не выдержу этого, нет! Перестаньте, хватит! Я закричал и очнулся посреди какой-то белой комнаты с белыми стенами и ярким светом в потолке. Нет, кажется, сам потолок светился. И комната немного тоже. Где я? Это больница? Одна из стен стало чем-то вроде экрана, и я видел Нуара. Боль в груди. Он тащил меня за волосы. На другой стене появился новый образ, а этот пропал. Он насиловал меня. Он прокручивался по кругу, появляясь то там, то здесь. Бил, насиловал, насиловал, бил. И вот последний раз. Сколько времени это длилось? Часы? И тут знакомый образ, но я не мог вспомнить его почему-то. Моя рука коснулась его. Почему? Кто это? Спаситель? Я видел фрагменты их боя. Нуар проигрывал. Кто-то спас меня? Но потом комната стала красной. Все вокруг светилось красным, прожигая ядом глаза. Образ человека. Он что-то делает с Нуаром. Нет. Не может быть. Крюки. Тело. Нет. Я не хочу этого видеть. Я отвернулся, но на другой стене появилась картинка, как в тело входит лезвие ножа. Я отворачивался и эти картины преследовали меня. -Нет. Хватит. Зачем?! Нет, я не хочу это видеть! Везде, на каждой стене лицо убийцы Нуара. Он весь в крови. Взгляд дикого обезумевшего зверя. Он убил Нуара. Он убьет меня. Я закричал, пытаясь спрятаться, но его лицо было даже на полу и потолке. -Нет. Нет! НЕТ! Все рассыпалось на осколки, и я снова полетел во тьму. Почему-то, стало страшно, что я разобьюсь. Я же хотел оказаться в пустоте. Почему же так страшно? Мою руку схватила чья-то рука. Я посмотрел вверх. Убийца Нуара. Он держит меня. -Нет! – закричал я, но звука не было, словно голос пропал, - Отпусти меня! Отпусти! Во второй руке окровавленный нож. Он занес его, чтобы вонзить мне в спину. -Нет! Перестань! Я кричал, пытаясь вырваться из его руки. Но он держал слишком крепко. Нож был все ближе. Скоро будет больно. Я зажмурился, уже готовый умереть. Но вместо ножа к спине прижалась его ладонь. И я больше не висел над пропастью, а стоял на чем-то шатком, в объятьях убийцы Нуара. -Хочешь, поедем ко мне? – сказал он с теплой улыбкой Внезапно меня пронзило как током и из глаз брызнули слезы, я вцепился в одежду убийцы Нуара. -Ты же… ты же… - пытался сказать я, чувствуя, как слезы текут рекой, - Ты же Марс… -Таким надо наслаждаться… чувствуешь? – прошептал он и его лицо приблизилось к моему. Наш первый поцелуй, с привкусом вина и его приятным запахом. Платформа, на которой мы стояли, начала трескаться, как стекло или тающий лед. -Мы упадем! – вскрикнул я, сильнее цепляясь за него. -Я люблю тебя, - снова раздался голос откуда-то издалека, но образ Марса передо мной не шевелил губами. Не помню, чтобы он такое говорил… я поднял голову на парня, а тот смотрел куда-то вверх с радостной улыбкой. Платформа все громче хрустела и тут полностью раскрошилась под нами, но мы не упали. Наоборот, Марс смотрел вверх, и мы двигались туда, к яркому свету. Я боялся сначала смотреть на него, думал, будет снова больно и горячо, а когда не выдержал и взглянул – стало так спокойно. Умиротворение. -Я люблю тебя, Раф. Прошу, очнись… Голос все ближе и ближе, я летел к нему вместе с Марсом. Еще немного и меня объяла теплота. Щелчок. Я раскрыл глаза. В них ударил холодный свет больничных ламп. Я слышал писк приборов. Дернул одной рукой и ощутил, как что-то натянулось. Кажется, капельницы. Дернул второй и что-то помешало. Что-то теплое, что сжимало мою кисть. Я повернул голову и увидел Марса. Он спал, сидя у моей постели, уткнувшись в край кровати лицом и бормотал что-то сквозь сон. -Тоже… - прохрипел я, пытаясь больше пошевелится, но хватило даже этого, чтобы он вскочил и уставился на меня. -Раф? Ты очнулся? Господи, Раф, как же ты меня напугал, - начал тараторить он, сжимая больше руку. -Тоже... - снова попытался сказать я, морщась и кашляя. -Тоже? – непонимающе переспросил он, пригибаясь ближе ко мне. -Я... тебя... тоже, - наконец я смог сказать эту фразу и вновь закашлялся. Он сначала какое-то время недоумевающе смотрел на меня, а потом улыбнулся, поцеловав меня в лоб, из-за того, что все лицо было опутано катетерами. Да. Это был убийца Нуара. Тот, кто без жалости превратил его в кусок мяса. Но для меня было важнее, что он был Марсом. Марсом, с которым тепло.