Часть 1
10 июля 2018 г., 14:54
Сказанные слова вовсе не удивляют его, словно он заранее знал, что все так и будет. Микото только не то задумчиво, не то вопросительно хмыкает, ставя в известность, что слова Сарухико были услышаны. Вызывающий взгляд направленных на короля темных глаз выдает нетерпеливое упрямство своего владельца, готового до последнего стоять на своем. Фушими готов к любым вопросам, доводам и убеждениям, но их так и не следует, и он недоуменно приподнимает бровь, задетый этим холодным безразличием. Он не может сказать, чего конкретно ожидал: убеждений остаться, вопросов, попыток остановить его? Да какая разница, когда все его эмоции, все слова, сказанные им вызывающе-агрессивно, тонут в ледяном спокойствии короля. Когда тот склоняет голову на бок, окидывая его внимательным взглядом и пожимая плечами, и снова берет поставленную на барную стойку чашку, это вызывает у Фушими смешанные чувства, и по какой-то одной ему известной причине он не может уйти в данный момент, словно что-то удерживает его здесь.
Микото выжидательно смотрит на него и молчит. Сарухико закусывает губу и раздраженно цыкает. Собственные слова эхом отдаются в голове — язвительно острые, болезненно осязаемые: «Я ухожу из клана, с меня довольно». Гордость не позволяет ему после всего, что он сказал, задавать вопросы, и он, раздраженный неловкостью ситуации, отворачивается, не желая смотреть в золотистые глаза, словно говорящие ему: «Тебя никто не держит. Ты так хотел этого, так чего же ты медлишь?». Фушими фыркает и разворачивается на каблуках, направляясь к выходу из бара, когда король неожиданно, не оборачиваясь, одной рукой перехватывает его за рукав короткого серого пальто, удерживая на месте. Сарухико отстраненно, словно впервые, разглядывает тонкое увитое венами запястье, на котором размеренно покачиваются кольца браслетов, а затем бросает на Микото раздраженный взгляд и вопросительно вскидывает брови. На губах Суо играет легкая совсем несвойственная ему улыбка. Золотистые глаза смотрят насмешливо и слегка вызывающе, но при этом сам Микото остается показательно спокойным.
— Уйдешь прямо сейчас? — в голосе короля проскальзывают странные нотки, и Фушими не может определить, какой конкретно смысл тот вкладывает в этот вопрос. По коже пробегает легкий озноб, словно по помещению пролетел сквозняк, но окна закрыты, и в баре пусто: кроме них в столь ранний час здесь никого нет. Суо сидит в пол-оборота, одной рукой держа чашку, а другой удерживая его за рукав. Он не принуждает к ответу, но в то же время и не дает от него уйти.
— Собираешься остановить меня? — губы растягиваются в язвительной ухмылке. Фушими вызывающе щурится, смотря на короля сверху-вниз, и уязвленно хмурится, когда Микото отставляет подальше от себя чашку с так и не допитым кофе и снисходительно смотрит на него.
— Зачем? — король с любопытством смотрит на Фушими, а затем, отпустив его рукав, поднимается со своего места. Не спеша лениво подходит ближе и окидывает его изучающим взглядом, словно видит впервые. Сарухико настороженно, не отводя глаз, внимательно смотрит на короля, следя за каждым его движением. Не произнеся ни слова, Суо обходит его, останавливаясь перед окном, прячет руки в карманах джинс и с непроницаемым лицом смотрит куда-то вдаль, словно давая Фушими еще один шанс заново обдумать свои слова. — Если ты этого хочешь, я не стану препятствовать. — Не переставая удивляться этому человеку, Сарухико изумленно щурит глаза. Кто бы мог подумать, что все будет настолько просто. На секунду он чувствует легкий укол разочарования, но тут же отбрасывает лишние мысли прочь, заставляя себя пренебрежительно фыркнуть. Поправляет очки и, пряча руки в карманы, направляется к выходу.
Последующий полет, начинающийся мощным рывком за предплечье и заканчивающийся на низком черном журнальном столике, с которого с дребезгом летят на пол, разбиваясь на множество сверкающих на свету осколков, несколько высоких стаканов, оказывается полной неожиданностью. Фушими морщится от боли в спине, с усилием приподнимаясь на локтях, удерживаемый сильными руками. Микото наваливается на него сверху, с силой прижимая его к темной поверхности стола, и Фушими мгновенно ощущает жар и тяжесть его тела. Янтарные глаза опасно щурятся, разгораясь уже знакомым Сарухико огнем. Метку на груди жжет неприятно, но терпимо.
— Какие-то проблемы? — дыхание невесомо касается уха, низкий голос пробирает до мурашек. Фушими пытается оттолкнуть его, но Микото тут же одной рукой перехватывает его за запястье, заламывая руку. Сарухико шипит от резкой боли и отворачивает голову, до боли прикусывая губу. Суо чуть ослабляет хватку, продолжая удерживать его руку в захвате. Тонкие пальцы очерчивают линию скул. Ладонь ложится на щеку, оглаживая с грубоватой нежностью, холод кольца мажет по щеке, непривычно контрастируя с теплом рук. Микото усмехается и обводит большим пальцем темные тени под глазами, затем касается пальцами поджатых губ. — Любопытно, что ты пришел только сейчас. Ты ведь давно уже все решил, но все продолжал медлить. Причина в нем? — пальцы, словно в издевательском напоминании, слегка сжимают подбородок, заставляя поднять голову, и Сарухико с трудом удерживает себя от удара. Рука, удерживающая Фушими за запястье, отпускает его, перемещаясь к предплечью. Ключицы согревает теплое дыхание. Суо не называет имени, но Фушими прекрасно понимает, о ком идет речь, и это понимание словно срывает внутри какую-то печать. Потому что причина не в нем, она находится намного ближе, сидит на его бедрах и задает ему эти чертовы вопросы, но Сарухико молчит. Он знает, что король ревнив, и ревность эта способна сжигать города. Поэтому, словно не слыша чужого вопроса, он вырывает свою руку, с силой вцепляясь пальцами в белую ткань футболки, притягивает Микото к себе, зарывается пальцами в бордовые, отдающие в желтоватом свете ламп темной рыжиной волосы, грубо целует, прикусывая чужие губы, и, настойчиво перехватывая инициативу, меняется с Суо местами. Валит его на стол, забираясь пальцами под белую ткань футболки.
— Хватит! — с коротким почти отчаянным низким рыком выдыхает Фушими в чужие приоткрытые губы. Микото спокойно лежит под ним, и Сарухико с отвращением чувствует, как заводится от одного вида этой показательной покорности. Облизывает пересохшие губы, чувствуя небывалое наслаждение от своего маленького срыва, с каждым мгновением становящегося все ближе к той самой точке, когда безумный блеск снова отразится в его глазах, вызывая на лице маниакально-вызывающую улыбку. Суо кладет ему руку на шею, пробегается пальцами по выступающим позвонкам, спускается руками ниже по телу и довольно улыбается, когда Фушими сам по привычке неосознанно подставляется под его руку.
— Ты все еще можешь уйти прямо сейчас. — Легкая насмешка задевает и вызывает невнятную досаду. Сарухико сводит брови, бросая на Суо раздраженный взгляд, и понимает, что тот прекрасно знает, что он не сможет этого сделать. Не захочет.
Микото приподнимается, неотрывно смотря в его глаза — холодно-спокойные с тусклым золотым отливом с каждым мгновением они разгораются все сильнее, и Фушими знаком этот взгляд: опасно-разгоряченный, предельно сосредоточенный, но в то же время страстный и по-звериному дикий — тот, который готов был поставить его на колени с самого начала, который животным трепетом отдавался в сознании, заставляя делать то, что прикажут, без права на неповиновение.
— Все так же боишься своих желаний? — снисходительность в чужом голосе режет больнее ножа. Фушими раздраженно цыкает и устраивается удобнее на коленях лежащего под ним короля, снимая пальто и откидывая его на диван. Бросает пронзительный взгляд в сторону внимательно наблюдающего за ним Суо.
— Бесишь, — не то презрительно, не то раздраженно бросает Сарухико, получая в ответ одобрительную улыбку. Склоняется ниже, проводя рукой по оголенному животу и поднимая белую футболку к груди, стягивает ее через голову, откидывая в сторону. Горячее тело под ним чувственное и отдатливое к любому прикосновению. И Фушими почему-то более чем уверен, что такой он только с ним. Целует Микото в губы, постепенно спускаясь к шее, жадно прикусывает выдающиеся кости ключиц, оставляя на коже темные пятна и чувствуя на своем теле властные руки. На мгновение Суо заставляет Фушими отстраниться, снимая с него черный жилет и откидывая его на диван, а затем снова притягивает к себе, зарываясь пальцами одной руки в черные волосы, а другой рукой неспешно расстегивая рубашку. Касается пальцами оголенного живота и мажет губами по шее. Нежные тягучие прикосновения разжигают и заводят, и Сарухико вскользь думает, что Микото сегодня в разы мягче обычного. Король изучает его тело словно в первый раз. Фушими морщится от этой мысли, отворачивая голову. Он не хочет думать, что это значит. Словно в последний. Он старательно избегает этой мысли, боясь ее материальности. Не сейчас. Обдумать все можно будет намного позже, а сейчас ему просто хочется отпустить контроль и немного расслабиться, дав волю накопившейся внутри агрессии, потому что с ним он может себе это позволить, зная, что как бы далеко они не зашли, он может быть остановлен в любой момент. Эта власть пьянит и до одури заводит, раскрепощая его покруче самого крепкого алкоголя.
Микото приподнимается на локтях, и Сарухико ухватывает за кожаные шнурки висящей на шее подвески, притягивая короля ближе к себе. Нервно кусая губы, заглядывает в горящие желтые глаза и шепчет порывисто-сорванным голосом:
— На колени. — Суо усмехается, запрокидывая голову и насмешливо фыркая, скидывает Фушими с себя, толкая на стоящий рядом диван. В одно мгновение оказывается рядом и вжимает его грудью в светлый мягкий ворс. С силой надавливает на поясницу, заставляя Сарухико практически полностью опуститься на диван, закинуть руки на спинку и глубоко прогнуться под его руками.
— Только после тебя, — выдыхает Микото ему на ухо, прижимаясь к его спине. Ставит свою руку поверх его, соединяя пальцы, сжимает чужую взмокшую ладонь в своей, а другой через плечо осторожно снимает очки и кладет их на стол позади. Обычно Фушими не позволяет этого делать, но сегодня привычных возражений не поступает, и Микото вскидывает бровь и заинтересованно улыбается, наблюдая за Сарухико внимательным косым взглядом. Заводит руки Фушими за спину и, не спеша, стягивает, и откидывает на пол рубашку. Склоняется к чужому плечу и зарывается носом в черные пряди волос, глубоко вдыхая чужой запах. Оглаживает бедра Фушими, расстегивая на нем одной рукой темные брюки. Тихо звякает о молнию металлическая пряжка, и пальцы дразняще сжимают через ткань вставший член, заставляя Сарухико закусывать губы и царапать ногтями шершавую обивку дивана. Суо запускает руку под резинку белья и жадно целует Фушими в шею. Тонкие пальцы обхватывают член у основания, поднимаются выше, мягко обводя и сжимая головку, и медленно растирают по ней выступившие капли смазки. Настойчиво целует Сарухико в шею, жадно прикусывая кожу, задавая рукой по члену свой темп. По плечу бегут мурашки, челка падает на глаза, и Фушими, подслеповато щурясь, пытается повернуть голову, но Микото не дает ему этого сделать, удерживая на месте. Усмехается, чувствуя, как по телу Сарухико пробегает легкая дрожь, и он отворачивает голову, досадливо цыкая.
В какой-то момент Микото отстраняется, отступая на пару шагов назад, а спустя несколько секунд Сарухико слышит за спиной пару щелчков и тихий металлический звон. Сочетание звуков кажется неожиданно странным и вызывает смутное беспокойство. Сознание внезапно охватывает какое-то неестественное ощущение беспомощности, и он сам не может объяснить себе, чем оно вызвано. Щуря глаза, Фушими слегка поворачивает голову, бросая через плечо настороженный взгляд. Темный размытый силуэт за спиной не спеша приближается, а затем Сарухико мерещатся чужие черты. В то же мгновение мутный мир вокруг стремительно обретает глубину, становясь остро-осязаемым, а чувства обостряются до предела. Сознание прошивает тупой болью, зрачки расширяются, и Фушими с замиранием сердца оборачивается, смотря на тянущуюся к нему унизанную перстнями руку. Металлические браслеты на запястье издают ровный звон. Тело реагирует инстинктивно, осознание приходит мгновением позже, когда тонкое лезвие кинжала уже разрезает воздух прямо на уровне чужого лица и отброшенное ярким всполохом чужой силы глубоко входит в деревянный косяк над барной стойкой, на несколько сантиметров прожигая темное дерево. Морок ехидно скалится и тает в воздухе. Смазанная фигура постепенно приобретает узнаваемые очертания, и Сарухико чувствует, как к телу стремительно возвращается осознанный контроль. По телу против воли прокатывается волна облегчения. На руке Суо медленно гаснут алые отблески, и он флегматично смотрит в сторону барной стойки. Проследив за его взглядом, Фушими рассматривает широкую выгоревшую на светлом дереве полосу и думает, что за подобное Кусанаги устроит им нехилую взбучку, а затем неожиданно вспоминает, что дела Хомры его больше не касаются.
«Все так же боишься своих желаний?» Краем глаза Сарухико цепляет поблескивающее в свете ламп лежащее на столе в витках обычно висящей на поясе чужих джинс тонкой цепи серебряное кольцо. Язвительно усмехается, пряча глаза за темной челкой, а затем позволяет себе исступленно рассмеяться. Определенно, у него есть на это все основания. Это не первый такой приступ, и в последнее время они становятся только чаще. Иногда Фушими кажется, что король что-то знает, а если и не знает, то по крайней мере догадывается о причинах этих коротких срывов, но Суо по природе молчалив, а сам Фушими не решается задать этот вопрос в открытую. Достаточно и того, что рядом с ним он может на время расслабиться, не заботясь о последствиях и о том, как будут растолкованы его действия. Что бы не произошло и как бы его не крыло, король всегда остается невозмутимо-спокойным, и это молчаливое участие хуже наркотика.
Микото не спеша подходит ближе к нему, останавливаясь всего в полушаге напротив, и Сарухико высокомерно вскидывает голову, смотря на короля сверху вниз.
— До того, как прийти сюда, ты же встречался с Синим Королем? — Фушими пораженно замирает, и на мгновение в помещении воцаряется мертвая тишина. Очень хочется съязвить, что чертовы вопросы надо задавать с вопросительной интонацией, но что-то в чужом взгляде удерживает его от этого. Движения короля расслабленно ленивы, а золотые глаза непроницаемо бесстрастны, но Сарухико не смеет обманывать себя этим показным спокойствием. — И что он пообещал взамен? — выражение лица Суо остается нечитаемым, но словно темное марево на дне его глаз колышется что-то темное, что-то, чему Фушими не хочет давать даже названия. Поскольку сочувствие в чужих глазах не может быть правдой. Потому что в этом случае это значило бы, что весь его мир рассыпается у него под ногами. Потому что это значило бы, что он ошибся.
Пальцы Микото касаются его предплечья, и Фушими словно ошпаренный отдергивает руку, перехватывая Суо за запястье. Сжимает до боли так, что потом почти наверняка останутся синяки. Микото смотрит на заключенное в кольцо чужих пальцев запястье, а затем поднимает взгляд, вопросительно вскидывая бровь.
— К чему эти чертовы вопросы, если ты и так все знаешь? — взгляд антрацитовых глаз пропитан ядом: восхитительно безумный, хищный, как никогда прямой. Суо щурит глаза и кривит губы в усмешке, и Сарухико трясет от одной этой проклятой жалости, стоящей в чужих глазах. По руке Микото пробегают рубиновые всполохи, и он легко скидывает чужую ладонь, сжимая пальцы на чужом горле — не сильно, но достаточно чувствительно.
— Просто любопытно, — спокойствие, с которым Суо произносит эти слова, выводит из себя. Фушими глухо рычит, а затем рывком притягивает Микото к себе, запуская пальцы в волосы, крепко сжимает пряди в руке, жадно целует, кусая губы, делает это нарочно болезненно, наслаждаясь сверкнувшим в глазах Микото раздражением. Этакая тщательно контролируемая игра в безумие — понимание того, что с ним Фушими может позволить себе такую в полную меру, откровенно заводит, с каждым мгновением разжигая все сильнее.
Суо морщится, скидывая с себя чужие руки, затем подбирает со стола тонкую металлическую цепь и перехватывает перемотанные темными бинтами запястья. С интересом склоняет голову, любуясь результатом, а затем, до боли сдавливая тонкие запястья, жестко тянет цепь на себя.
— На колени, — нарочно отчетливо почти по словам выдыхает король, касаясь кончиками пальцев напряженного живота. Мимолетно наклоняется, вытаскивая из лежащего на диване пальто еще несколько кинжалов, и откидывает их в сторону во избежание повторных инцидентов. Вопросительно вскидывает бровь, окидывая Сарухико внимательным взглядом. Сорвано-дерзкий ответный взгляд заставляет Микото удовлетворенно ухмыльнуться: в такие моменты, как сейчас, Фушими становится мало предсказуем и довольно опасен — тем интереснее для него. Нагревшаяся в руках Суо тонкая цепь оказывается точным сильным движением закинута ему на плечи и Сарухико, толкая Микото на диван, усаживается на его колени, перекидывает ноги, прижимая его собственным весом, отбрасывает жалобно звякнувшую цепь в сторону и жадно целует, впиваясь ногтями в чужие плечи.
— Как прикажет король, — последнее слово он с особой язвительностью шепчет в чужие губы. Суо закатывает глаза. Иронично. Он никогда не был для него королем — ни когда они только встретились, и Сарухико впервые увидел, что представляет из себя красная сила, ни когда Фушими с Мисаки вступили в красный клан, став его частью, ни много позже. Фушими был здесь чужим с самого начала.
Они с самого начала были слишком разными. Являясь сердцем Хомры, Микото предпочитал оставаться в стороне от происходящего, вмешиваясь в редких случаях и то скорее по собственному желанию, чем от реальной необходимости. Суо был невозмутим, саркастичен и редкостно ленив. Не в пример вспыльчивому постоянно лезущему на рожон Сарухико. Если у других сила короля вызывала почтение, то Фушими только презрительно фыркал, когда по сдавливающим его горло рукам пробегали языки алого пламени. Они с самого начала были слишком похожими. Настолько, что Сарухико даже не успел понять, когда его мир перестал принадлежать только ему одному.
— Если ты хочешь продолжить, то тебе лучше перестать медлить. — Микото пренебрежительно фыркает, но тем не менее притягивает Фушими к себе, зная, что даже для Сарухико существует черта терпения, которую переступать не следует.
Руки Суо жадно скользят вдоль позвоночника по взмокшей спине вниз и крепко обхватывают бедра. Микото зарывается пальцами в черные волосы и целует Фушими в шею чуть повыше ключиц, мягко прикусывая кожу. Сарухико глубоко прогибается под его руками и запрокидывает голову, с силой сжимая пальцами чужие плечи, жадно трется пахом о чужие бедра, закусывает губы, и сорвано хрипло выдыхает, когда рука Суо обхватывает его член и начинает двигаться по нему, задавая свой темп. Фушими порывисто склоняется к королю, опираясь одной рукой о спинку дивана, напористо целует его, другой рукой быстро расстегивая ремень и молнию на темных джинсах, запускает руку под резинку белья и обхватывает рукой напряженный член, дразняще медленно двигая рукой и поглаживая головку. Дыхание Микото едва заметно сбивается, становясь глубже, по рукам короля пробегают слабые лиловые блики, и он облизывает губы, прикрывая глаза. Под пронзительным взглядом прищуренных глаз быстро облизывает несколько пальцев, начиная быстрее двигать рукой на члене Сарухико. Внимательно смотря в потемневшие антрацитовые глаза, с легким нажимом обводит пальцами сфинктер, медленно вводит один палец и почти сразу же добавляет второй, замедляя темп и мягко потирая пальцами головку члена. С коротким хриплым полустоном Фушими выгибается в его руках, ухватывая Микото за волосы и притягивая к себе, жестко целует, быстро двигаясь на его пальцах и чувствуя, как сокращаются мышцы каждый раз, когда пальцы снова входят в его тело. Суо щурит глаза, и осторожно добавляет третий палец, слегка разводит их, растягивая, и поворачивает руку, меняя угол. Коротко зашипев, Фушими выгибается на чужих коленях, глубоко насаживаясь на пальцы. По его рукам пробегает едва заметная дрожь, глаза лихорадочно блестят, и Сарухико с глухим рыком валит Микото на диван, вжимая всем своим весом в обивку дивана. Кидает быстрый взгляд на дверь, но Суо тут же ловит его лицо рукой, не давая отвернуться.
— Ты торопишься. — Фушими фыркает и отворачивает голову. В отличии от него для Микото никогда не существовало каких-либо ограничений в проявлении своих чувств. Если он хотел сделать что-то в данный момент, он делал это вне зависимости от окружающей его обстановки. Короля никогда не волновало, было ли это сделано вовремя или не вовремя. Сарухико иногда казалось, что даже если миру вокруг будет грозить неминуемая катастрофа, Суо все равно найдет время на то, что ему хочется в данный момент, и если это будет идти вразрез с остальным миром, то весь мир подождет.
Король выжидательно смотрит на него снизу-вверх, и Фушими чувствует, как напряжено тело под его руками. Быстро стягивает с Микото джинсы с бельем, затем снимает и скидывает на пол и свою одежду. Сминает пальцами чужие плечи, чувствуя на своих бедрах сильные руки, а затем, медленно насаживаясь на твердый член, начинает двигаться. Микото прикрывает глаза, выгибаясь в пояснице, и откидывает на подлокотник голову, подставляя под чужие губы незащищенное горло. Удовлетворенно хрипло выдыхает, когда Фушими прикусывает кожу над ключицей, проходясь губами по шее. Пальцами проходится по взмокшим перекатывающимся под кожей мышцам, снова возвращаясь рукой к члену. Сарухико зарывается пальцами во взмокшие пряди волос и, ядовито усмехаясь, намеренно замедляет движения. Ему безумно нравится дразнить Суо, играя на острие ножа — этот опасный кайф заводит его лучше самого крепкого алкоголя, и он знает наверняка, что королю это также прекрасно известно.
Движения Микото грубоватые и быстрые, и перед тем, как оказаться резко перевернутым и вжатым в светлую обивку дивана, Фушими успевает заметить только, как стремительно темнеют, меняя оттенок светло-золотистые глаза.
Суо удовлетворенно усмехается и, ухватив Фушими за голень, закидывает его ногу к себе на плечо, продолжая двигаться. Отдающие медью в первых лучах восходящего солнца пряди волос падают на глаза, заставляя его недовольно поморщиться, и Сарухико прячет смешок за хриплым выдохом. Влажные пальцы сжимают член у основания, а затем быстро поднимаются вверх, лаская головку. Микото меняет ритм, входя медленно и глубоко, и Фушими давится вдохом, выгибаясь у Суо в руках, закусывая губы и до алых полос раздирая ногтями чужую спину. Пары движений рукой хватает чтобы кончить. Фушими приподнимается на локтях, сорвано выдыхая в чужие губы, комкает в пальцах рыжие волосы и закидывает Микото на плечо вторую ногу, давая ему возможность более свободно двигаться. Зарываясь носом в черные волосы, Суо размашисто мажет языком Фушими по шее, а затем до боли сдавливает перемотанные темными бинтами запястья, и Сарухико видит, как расширяются, вытесняя золотую радужку, темные зрачки. Суо последний раз глубоко входит в его тело, а затем на пару мгновений замирает, облизывая пересохшие губы и стирая у Фушими с живота белесые капли. Спустя несколько долгих мгновений король тяжело поднимается с него, и Сарухико чувствует, как тело тут же окутывает легкая прохлада. Микото лениво подходит к столу, вытаскивая откуда-то из-под столешницы пачку салфеток. Чувствуя, как стекает по бедрам чужое семя, Фушими морщится, кидая на Суо выразительный взгляд и получая шуршащей пачкой куда-то под ребра. Хмыкает, приводя себя в порядок, и засовывает оставшиеся салфетки обратно под стол.
Помедлив несколько секунд, Фушими устало вздыхает и исподлобья смотрит на Микото.
— Почему ты не забрал метку? — В голове удивительно пусто. Сарухико наблюдает, как король одевается и ищет по комнате выпавшую пачку сигарет. Наконец отыскав пачку, Микото вытаскивает сигарету, садится на пол у дивана, поджигая щелчком пальцев кончик, и затягивается, выдыхая в потолок дым.
— А надо было? — лениво тянет Суо и, откинув голову назад, расслабленно смотрит на Фушими. По губам короля скользит ухмылка и Сарухико неожиданно усмехается и, прикрыв глаза, наконец, расслабляется. Позволяя себе еще пару минут посидеть в тишине, вдыхая едкий запах сигаретного дыма, Фушими вздыхает, понимая, что если он хочет уйти без свидетелей, то лучше поторопиться, и, уступая тут же занявшему его место Микото, неохотно сползает с дивана, начиная собирать разбросанную по полу одежду.
За окном разгорается рассвет, и волосы Суо в падающих из окна солнечных лучах горят огнем. Вольготно раскинувшись на диване, Микото щурится, лениво наблюдая за тем, как Сарухико одевается и собирает раскиданные по полу вещи, делая вид, что не замечает, как вместе со своими вещами Фушими вскользь прихватывает и лежащее на столе кольцо. Суо усмехается и молчит: для таких, как он, всегда нужен повод, чтобы вернуться. В мыслях проскальзывает, что Фушими пойдет униформа Скипетра, по крайней мере, подобное зрелище стоит того, чтобы лишний раз ввязаться в какую-нибудь мутную историю, курируемую синим кланом. Скосив глаза, Король смотрит на Сарухико, затем переводит взгляд левее, туда, где сокрытые от чужих взоров едва заметно колышутся порождённые чужой силой мутные энергетические пятна.
Когда Фушими только пришел в клан, приволокя за собой целый эскорт сотворенных фантомных сущностей, Микото хватило всего лишь взгляда, чтобы они тотчас же убрались с его глаз, надолго скрывшись в тени. Сейчас же, чувствуя, что чужой контроль вот-вот даст слабину, они снова выползли на поверхность, все явственнее давая знать о своем присутствии. Словно обжегшись об его взгляд, пятна вспыхивают и смешиваются, подергиваясь рябью и уходя глубже в тень. Суо хмыкает, по рукам пробегает волна силы. Сжимает пальцы в кулак, высвобождая часть энергии, и пропускает ее по комнате незримой волной, наблюдая как в болезненной агонии изламываются, распадаясь на лоскуты, поглощённые красной силой чужие иллюзии и тени прошлого. Сарухико оборачивается, кидая на Микото непонимающий взгляд, и, морщась, прижимает руку к груди, чувствуя, как болезненно колет метку.
— Прощальный подарок, — прикрывая глаза, ничего не выражающим тоном поясняет Микото. Сарухико окидывает его подозрительным взглядом, но ничего не произносит в ответ.
Уже собираясь уходить, Фушими замечает на полу среди поблескивающих осколков у стола небольшой помятый клочок бумаги. Удивленно вскидывая бровь, он осторожно, чтобы не поранить руки, поднимает его и читает.
"Уехали за город. Вернемся завтра вечером. Анна хотела остаться с тобой, но Тоцука уговорил ее поехать. Если передумаешь, приезжай. Кусанаги", — Сарухико сжимает в руке листок, чувствуя, как в нем закипает кровь, затем кидает на лениво наблюдающего за ним короля испепеляющий взгляд.
— Ты знал, — глухо произносит он, и на его лице застывает непроницаемая маска. Микото на мгновение прикрывает глаза и слегка опускает голову в знак согласия, затягиваясь и выдыхая в потолок вьющийся в полосе солнечного света дым. Фушими цыкает и раздраженно отворачивается, краем глаза замечая, как по губам Суо скользит легкая ухмылка.
— Передавай привет синему королю. — Сарухико пренебрежительно фыркает и, бросив на Суо высокомерный взгляд, не обернувшись, стремительно выходит за порог.
Еще пару секунд слышится звон потревоженного дверного колокольчика, а затем в баре наступает тишина. Микото откидывается на подлокотник, подставляя лицо под теплые солнечные лучи, прикрывает глаза и делает еще одну глубокую затяжку. Мысли текут медленно, как густая карамель, путаются в завитках дыма, не давая сосредоточиться. Суо выдыхает и лениво раздумывает, насколько утомительно будет теперь в несколько раз чаще встречаться с Мунакатой, выслушивая, какие убытки приносит им его появление на их территории. Синий король еще даже не догадывается, что эти убытки — сущая мелочь по сравнению с тем, с какими проблемами в его лице ему придется столкнуться после вступления Фушими в его клан…
***
Пересекая по каменной дорожке небольшой сквер, Фушими на секунду останавливается, кидая взгляд на оставшийся за спиной бар. Стоило сказать Мисаки раньше, сейчас же придется возвращаться. Впрочем, может оно и к лучшему. Главное не попасться на глаза остальным, а уж разыграть сцену без свидетелей — что может быть проще. Заставить других видеть то, что он хочет, не заметив самого главного? Фушими самодовольно ухмыляется и вытаскивает из кармана ярко блеснувшее в солнечном свете серебряное кольцо, подбрасывая его на ладони. И все-таки есть в Красном Короле что-то дьявольски привлекательное, что захватывает за живое, держа и не отпуская до самого конца. Вспоминает горящие золотом глаза и, усмехаясь, прячет кольцо обратно в карман. Неважно на какую тропу он встанет или как далеко он будет — продав душу этому дьяволу, только попробуй не вернуться. Вечность на двоих, пока не станет слишком? Слишком... что? Фушими пренебрежительно фыркает — да какая разница, как будто что-то может случиться — и уверенно пересекает незримую границу, вступая на территорию синего клана. Над городом глухой к чужим вопросам разливается ярко алый рассвет. Словно немое предостережение играет красными бликами в солнечных лучах застывший между небом и землей незримый дамоклов меч.
