Долг шиноби

«В конце концов, ты вспомнишь не слова врагов, а молчание друзей». Мартин Лютер Кинг Как оказалось, прошло всего 8 дней. Всего 8 дней заточения, которые для светловолосой тянулись вечностью. Кости ломило, и ей казалось, что они просто напрочь сломаны, но этого не было. Всего малейшее шевеление, и девочку выворачивало наизнанку. Так сильно всё болело. Никто не пришёл ей на помощь. Теперь Наоми точно уяснила для себя, что совсем одна. Да и никто ей не нужен. Свет проникал даже сквозь плотные шторы. Она плохо видела, так как гной ещё не сошёл до конца, хотя она уже третий день промывала глаза, после чего вырубалась от невыносимой боли в костях. Здоровье девочки потихоньку стабилизировалось, но внутри была пустота, а на языке вкус стали неизвестно от чего. Взгляд зелёных глаз всё тяжелел, принимая этот мир таковым, каким он является — жестоким и беспощадным. Была бы воля, зеленоглазая непременно изменила бы его, но сама ничего делать для этого не собиралась. Это не её предназначение. У неё другая цель в этой жизни — выполнять задания и умереть за корень, в котором была тёмной лошадкой, хотя пока что не понимала этого. На четвёртый день мучений, светловолосая могла передвигаться по дому, цепляясь за обшарпаные стены. В дверь пару раз звонили, но она ни разу не подошла и даже не подала признака того, что в доме кто-то есть. Ей не хотелось кого-либо видеть. Акаши называл её своим братом, а где он был, когда она так в нём нуждалась? Хатаке Какаши и капитан Шируи всегда были рядом, но и они бросили её, Судзуки хоть и делала вид, что ей на неё плевать, но так же, как и все, осталась безучастна в её спасении, освобождении от грубых железных оков. Хьюга Хината, лучшая и единственная подруга, но для чего она, если не может помочь в трудную минуту? Наоми помогала спасти деревню, а взамен получила лишь жуткую боль. Пусть девочка и знала о наказании, нет, она не жалела о своём выборе, но больше и пальцем не пошевелит ради других. Это то, что она уяснила для себя. Не зря же говорят, что ошибки существуют для того, чтобы набираться опыта и не повторять их. Вот кто-то снова ломится в дверь. Слишком настойчиво. Наоми не желала с кем-то говорить, видеть, хотя зрение ещё не восстановилось до конца. Она предпочла запереться в своей небольшой квартире, спрятаться ото всех. Её не гложила вина об убитых ею шиноби. Малышка не ходила на похороны героев, отдавших жизнь за свою деревню в битве, и Хокаге, хотя по- последнему она не собиралась печалиться. Хирузен Сарутоби не тот человек, кого бы светловолосая хотела видеть на месте Хокаге. Стук с каждым разом становится всё настойчивее. Даже голова разболелась. Нет, всё-таки стоит открыть и поотрубать руки этому нахалу, ибо, таким образом, выбьет дверь. — Долго же ты, — на пороге оказался Шируи. И что ему надо от неё? Он как ни в чём не бывало хотел пройти, но светловолосая преградила ему путь. Она плохо видела его, всматриваясь в очертание лица, но по голосу сразу определила пришедшего незванного гостя. — Если у вас нет ко мне указания от мастера, то не могли бы вы покинуть это место? — её лицо не выражало какую-либо эмоцию. Просто ничего не хотела, кроме как вернуться обратно в кровать, продолжить размышлять и обдумывать для себя дальнейшее её существование, хотя особо последнее от неё не зависело. Её жизнь не принадлежит ей. — Наоми, я понимаю, что ты перенесла, но. . . — Вы когда-нибудь испытывали наказание на собственной шкуре? — вперила она свои изумрудные глаза прямо в его золотистые. Даже такой сдержанный шиноби, как он, ужаснулся. Она не была похожа на человека, скорее на куклу, марионетку. Фарфоровая бледная кожа светилась на солце, будто обжигая и оставляя ожоги, тоненькая шея наровила сломаться от резкого движения, а руки торчали из свободной длинной рубашки, которая весела на её теле, словно парашют, будто спички. Она была такой маленькой и худенькой, хрупкой и жалкой. Это он не смог удержать её. По долгому молчанию Наоми поняла, что ответ отрицательный. — Вот видите, так что не надо говорить, что понимаете, какого этого. Знаете, а я вас ждала. Всех вас. Но никто не пришёл. Уходите, — она закрыла дверь перед его носом, а мужчина не стал её останавливать. Сжав кулаки до хруста, Шируи ушёл. ******** Багровое небо нависло над Конохой. В голове по-прежнему были голоса, но кому они пренадлежали, девочка никак не могла вспомнить. Да что с ней происходит? Она нахмурила брови, сдвигая их к переносице. Раны затягивались, оставляя после себя тоненькие полоски. К удивлению, шрамов почти не было, делая кожу гладкой и безупречной. К сожалению или к ужасу, на спине остался огромный шрам в виде дуги. Видимо, хорошенько её тогда полоснули. Он тянулся во всю спину, начиная от правой лопатки и до левого последнего позвонка, уходя слегка набок. Наоми не прощает обидчиков. Поклявшись отомстить её мучителю, когда придёт время, она со спокойной душой наблюдала за уходящим солнцем. Кстати говоря, зрение девочки восстановилось. Её реакция гораздо улучшилась. Несколько раз она случайно столкнулась с Хьюго Хинатой, но девочка вела себя холодно по отношению к ней, хотя сама не понимала почему. Да, Наоми понимала, что Хината ничем не могла помочь, но, возможно, обида на неё всё же затаилась в душе и не хотела никуда исчезать. Их разговоры не были долгими, перекидывались лишь парочкой фраз, а затем светловолосая ссылалась на занятость и уходила. Зеленоглазая видела грусть на лице бывшей подруги, но просто уходила. Да и брюнетка уже не хотела встречь с Наоми. Просто боялась её. Её взгляда. Он изменился. Стал холодным, отчуждённым и в нём читалась опасность, что отпугивала окружающих. Конечно, с Акаши Наоми тоже перестала разговаривать, только по важному делу. Шируи решил дать ей время, чтобы успокоиться, но оно всё шло и шло, а отношение ни к нему, ни к остальным не менялось. Девочка стала злее, агрессивнее и жестче. Она не вздрагивала, когда шла речь об убийствах или пытках. Данзо добился своего — превратил в настоящего шиноби, убив все чувства. За это время, вопреки надеждам Данзо, выбрали нового Хокаге. Тсунаде Сенджу — внучка первого Хокаге, принцесса слизней, шиноби — медик, одна из легендарной троицы санинов. О ней ходили легенды, хотя на вид была совсем обычной ветреной девушкой. Кстати говоря, седьмая команда под руководством Хатаке Какаши распалась. Учиха Саске покинул деревню, став отступником и примкнув к Орочимару, одному из великой тройки санинов, который напал на Коноху. Наруто и его друзья всеми силами пытались вернуть его, но ничего не получилось. Узумаки всё равно не сдался, пообещав себе и всем, что обязательно вернёт его в деревню. Тогда Наоми подумала, что парень очень туп, раз зациклился на Учихе. Никакой симпатии он в ней не вызывал, возможно, даже стала ощущать презрение, ведь, получается, он предал свою деревню. Хотя не ей его судить. После всего Узумаки отправился вместе с Джирайей в путешествие, чтобы стать сильнее. Подробностей D-307 не знала, да и не интересовалось особо. Девочка всё время оттачивала своё мастерство. Вот уже пятнадцатилетняя Наоми могла похвастаться своими навыками. За эти несколько лет она смогла стать капитаном второго отряда. Вот только подчинённые были, как бы помягче сказать, полные идиоты. Постоянно вопили и жаловались. Одной из подчинённых оказалась зеленоволосая двадцатилетняя девушка из клана Шинджи. Ремеслом шиноби она стала заниматься всего около года назад. Без понятия, откуда Данзо откопал её, но она была бесполезной. Видимо, в прошлом была обычной барышней. Светло-карие глаза постоянно улыбались, а рот никогда не затыкался. Девушка была почти на полторы головы выше своего капитана, но несмотря на это, уважала бывшего члена четвёртого отряда. Каяне Шинджи — полная извращенка, предпочитыющая сражаться на расстоянии, дабы не испортить свою «прекрасную смуглую кожу». Вторым оказался парень примерно того же возраста, что и Каяне. Вот только был полной её противоположностью. Он предпочитал проводить время в тишине, не любил ссоры, однако всё время ввязывался в них из-за своей неугомонной напарницы. Дайске из клана Фуума — довольно-таки симпатичный молодой шатен, да вот только девушки его совсем не интересуют, причём в прямом смысле. Как оказалось, он предпочитает мужчин, нежели «надоедливый пол». Из-за этого Каяне постоянно издевалась над ним, хотя причин и разных аргументов у неё хватало. Вообще, Наоми думала, что Дайске нравился девушке, однако предпочитала не вмешиваться. Пусть сами разбираются, однако янтарные глаза парня, действительно, были завораживающими. — А ну молчать, — шикнула на них светловолосая, приложив ухо к земле. Как же они её достали. Пусть миссия была совсем обычной и простой, но даже с ней эти " товарищи» не дают спокойно справиться. Нужно было всего лишь проследить за шиноби песка, чтобы они не свернули «куда не надо». Да ещё и незаметно, а с этими. . . это было сделать крайне не легко. Раздался гром, и дождь хлынул так, что через несколько секунд всё было мокрым, хоть выжимай. Затем подул сильный ветер, а потом яркая вспышка. Ничего не было видно. А когда зрение нормализовалось, то никого рядом не оказалось. Наоми пыталась докричаться до кого-нибудь, но всё напрасно. Благо, на лице была звериная маска, а то что-либо увидеть совершенно не получилось бы из-за сильного ветра. Тут девушка почувствовала чьё-то присутствия, а затем вынула катану, и вовремя. Она столкнулась с чем-то, а затем снова ничего нельзя было расслышать. Светловолосая спряталась за дерево так, чтобы ветер не хлобыстал по лицу, пытаясь прислушаться, но бесполезно. Удар пришёлся по спине, и, не удержав равновесия, девушка упала с дерева. Внизу оказалась пещера, в которую она и провалилась. Наоми вскочила на ноги, готовясь к нападению. Враг не заставил себя долго ждать. Он спустился следом за ней. В темноте нельзя было что-либо разглядеть. Наоми по интуиции взмахивала катаной, встречаясь с его холодным оружием. Использовать техники огня или молнии было глупо, ведь это сразу выдаст своё местоположение, поэтому звук металла наполнил эту небольшую пещеру. Мечи перекрестились, именно тогда сверкнула молния. Свет проник через отверстие пещеры, освещая врагов. Наоми на секунду оторопела, чем и воспользовался противник, сбивая её с ног и приставляя к шее остриё. — Давно не виделись, — улыбнулась она в темноте, хотя глаза оставались серьёзными. Она не могла его с кем-либо спутать. Волосы всё так же торчали ёжиком на затылке, а ровное смазливое лицо не выражало никакой эмоции. Вот только девушке хватило и пары секунд, чтобы узнать, а вот он её не мог из-за маски. На локтях светловолосая начала приподниматься, утыкаясь шеей в остриё, которое сразу же уткнулось в шею, оставляя за собой кровавую дорожку. Учиха медленно снял с девушки маску, при этом сложив печати. Его кусанага затрещала, испуская искры молнии, наполняя помещение голубым светом. И он узнал её, во все глаза уставившись на её лицо. — Не уж-то помогаешь Наруто и пришла за мной? — ухмыльнулся он, вставая и помогая ей. — Ещё чего, — фыркнула девушка. Между ними ничего не было. Просто старые знакомые, которые не ожидали друг друга встретить, но, как бы не хотелось признавать, оба были рады увидеть знакомое лицо. У них не было общих тем, почти никаких воспоминаний и, скорей всего, общего будущего, но сейчас-то какая разница. Эти два шиноби, на данный момент, прятались от непогоды. Всего лишь глупое стечение обстоятельств, но, именно в этот миг, они были совершенно одинаковы: брошенные и забытые всеми, без близких и родных, без будущего и цели, хотя про парня нельзя было так сказать. Учиха смотрел на неё, не в силах отвести взгляд аметисовых очей. Девчонка изменилась: её лицо вытянулось, делая её похожей на девушку, а не на ребёнка, походка и движения стали свободными и грациозными, словно дикая кошка. — Любуешься? — ухмыльнулась девушка, в открытую насмехаясь над ним. Пусть она и раньше не отличалась любезностью, но, по крайней мере, была более молчаливой. Учиха скривился, будто его обвиняли в том, чего он не делал. Нет, брюнет не хотел этого признавать. Всего доля секунды, и девушка теряет сознание от ловкого удара по нижней части шеи. Учиха подхватил тело, не давая распластаться по земле. Вообще, отступник не этого хотел, просто девушка его спалила, поэтому он не успел обдумать дальнейшие планы. Пусть Наоми и была всего лишь какой-то девчонкой из его прошлого, но она его не раздражала, скорее наоборот, хотелось узнать о ней больше, но девочка всегда умалчивала о своём прошлом. Не доверяла или что-то другое? В последний раз взглянув на девушку, шиноби исчез. Саске был уверен, что не в последний раз видит светловолосую. Нет, его не тянуло к ней, но шестое чувство ниндзя нельзя недооценивать. Может, ему стоило убить шиноби корня? В голове Учихи мелькнула эта мысль, но не воплотил её. Возможно, брюнету было интересно, что из неё вырастет, насколько сильной станет эта девушка, чего достигнет. А может это всего лишь размышления, которые ни к чему не приведут. Погода набирала свою мощь. Ветер с дождём утих только ближе к вечеру, когда уже солнце село, а небо усыпалось яркими звёздами. Очнувшись от длительного сна, девушка глухо простонала, схватившись головой за шею, где красовалась красная, но небольшая, отметина. Настолько изящный был след, без малейшей ошибки, прямо в цель. Скрипнув зубами, Наоми прокляла брюнета, бывшего её оппонента. Но даже сейчас зеленоглазая не чувствовала Учиху своим врагом. Да, пусть он отступник, шиноби, предавший свою деревню и друзей, но её это никак не касалось. Девушка видела в нём человека, не монстра, как остальные члены анбу. Но, как и говорилось в начале, Учиха Саске никак не интересовал юную особу, но этот удар она ему не забудет, вернёт в двойном объёме. А капитан второго отряда была уверена в том, что они ещё встретятся. . . Выбравшись из укрытия, зеленоглазая девушка поплелась разыскивать своих подчинённых, пока они не наломали дров. В принципе, она не потратила на это много времени, ведь визги Каяне были слышны издалека. Вот же беспомощная девка, а если бы за ними следили? Такие, как она, долго не живут. У Наоми сейчас руки чесались задушить её. Дайске рыкнул на неё, пытаясь зацепить своим кунаем, но Шинджи, увернувшись, только раззадорилась, продолжая насмехаться над своим товарищем. Похоже, что они не заметили её пропажи, хотя и прошло уже несколько часов. Сейчас- то Кагуя вставит им по самое основание. Прогулка до деревни прошла в полном молчании. Дайске и Каяне хорошо досталось от своего капитана, хотя ограничилось только словами, но светловолосая умела задеть за живое. Сейчас капитан второго отряда мечтала принять горячий душ, несколько часов провести в ванне, просто побыть одной. Одежда неприятно липла к телу, сковывая движения, да и лицо постоянно хмурилось. Как же ей всё это надоело. Больше всего её бесило то, что она потеряла бдительность. Её так просто смогли вырубить. Она не простит этого. В следующей встречи Наоми, непременно, окажется победителем. ************* Ранним утром Наоми уже была в главном отделении корня, получая новое задание. Как оказалось, шиноби Листа нашли мальчика, обладающего нужными корню сведениями, которые не должны достичь «чужих ушей». Мастеру было всё равно как, лишь бы выполнить его приказ. Девушке дали полную свободу действий. Как же приятно осознавать то, что ей полностью доверяют, хотя об этом нельзя произнести вслух. Да, Кагуя после того случая не единожды смогла доказать свою верность, силу, превосходя многих сильных шиноби корня. Взгляд её пугал, а мощь заставляла покориться. Она, действительно, поражала. Талант быть ниндзя буквально пропитал всю её сущность. Благородная кровь клана мечников Кагуя бурлила в ней, а в сражениях светловолосая получала удовольствие. Одни её уважали, другие люто ненавидели, опасались и пытались не попадаться лишний раз на глаза, ведь жестокость стала одним из плохих качеств куноичи. Дайске с Каяне были готовы, поэтому незамедлительно команда номер два выдвинулась в путь. Погода была спокойной и радовала глаз. Солнце медленно вставало, грея всё живое в своих лучах. Пожалуй, если бы Наоми была более живой, а не тупым механизмом выполнения различных заданий в руках хозяина, то насладилась бы такой переменой погоды. Но опять же это только слова, не значащие ровным счётом ничего. Обладательница зелёных глаз сбавила скорость, когда почувствовала знакомый поток чакры. Поправив маску на лице, девушка спрыгнула с дерева, вставая на пути у шиноби Листа. К сожалению, придётся идти против своих же, но считает ли светловолосая их своими людьми? Подчинённые зеленоглазой спрыгнули вслед за своим капитаном, встав по бокам невысокой девушки. Наоми сразу узнала присутствующих: Яманако Ино, Нара Шикамару и Хьюга Хината. Последнюю Кагуя никак не хотела видеть, хотя от неё это не зависело. Благо маска плотно прилегает к лицу, получая возможность оставаться неопознанной. Но надолго ли? Позади от джоунина стоял мальчик лет тринадцати, являющийся её целью. Хрупкое телосложение и болезненно бледная кожа выдавало его «жалкое существование», «никому ненужный мусор». Сивые длинные волосы трепал ветер. Тоненькими ручками он поправлял их, но результата никакого не было. Большие небесного цвета глаза устремлены прямо в лицо зеленоглазой, хотя за маской разглядеть чего-либо всё равно невозможно. Сейчас Наоми хотелось избавиться от этого ребёнка, потому что в нём видела себя в прошлом, о котором почти ничего не помнила, лишь обрывки и размытые силуэты, разобрать которые нереально. — Что здесь забыл корень? — лениво бросил взгляд на незваных гостей Нара, спрятав руки в тёмных штанах. Конечно, такая встреча не предвещала ничего хорошего. Опытный взгляд светловолосой девушки сразу заметил напряжение чунинов. Так же Наоми заметила, что так просто этого ребёнка убрать не получится. По лёгкому движению ноги Наоми поняла, что Дайске хочет возразить, что, абсолютно точно, приведёт к конфликту, которого лучше избежать, ведь корню проблемы с Хокаге не нужны. Она заткнула его рукой, выдвинув в его сторону. Движение левой руки было настолько быстрым и одновременно плавным, что заставило затаить дыхание всех присутствующих. — Я капитан второго отряда. В ваших же интересах отдать этого мальчишку нам. Тогда мы разойдёмся мирно, — её голос был настолько неживым, холодным и мрачным, что нутро чунинов съёжилось. Подчинённые капитана второго отряда привыкли к таким переменам и испытывали гордость. Не каждый капитан может заслужить уважение. В особенности зеленоглазая была моложе их самих. — Мы не отдадим вам его! — подала голос девушка со светлыми волосами, выступив вперёд и со злостью оглядев шиноби корня. Конечно, перепалки шиноби Листа и корня не было новым и не было удивительным. Каждый отряд подчинялся своему командиру. Корень был отдельно, Данзо со своим взглядом на управление. Хокаге с совершенно иным. Конечно, по сути, они должны сплотиться, быть поддержкой друг друга, чтобы деревня процветала, но такому не быть. Данзо стремится к власти, а Цунаде, с её своенравным характером, ни за что не будет слушать главу корня. — Тогда я покажу вам, как стоять на пути у корня! — рыкнула Каяне, готовая напасть, но не смогла сдвинуться с места. Все её движения сковали, словно пригвоздив девушку к земле. Она не могла двинуть даже кистью руки. — Что за чертовщина! — выплюнула она, скалясь. Зеленоволосая ненавидела, когда ограничивали её свободу, тем более те, которых она буквально презирала. — Каяне, успокойся. Эта техника клана Нара, — Наоми не предпринимала никаких попыток, оставаясь спокойной в данной ситуации. Она контролирует процесс, только она решает, кому умереть от её катаны, а эти чунины не готовы умереть, да и не отдадут свою жизнь просто так. Но как же выполнить миссию? Неужели придётся всех убить? — Мальчишка уйдёт с нами, — холодные, словно сталь, слова пронеслись над слухом присутствующих. Ино готова была сорваться с места, лишь бы не слушать столь отвратительные ноты голоса. Нет, у светловолосой был прекрасный мелодичный голос, но сталь её тона задевала слух, перепонки готовы были ныть и разорваться, столь неприятное было ощущение. — Наоми, это ведь ты? — подала голос брюнетка, сверля своими фиалкового цвета глазами место, где находились зелёные очи светловолосой. — Прекрати, неужели ты не видишь, кем стала? Корень тебя использует! — Замолчи, Хината, — выплюнула Наоми. Теперь-то Кагуя разозлилась. Нет, слова бывшей подруги взбесили её. Хотелось выплеснуть всю злость на ком-либо. Чёрт, она не в силах себя больше контролировать. — Ты никто мне, так что не тебе указывать, что мне делать. Слова бывшей подруги задели нежное сердце наследницы клана Хьюга. Да, Хината сама избегала встреч, но никогда бы не забыла светловолосую девушку. Пожалуй, брюнетка сочувствовала, ей было жаль эту девушку, ведь она потеряла себя. А сама она в это время наслаждалась проведённым временем с друзьями в то время, как Наоми тонула во тьме, была совсем одна, забытая всеми, брошенная всеми, отвергнутая миром. Хината понимала её, хотела разделить её боль, так было бы честно. Сердце брюнетки налилось теплом. Нежная и робкая Хьюга сделала уверенный шаг вперёд, приближаясь к светловолосой девушке. Ей не был неприятен голос Наоми, скорее она тянулась к ней, чтобы вытащить из той тьмы, в которой она погрязла с головой. Кагуя зашипела, предупреждая об опасности, но разве можно остановить решительную сторону брюнетки? Если Хината желает этого, то непременно добьётся, но командир второго отряда не позволит так просто копаться в её голове, душе. Ещё шаг, и она стоит в нескольких сантиметрах от зеленоглазой, которая не может сдвинуться с места. — Отойди, — безразличным голосом приказала Наоми. Но кто она такая, чтобы приказывать? Хината не её подчинённый, она лучшая подруга. Та, которая не оставит в беде, пусть таковой Кагуя её не считает. — Я сказала, отойди! — повторила светловолосая, пытаясь двинуться, но безрезультатно. Шикамару слишком хорошо владеет своей техникой, позволяя Хинате сделать то, чего она хочет. — Наоми, ты так низко пала. Мне тошно смотреть на тебя такую, — холодно произнесла Хината, снимая маску с лица бывшей подруги так, чтобы смотреть в её глаза, расширенные от подобных действий. Шикамару и Ино были в шоке. Они еще никогда не видели такую Хьюгу, но, определённо, им это нравилось. Было интересно, чем всё закончится. И ещё, они не позволят обидеть Хинату, всегда будут на стороже. Каяне и Дайске пытались двинуться, встать на защиту своего капитана, но ничего не могли сделать. — Ты не та Наоми, с которой я познакомилась четыре года назад. Ты другой человек. Очнись, идиотка! — Да что ты говоришь, Хината! Ты не знаешь меня, не знаешь, через что мне пришлось пройти за эти годы! Никогда не поймёшь меня, — вспыхнула Кагуя. Чакра вокруг неё поднялась, разрывая технику Нара. Резким движением освободив катану от ножен, светловолосая прислонила остриё к шее брюнетки, а сталь сверкнула в её глазах. - Я идиотка? Это ты ничего не знаешь. Нара с Ино поспешили к Хинате, но та взглядом дала понять, что справится сама. Её руки засветились голубым пламенем. Наоми опомниться не успела, как её катана полетела в сторону, воткнувшись в ствол дерева. Следующей целью брюнетки был правый бок светловолосой, но девушка увернулась. Её пробирала дрожь. Пожалуй, сейчас Хината пугала Наоми, ведь таковой никогда не видела. Конечно же, зеленоглазая была куда выше уровнем, но сможет ли она серьёзно драться против Хинаты? Её печальное лицо стоит перед глазами, очаровательные сиреневые глаза улыбаются, а сама она смотрит с благодарностью. Встряхнув головой, Наоми приходит в себя, отталкивая ненужные мысли. Её тело поддаётся назад, когда левая нога попадает прямо в живот брюнетки, которая отлетает на два метра, сразу поднимаясь с земли. Катана возвращается в умелые руки светловолосой, отражая сюрикены, выпущенные из рук голубоглазой блондинки. — Какая же ты глупая, Наоми. Чего ты пытаешься добиться? Думаешь, став сильнее, ты изменилась в лучшую сторону? — Хината пыталась отдышаться, но дыхание не желало восстанавливаться. — Сила нужна для того, чтобы защитить своих друзей! — снова наносит удар, но капитан второго отряда блокирует его. — Но у меня нет друзей. Корень единственный, кому я нужна! — Я Хьюга Хината, была и являюсь твоей лучшей подругой, — уворачиваясь от удара блондинки, заявляет Хината. Глаза Наоми расширяются, она теряет бдительность. Удар приходится по её лицу, и она отлетает на несколько метров. Поднимается на ноги, но очередной удар возвращает в прежнее положение. И так удар за ударом, Наоми не успевает, не может. Неужели она такая слабая? Или Хината такая сильная? Но почему? Неужели это из-за того, что она считает её своей подругой и хочет спасти? Но ведь Наоми сама отвернулась от неё. Почему она так настойчива? — Наоми, я просто люблю тебя и всё! Разве это плохо? Разве обязательно любить за что-то? Наоми не в силах что-либо ответить. У неё просто нет ответа на её вопрос. В голове лишь крутится «Неужели её кто-то любит»? Но разве она достойна любви? — Посмотри на меня, — требует наследница клана Хьюга. И Наоми подчиняется. Её лицо, по  которому стекает кровь, во все глаза смотрит на бывшую подругу. Она не верит, ведь привыкла быть одной, но душа её теплеет, ей не противна брюнетка, она хочет видеть её, слушать голос. — Клянусь, я вытащу тебя из этой тьмы. Разделю всю боль и горечь. Буду всегда рядом с тобой. Но молю, только не отворачивайся от меня. Пожалуйста, стань прежней, борись со своей тьмой, — по щекам брюнетки стекали слёзы. Наоми с широко раскрытыми глазами смотрела на неё, а затем руки сами потянулись к девушке, обнимая и прижимаясь к ней. Такая мягкая и тёплая Хината, робкая девочка, стала намного сильнее Наоми, морально сильнее. Кагуя признала поражение. Она проиграла. ********** Эта ночь не была похожей на остальные. Она не проснулась в холодном поту от ужасов, терзавшие её, но всё так же мало спала, но намного спокойнее. В душе было тепло, но девушка знала, что оно не останется надолго. Её снова кинут, снова она останется совсем одна, брошенная всеми. Стук в дверь отвлекает блондинку. Поднявшись с кровати, босыми ногами зеленоглазая отправилась открывать дверь. На пороге стояла Хьюга Хината, лучшая подруга, та, которой было не всё равно на её судьбу. Хотите спросить, что случилось с тем мальчиком? Наоми не стала выполнять это задание, соврав своему мастеру. Девушка была уверена, что Данзо обо всём узнает, но это будет позже. Снова последует наказание? Но в этот раз Хината точно придёт на помощь, светловолосая чувствует это, но опасается, ещё не полностью доверяет. Мальчика спрятали. Наоми смогла договориться с пятой Хокаге, Цунаде Сенджу. Если правда вскроется, то её лишат жизни за предательство. А предательство корень не прощает. Но девушка не готова расстаться с жизнью, она будет бороться. — Я принесла еду. Ты же любишь тсукияки? — улыбалась Хината, словно то, что произошло вчера, было так давно. — Ты такая бледная и худая. Ты хорошо питаешься? — Наоми выдавила из себя улыбку. Ей не хотелось огорчать подругу, но чужая забота ей была столь непривычна, что казалось лишь пафосом. Но Хината бы не смогла так поступить с ней. Весь день юная Хьюга провела с обладательницей изумрудных глаз. Давно Наоми не чувствовала себя так свободно, так легко в общении было лишь с этой брюнеткой. Наследница клана познакомила с Узумаки Наруто, который поначалу не узнал девушку, а потом воскликнул и заулыбался во все тридцать два. Как Наоми поняла, Хинате нравился обладатель небесных глаз. Да Кагуя просто не могла оставить это без внимания и промолчать, всячески подкалывая красную, как рак, брюнетку. Такую Хьюгу капитан второго отряда и помнила, робкую, добрую и нежную. Но радость не может долго длиться. Каяне и Дайске ходили мрачнее тени. Они были свидетелями предательства своего капитана, но молчали. Их распирало чувство неуверенности, не зная, что делать, они замкнулись в себе. Пожалуй, раньше Кагуя обрадовалась бы, но не сейчас, когда снова начало что-то чувствовать к людям. К тому же, юная девушка ощущала вину, ведь сама была во всём виновата. Была бы возможность, зеленоглазая избавила бы их от терзаний, но не могла, хотя и была им благодарна за молчание и верность ей. Наоми шла по нешироким улицам Конохи, свернув с главной, так как даже вечером там было полно народа, чего светловолосая сторонилась. Тень мелькнула мимо неё, и блондинка сжала тоненькими пальчиками рукоять своей катаны, готовая в любой момент отразить атаку, которая не последовала, хотя прошло достаточно времени. Светлые брови напряглись, в то время как выражение лица не поменялось, оставаясь невозмутимым. — Ты как всегда. Давно не виделись, Наоми, — на лице обладателя фиолетовых глаз мелькнула усмешка, хотя разглядеть что-либо было нереально. — Вся в работе? Как жизнь? — Чего тебе надо, Акаши? — её глаза зло сверкнули. Она не простила ему. Он называл её сестрой, а сам бросил на растерзание, не вступился за неё. На самом деле за это она его давно простила, но больше не могла назвать его своим братом. Всё её нутро противилось от этого слова, живот скручивала в спазме и она готова была рвать волосы, чтобы переключить жуткую боль. Её сознание кричало, что она забыла что-то очень важное, но, как бы ни старалась, не помнила. Сама Наоми решила всё ещё давно — выкинуть всё из головы и начать своё жалкое существование с нуля — но как же девушка ошибалась в своём выборе, бежала, как последний трус, предатель родных и родной деревни. Наоми не хотела ему отвечать, решив проигнорировать, двинулась дальше, но не тут-то было. Акаши схватил девушку за предплечье, разворачивая лицом к себе. Он ждал удара, но его не последовала. Глаза девушки потяжелели, а руки висели, словно их лишили костей. Она выглядела так, словно из неё вычерпали весь воздух, будто батарейка в её организме села, а её тело нуждалось в подзарядке. Такой она делалась всегда, когда ей было больно. Она старалась закрыться ото всех, отбить желание разговаривать с ней, и это работало. Поняв, что Наоми не настроена на разговор, член анбу покинул её, сказав, что позже увидятся вновь, на что блондинка цокнула язычком. И когда же он оставит её в покое? Больше всего блондинку бесили бесполезные действия. На что он надеется? На её прощение? Да давно она уже его простила, пусть и не произносит эти слова вслух, да и была уверена, что никогда не произнесёт. Её распирало недовольство, оставьте её уже все в покое, но всё только начиналось. Похоже, что спокойная жизнь только после смерти. Что ж, попробуйте сначала убить её. Месяца шли, а дружба с Хинатой всё крепла. Сначала Наоми думала, что брюнетка решила воспользоваться ею, чтобы спасти того мальчишку, но как же она ошибалась, за что ей до сих пор очень стыдно перед подругой. Хината на самом деле всегда была рядом, когда этого было нужно. Она умела утешить, успокоить, да и просто говорить, даже когда сама светловолосая молчала. Но разговоры обладательницы прекрасных сиреневых глаз, действительно, помогали Наоми. Она больше не чувствовала себя одинокой. Так же она начала проводить время с остальными шиноби Листа. И знаете что, ей было хорошо с ними. Ей казалось, что она попала в иной мир, совсем не похожий на корень. Они были живыми — самая главная отличительная черта, что разделяла их и шиноби корня. Да, прекрасная Судзуки, невозмутимый Шируи, «пай-мальчик» Акаши — все лицемерные, надевающие маски, механизмы, оружия Данзо. Единственное, Каяне и Дайске практически не менялись благодаря воздействиям их капитана. Наоми поставила себе цель — не дать корню поглотить этих людей, которые ещё могли чувствовать, хотя маски безразличия потихоньку обволакивали их лица. Учиха Саске, которого Наоми ни разу не видела с момента той встречи, убил Орочимару и скрылся в неизвестном направлении. Узумаки Наруто обрадовался, решив, что Саске вернётся, но время всё шло, а брюнет и не думал возвращаться. Тогда блондин на него сильно разозлился и бросился на его поиски, но они не увенчались успехом. Наоми всё так же служила Данзо, но теперь не была уверена в правильности своих действий. Шимура был отвратителен ей, хотя раньше она его боготворила. Тёмная лошадка корня запуталась, но предать корень не могла. Даже мысли пока что об этом не было. Её тело помнило весь ужас наказания, пусть и прошло уже немало времени. ******* Время тянулось утомительно долго, когда она была на миссиях, но, когда девушка была рядом с Хинатой и другими шиноби деревни, время шло слишком быстро. Так, что Наоми не успевала следить за событиями. Девушка всё меньше времени стала уделять своим тренировкам, предпочитая молодую компанию, пусть почти там всегда молчала, слушая остальных. Нет, ей не было с ними скучно, просто нравилось слушать их. Особенно это касалось Узумаки Наруто, жизнь которого была по-настоящему насыщенна в отличие от её собственной. Солнце только вставало, а Наоми уже была на первом тренировочном поле. Мышцы неприятно тянуло, а её мастерски отточенные движения были гораздо хуже. Тело отвыкло от подобных плавных быстрых движений. Подумаешь, всего несколько дней не тренировалась, а уже такие последствия. Девушка ничего не чувствовала, совершая совсем обычные, ничего не значащие удары в пустое пространство. Не было ни цели, ни напарника, с которым можно было тренироваться. Настроение было паршивым, пусть и скрывалось за маской безразличия юной куноичи. Рука машинально вздёрнулась вверх, запрокидывая руку назад, подставляя кунай к самой шеи подкравшегося незваного человека. Тот сглотнул, застыв на месте, не успев предпринять какие-либо действия. Шиноби был уверен, что хорошо спрятал свою чакру, да и в своих движениях никогда не сомневался. Девчонка его никак не могла заметить. Что черт возьми произошло? — Убирайся, — процедила капитан второго отряда, находившаяся в плохом расположении духа. Взглядом изумрудных глаз она дала понять, что шутить с ней сейчас не стоит. Если он быстро не объяснит причину своего пребывания тут, то будет жестоко избит, ибо ручки юной девушки уже чесались. — Мастер просил явиться к нему. Ох, как же она устала изо дня в день выполнять опасные задания. Она никогда не ощущала страх перед ними, считая достойным умереть за деревню, за корень. Скорее ей всё наскучило. Постепенно она превращалась в механизм, но верная Хьюга всегда помогала, возвращая в ней жизнь. У каждого капитана отряда были специальные блокноты с фотографией преступников, которых при встрече необходимо устранить. Они несли в себе угрозу, обладая ненужными для чужих ушей и глаз знаниями о деревне. Блокнот зеленоглазой девушки почти весь был перечеркнут, но время от времени он пополнялся. Какого же было её удивление, когда в нём она обнаружила фотографию Учиха Саске. Конечно, он был отступником и всё такое. Хорошо, что шиноби корня не получала прямого приказа на его ликвидирования, хотя у неё был должок к нему. Данзо велел отправиться в деревню, находившуюся почти на окраине страны Огня. Нужно было забрать какой-то важный свиток. Здорово, теперь она курьером подрабатывает. А ведь есть специальные ниндзя-курьеры, но, конечно же, кому попало Данзо доверять не станет. Кстати говоря, за 3 года, что Наоми является капитаном второго отряда, Канае заметно улучшила свои навыки, став неплохим ниндзя. Дайске тоже не отставал, став гораздо сильнее. Но, конечно же, до своего капитана им было далеко. Юная восемнадцатилетняя Кагуя не уступала в своём мастерстве никому из знаменитых семи мечников тумана. Даже не так, они были ей не ровней. Конечно же, речь идёт о битвах один на один, а никак иначе. В корне её либо презирали, либо восхищались ей. Пожалуй, будь она не в корне, то, непременно, была бы уже джоунином, никак не ниже, ведь её сила по-настоящему восхищала. У неё самый рассвет юности, в котором её талант быть шиноби прямо струился из неё, превращаясь в прекрасную картину настоящего орудия для убийств. Она была холодной, расчетливой и жестокой, но никогда не издевалась над своими жертвами. Лишала жизней? Да, но никто не идеален. Они находились в пути уже несколько дней, останавливаясь, чтобы восполнить силы. И вот на третий день, когда солнце только вставало, она остановилась на ветке. Её подчинённые недоумённо посмотрели. — Пройдём через ту деревню, — указала она в сторону рукой. У неё был долг перед одним человеком в этой бедной деревушкой. Когда-то Наоми забрала хлеб у женщины с ребёнком, пообещав себе, что обязательно вернёт долг. Пусть у неё и не было выбора на тот момент, ведь её брат, о котором она совершенно забыла, был болен, но она чувствовала вину. Да, это была та самая деревня, в которой она пробыла около полтора года, брошенная всеми, в тряпках и лохмотьев, с вечным недомоганием и недоеданием. Деревня ни на сколько не поменялась, такая же бедная и разваленная. Наоми понятия не имела, как выглядит та женщина и где её искать, да и здесь ли она вообще? Но обязана была попытаться найти её. Конечно, она делала это не для неё, а для очищения своей итак грязной души. Канае всё время задавала вопросы, но девушка её не слушала, сосредоточившись на своём. Да, те же самые переулки, пустые магазины, людей почти нет. Мрачно и тошно. Живот скручивало от воспоминаний, а голова начинала болеть. Сердце бешено стучало, готовясь разорвать грудную клетку. Что это с ней? Почему так больно и плохо? Это место так действует на неё? Вот, это тот переулок, где она сидела с кем-то, зажавшись в узком проёме и прижимаясь к кому-то. Гендзюцу? Разве она не была одна с самого детства? Нет, не похоже на технику. Скорее воспоминания. Толстая плёнка трескалась, давая четкое изображение. Почему раньше она не вспомнила? Почему забыла о своём брате и семье, лица которых не помнила? С левой стороны послышался до боли знакомый тембр. Девушка округлила глаза, поворачиваясь в сторону звука. Женщина в помятой слегка испачканной одежде шла, держа в одной руке пакет, а в другой ручку уже подросшей дочки. Глаза Наоми наполнились слезами, не ожидав увидеть такую же картину. Непременно, девушка была проклята, в чём она не сомневалась, но после встречи с Хинатой, она хотела искупить свои грехи. Благо, Канае с Дайске пошли осмотреть территорию и не увидят то, что им просто нельзя видеть. Наоми выступила вперёд, преграждая путь собой. Женщина остановилась, выступая немного вперёд, закрывая собой свою дочку. Не сразу, но она смогла вспомнить ту маленькую девочку с деревянной дубиной в руках. Пусть Кагуя и выглядела по-другому, но взгляд зеленых глаз был всё тот же — утопал во тьме, но пытался освободиться из неё. — Я приношу свои извинения за свои действия в прошлом, — начала Наоми, опускаясь на колени, склонив голову. Женщина ничего не отвечала, просто не могла пошевелиться, не ожидав услышать подобное. Наоми не стала ждать от неё каких-либо действий, исчезнув за считанные секунды, оставив небольшой свёрток с деньгами на своём месте. — Мамочка, я хочу быть, как эта девочка! — воскликнула малышка лет тринадцати. — Да, она определённо хорошая девушка, — улыбнулась женщина, поднимая свёрток. Она давно простила светловолосую девушку и была сильно удивлена, когда развернула свёрток, обнаружив немалую сумму. Извинений было вполне достаточно, так считала женщина. Но теперь Наоми очистила один из множества своих грехов. За всем этим наблюдала пара тёмно-зелёных глаз. Облизнув пересохшие шершавые губы, оскалив зубы, он скрылся со своего места, готовясь к долгожданной встрече с блондинкой, которая пока что ничего не подозревала. Не подозревала, через что ей придётся пройти, пережить. Наверное, лучше бы её жизнь оборвалась именно здесь. Тогда бы она ни о чем не сожалела, ведь ту боль, что придётся испытать, не каждый выдержит на себе. Пусть Наоми и была сильным шиноби, но дух у неё слабый. Наоми не помнила тропинку, по которой шла, но ноги сами двигались. Она точно была здесь, вот только всё было настолько размытым. Девушка покинула деревню, оставив своих подчинённых там, ничего не сказав им. Это было очень глупым, ведь зеленоглазая их капитан, а без её указаний они не вправе вернуться назад. Ещё и оставила их совсем одних в неизвестной деревне, а если они что-нибудь натворят? Отвечать будет она. А если на них нападут? Какой из неё после этого капитан? Девушка уже минут двадцать прыгала по веткам, дабы сократить время. Сознание подсказывало, что впереди что-то есть, ей срочно надо туда попасть. Наконец-то впереди показались расщелины между деревьями. Вот и выход из леса. Небольшая открытая поляна с яркими полевыми цветами. Чуть поодаль песок, а рядом с ним быстрая река. Немного повернув голову, Наоми увидела палку, воткнутую в землю. Подойдя ближе, девушка поняла, что это могила, заросшая и неухожаная, но покрытая цветами, которые уже раскрылись и блистали своей красотой. Взгляд пал на венок, валяющийся рядом, весь потёртый и уже почти перегнивший. Капитан второго отряда взяла его в руки, но он рассыпался. Сколько же времени он тут пролежал? Наоми сама не поняла, почему хочет сплести новый, но сознание подсказывало ей, что она всё делает правильно. Собрав цветы, она уселась рядом с могилой, начиная аккуратно плести. Девушка сама не понимала, почему у неё так хорошо получается, ведь, насколько она помнила, никогда подобного не делала. Получилась абсолютная копия первого венка, пусть цветы другие, но сама работа одинакова. Повесив на палку и поклонившись, шиноби подняла взгляд к небу, а затем на реку. Отправившись против течения, она уже через четверть часа была у обрыва. Ветер подул, потрепав длинные, убранные в хвост, светлые волосы. Повеяло чем-то знакомым, до тошноты неприятным. Глаза расширились и, нехотя, переступая через себя, она пошла навстречу этому запаху. С каждым шагом движение всё тяжелее давалось. И причину этому блондинка никак не могла придумать. Перед её взглядом предстала картина разваленной, сожженной пустой деревни. Вместо домов пустые ямы. Даже пепла уже не было. Видимо, давно пожар был. Огонь, языки пламени и. . .крики? Толпа людей мечется туда сюда, повсюду дым, угасающий кислород, боль и отчаяние. Воспоминания нахлынули с силой. Девушке пришлось приложить не мало усилий, чтоб устоять на ногах и не рухнуть, хотя всё тело трясло. Шумно сглотнув, подавив рвотные позывы, она сделала ещё шаги, дальше, внутрь деревни. Она шла по тропинке, коей давно уже не было, но ноги ещё помнят, инстинкт сохранился. Наоми начинает всё вспоминать. Тут она провела всё своё детство, счастливое и невинное. Как же она была счастлива, находясь здесь, под защитой любого жителя, ведь все знали друг друга и держались вместе. Ещё шаги. Здесь была небольшая детская площадка. Конечно, кроме качелей и песочницы ничего другого не было, но даже так, она была лучше всех. Наоми ещё раз взглянула на пустую истлевшую поляну, на которой до сих пор не росла никакая растительность. Всё абсолютно было голым и мрачным. В воздухе витал жуткий и навязчивый запах гари, пусть его и не было, это было только воспоминанием. Настолько жутким, что казался реальностью. Свернув ещё раз, зеленоглазая застыла на месте. А потом коленки всё же подкосили и она рухнула. Картина пристала перед её глазами во всей красе. Её родители, любящие и самые лучшие, стоят у окна, на последнем вздохе давая наставление ей и кому-то ещё, образ которого никак не хочет вспоминаться. Весь дом, внутри и снаружи, захвачен яростным пламенем, не оставляя после себя никого в живых. Затем родители закрывают окна так, чтобы никто не смог услышать их крики. Наоми не смогла больше удерживать рвоту, пачкая холодную хранящую в себе пепел людей землю. Слёзы ручьём потекли по нежным щекам юной девушки, голос срывался на крики. У неё началась истерика. Сейчас как никто другой девушка нуждалась в защите. Она всё ещё маленький ребёнок, которому необходимо забота, любовь и тепло. Она не могла поверить, что смогла забыть весь этот ужас, но если бы была возможность, то предпочла снова всё вычеркнуть из памяти. Теперь, вспомнив всё, как она думала, больше не сможет спокойно существовать. Ей хотелось сдохнуть, покончить со своей жизнью сама. Сжав рукоять катаны в тоненькой ручке. Лезвие тетсуро блестнуло. Она уже была готова пронзить своё сердце, как мимо неё с бешеной скоростью пронёсся кунай, оставив кровоточащую рану на её щеке. — Ты хочешь лишить меня удовольствия убить тебя? — стальной голос пробивал до дрожи, но только не Наоми. Ей сейчас было не до него. Безжизненные заплаканные глаза поднялись на незваного, без сомнений, вражеского шиноби. Зелёные глаза расширились, встречаясь с такими же холодными зелёными глазами, которые, казалось бы, могли убить только взглядом. В отличие от его глаз, в изумрудных глазах читались вселенская скорбь, боль и нежелание жить. Перед ней стоял молодой парень, старше её самой всего на пару лет. Светлые слегка кудрявые волосы торчали во все стороны, грубая чуть смуглая кожа переливалась на уходящем солнце. Телосложение парня не было мощным, скорее наоборот, но по малейшему движению его руки, по лёгкой походке, Наоми с точностью могла сказать, что он далеко не слабый. На шее сквозь ворот помятой одежды с раскрытой грудью выглядывала какая-то печать, рисунок с тремя запятыми. Пояс был перетянут канатом. Лицо вражеского шиноби почти ничего не выражало, кроме желания убить девушку, которая желала смерти. Удар пришёлся по её лицу. Тело оторвалось от земли и приземлилось в нескольких метрах, проехавшись по холодной поверхности. Но девушка даже не думала подниматься, утратив желание бороться за свою жизнь. Как она могла забыть о собственных родителях, для чего всё это время жила? Она решила умереть, чтобы искупить вину перед родными, но как же она ошибалась в своих мыслях, приняв неправильное решение. Наоми сдалась, позорно сбежала. Этим вину не искупить. Сейчас её родители, Кидому Хацуя и Тацуя Момочи осуждающе смотрят на неё, недовольно хмуря брови. — Вставай, — угрожающе процедил мужчина, но Наоми не пошевелилась. Сюрикен вонзился в нежную кожу плеча девушки, разорвав ткань одежду и кожный покров. Из раны сразу же началась сочиться кровь, но блондинка не изменилась в лице. Новый удар пришёлся по её животу. Тело вновь поднялось в воздух, с грохотом рухнув на землю. Но и тогда никакой реакции не последовало. — Жаль, что не я спалил эту убогую деревню. Стеклянные глаза Наоми наполнились злобой. Сказанные слова возымели эффект. Она встала, даже не пошатнувшись, будто не её только что избивали. Да как он посмел сказать такое о её деревне! О месте, где она провела счастливое детство. Куноичи убьёт его со всей своей жестокостью, приложит максимум усилий. Не надо было её выводить из себя. Никто не сравнится с её уникальной гибкостью, плавными и быстрыми движениями, с её навыками к выживанию. Пока не убьёт его, она точно не умрёт. Тетсуро будто вдохновилось, когда Наоми резким движением схватила катану в руки. Маленькая ладошка с нежностью оплела своё холодное оружие, а то отозвалось готовностью сделать всё, только чтобы хозяйка была довольна. После того, как она заполучила тетсуро, Наоми ни разу ещё не проиграла, и не собирается этого делать сейчас. Изумрудные глаза сосредоточились, а тело напряглось, когда противник пропал из виду. Девушка даже перестала дышать, чтоб только услышать или почувствовать малейшее колебание. — Наконец-то, ты стала серьёзнее, — прошептали у её самого уха. И девушка молниеносно среагировала, но успела отрезать лишь прядь светлых волос. Будь она на одну сотую секунды быстрее, то враг уже лишился бы головы, но он не был так прост. У него в запасе не один козырь в рукаве. Сталь катаны встретилась с кунаем. Наоми без труда смогла выбить маленькое оружие ниндзя из рук противника, собираясь вспороть ему живот, но тот кувыркнулся в воздухе, отпрянув назад. Его руки стали быстро складывать печати. Земля под ногами девушки задрожала, а потом просто пропала из-под ног. На место ей пришло тёмное полотно, засасывающее в себя. Девушку подкинуло в воздух, быстро поглощая. Как только куноичи исчезла в воронке, техника прекратилась. Лезвие катаны прошлось по его правому боку, рассекая его. Вражеский шиноби округлил глаза, смотря на светловолосую девушку, стоящую в паре метров от него. Как оказалось, в дыру засосало лишь клона. Но когда она успела его создать? — Я знал, что с тобой не будет так просто, — хмыкнул он, ничуть не удивившись. Парень знал, на что он идёт. Знал, кто перед ним стоит. С ней никогда не было просто. Глаза Наоми блуждали по этому человеку. Он смутно кого-то напоминал, такого родного и близкого. Почему она никак не может вспомнить всё и сразу? Почему так сложно находиться в этом мире? Она давно поняла, что проклята. Как долго будет длиться это проклятие? Неужели ей не суждено быть счастливо. Тогда вообще зачем цепляться за жизнь? Стоит ли продолжать борьбу за своё существование? Тут тело вражеского шиноби начало покрываться какими-то печатями. Кожа начала темнеть, само тело увеличиваться, а глаза стали совсем звериными. Что вообще происходит? На руках и ногах начали вырастать когти. Светлые вьющиеся волосы отрасли до поясницы. Звериные изумрудные глаза блестнули, а затем удар прошёлся по её спине. Когда это он успел появиться сзади? Неужели он быстрее, чем она? Наоми быстро поднялась, но снова была настигнута вражеским ударом. Прокатившись по земле, светловолосая подскочила на ноги, сразу же отражая удар, поставив катану перед своим лицом, не давая врагу увечить его звериными когтями. Надёжная катана упорно защищала свою обладательницу, не уступая ни одной атаке врага. Наоми смогла отпихнуть от себя этого зверя, направив свою чакру в ноги. После того, как он изменился внешне, его сила тоже увеличилась, поток чакры стал струиться по телу быстрее, про скорость вообще говорить нечего. Девушка сама отличалась своей скоростью, но за его она не поспевала. Вот ещё один удар, сколько их уже пришлось по её телу? Нет, вопрос не в этом. Сколько еще она сможет выдержать? Она была никчемной игрушкой, слабачкой по сравнению с этим шиноби. Наоми ненавидела использовать техники не по тому, что не умела. Какая ирония судьбы, её стихией был огонь, которого на протяжении много лет она избегала и опасалась. А о каких техниках может идти речь, если она боится собственной стихии? Нет, обычные техники она использовала, но другие стихии ей никак не подчинялись, хотя она не однократно пыталась изменить свою стихию, но этого не может быть. Сложив печати, куноичи сглотнула. Вокруг неё появилась яростная стена огня, служившая одновременно защитой и нападением. Враг уворачивался от огненных шаров, но их было слишком много. Несколько всё же смогло его зацепить, перенаправившись на одежду. Шиноби быстро стянул с себя кофту, а печать растворилась, возвращая его к прежнему облику. Наоми оцепенела, когда увидела шрам на животе врага. Её глаза наполнились слезами, а в груди всё защемило. Этот шрам… Она помнила его, ведь её родной старший брат получил его из-за неё. Тогда девушке было всего лет шесть. Девочка пыталась сделать из «нытика» мужчину, заставив забраться на дерево и завязать ленточку. Рёта тогда ужасно боялся высоты, а по-мнению малышки, «настоящие мужчины ничего не должны бояться». Рёта упал, зацепившись животом о ветку. Тогда Наоми наказали, а Рёта пролежал дома очень долго, почти ничего не ев, так как ему было больно двигаться. — Это ты, Рёта? — она сделала к нему несколько шагов. — Всё-таки вспомнила меня, — саркастично усмехнулся он. Как же она давно его не видела. Он ненавидит её, и правильно делает, ведь она забыла о нём, забыла о единственном дорогом человеке. — Когда я увидел тебя в той деревне, подумал, как жаль, что ты ещё не сдохла. А потом обрадовался, что смогу убить тебя собственными руками, — улыбка психа не сходила с его лица. Сейчас он выглядел счастливым, когда речь шла о убийстве собственными руками его младшей сестрёнки, которую он раньше обожал. Сердце девочки облилось кровью, но она улыбнулась печальной улыбкой. Она заслужила его презрение. Пусть лучше Рёта её убьёт, чем кто-то другой. Её любимый брат, надежда и опора. Если её смерть подарит ему счастье, то она готова пойти на это. — Рёта, я люблю тебя. Прости меня. Ты ведь злишься на меня. Я забыла тебя, — смотря в его изумрудные глаза, без страха говорила она. Его лицо было всего в нескольких миллиметрах от её собственного. Его кунай уже врезался в тонкую кожу её шеи, но она и глазом не повела. — Ты не представляешь, какого это было находиться в плену у Орочимару и подвергаться экспериментам. Я был в аду, пока ты развлекалась в Конохе, забыв обо мне! — рычал он, медленно вставляя кунай глубже. Но девушка больше не собиралась упираться. Кунай вошёл уже практически на половину. В глазах Наоми всё потемнело. Вот вот и она отключится. Её жизнь прервётся. Брат убьёт её, и она искупится перед ним. Блондинка сама во всём виновата. Молния пронзила сердце парня, и он, замертво упал на холодную землю, пачкая её собственной кровью. Девушка рухнула следом с торчащим в горле кунаем. — Карин, иди сюда, — рыкнул брюнет, поднимая на руки ещё живую девушку, чья жизнь стремительно угасала.