Т. Агент Менрова

С тихим щелчком Саша добывает себе новую фотографию и тут же досадливо морщится. «Надо бы в настройках камеры пошарить, — мелькает в голове вполне справедливая мысль. — Вроде же поставил на вибро». Саша смотрит на объект своего обожания и с облегчением понимает, что на месте преступления пойман не был: Олег Евгеньевич со сложным лицом что-то объясняет молодой актрисе, играющей Офелию. Остальные участники труппы тихо переговариваются, бессовестно валяясь на зрительских креслах. Парочка всё-таки репетирует на сцене. Оглядев всех собравшихся ещё раз, Петров с молниеносной скоростью снимает секундой ранее поставленную блокировку с экрана, жмёт на значок Twitter и загружает свою прелесть. Он так и пишет, «Моя прелесть», перед тем, как отправить стоп-кадр в сеть с нужным хештегом. Не проходит и секунды, как телефон начинает вибрировать от лайков и даже ретвитов. — Петров, иди к нам, — зовёт его один из сидящих на зрительских креслах парней. Олег Евгеньевич, отрываясь, наконец, от разговора с Офелией, пару раз хлопает в ладони, привлекая к себе внимание. — Потом, всё потом, — заявляет он, бодрым шагом направляясь к первому ряду. — Сейчас — репетировать! Олег Евгеньевич садится в одно из кресел, пока труппа выбирается на сцену, расслабленно закидывает одну ногу на другую и сплетает пальцы с поблёскивающими на них перстнями, умещая ладони на одном колене. Со вздохом Саша закрывает Twitter и убирает телефон в карман джинс, не отрывая взгляда от оголившихся лодыжек худрука. Всё-таки Саша был бы не против, если бы данная прелесть на самом деле принадлежала ему.

~0~

Олег Евгеньевич с хмурым видом рассматривает какие-то бумаги, свешивая с края сцены на четверть оголённые ноги в модных ботинках. Названная Офелия ошивается поблизости, вызывая внутри у Саши волны негодования. Репетиция уже закончилась, и теперь ему жизненно необходимо сделать фотку оголённых лодыжек худрука: он приметил их ещё пару часов назад. Девчонка мешает, безбожно влезая в кадр своим милым личиком, и, к тому же, явно заглядывается на мужчину. На любителей из интернета, оставляющих под его кадрами комментарии, вроде «о боже, какой милашка» или «котенька, умираю» Саша не злится, наоборот, считает и их, и себя приверженцами одной религии под названием Олег Евгеньевич Меньшиков. А вот юная актриса его знатно раздражает, пытаясь привлечь к себе внимание. «Смотреть — смотри, но трогать-то зачем? — негодует Саша, поджимая губы. — У него жена есть, в конце-то концов!» Выловив момент, когда девушка отойдёт, Саша оглядывает зал на предмет свидетелей и, никого не находя, достаёт телефон. Ловко разблокировав экран, он включает камеру и, настроив фокус, делает (без сомнения) великолепную фотографию. В неизвестно когда образовавшейся тишине глухо щёлкает гаджет, сердце Саши ухает куда-то вниз от волнения, а после начинает биться с утроенной силой. «Забыл», — с ужасом пролетает в голове. Олег Евгеньевич отрывается от бумаг и вопросительно смотрит на парня, приподнимая бровь. Разглядывающая что-то там Офелия тоже оборачивается на звук. Нервно ухмыльнувшись, Саша начинает судорожно соображать. «Вы красивый, Олег Евгеньевич, вот и фоткаю вас»? Бредятина полнейшая, да ещё и эта девчонка уши навострила. Поинтересоваться, что не так? Дурака лучше не включать, будет только более подозрительно. Импровизировать и быстро соображать Саша всё же умеет, потому уже через секунду выдаёт: — Скрин делал, — Парень лёгким шагом направляется в сторону худрука, переключая папки в галерее (у него как раз была парочка дурацких скриншотов различных статей). — Нет, серьёзно. Там такая хрень, это невозможно не сохранить. Хотите взглянуть? — Откажусь, пожалуй, — беззаботно отмахивается Олег Евгеньевич, снова опуская взгляд на бумаги. — Ты, Петров, почему ещё не ушёл? — Да так, — пожимает плечами парень, вспоминая последние минуты репетиции и слова худрука о том, что юная актриса ещё должна остаться для более точного разбора роли. — Вдруг Офелия на вас нападёт, а спасти будет некому, — отшучивается Саша, краем глаза замечая, как на мгновение вспыхивают милые щёчки девушки. — Да и дома скучно, — добавляет он уже более серьёзно, но не без смешинки во взгляде. — Но если вы ей доверяете, то я пойду. Олег Евгеньевич мельком смотрит на девушку, лицо которой по-прежнему выражает негодование, а после обращается к Саше: — Что за глупости? Саш, оставайся, если домой не хочешь. Просто нашу юную Офелию ты наверняка будешь отвлекать. — Конечно, я ведь Гамлет, — невозмутимо соглашается Саша, а после делает девушке насмешливый поклон. — Если позволите, дамы и господа, я всё же откланяюсь. Не хочу никого отвлекать. Когда дверь за Сашей аккуратно прикрывается, Олег снова поднимает взгляд от бумаг и, смотря в ту сторону, куда ушёл эпатажный юноша, достаёт из кармана свой мобильный. — Офелия, душа моя, — с тихим хмыканьем обращается он к девушке, протягивая ей телефон. — Будь добра, сфотографируй меня с того места, где сейчас стоял наш Гамлет. — Хорошо, Олег Евгенич, — тут же соглашается молодая актриса, принимая гаджет. Олег провожает её взглядом до того места, где Саша, согласно своим словам, сделал скриншот, и снова утыкается в изучение сценария.

~0~

Только оказавшись в своей квартире, Олег позволяет себе провести некоторые махинации с фотографией, сделанной в театре: перезалив её на компьютер, мужчина организовывает себе поиск по картинке, и уже восьмая заставляет отыгранных когда-то Олегом сыщиков проснуться и довольно потереть ладони. Фотография обработана каким-то хорошим фильтром и выглядит куда лучше, чем та, по которой он её нашёл. Все сомнения пропадали — это однозначно было дело рук Петрова. Ссылка под фотографией ведёт в один из твитов какой-то «меньшиковопришибленной» девушки девяносто восьмого года рождения, судя по официальным данным страницы. Олег начинает листать твиты без какой-либо задней мысли и тут же впадает в лёгкий ступор, отмечая просто огромнейшее количество себя. Если в недавнем прошлом в голове Олега мелькали мысли, что Петров просто развлекается, то теперь мужчина больше склонялся к тому, что у Саши появилась вполне реальная зависимость от него. «Только посмотрите на эти ножки, я таааю». Прочитав эту надпись над одной из своих фотографий, Олег даже немного смутился. Одно дело — догадываться, что им кто-то там где-то восхищается, а совсем другое — знать, что твой подчинённый «тает» от твоих «ножек». «Только взгляните на эти изящные пальцы, унизанные перстнями. Мне трудно дышать. А теперь просто представьте, как они зарываются в волосы Петрова по вечерам, ставя его на колени перед Олегом. #Менров». «Краснею при виде этого алого пальто, в роли Якова Гуро наш котейка просто великолепен», «AU #ГуроГоголь, где Яков после исчезновения Никки на целый день (вспомним, как он тусил у Данишевских) наказывает его своей тростью, связав ему руки шейным платком. P. S.: не забываем завязывать васильковые глазоньки Николаши». У Олега разбегаются глаза от различных коллажей с периодически мелькающими там обнажёнными мужскими телами или романтическими надписями, сбитыми костяшками рук, порезанными запястьями и его, олегова, лица (справедливости ради стоит отметить, что иногда там мелькают лица Саши или Дани, а иногда даже и Никиты). «#Бинуро, где Саша тащится по трости Якова (о боже, как это двусмысленно). На пепелище после пожара, в котором Яков Петрович исчез, Бинх не находит эту чудную вещицу с набалдашником в виде птичьей головы, и понимает, что Яша жив. P. S.: походу у меня фетиш на эту трость». Олег опускает взгляд на свои ладони и удивляется, замечая их лёгкое подрагивание. Волнение и отчего-то предвкушение накатывает волнами. «Ну и что мне с ним делать? — спрашивает сам у себя Олег, пробегая взглядом по AU с хештегом «Артлебедев». — Поговорить? И что я ему скажу?» Количество твитов меняется в большую сторону, и Олег, движимый любопытством, открывает новый. «Завтра с утра на работу, а я третий раз за месяц пересматриваю Статского Советника. Вы только посмотрите, что он делает с этими чётками, это что-то возмутительно прекрасное. Спасите». Ниже идут скриншоты, на которых Олег в образе Эраста Фандорина задумчиво прислоняет чётки к губам. Спустя несколько секунд появляется комментарий, опять же от Петрова: «Меня уже не спасёшь, девочки, спасайтесь хотя бы сами». Олег невольно усмехается, а после напряжённо поджимает губы и начинает тарабанить пальцами по столешнице, обдумывая свои дальнейшие действия. Оставлять всё как есть было нельзя. Взгляд падает на отбивающие ритм пальцы, и они замирают. Олег с небольшим интересом рассматривает перстень и поджимает губы. Да, это действительно выглядит красиво, но это ведь не повод создавать какой-то культ, посвящённый его рукам. Во всяком случае мужчина считает именно так. Со вздохом Олег берёт в руки телефон и пару секунд неуверенно смотрит на время: девятый час. Прикидывает, сколько ехать до Петрова с учётом возможных пробок (не так уж и много), а после, решив, что третий просмотр Статского Советника можно и отложить, набирает Саше короткое сообщение с просьбой встретиться. Ответ приходит практически сразу: «Хорошо, а где? И по какому вопросу? Могу подогнать до театра, если хотите». «Объясню всё при встрече, — пишет Олег в ответ, подумывая о том, что у театра встретиться будет и в самом деле быстрее, — приезжай». Он убирает телефон и ещё раз пробегает глазами по профилю Саши со смешанными чувствами. Довольно неожиданно выскакивает новый твит с очередной фотографией Олега и умиляющей просьбой последить за «заинькой», пока обладатель профиля будет отсутствовать. «Ох, дофотографируешься, Сашенька, — с предвкушением думает Олег, поправляя перстень на указательном пальце. — Ох, дозайкаешься…»

~0~

Саша немного волнуется (всё-таки Олег Евгеньевич по пустякам вызывать не будет), но при этом прекрасно понимает, что сегодняшний инцидент ничего ужасного в себе не несёт. В конце концов, много кто Олега Евгеньевича фотографирует, ничего постыдного в этом нет. Другое дело, если худрук каким-то магическим образом сможет найти страницу Саши в Twitter, вот тогда попотеть точно придётся. Но парень думает, что среди огромного количества фанатов Меньшикова распознать именно его невозможно (как и вообще понять, в какой именно социальной сети нужно искать). Думает так Саша до тех пор, пока ему на телефон не приходит сообщение с просьбой зайти внутрь театра и подождать худрука именно там. Саша просьбу выполняет, даже не задумываясь: заходит через служебный вход и практически сразу слышит щелчок. Олег Евгеньевич стоит с телефоном в руках, прислонившись спиной к стене, и что-то печатает с едва заметной на лице улыбкой. — «Заинька пришёл в театр, смотрите какой послушный», — ехидно тянет он, а после мельком глядит на Сашу и нажимает на экран особо отчётливо. — Отправить. Саша волнительно прикусывает нижнюю губу, понимая, что просто так мужчина его «заинькой» бы не назвал. Выходит, догадался. Как-то нашёл. Олег Евгеньевич вопросительно приподнимает бровь, отключая экран телефона и отправляя его в передний карман брюк. Саша мнётся у прохода, не решаясь подойти. — Олег Евгенич, я всё объясню, — выпаливает он, сжимая ладонью край футболки. Худрук кивает, словно в подтверждение само собой разумеющегося. — Я надеюсь на это. — Эм… Ну… Саша судорожно проводит языком по губам и мечется взглядом по помещению, пытаясь хоть за что-то зацепиться. Звучит очередной щелчок, парень в недоумении поднимает глаза на Олега Евгеньевича. Худрук с кривой ухмылкой произносит, пялясь в экран вновь оказавшегося в руках гаджета: — «Лисёнок растерялся, вы поглядите, какая прелесть!» «Мне трудно», — добавляет он в конце, нажимая в верхний правый угол и снова отключая экран. Саша вспыхивает от подобного комментария. — Ну перестаньте, Олег Евгенич, — негодует он. — Вот вы шутите тут, а я ведь серьёзно вас таким считаю. Актёр просто замечательный, и персонажи интересные. — Да к чёрту персонажей, — отмахивается Меньшиков, отправляя гаджет обратно в карман и принимая довольно уверенную позу. — Я вот живой, настоящий. Что за повод меня со всеми шип… — Олег на мгновение замолкает, вспоминая нужное слово. — Ну вот это вот всё, — с хмурым видом сообщает он, активно жестикулируя одной ладонью. — Даже с собой, Сань. «Менров» вот эти все. У меня жена есть вообще-то. — Я знаю. Мне это не особо мешает, — выдаёт парень, а после спохватывается, понимая, что выразился немного не так. — Да, Олег Евгеньевич, — с отчаянным вздохом тянет Саша, плюхаясь на стоящий неподалёку табурет. Васильковые глаза в полумраке помещения кажутся яркими, зрачки большими и слишком чёрными. — Ну это всё не взаправду же. Это… искусство… — Парень старательно подбирает слова, рассматривая носки своих кед. — Это много кто делает, так мне почему нельзя? Я ведь не хочу, чтобы вы меня там, на столе… — Избавь меня от подробностей, — просит Олег, усталой походкой направляясь к парню с целью занять соседний табурет. — Не хочу, в общем, чтобы всё это в реальности происходило, — покладисто меняет манеру высказывания Саша. — Но ведь истории правда красивые. А что до гомосексуальности… Грешу, не спорю. Но это, опять же, к моей личной жизни не относится. Просто хобби, если можно так сказать. Я типа писатель. — Горе ты, Сашка, луковое, а не писатель, — со вздохом заключает Олег, заглядывая юноше в глаза. — Вот заняться тебе просто нечем, да? — Олег Евгеньевич, — с упрёком протягивает Петров, а после выверенным движением вытаскивает из кармана телефон. — Там же не только похабщина всякая, есть и милости, и стекло. Боль и страдания, — поясняет Саша, замечая отголоски недоумения на лице мужчины. — Я вам щас покажу… — Нет-нет-нет, — протестует Олег, порываясь подняться с места, но парень уверенно ловит его за локоть, усаживая обратно. — Я настаиваю. Вы втянетесь, Олег Евгенич, — обещает Саша, заходя в Twitter. — Объясню вам, что к чему.

~0~

Олег поджимает губы и с недовольным лицом откидывается на спинку дивана — полчаса назад они с Сашей решили переместиться в его кабинет. — Вот на этой фотке я вообще не очень получился, — заявляет он, кивком головы указывая на телефон в руках Петрова. — Сань, серьёзно, ты посмотри, какой нос. — Да вы шутите? — с удивлением спрашивает парень, а после листает дальше. — Прекрасная фотка. — Ну не знаю… — пожимает плечами Олег. Он с преувеличенным интересом проходится взглядом по интерьеру своего кабинета, а после всё-таки заглядывает через плечо ожидающего внимания худрука Саши. На экране светится багровым вполне неплохо сделанный коллаж, с которого предсказуемо смотрит Гуро. Олег не сразу понимает, что сиё искусство включает ещё и Фандорина, лишь когда читает AU и хештег. — «Яндорин»? — с удивлением интересуется мужчина. — Это что за наркомания вообще? — Ну ка-ак! — негодует Саша, задирая к потолку голову и откидываясь на спинку дивана, подставляя шею тусклым лучам настольной лампы. — Яков — старший брат Эраста. — И что, они вот этим вот всем занимаются? — Олег вопросительно приподнимает бровь, скрывая лукавство в голосе. Саша громко выдыхает, словно ребёнок, задолбавшийся объяснять бабушке устройство компьютера. — Да не-е-ет! Ну немного да, — заискивающе протягивает он, кидая худруку жалостливый взгляд. — Но в общих чертах это мило, согласитесь. Олег тяжело вздыхает и с едва заметной улыбкой закатывает глаза. Где-то в глубине души он соглашается.

Вместо эпилога:

/2 месяца спустя: Олег со сложным лицом сидит на краю сцены, обратив всё внимание в экран телефона, и лепит коллаж, картинки для которого собирались всё утро. Перед глазами Стычкин в образе Бинха и Гоголь Петрова, разбавленные красиво написанной цитатой из фильма. Александр Христофорович уверенно, с бессильной яростью, смотрит сквозь прутья клетки на то, как Хома Брут уводит Николая из участка, приставив к его шее осиновый кол. «Если с головы Николая Васильевича упадёт хоть волос…» Олег пролистывает галерею ещё раз, думая, что можно сделать следующим. В голове всплывает мысль о том, что Бинх с оружием в руках очень даже хорош. Другая мысль, более смелая, заставляет настрочить об этом твит с парочкой прилагающихся фотографий. Телефон вибрирует, показывая на верхней панели белое сердечко. Мужчину переполняет чувство правильности и удовлетворённости. «AU #Бинго, где Вакула сразу рассказывает Саше, куда ушёл Никки. Бинх срывается в церковь, видит творящуюся там чертовщину и под отчаянный крик Гоголя становится жертвой Ульяны. Мм, стёклышко». — Жестокий вы человек, Олег Евгенич, — протягивает за спиной худрука Петров, заставляя слегка вздрогнуть. Телефон вибрирует ещё раз, сердечко на панели превращается в силуэт птички. — Саш, чего пугаешь? — недовольно интересуется Меньшиков, поднимаясь на ноги и сбрасывая оповещения. Саша пожимает плечами, пишет что-то в своём телефоне и убирает его в карман. Олегу приходит оповещение о комментарии. — «AU, где Саша уводит у Олега Даню», — цитирует парень вчерашний твит мужчины, криво ухмыляясь. — «Напившийся с горя Меньшиков разбивается на машине». Чего вы себя так не любите? Худрук оглядывает зал на предмет невольных зрителей столь странного диалога и, никого не находя, с раздражённым лицом поворачивается к Саше. — А что ты предлагаешь мне? — с хмурым недовольством спрашивает он у парня, отключая Twitter и отправляя телефон в карман брюк. — Флафф писать? Я тебе йашка что ли какая? Стекло, только стекло, — уверенно заявляет он. Саша громко смеётся, запрокидывая голову к потолку. Меньшиков вздыхает и, спрыгивая со сцены, направляется к выходу. — Буду я ещё писать всякую милую чушь, — ворчит он. — В жизни её, вон, хватает. Саша догоняет худрука с широкой улыбкой на лице. «Втя́нетесь, Олег Евгенич», — вспоминает парень свои слова. И ведь втянулся же! Сначала, правда кривлялся, недовольство высказывал, но зато какие эмоции испытал Петров, найдя тот самый профиль с твитом о «растерянном лисёнке» «петровопришибленной» барышни, когда спустя пару дней на нём вылезла простенькая AU'шка по Артлебедеву с Тёмой, пиздившим у Валентина фуражку по причине огромной любви к данной вещичке. — Как насчёт стеклянной, так уж и быть, ролевой по Яндорину? — в очередной раз спрашивает Петров, обгоняя худрука и начиная пятиться спиной вперёд. — Только, чур, я — Гуро. — Иди нахер, — односложно отвечает Меньшиков, обгоняя парня и выходя за дверь. «Ну что ж, Олег Евгеньевич, — думает Саша с некоторой долей злорадства, останавливаясь и смотря вслед своему художественному руководителю. — Подойду ещё через пару дней».