За кадром

      Придя к Греллю домой, жнецы разулись, сняли верхнюю одежду и переглянулись. Грелль не стал тянуть резину, взял Уилла за талию и сразу повёл в спальню. — А чай гостю предложить? — пошутил последний. — Ну если хочешь, конечно же… — ответил красноволосый жнец, продолжая вести его. — Нет, пожалуй откажусь. — улыбнулся в ответ Уильям.       Грелль завёл Уилла в спальню и остановился, отпуская его руку. Брюнет обнял его за шею, смотря прямо в глаза, в которых плескалось не поддельное вожделение, ласка и любовь. Сняв свои очки и отложив их на тумбу рядом с кроватью, Сатклифф чуть подтолкнул любимого к кровати, призывая лечь. Расположившись на полутороспальной мягкой кровати, Уилл притянул Грелля за руку к себе, заставляя того нависнуть над начальником. Игриво сверкнув глазами, аловолосый стащил с переносицы Т. Спирса очки и отложил их к своим. — Зачем? — сконфужено пробормотал Уильям, — Я без них почти не вижу. — А тебе и не обязательно видеть, Уилли. Главное расслабься и наслаждайся. Ты же позволишь мне сегодня побыть главным, м? — тонкие пальчики с аккуратным маникюром начали расстёгивать жилет Уилла. — К-конечно. — немного запнувшись ответил жнец. Ему было ужасно неловко осознавать что именно сейчас будет. От этого осознания цвету лица начальника могли позавидовать даже волосы Грелля.       А сам же алый жнец без всякого стеснения раздевал любимого. Стянув с него всю верхнюю часть одежды от отстранился и погладил рукой часто вздымающуюся грудь мужчины. После наклонился и начал покрывать каждый миллиметр обнажённой кожи нежными поцелуями, изучая, наслаждаясь доступным теперь телом возлюбленного. — Щекотно… — тихо произнёс начальник, невольно подставляясь под поцелуи. Ему было всё это в новинку, но пока очень нравилось.       Ничего не ответив Уиллу, Грелль продолжил изучать его тело и сейчас его интересовало, где его эрогенная зона. Водя пальчиками по стройному, подкаченому телу, он искал ту точку, с помощью которой легко будет манипулировать этим строгим мужчиной и дарить ему сладкое удовольствие. И наконец, он нашёл эту точку, услышав робкий стон, сорвавшийся с уст вечно холодного начальника. Поглаживая соски, он наблюдал за быстро меняющимся лицом любимого. Не ожидая даже от себя самого, Уильям тихо застонал, чуть поддаваясь вперёд, желая продлить эти приятные ощущения. И Грелль не стал этому препятствовать, лаская пальцами быстро затвердевшие горошинки сосков. — Нравится, дорогой? — О-очень. — тихо ответил Уилл, прикрыв глаза. — Такой бесстыдно чувствительный — пощекотав чувствительное местечко и услышав тихий стон, протянул Грелль. — Хватит говорить такое, пожалуйста… — сильнее смутился Т. Спирс.       Тихо хмыкнув, аловолосый наклонился к шее брюнета, покрывая её поцелуями, спускаясь ниже, к ключицам, плечам, груди и наконец, добравшись до сосков, обхватил один губами, коснувшись его язычком. Реакция последовала сразу же, тихий стон был для Грелля прекраснее любой музыки мира сейчас. Через довольно короткое время в бедро Греллю упёрлось что-то твёрдое. На лице появилась довольная улыбка. Положив на это что-то руку, услышал очередной стон. — А тебе это очень нравится, милый, как я погляжу. — тихо проговорил Сатклифф. — Конечно, нравится. — прикрыв глаза и немного толкнувшись в руку, простонал Уильям.       Т. Спирс всё больше расслаблялся от нежных ласк любовника, постепенно возбуждаясь. С тех пор, как он однажды случайно зашёл в кабинет медика во время осмотра Грелля, ему частенько снились сны крайне неприличного содержания с алым в главной роли. Всё бы ничего, но тогда диспетчер сидел без рубашки, лицом к двери, а как только начальник поднял глаза ещё и пошловато ухмыльнулся. Его длинные, до колен, алые волосы были откинуты назад, так что идеальный торс ничего не загораживало. Кстати, о волосах. Сейчас они были везде, кроваво-алым ореолом окружая двух мужчин. Так хотелось зарыться в них руками, пропустить сквозь пальцы, почувствовать вновь их мягкость. Это недолго оставалось просто желанием, так как через пару секунд после его появления Уильям зарылся пальцами в алые пряди, окончательно взъерошив и без того лохматые волосы. Через мгновение раздался более громкий чем ранее стон. Разглядывая волосы любимого, жнец даже не заметил, как аловолосый полностью раздел его и губами прильнул к возбуждённому члену. Однако вскоре орган вновь был оставлен без внимания. Грелль навис над полностью обнажённым телом возлюбленного с интересом разглядывая его. У Сатклиффа минус был гораздо меньше, чем у начальника, часто целыми днями не отрывающегося от отчётов, тем самым окончательно посадившего зрение, а потому он нормально видел и сейчас наслаждался таким открытым и сексуальным жнецом под собой. А Уильям хоть и не мог увидеть происходящего, но буквально почувствовал этот взгляд алого и, покраснев, попытался прикрыться простынёй или сжать ноги. Однако первую вырвали из рук и откинули в непонятном направлении, а второе не дали сделать, раздвинув ноги и сев между ними. — О, а так ты ещё прекраснее, Уилли. — растягивая слова промурлыкал Грелль, невесомо оглаживая внутреннюю сторону бедра. — П-прекрати говорить такое! — ужасно смущённый жнец закрыл лицо руками. — Ну что же ты, дорогой мой? Открой личико. — руки брюнета через секунду были прижаты по обе стороны от головы смущённого жнеца. — И пора бы привыкнуть к тому, что я не упускаю шанса увидеть смущение на твоём прекрасном лице. Тише! — он приставил палец к губам любимого, собиравшегося что-то сказать. — Не нужно лишних слов. Просто расслабься и получай удовольствие, любимый.       Наклонившись к лицу Уилла, Грелль поцеловал его в скулу, спустился ниже, поцелуй в уголок губ, цепочка поцелуев вниз, по шее к ключицам. После них плечи, грудь, но не задевая чувствительные, хоть так манящие сейчас, соски. Не упустить ни одного миллиметра этой прекрасной кожи, целуя подтянутый живот и заметные кубики пресса. Наконец, спустившись к паху язычком провёл вдоль всей длины возбуждённого члена, радостно слушая громкий стон. Взяв в рот головку, начал щекотать язычком уретру, сжав губы. — С-стой! — чуть отстранил его голову, — Перестань. — Почему это? — очень удивился, а потом в глазах мелькнула мысль, — Девственник? — Что? С чего ты взял? — слишком резко пробормотал Уилл. — Быстро возбудился, очень чувствителен, несмотря на то, что альфа не пытаешься взять инициативу в свои руки. Это всё наводит на подобные мысли. — Ну да, это так. И что теперь? — немного раздражённо сказал Уильям. — В том то и дело, Уилли, что ничего.       Не желая больше медлить вновь взял член брюнета в рот и начал двигать головой. — Ах! — застонав, Уилл немного толкнулся Греллю в рот.       Тихо хмыкнув, Алая бестия ускорился, принимая орган в рот на половину, постепенно беря глубже. Уильям стонал и выгибался, толкаясь навстречу таким приятным ощущениям. Проводя язычком по каждой вздувшейся венке, Грелль вырывал из груди любовника всё новые и новые сладкие стоны. Наконец решив, что достаточно уже этих игр, аловолосый достал из тумбочки небольшой тюбик смазки и смазал прохладным бесцветным веществом два своих пальца. Раздвинув ноги Уильяма немного пошире, он приставил один палец к плотно сжатой звёздочке ануса. — Я тебе попрошу сейчас, Уилли, максимально расслабься. Я не буду тебя травить обещаниями, что больно не будет, но постараюсь сделать всё возможное, чтобы было только хорошо. — Успокоил… — пробормотал начальник, тем не менее постаравшись расслабиться. — Но я и не стал обманывать. — немного нажал на мышечное колечко. — И на том, спасибо. — почувствовав это, всё же снова напрягся. — Уилли, ну прошу, расслабься. Тебе же легче будет и не так больно. — алый поглаживал любимого по бедру, стараясь расслабить. — Я постараюсь, Грелль. — тихо сказал Т. Спирс, вздохнув, закрыв глаза и расслабившись как мог.       Медленно введя в узкий анус жнеца один палец, Сатклифф остановился, дав возлюбленному привыкнуть. Через пол минуты он начал плавно двигать пальцем внутри, имитируя толчки, растягивая девственный проход. Когда один палец двигался свободно, осторожно добавил второй, поцеловав Уилла в бедро, успокаивая. Продолжил двигать пальцами, разрабатывая плотно сжатые мышцы. «Да, не ожидал я, что он девственник на все сто процентов. Ну то что внутри, это ладно, всё-таки альфа, но вот что и с впереди тоже… Я просто поражён!»       Двигая пальцами внутри, поглаживал чувствительные и мягкие стенки ануса, вырывая из любимого всё новые стоны. Однако, не только растяжка была целью аловолосого сейчас, он хотел найти то чувствительное местечко, при касании которого любой мужчина не может сдержать громкие стоны блаженного удовольствия. И вот, спустя минуту, раздался сладкий и долгожданный звук. — Ах! А м-можешь ещё? — уже с меньшим смущением попросил Уильям.       Тихо хмыкнув, Грелль снова коснулся двумя пальцами простаты, дразня её, щекоча и мучительно медленно лаская. — Грелль… Хватит делать так… Пальцами. — сглотнув пробормотал жнец. — Уже не терпится? — Если честно, то да. Хочу уже стать единым целым с тобой, почувствовать тебя в себе, твою страсть. — О, огонь страстей захватывает меня сейчас с головой, любимый! — двигает пальцами внутри — Он пылает и никогда не погаснет, я обещаю.       Прижав любимого немного к себе, Грелль вновь нажал на простату, слушая уже не сдерживаемый стон жнеца. Когда Уилл уже начал сам насаживаться на пальцы, Сатклифф продержал его бёдра и вынул пальцы. — А сейчас максимально расслабься, будет больновато, но я попытаюсь сделать всё как можно аккуратнее. — Л-ладно. — пробормотал и попытался расслабиться Т. Спирс. — Молодец, любимый. — погладил жнеца по бедру аловолосый, — Перевернись на живот, пожалуйста. — Хочу тебя видеть… — посмотрел любимому в глаза брюнет. — За вечность наглядишься, а пока прошу, делай всё, что я говорю, так будет менее больно. — Ну…ладно, как скажешь. — нехотя перевернулся Уилл. — Спасибо, дорогой. — Грелль нежно поцеловал любимого в шею.       Поглаживая пальцами спину, алый жнец сильнее расслаблял, готовил Уильяма к его первому сексу. Поставив его на колени, немного развёл его ягодицы и погладил пальцем сжатый сфинктер. Быстро сняв с себя брюки и бельё, приставил головку ко входу. — Расслабься как можешь, любимый, я вхожу. — прошептал Уиллу на ухо Сатклифф. — Чем чаще ты это повторяешь, тем больше я напрягаюсь. — проворчал в ответ жнец.       Взяв бёдра поудобнее, Грелль осторожно толкнулся внутрь. Почувствовав это, Т. Спирс немного напрягся. Это не было больно, но крайне непривычно. Однако, почувствовав нежные прикосновения любовника, вскоре расслабился. Войдя ещё немного, Грелль снова почувствовал, что жнец под ним напрягся. — Больно? — с сочувствием спросил аловолосый. — Нет, не больно. — тихо ответил Уильям, — Просто…непривычно. — Точно не больно? — поглаживает ягодицы партнёра. — Точно, Грелль. — расслабился.       Осторожно войдя полностью, аловолосый остановился, держа бёдра любимого и покрывая нежными поцелуями его спину. — Тише, тише, любимый. Я уже в тебе, расслабься. — успокаивающе бормотал Сатклифф — Это…необычно. Такое странное чувство наполненности. — пытается расслабиться. — Ничего, привыкнешь. Дай мне знать, когда я могу продолжать. — гладит его, успокаивая. — Хорошо. — привыкает к новым ощущениям.       Через минуту Грелль не выдержал и немного толкнулся внутри. Мышцы были добовльно тесно сжаты, что и следовало ожидать. Всё таки Уилл девственник, да ещё и альфа. — Прости, Уилли, я не могу больше удерживаться, хочу тебя так сильно! — простонал омега. — Л-ладно, тогда продолжай. — Уилл был немного напряжён. Неизвестность разбивала систему, построенную за годы. Хотя к чёрту системы! С Алой бестией можно забыть про это понятие.       Сатклифф начал медленно двигаться, ища нужный ему угол. Т. Спирс никак не мог расслабиться, а потом внезапная вспышка сладкого удовольствия. Громкий стон был подтверждением того, что точка удовольствия была найдена. — Какой у тебя прекрасный голосок, Уилли. — растягивая слова прощебетал Грелль. — Ну хватит, прошу. — сконфужено пробормотал жнец.       В ответ алый лишь хмыкнул и продолжил двигаться под нужным углом, слушая стоны любимого. — Прошу… Быстрее! — сильно покраснев, попросил Уилл. — Как скажешь, дорогой. — улыбнулся Сатклифф.       Немного ускорившись, алый жнец прикрыл глаза от удовольствия. Узкий анус плотно сжимался вокруг его члена, а пошлые хлопки бёдер друг о друга сильнее возбуждали. «Как это странно и необычно» — размышлял Уильям, — «Это приносит ощутимый дискомфорт, но в то же время и удовольствие тоже и эта странная смесь лишь сильнее заставляет терять голову! Нет, больше нет смысла сдерживаться!» — Ах, как же хорошо! — простонал брюнет.       Два жнеца сплетались в танце страсти, сливаясь друг с другом. Стоны, различные пошлые звуки и жар тел наполняли комнату и захватывали разум, вытесняя из головы все разумные мысли. — Ах! Глубже! — громкие стоны срывались с уст Уилла.       Пот капельками стекал по их спинам, стоны партнёра были лучшей музыкой сейчас, а дискомфорт быстро забылся, затерявшись за пеленой сладости запретного плода. — Грелль! — простонал имя любовника Т. Спирс, отдаваясь ему полностью.       Ласкающие прикосновения рук к спине, бёдрам, животу, груди, соскам и громкий стон. Податливый на ласку, альфа охотно толкнулся навстречу рукам любимого и желанного омеги. — Ааах! Грелль, я сейчас… — чувствуя приближение оргазма, стонал брюнет. — Я тоже, любимый, я тоже! — ответил Сатклифф, немного ускоряясь.       Через минуту быстрого темпа рездалось два громких вскрика, вспышка яркого удовольствия и оба жнеца устало легли рядом и обнялись. Немного отдышавшись, Уильям повернулся к аловолосому и спросил: — Повторим?