Часть 1
11 июля 2018 г., 20:39
— Температура еще держится? — Северус прикоснулся губами ко лбу любовника. — Есть. Ты зелья выпил?
Гарри кивнул, натягивая одеяло до самого подбородка: простуда не покидала молодой организм уже четвертый день — его то трясло от холода, то он горел.
— Мордред, Гарри, может, не ехать? Мордред с этой премией, курьером пришлют…
Долгожданная, хотя, чего греха таить, вполне заслуженая награда уже не казалась такой желанной. Перспектива получить статуэтку, плод воображения бездарного ваятеля, не прельщала. Как и выслушивать полные зависти льстивые поздравления от менее успешных и талантливых коллег. Куда важнее Гарри, с его хлюпающим носом и больными глазами…
— Езжай, — хриплым голосом вяло запротестовал Гарри. — Не маленький, справлюсь.
Гарри же считал, что Северусу необходимо поехать. Потешить самолюбие такому гордецу, как он, никогда не будет лишним. Посмотреть свысока на посредственностей, мнящих себя одарёнными, осознать, что превзошёл всех и каждого — Северусу будет только на пользу. Таких, как его любовник, всеобщее признание только подстёгивает к ещё более значимым открытиям. Надо, надо ехать, нечего тетёшкаться с сопливым мальчишкой, так не вовремя простывшим.
— Гермиона будет помогать, Рональд обещал зайти. Молли сообщить?
Гарри отрицательно замотал головой и прикрыл глаза, явно собираясь уснуть. Вынести удушливую заботу Молли могли только здоровые как кентавры многочисленные Уизли — для ослабленого организма она становилась серьёзным испытанием.
— Понял-понял, ухожу. Люблю тебя.
С тяжелым сердцем и плохим предчувствием Северус покинул дом…
***
Северус вернулся немного раньше: ему удалось ускользнуть с приёма и присоединиться к возвращающейся с очередных переговоров делегации. Снейп, знаменитый на весь мир новатор-зельевар, без труда смог примкнуть к компании дипломатов, покидавших Лазурный берег ранним утром, тогда как для участников конференции портключи были зарезервированы на вечер. Северус кинул сумку на пол и отправился в гостиную, откуда раздавался звук работающего телевизора. После победы добра над злом, многие волшебники, хоть и ворчали прилюдно, открыли для себя удобство маггловских приспособлений, в частности — бытовой техники. Снейп был не против, когда его молодой любовник притащил в дом огромный плазменный телевизор, и с удовольствием приобщился к миру кинематографа. Приобщаться часто не получалось — один работал, другой учился, вечера они предпочитали проводить в компании друг друга, а не пялясь в экран. Гарри лежал на диване, до самого подбородка укрытый пледом, с интересом смотрел какую-то передачу кулинарного пошиба. Рядом с ним на столе стоял большой пузатый чайник, белый с синим цветочным рисунком, и пара чашек в таком же стиле. — Привет! — он искренне улыбнулся, когда увидел Снейпа. — Привет. Как здоровье? — Северус коснулся губами его лба и с облегчением отметил, что температура спала. Внешний вид тоже свидетельствовал о скором выздоровлении. — Намного лучше! — бодро отрапортовал Поттер. — Я пил много чая, лекарства принимал, босиком не ходил! — Молодец, послушался и быстро поправился. А это откуда? — Северус поднял теплый чайник и внимательно осмотрел его со всех сторон. — Это я купил! — довольно похвалился Гарри. — В русском стиле. «Гжель» называется! — Зачем? — А у нас не было. А так чайку заварил — и он тепленький под рукой, с согревающими чарами, и бегать не надо за каждой чашкой. И красиво, и удобно, и полезно! — Ты же сказал, что никуда не выходил. — Доставка, Север. В телемагазине заказал. — Ну, ладно, — согласился Снейп, не предчувствуя подвоха. — Главное, что вещь полезная…***
— Гарри! Завтракать, обедать и ужинать Северус предпочитал дома, не доверяя заведениям общественного питания. — Чего? — Это что за ерундовина? — Северус протянул к нему глубокую пиалу. Поттер внимательно осмотрел содержимое, нахально макнул туда палец и облизнул его: — Наконец-то ты признал, что питаешься всякой фигнёй. Она напоминает тыквенный суп… — Я не про суп! — Снейп окунул ложку и выловил круглый предмет, напоминающий хоккейную шайбу. — Это что? — Блин! Ты его испортил! — Поттер быстро схватил предмет и принялся вытирать его тряпкой. — Он так прикольно светился, а теперь он грязный и уже не прилепится. — Куда ты это лепить собрался? — Это светильничек такой. Был. — Этот «светильничек» свалился прямо в мой обед. — Нечего тарелки оставлять где попало! — Где попало — это на столе! Он отвалился сверху и упал в тарелку. Где ты его взял? — Заказал. Он на батарейках работает! Чтобы руки были свободны, а не держать палочку с Люмосом. — В телемагазине купил? — догадался Северус. — А что? Прикольная штука… — Гарри! — Да иди ты… Поттер уныло побрёл прочь.***
— Господи, как же я хочу тебя! — Гарри жадно целовал шею любовника, подталкивая того к кровати. Толкнул Северуса — и тот упал на постель. Матрас спружинил — по закону физики, и тело по инерции продолжило двигаться — заскользило на другую сторону. Поттер успел расслышать звук падения и отборный мат. — Ты чего? — Я — ничего. Что у нас на кровати? Скользит, как будто Глиссео наложил, — полураздетый Снейп, потирая ушибленный зад, поднялся с пола и провел рукой по поверхности. — Что это такое? — Ой, забыл сказать: я новое белье купил! — Гарри довольно улыбался, ожидая похвалы. — И коньки к нему? — Зачем? — А по-другому никак! Оно как стекло скользкое, на нем даже сидеть нельзя. Твою мать! — Северус демонстративно сел на край и тут же соскользнул вниз, повторно приземлившись на уже ушибленную задницу. Гарри бросился помогать любовнику подняться с пола. Взмахом чудом не сломанной палочки зажёг свет в спальне, и теперь Северус мог в деталях рассмотреть коварное приобретение. — Я чувствую себя пуффендуйкой-первокурсницей, — заявил он. — Почему? Нормальный персиковый цвет. — Какой персиковый? Это — розовый! Еще и ангелочки! Кабинет Амбридж, у меня приступ дежа вю! Аваду мне в лоб! Чем ты думал, Гарри? Сними, чтобы глаза мои этого не видели! — взмолился Снейп. Поттер явно обиделся — вместо восторга, похвалы и секса получил нагоняй: — Занавески тоже снимать? Северус застонал, рассмотрев насыщенно-розовые гардины в тон постельному белью, украшенные принтами с пухлыми ангелочками. Непрактично, ненавистный цвет… — Все снимай к мордредовой бабушке, Инсендио в помощь. Герой волшебного мира тяжело вздохнул и двинулся к окну…***
Иногда Северусу казалось, что вместе с крестражем Волдеморта в Гарри сгинула в небытие его лень и нежелание учиться. После победы Гарри одним из первых изъявил желание вернуться в Хогвартс закончить обучение, при этом мягко, но уверенно отвергнув предложение Министерства получить аттестат «за заслуги». И он учился прилежно, настойчиво постигал магические науки, рвением и упорством переплюнув даже заучку Грейнджер. Та заметно сдала позиции, продолжая тянуть лямку за себя и за бестолкового Рона, просиживающего в школе штаны. Гарри же, так до конца и не простивший ренегатство Уизли, с каждым днём всё больше отдалялся от друзей, грызя гранит науки. Неразлучные прежде друзья понизились в звании до приятелей, с которыми можно вспомнить прошлое за бутылочкой сливочного пива, но не допущенных до новых тайн. Северуса оправдали по всем статьям. Награждённый и выздоровевший, он вернулся в школу только в середине ноября и до самого Рождества не мог поверить в то, что вот этот вдумчивый, рассудительный юноша и есть Гарри Поттер. От прежнего вспыльчивого болвана осталась только оболочка, начинка лохматой головы стала совсем иной. Северус следил за повзрослевшим героем и каждый день ждал, что личина вот-вот слетит, явив волшебному миру обман. Но личина слетать не спешила. Тогда Снейп придумал способ, чтобы вывести обманщика на чистую воду — он предложил Поттеру дополнительные занятия. Он наверняка не выдержит усиленной нагрузки вкупе с пристальным вниманием хоть и признанного героя, но всё ещё нелюбимого профессора. Но и тут Поттер не оправдал ожиданий: варил вполне приемлемые зелья, усердно занимался дополнительно, как показывали Следящие чары, перестал шататься ночами по коридорам. До конца года Северус успокоился, перестал искать подвох в каждом слове национального достояния. Общаться сразу стало намного проще. Поттер стал частенько задерживаться в кабинете, засыпая преподавателя вопросами по его предмету и внимательно выслушивая ответы. На выпускном балу Северусу, наблюдающему за веселящимися студентами, вдруг подумалось, что, возможно — иногда — ему будет не хватать Поттера. А Поттер явился к Снейпу на следющее утро — вместо того, чтобы собирать свой хлам в сундук и в последний раз торопиться занять купе в Хогвартс-экспрессе. Постучался в дверь и, стоило профессору открыть, с серьёзным видом сообщил тому о своих, далёких от неприязненных, чувствах. Что в тот миг помешало Северусу выгнать мальчишку прочь, он так и не смог найти ответ. Жаркое, полное нежности, любви и секса лето снова доказало Северусу, что Гарри способный ученик не только в волшебных науках. Сейчас он увлечённо отсасывал поплывшему от возбуждения любовнику, развалившемуся на кровати. Северус балдел, наслаждаясь изысканной лаской, жмурился от удовольствия. Гарри весьма быстро овладел искусством фелляции, не стесняясь, мог бухнуться на колени и весьма ловко освободить член из плена и всосать, не забывая подрочить самому. В ответ на вопрос, что вдруг на него нашло, пожать плечами и сыто улыбнуться, облизнув губы от отстатков спермы: «Захотелось». Гарри оторвался от вставшего члена любовника, поиграл бровями в ответ на недоумённый взгляд. — Сюрприз. Он звонко хлопнул в ладоши с каким-то детским восторгом, который совсем не вязался с прерванным на самом и в самом интересном месте занятии. Свет в спальне погас, вместо обычных светильников загорелись синие разнокалиберные звёзды на потолке и стенах. Северус перевёл взгляд на Гарри, разглядывающему необычные источники света с восторгом ребёнка, узревшего кучу рождественских подарков под ёлкой. Звёзды синхронно мигнули, сменив цвет на зелёный. Северус чувствовал, как возбуждение покидает тело. Гарри в зелёном свете показался ему болезненно худощавым, будто страдающим затяжным пищевым отравлением. Цвет сменился на красный — теперь Северус видел Гарри с горячечным жаром на щеках. Он едва не дёрнулся за свежей порцией Перечного… Цвет снова сменился, став жёлтым. Гарри казался хрупким, измученным долгой тяжёлой болезнью… Белый свет стал жирной точкой, уничтожившей желание напрочь. Кожа прикрывшего глаза любовника стала бледно-восковой, как у покойника. Северусу показалось, что ещё одна секунда, и его Гарри растворится в небытие, медленно повторит участь своего незадачливого крёстного… — Убери, — прохрипел он внезапно севшим от ужаса голосом. — Сейчас же! Он оттолкнул удивлённого его реакцией Гарри и бросился в ванную, где ещё долго стоял под холодным душем, пытаясь смыть с души липкий страх.***
— … это я истеричка? Я? Гарри, тебя уже лечить надо! Мерлин, у меня уже сил нет, сколько можно еще скупать всякую чепуху? Три, Гарри, три овощерезки! — Северус стал загибать пальцы. — Крючки, которые отпадают еще до того, как на них хоть что-то повесишь. Набор этих дурацких ножей, которые затупились на второй же день. Светильнички твои, шторы с ангелами, набор посуды для микроволновки, которой у нас нет! — Надо купить, чего посуда зря стоит. — Это пиздец! — не сдержался Снейп, обычно весьма сдержаный. — Ты сам себя слышишь? Давай купим чалму, а потом к ней ковёр-самолет. — А ты знаешь где? Нам надо! — Гарри! Хватит! Прекрати, я тебя умоляю! Всякому терпению приходит конец, и моё тоже не резиновое. Объясни, зачем тебе аппарат для чистки теннисных мячиков? А набор для приготовления суши? А полка в ванной, которая отбила мне ногу? А электронный уничтожитель вредителей? У нас в доме нет мышей! В крайнем случае, существуют довольно простые заклинания. — А вдруг? — Поттер, ты меня вынудил — отдай кошель! Больше никаких дурацких покупок! — Уже, разогнался! Это мои деньги: куда хочу — туда и трачу. — С такими темпами скоро будет нечего тратить. Твои родители в гробу перевернулись от того, как ты бездумно разбазариваешь наследство. Отдай по-хорошему, — Северус протянул руку и ждал. Гарри, зная упрямство любовника, подчинился — сунул руку в карман и протянул ему стандартный гринготский кошель. — Он пока у меня побудет. Не обижайся, Гарри, это для твоего же блага. — Не трогай меня, — Поттер отвернулся, когда любовник попытался его обнять.***
— Северус, надо поговорить, — Гермиона обратилась к бывшему профессору, ныне начальнику министерской лаборатории и другу, шёпотом. — Слушаю, Гермиона. — Потом. Задержишься немного? После работы, у «Джайлса». Грейнджер бросила пару быстрых взглядов по сторонам и отошла. Северус понял, что речь пойдет о Гарри, неизвестна была только тема. Вечером Снейп заглянул в полупустое заведение, подсел за столик к Гермионе. — Северус, мне кажется, Гарри принимает наркотики, — без обиняков заявила она. Снейп нахмурился — без веской причины Гермиона не стала бы возводить напраслину. Хотя после победы прошло три года, отголоски прошлого ужаса продолжали возвращаться в кошмарах непосредственным участникам битвы при Хогвартсе, об этом он знал не по наслышке. Все дети, прошедшие адское горнило войны, по сей день приходили в себя. А Гарри, его до боли любимый герой, пострадал сильнее других. Может, напрасно Северус считал, что любимый оправился? — Обоснуй. — Дерганный он стал в последнее время. Несобранный. Замкнулся в себе. Я несколько раз пыталась поговорить с ним, а он только отмахивался. А еще… — Что? Договаривай. — Он у меня денег занимал, а когда я спросила, зачем, он отшутился и сменил тему. Я-то дала, а потом до меня дошло, но уже было поздно. — Твою же ж мать! — Северус, надо что-то делать, он сам не остановится, дальше только хуже будет. У магглов есть отличные программы реабилитации, частные клиники, конфиденциальность гарантирована. Слухи пойдут. А если Скитер прознает? Вообще конец всему. — Гермиона, у него и правда зависимость. — Северус решил не делать тайны, чтобы мнительная подруга не надумала себе ещё чего пострашнее. — Но не от наркотиков. Он — шопоголик. — По магазинам бегает? — она заметно расслабилась, даже улыбнулась. — Хуже. С доставкой на дом, на телемагазины подсел. Я деньги забрал и спрятал, а он вот как выкрутился! — Ну, это не так уж и страшно, — девушка явно не осознавала всей тяжести ситуации. — Это тебе так кажется. У нас дома полно бесполезного хлама, он его скупает оптом. Надо-не надо, всё равно. Скоро складировать будет некуда. — Если разобраться — это боком выходят детские комплексы, — задумчиво пофилософствовала она. — Ты знаешь, как он рос, всегда обделённый — и лаской, и материально… А теперь у него есть возможность тратить деньги без оглядки. Он хочет быть полезным, показать себя хозяйственным. Вещь ему кажется привлекательной и полезной, но стоит Гарри заполучить её, как вся былая прелесть исчезает, и он начинает заново. Понимаешь, он не специально! — С такими темпами скоро будет нечего тратить. — Может, к психотерапевту обратиться? Снейп задумался, потом улыбнулся: — Есть у меня одна идея. Говорят, клин клином вышибают. Шоковой терапией лечить буду…***
Свой нехитрый план Снейп готов был реализовать уже на следующий день, благо подготовка не требовала больших затрат. Северус осторожно заглянул в спальню — Гарри сладко посапывал, лежа на спине, закинув одну руку вверх, другая покоилась вдоль тела. Крадучись, Снейп пробрался в спальню, поставив обычную черную сумку у изножья кровати. Поглядывая на любимого, он извлек на свет пару наручников, соединенных не короткой цепью, а длинной тонкой бечевкой. Гарри не проснулся, когда Снейп защелкнул кольцо на одном запястье, обвил металлическую стойку кровати соединительной бечёвкой и приковал вторую руку. Теперь его любимый шопоголик никуда не сбежит и получит свою порцию лечения сполна. Коварно улыбнувшись, сел сверху на бедра любовника и провел ладонями по его груди, слегка царапая разгорячённую кожу коротко стриженными ногтями. Тот заворочался во сне, замычал, но не проснулся. Северус низко наклонился, губами обхватил один сосок, пососал, поддразнил кончиком языка. Потом второй, пока Гарри не открыл глаза: — Из тебя получился отличный будильник. Он жадно рассматривал обнаженный торс Снейпа, скользнув голодным взглядом до резинки приспущенных домашних штанов и выпирающих тазовых косточек. Хотел было прикоснуться к телу — и тут обнаружил, что руки прикованы. Губы изогнулись в улыбке: — Ты хочешь сверху? Всё сам? — Конечно, сегодня я сверху, любимый. Северус поёрзал на нем, дразня, и опустил руку вниз. Изогнулся, поднимая сумку, и поставил ее на край кровати. Гарри с нетерпением заглядывал в неё, ёрзая в предвкушении. Первым из недр появился черный шарик с ремешками. Потом другие шарики, соединенные между собой в длинную нитку. Лопатка, похожая на теннисную ракетку, только с тупыми шипами по периметру. Северус медленно извлекал каждый предмет, специально вертел в руках, чтобы Гарри мог его хорошенько рассмотреть. Последним появился флакон со смазкой. — Север, что за набор? — Видишь ли, родной, я подумал на досуге и решил: хорошее это дело — шоппинг. Только я покупал с расчетом, чтобы ты остался доволен. Всё это — не для меня, для тебя. — Я не согласен! — Никто тебя не спрашивает, любовь моя. Нам надо! Расслабься и получай удовольствие. Поттер яростно завертел головой, когда Северус наклонился к его лицу с кляпом. Гарри задергался, но Снейп обидно щёлкнул его по носу. Гарри открыл рот, чтобы возмутиться, а Северус тут же ловко застегнул ремешки на липучке вокруг головы — и шарик оказался зажат между зубов. — Жалко, я не смогу тебя поцеловать в губы. Ну, ничего. Зато всё остальное — моё! И он принялся языком исследовать шею, прикусывая кожу и зализывая места укусов. Полюбовался судорожно дёрнувшимся кадыком. Опустился ниже, обласкал грудь и живот, огладил бока, пощекотал ямку пупка. Запустил палец под резинку трусов, натянул немного и отпустил, легонько шлёпнув по коже. Погладил через ткань вставший член, сполз и потёрся щекой. — А говорил — не согласен. Через минуту трусы были спущены до колен, а головка полностью вставшего члена скрылась во рту Снейпа. Гарри глухо застонал, пока Северус мягко посасывал, обводя головку кончиком языка. Вбирал и выпускал, водил по гладкой щеке и неровностям неба. Расслабил горло и насадился до конца, как любит Гарри. Тот извивался, напряжённый и возбужденный, шумно дышал и постанывал. Раздвинул ноги и согнул их в коленях, когда Снейп ласкал его мошонку, перекатывая яички. Прикоснулся кончиком пальца к анусу, помассировал его, погладил, размазал смазку. Вернулся к минету, понемногу проталкивая первый палец, растягивая мышцы. Поглаживал изнутри, изредка поворачивая, осторожно проникал в дырочку. Северус еле сдерживался — собственный член ныл от напряжения, выпирал под одеждой. Но его план требовал выдержки и полной концентрации, иначе задуманное не выйдет. Разрабатывал тщательно, постепенно, не давая возбуждению спадать, чтобы любимый наслаждался процессом. Гарри задушенно мычал и стонал, как и прежде, отзывался дрожью нетерпения на каждую ласку. Оторвавшись на минуту, Северус смазал соединенные ниткой шарики и приставил самый маленький к разработанному отверстию. Шарик с лёгкостью проскользнул, за ним второй. Твердый пластик растягивал порозовевшие края сфинктера. Гарри реагировал всхлипом на каждое проникновение, но не от боли — инородный предмет проскальзывал внутрь, задевая простату и посылая по телу разряды экстаза. Предпоследним шариком Северус немного подразнил — надавил и отнял, покружил вокруг, натянув соединительную нить, заставляя уже погружённые двинуться назад. Наконец, после нескольких таких повторов, он присоединился к остальным. Последний, самый большой по диаметру, максимально растянул анус и исчез внутри, оставив снаружи только конец нити с кольцом. Гарри ахнул, откинув голову назад, переживая новые ощущения. До этого дня в нём был только член Северуса, игрушками они пользовались впервые. Снейп подхватил любовника под колени, подняв их к его груди, открывая себе доступ к округлым ягодицам. Его любовник поддерживал себя в отличной физической форме, чтобы позволить так изгибаться без вреда. Взял «теннисную ракетку», предварительно повернув ее гладкой стороной, и несильно шлепнул ею по округлой заднице. Наполненность внутри ощущалась особенно остро: когда от удара Гарри взрогнул и сжался — шарики внутри сдвинулись, напоминая о себе. Северус увеличил частоту, но не силу ударов, разогревая кожу и мускулы под ней. Каждый раз, когда шлёпалка опускалась на разгорячённую кожу — Северус не отводил взора от блестящего смазкой ануса, сжимающегося и расслабляющегося, наполненного шариками с ещё неизведанным Гарри сюрпризом. Он отложил шлепалку в сторону, провел ногтями по внутренней стороне бедра, легко ущипнул. Гарри немного расслабился, его дыхание стало не таким шумным и частым. Порозовевшая от шлепков кожа выглядела соблазнительно, Северус не отказал себе в удовольствии лизнуть её, поцеловать нежную разгорячённую кожу. Он слегка сдавил округлый соблазн ягодиц, развёл в стороны, облегчая себе доступ к сосредоточию наслаждения. Гарри заёрзал, едва язык коснулся краёв дырочки, но неудобная для него поза не давала простора манёвру. Северусу как раз было удобно. Он вылизывал складочки, щекотал кончиком языка вход, отрывался и чередовал поцелуи каждой разогретой половинки, потом снова принимался ласкать. Гарри стонал не переставая, сжимал зубы, грозя прокусить пластик зубами, когда губы Севера ласкали отшлёпанную попу. Снейп сжалился над любимым, опустил его ноги, давая минуту передышки в чувственной пытке. Глаза Гарри сияли каким-то потусторонним светом, будто он воочию видел чертоги Вальгаллы, лоб покрыт бисеринками испарины, из уголка рта потекла тонкая ниточка слюны, пересохшие губы растянуты. Раскрасневшийся, часто дышащий, разгорячённый неутолённым желанием — Северус залюбовался этим воплощением соблазна. Наверно, именно так выглядели древние демоны-инкубы, способные совратить даже убеждённого гетеросексуала. Северус взял в руку небольшую черную коробочку с единственной кнопкой на ней. Лег на Гарри сверху, целуя поочередно его губы поверх кляпа, и нажал на кнопку. Гарри напрягся струной, протяжно застонал, синхронно дернул бедрами вверх, а руками — удерживающие его наручники, до предела натягивая оковы. Член его засочился смазкой, пачкая прозрачными каплями живот. Северус сам не мог больше ждать — оседлал его, перехватив член под головку и, обильно смазав, начал на него опускаться, прикрыв глаза, полностью сосредоточившись на своих ощущениях. Застонал, когда насадился на член полностью, насколько возможно глубоко. Наклонился, быстро разрывая липучки и вынимая кляп, поцеловал Гарри. Приподнял бедра так, чтобы внутри оставалась только головка члена и снова опустился. Гарри немного пришел в себя и стал вскидывать бёдра, толкаться в такт движениям, но сегодня Северус решил его полностью избавить от инициативы: он опять нажал на небольшую кнопку на пульте — и Гарри изогнулся, закатывая глаза, захлебнулся криком наслаждения. Шарики завибрировали внутри, раздражая стенки и чувствительную железу. Северус ускорялся, лаская себя, изредка подглядывая за любовником из-под полуопущенных ресниц. Возбуждение было слишком велико: Север кончил первым, выплеснув сперму ему на грудь. Член Гарри сжало, и он излился внутри жаркой тесноты. Оргазм многократно усилила вибрация, он почти потерял сознание от новизны ощущений. Снейп поставил руки по обе стороны тела любовника, смотрел ему в лицо. Тело остывало после оргазма, становилось прохладно, но он не спешил сняться с члена и освободить любовника. Дождался, когда Гарри придет в себя и откроет глаза: — Понравилось? — Север, это было… у меня нет слов!!! Спасибо, любовь моя! — А теперь послушай меня очень внимательно! Утром я верну тебе все деньги. Но! Если ты еще хоть раз наберешь номер с экрана телевизора — будешь жить только воспоминаниями о сексе. — Особенно таком? — Любом. Любимый, я не шучу. — Я понял. Только… — Что? — Закажи сам еще парочку таких штучек. А?
Примечания:
Бечено
