Ты моя весна

      «Мама…»        Тихий шёпот донесся будто издалека, и принцесса Лея Органа открыла глаза. Она всегда спала чутко, и этот раз не был исключением. Возможно, это была всего лишь игра воображения, но вот уже шесть лет молчащие Узы дрогнули, просыпаясь. Что это? Ей послышалось? Или, может, привиделось? Этот шёпот так знаком!        Последние дни ей часто снился их старый дом на Хосниан-прайм, их прогулки в Висячих Садах, как они в перерывах между заседаниями Сената кормили на Сенатской площади набуанских голубей, расплодившихся по всему Республиканскому городу. Отголоски воспоминаний, яркие картинки прошлого, в котором не было места её отчаянию — хорошего там было слишком мало, чтобы заглушить боль от собственного предательства. Превосходный сенатор, лидер Альянса, одна из основателей Новой Республики, блестящая Лея Органа-Соло, проигравшая самое главное сражение в своей жизни. Ведь уже тогда она меняла драгоценные минуты с сыном, что нуждался в ней, на пустые бесконечные споры с центристами. Ругаясь в очередной раз с Ханом на глазах собственного ребенка, рушила его такой уютный и надежный мир, где он считал себя в безопасности. Улетая снова и снова с дипломатическими миссиями, на дальние планеты рисковать своей головой, что оставляла она после себя в душе собственного сына? Чувство одиночества, заброшенности, осознания ненужности собственным родителям… Где был её материнский инстинкт? Где был её криффов хвалёный ум? Кому и что она доказывала бесконечной чередой конфронтаций? И ради чего… Насколько нужно быть слепой, чтобы не заметить страдания собственного ребенка? Она, боец по своей сути, даже не попыталась отвоевать своё дитя. И ведь видела, чувствовала с самого начала, что Бен, как истинный Скайуокер, уязвим. В любом из них: Люке, отце, в ней самой, всегда есть частица Тьмы. Лея знала об этом, но ничего не сделала. Понадеялась на брата, стремясь полностью погрузиться в новое противостояние. Но выбрала не ту битву, не то сражение… И проиграла. Везде.        Хотя, к чему теперь эти самобичевания. Они не изменят ровным счетом ничего… Ведь всё это уже исчезло, развеялось пеплом и космической пылью: дом, сады, даже эти дурацкие голуби. Прошлое умерло окончательно в тот день вместе с Хосниан, вместе с Ханом, вместе с Люком и храмом джедаев, вместе с ещё сотнями тысяч жизней.       «Мама…»        Снова раздался, будто просящий что-то шёпот, но теперь Лея была уверена, что не спит. Какие-то невидимые нити в её душе задрожали, отзываясь на это слово. И голос, такой знакомый и незнакомый одновременно. Он мог бы принадлежать её сыну… но что за глупость она думает? Бена больше нет, а Кайло Рену не нужна мать, ведь, он привык справляться со всем один.       «Мама…»        И тут, будто в противовес её мыслям, безумным корусантским фейерверком вспыхнули Узы, наполняя теплом каждую клеточку её тела. От нахлынувших и почти позабытых ощущений навернулись слёзы и покатились по щекам. Задышалось так легко, словно до этого что-то мешало, давило. Осторожно, боясь спугнуть эти волшебные и такие совершенные в своей естественности и правильности мгновения, Лея потянулась мысленно к этой сверкающей, словно взрыв сверхновой, Нити.       «Здравствуй, сын…»

***

       Рей металась по комнате, словно раненый ворнскр, не зная то ли бежать к Лее прямо сейчас, то ли сперва известить генерала Калриссиана. Где бы ни был сейчас Кайло Рен, но до этой дыры ему явно не добраться в ближайшие несколько часов, а генералу Органе просто необходимо хоть немного поспать. Да, поговорить сначала с Лэндо, кажется оптимальным решением. Он поможет им незаметно улететь, не привлекая внимания. И, кажется, «Сокол» придётся оставить здесь, этот корабль слишком знаменит по всей Галактике.        Не успела она сделать и пары шагов в сторону двери, как та с шипением распахнулась и на пороге предстал По Дэмерон. Его губы были поджаты, а движения резки. Рей почувствовала, как внутри нарастает тугой узел страха, она уже почти знала, что По скажет ей, но всё же…       — Мы в ловушке, — без предисловий начал он.       — Что?! — на неё словно вылили ведро сжиженного углерода. Нет-нет-нет! Рен не мог добраться до них так быстро!       — Первый Орден здесь, — Дэмерон без сожаления растоптал её наивные попытки избежать реальности.       — Откуда ты знаешь? — еле ворочая языком, спросила она.       — Я был на «Соколе», когда на соседнюю площадку приземлился их монструозный шаттл «Ипсилон». Я быстро смылся, они не успели меня заметить, но вот наш фрахтовик… — По удрученно покачал головой. Он тоже считал корабль Хана Соло слишком приметным. — Либо нас предали, либо у вселенной слишком плохое чувство юмора.       — Надо предупредить Лею, и как можно быстрее.        Рей схватила остов светового меча, оставшиеся детали, инструменты и вместе с книгами кинула в наплечную сумку. И тут едва различимо, каким-то шестым чувством она услышала:       «Рей!»        О, нет! Сердце пропустило удар, она знала этот голос. Вспоминая всё, что она успела прочитать в книгах, услышать от мастера Люка и испытать на собственной шкуре на Старкиллере, Рей судорожно поднимала свои ментальные щиты. Она не позволит этой твари снова залезть к себе в голову. Никогда больше.       — Идём, — уже на ходу бросила она По, но пилот и не думал отставать.       «Рей!»        Они быстрым шагом двигались по ярко освещенным коридорам. Из-за позднего времени те были пусты и безлюдны, что шло только на пользу беглецам.       — Я не верю, что генерал Калриссиан нас предал, — тихо проговорила девушка, осторожно выглядывая из-за угла и проверяя, нет ли там кого лишнего. Дэмерон молча достал из набедренной кобуры бластер, ставя его на предохранитель.       «Рей!»       — А я и не имел в виду его. Здесь полно народа, нас могли узнать и доложить, куда следует.        Они быстрым шагом пересекли очередную площадку, где сходились несколько коридоров, и повернули направо.       «Рей!»        Слева от них открывался вид на посадочные площадки, и «Сокол», вокруг которого толпились штурмовики Ордена, выделяясь белой бронёй на фоне желтоватых в ночи облаков. Дэмерон замер, вглядываясь в открывшуюся картину перед ним.       «Рей!»       — Их не слишком много, — тихо проговорил он, не отрываясь от обзорного окна. — Не более двадцати. Похоже, на эскорт сопровождения. И либо где-то прячутся ещё, что маловероятно, так как «Ипсилон» прилетел один, либо они и сами не ожидали нас здесь встретить.       — Они явились за мной, — прошептала Рей, и мужчина удивленно на неё взглянул. — Кайло Рен знает, где мы. Он прочёл это у меня в голове. По, я так сглупила!       «Рей!»       — Как он смог? — только и спросил пилот, все еще удивлённо рассматривая девушку перед ним, но тут же сам себя оборвал: — Нет, лучше не рассказывай. Эти ваши джедайские штучки, да?       — Что-то вроде того, — криво усмехнулась она, и, проверив прочность щитов в голове, посмотрела прямо в глаза Дэмерона. — Мы связаны Силой с Кайло Реном, можем периодически видеть друг друга, говорить и даже касаться. Не знаю, можем ли мы как-то и чем-то убить один другого в этот момент, но точно не бластером. Я пыталась. Полчаса назад Сила соединила нас, это было так неожиданно, что я позволила ему копаться в моей голове и даже не почувствовала этого! Он знает всё: где мы, сколько нас и кто именно.       — Вот криффов ублюдок, — возмущенно выдохнул мужчина.       — Это я виновата, По, — в отчаянии прошептала Рей.       — Не придумывай, — оборвал её Дэмерон. — Просто так случилось. И я не думаю, что полчаса хватило бы даже самому Верховному Ублюдку Рену, чтобы добраться до этой галактической задницы.        Девушка через силу улыбнулась, походя отметив про себя, что зов пропал. И незаметно облегченно вздохнула.       — Идём, надо поскорее найти генерала и наших. Пора сваливать отсюда, — мужчина взял её за руку и потащил за собой. Они снова передвигались короткими перебежками, стараясь не попасть в свет прожекторов, льющихся с посадочных площадок.        Миновав ещё пару коридоров, они, наконец, подошли к покоям главы Сопротивления. Рей уже подняла руку, чтобы постучать, как дверь открылась сама, и на пороге появилась Лея.       — Генерал, — заговорил По, — у нас…        Тут его неожиданно прервал писк коммуникатора в руках Органы. Она сделала знак подождать и нажала кнопку ответа.       — Лея, — раздался искаженный динамиком голос генерала Калриссиана. — У нас проблемы.       — Слушаю тебя, — ответила женщина, смотря прямо в глаза Рей, будто уже знала. Знала вообще всё!       — Заявился какой-то чинуша орденский, подписывать документы на поставку тиббана. Я и знать не знал, что они что-то у нас покупают, видимо через подставных лиц работали, сарлачьи выродки…       — Ближе к делу, Лэндо, — Лея не отводила взгляда.       — В общем, они знают, что вы здесь. Опознали по «Соколу». Собирай своих и двигайтесь в сторону пятьдесят седьмой платформы, это на ремонтном уровне.       — Поняла.        Лэндо отключился, а генерал, всё так же, не давая им сказать, нажала кнопку вызова.       — Иматт, собирай всех, встречаемся на пятьдесят седьмой платформе. Орден здесь.       — Понял, — майор был краток, и Лея оборвала связь.        Она снова пристально посмотрела на Рей, но в её взгляде не было недовольства, только… интерес?       — Я знаю, что ты хочешь мне сказать. Но ты не права.       — Но как…       — Сейчас не время и не место об этом говорить, — оборвала её Органа и повернулась к Дэмерону. — По, веди нас.       — Слушаюсь, генерал.        И они двинулись вперед. Лея тяжело опиралась на трость, но не отставала. Они спустились на технический уровень, где располагались ремонтные ангары. В обзорных окнах то тут, то там мелькали дежурными огнями транспортники и атмосферные звездолёты вперемешку с какими-то огромными ящиками, сломанными дроидами и просто огромными кучами технического мусора. Неожиданно Рей остановилась, что-то встревожило её.       — Впереди кто-то есть, — тихо произнесла она, и По вскинул бластер.       — Уже не важно, — генерал тяжело дышала. — Почти пришли.        За очередным поворотом послышался отдалённый топот ног в тяжелых сапогах. Рей нервно огляделась по сторонам. Бежать было некуда, разве что выбить окно и попытаться затеряться в ангарах. Кажется, генерал Органа думала в этом же направлении, потому что уже через мгновение неукрепленное стекло взорвалось мириадами осколков. Девушка с удивлением посмотрела на маленькую пожилую женщину, устало опершуюся на трость обеими руками.       — Не смотри на меня так, — устало ухмыльнулась Лея. — Я, все же, дочь величайшего форсъюзера.       — По, помоги, — сказала пилоту Рей. Мужчина без вопросов подставил плечо своему генералу, помогая той перебраться через пустующую раму, после чего выбрался сам, подавая Рей руку. Уже вылезая, она услышала, как совсем рядом стучат сапоги штурмовиков.        Ещё через пару секунд из-за угла показался первый солдат в белой броне, которого тут же пристрелил Дэмерон. Остальные резко остановились, и послышался чей-то голос:       — Не убивать без моего приказа! Исполняйте.        Девушка Силой призвала к себе бластер убитого штурмовика. И как раз вовремя, потому что по ним открыли огонь. Сделав пару ответных выстрелов, они устремились укрыться за каким-то уродливым грузовым кораблем. Бластерные заряды мелькали совсем рядом, но беглецы нырнули под защиту рампы и двинулись дальше. Однако совсем скоро удача изменила им, штурмовики явно были быстрее и многочисленнее, окружая и не давая возможности выбраться из кольца.       — Дерьмо, — выругался Дэмерон, оглядываясь по сторонам.       — Следите за языком, коммандер, — одернула его Лея.        За контуром каких-то терминалов, остатков обшивки кораблей и прочего мусора, то тут, то там мелькала белая броня штурмовиков. Неожиданно, они оказались на открытой площадке, в одном углу которой шаткой колонной стояли топливные баки. Кольцо погони замкнулось за их спинами, штурмовики окружили, отрезая последнюю возможность сбежать. Послышался лязг возводимых наизготовку бластеров. Это конец. Тем временем, из тени звездолёта медленным шагом вышел человек в офицерской форме Первого Ордена и остановился, сцепив за спиной руки. На его скуластом лице расцвела злая ухмылка.       — Сегодня явно мой счастливый день, — заговорил он неприятно высоким голосом, самодовольно растягивая гласные. — Весь цвет сопротивления под прицелом солдат Первого Ордена. Генерал Органа, честно признаюсь, не ожидал вас здесь встретить, да ещё и в компании лучшего пилота Сопротивления… — тут он заметил Рей, и его глаза сузились от гнева. — А с тобой, мусорщица, у меня отдельные счёты.       — Когда обращаетесь к старшему по званию, — холодно заговорила Лея, бросая презрительный взгляд на знаки отличия офицерских погон, — лейтенант, принято представляться.       — Если вам будет легче умереть с этим знанием, — мужчина равнодушно пожал плечами и карикатурно поклонился. — Лейтенант Первого Ордена Дофельд Митака.       — Так вот, лейтенант Митака, — генерал Органа недобро прищурилась. Тем временем рука, лежащая поверх трости, напряглась. Краем глаза Рей увидела, как бесшумно за спинами штурмовиков по воздуху скользят топливные баки. — Согласно военному институту, казнить меня имеет право только вышестоящий чин. Митака рассмеялся.       — Согласно приказу, вы и всё Сопротивление, приравниваетесь к военным преступникам и диссидентам, а потому лишаетесь всех воинских званий и привилегий, будь они присвоены вам Новой Республикой или же самой Империей, и приговариваетесь к расстрелу. Примите же свою смерть достойно. В конце концов, Первый Орден оказывает вам честь, выбрав для вас такую казнь.       — Это мы еще посмотрим, — прошептала дочь Избранного, и рука её сжалась в кулак.        В это же самое мгновение за спинами штурмовиков взорвался первый бак с топливом, а затем один за другим все остальные вокруг. Рей ещё успела заметить, как взрывной волной лейтенанта отбросило прямо на корму ближайшего корабля, а потом огненные шары заслонили собой всё. Гудящая стена пламени выросла из ниоткуда и понеслась, собирая свои жертвы. Девушка почувствовала, как её ресницы опалило жаром, прежде чем генерал Органа очертила рукой полукруг, словно закрываясь плащом, и огонь отступил от их маленькой группки.       — Быстрее, — прохрипела Лея. Выглядела она ужасно, глаза запали и под ними залегли темные круги, кожа мертвенно побледнела, из-за чего лицо казалось похожим на какую-то застывшую маску. — Надо уходить.        Без лишних слов Дэмерон бросил Рей свой бластер и подхватил обессилевшую женщину на руки. Они практически бежали, а за спиной гудело разгневанное пламя, которое добралось уже почти до потолка. Наконец-то сработала дымовая сигнализация. Она коротко и противно взвыла, после чего из ниш в стене выехали пожарные дроиды, а дюрасталевые двери в другие ангары начали закрываться одна за другой, отсекая остальные помещения от неуправляемого огня. Пара отчаянных железяк практически сразу оплавились, подъехав слишком близко к бушующему пламени. Беглецы выскочили через дверь, которая практически сразу с лязгом захлопнулась за ними, и устремились вперед. Наконец, генерал смогла отпустить защитное поле Силы и обмякла на руках По.        Рей казалось, что они идут бесконечно долго, а Лея всё не приходила в себя. Неожиданно, за очередной горой технического мусора показалась группа людей, стоящих возле переливающегося посадочными огнями грузового корабля. Навстречу им быстрым шагом вышел Лэндо.       — Наконец-то, — воскликнул он, но тут заметил состояние Леи и побледнел. — Что случилось?       — Нас выследили, — Рей пыталась перевести сбившееся дыхание, но все никак не получалось. — Если бы не генерал Органа, нам пришёл бы конец.        К ним подошли Иматт и Бранс. Последний аккуратно забрал Лею из рук запыхавшегося Дэмерона и направился вверх по рампе звездолёта.       — Где остальные? — прохрипел По.       — Уже на корабле. Вы последние. Летите скорее.       — Генерал Калриссиан, а как же вы? — Рей с тревогой посмотрела на темнокожего мужчину. — Они узнают, что вы помогли нам.        Тот лишь отмахнулся.       — Отбрехаюсь, как и всегда. Летите, пока сюда не нагрянул весь орденский флот.        Дэмерон коротко попрощался с Лэндо, после чего опять схватил Рей за руку, таща за собой в корабль. Откуда-то изнутри раздался рев вуки.       — Иди к генералу, и постарайся узнать, куда нам лететь. Мы с Чуи справимся, но было бы неплохо хотя бы знать вектор координат, — По совсем невесело усмехнулся. Невысказанная тревога повисла между ними в воздухе.        Девушка кивнула и двинулась по узкому коридору транспортника. Лея нашлась в медицинском закутке, она пришла в себя, но дыхание давалось ей с трудом. Услышав шаги, женщина повернула голову и встретилась с ней взглядом.        Вопрос так и остался незаданным, Рей чувствовала всё сама. Сила вела её, и она видела, как яркая звезда Леи Органа-Соло тускнеет катастрофически быстро. Слезы готовы были покатиться из глаз, но мусорщицы с Джакку не плачут. Она молча опустилась на колени рядом и взяла тонкую испещренную морщинами руку в свои ладошки. Надо было что-то сказать, но слова не шли. Тихо гудели двигатели, поднимая корабль и выводя его в атмосферу планеты, где-то вдалеке что-то ворчал Чуи.       — По спрашивает, куда лететь, — наконец тихо проговорила Рей. Это было совсем не то, что она хотела сказать, но при этом понимала, что любые слова благодарности за их спасение будут сейчас ещё более неуместны.       — Скажи, пусть летит в Полис-Масса, — едва различимый шепот. — И возвращайся, нам надо успеть поговорить.        Рей вернулась через пару минут и снова опустилась на колени рядом с Леей. Мигнул свет, транспортник дрогнул, срываясь в гиперпространство. Женщина заговорила, и голос её звучал почти на грани слышимости.       — Я знаю, что произошло между тобой и Кайло на Беспине. Прошу, поверь мне, он не знал, что сюда летит шаттл Ордена. Он… он пытался дотянуться до тебя, чтобы предупредить, но не смог. И тогда позвал меня.       — Не думаю, что Верховный Лидер нуждается в оправдании или объяснении своих действий, — прохладно заметила Рей.       — Все верно, но на правах матери, я хотела бы прояснить ситуацию. Мы должны закончить эту войну, Рей. Меня скоро не станет, и решать судьбу Галактики предстоит вам двоим, по праву Силы.       — Но я не хочу… я никто.       — Ты можешь не хотеть этого, ты можешь закрывать глаза на происходящее, но бесконечно убегать не получится. И только от вас зависит, остановятся ли бессмысленные войны, или начнется новый виток этой бесконечной истории. Республика, Империя, Орден — всё это пережитки прошлого, раз за разом совершающие одни и те же ошибки в своем неуемном желании абсолютного правления. Но итог всегда одинаков, одна война порождает другую, сколько бы мы с этим не боролись, — Лея помолчала, набираясь сил. — Знаешь, род Скайуокеров несет на себе бремя Избранного, этот рок довлеет над всеми нами. В нём наша сила и наше же проклятье, потому что одиночество всегда было нашим единственным спутником. Но, кажется, впервые Вселенная поняла, что одних нас недостаточно, что нам нужен кто-то, чтобы уравновесить наше пламя, и подарила Галактике тебя — равную нам по силе, но совершенно чуждую жажде власти.        Женщина замолчала, обдумывая свои следующие слова. Сил говорить не было, но она должна была успеть.       — Рей, — слова давались ей с огромным трудом, — теперь именно ты стоишь на грани самого важного решения в своей жизни. Потому что выбирать придётся из двух равных величин, и лишь от тебя зависит, сможете ли вы удержаться на тонкой грани равновесия. Тебе придётся шагнуть в неизвестность, ибо отныне любое твое решение может оказаться тем самым выбором. Ты выросла под жарким солнцем Джакку, но загляни в себя, что ты чувствуешь?       — Мне холодно… всегда холодно, — неожиданно для самой себя ответила Рей.       — Страх. Замерзнув в своем прошлом, ныряя в свои воспоминания, цепляясь за призраки, ты боишься поднять голову и посмотреть вперёд.       — Вы… вы сейчас говорите практически то же самое, что и Кайло тогда, — ошарашенно проговорила девушка.       — Потому что он понял, что нельзя достичь нового результата каждый раз делая одно и то же. От раза к разу мы все повторяли ошибки друг друга, действовали одинаково. Поэтому ни Империя, ни Республика так и не смогли установить мир в Галактике.       — Но разве Первый Орден не пропагандирует имперские взгляды?       — Орден Сноука — это не Орден Кайло. Рей, дай ему шанс воплотить задуманное. Он ходит по лезвию собственного рассудка, пытаясь не разорваться от внутренней борьбы между Светом и Тьмой. И я верю, не могу не верить в то, что он справится, удержится. И все же… все же, если я ошиблась, прошу тебя, не испытывай сомнений, когда придёт время и сделай то, что должно. Власть и Сила опьяняют, мне ли не знать этого. Но ты не испорчена ими. Когда ты вдруг поймешь, что это не человек более, а машина, то будь милосердна и даруй ему смерть. Это будет лучше, чем бесконечное существование в собственных самых жутких кошмарах. Прошу тебя.        Рей пораженно молчала. То, о чем просила её Лея, казалось невероятным, невозможным.       — Не уверена, что готова принять такую ответственность, — пробормотала девушка.       — К этому вообще нельзя быть готовым, — слабо улыбнулась Лея, и сжала ладонь Рей. Силы покидали её. — Придёт время, и вы сядете за стол переговоров. Но пока, просто дай ему шанс прервать этот бесконечный круг. Пожалуйста.       — Хорошо.        Генерал устало замолчала и откинулась на подушку. Транспортник тихо вибрировал, унося их прочь, и тишину медицинского отсека нарушало лишь хриплое дыхание Леи. Они сидели, безмолвно поддерживая друг друга этим маленьким прикосновением, делясь последним теплом и заботой. И обе вздрогнули, когда к ним почти бесшумно подошёл По Дэмерон. Так же, в молчании, он встал на колени рядом с женщиной, что невольно заменила ему мать.       — По, — еле слышно заговорила Лея, кладя вторую руку на курчавую темноволосую голову лучшего из её пилотов. — Хватит войн, По. Пришла пора возвращаться по домам. Мир меняется, и мы должны измениться вместе с ним. Обещай мне, что поможешь закончить эти никому ненужные битвы. Обещай.       — Обещаю, — прошептал Дэмерон, и по щекам его потекли слёзы.        Корабль содрогнулся, и выскочил из гиперпространства. В окно иллюминатора Рей увидела астероидное поле, что тянулось, казалось, бесконечно.       — Полис-Масса, — принцесса Лея Органа-Соло смотрела с какой-то жадностью на бесчисленные огромные куски камней, медленно парящих в черноте космоса. — Здесь я родилась, здесь я и уйду. Символично, правда?        Рей беззвучно заплакала, стискивая хрупкую ладонь и содрогаясь всем телом.       — Не надо слез, маленькая Рей с Джакку. Сила зовёт меня. Прошу только, отвезите моё тело на Набу. К моей матери.        Лея ещё раз взглянула на астероидное поле и закрыла глаза. И последний вздох её был наполнен миром, воцарившимся в душе. Безвольная рука соскользнула с головы Дэмерона.

***

       Он стоял посреди разгромленного кабинета, и острие его меча упиралось в дюрасталевый пол, который уже практически плавился. Где-то искрила проводка, отчетливо пахло палёным углепластиком. Ещё минуту назад Кайло метался, как загнанный в угол крайт-дракон, но теперь из него словно выпустили весь воздух. Только что гнев от собственного бессилия разрывал его на части, привычно выплёскиваясь слепой разрушительной силой, но сейчас все кончилось. Не осталось ничего. Один далекий всплеск Силы, и у него будто открылись глаза.        После какого-то сумбурного разговора с матерью, когда он сам не представлял, что делает, зачем и как ей объяснить происходящее, Кайло снова отгородился от неё в Силе. Её голос будил в нем то, что должно было умереть давным-давно. Это было неправильно, и в тоже время эти чувства были так естественны. Мать была безукоризненно вежлива и приветлива с ним. Женщина, которая ещё недавно заявляла во всеуслышание, что её сын мертв, была так нежна. Что это было? Обман? Попытка сыграть на сыновьих чувствах? Нет, Сила не могла лгать, Кайло чувствовал искренность и… прощение. Она прощала его и просила прощения сама!        Внезапно дрогнули Узы. Нет, Лея Органа не пыталась найти своего сына, это было что-то другое. Не отдавая себе отчёт, он потянулся за ними, лихорадочно снимая ментальные щиты, открываясь ей, следуя причудливому пути их Нити. И тут он услышал её слабый шёпот…        «Сила! Сила! Прости потерявшихся детей этих, ибо, не ведая себя, творят неразумное».        Что?       «Прошу тебя, направь, подскажи, не оставь в их одиночестве.  Не дай приобрести мир и потерять душу».        Что происходит? Мама!        «Сила! Тебе я вверяю себя навечно и вовеки веков».        Нет! Нет-нет-нет! Мама! Пожалуйста, только не сейчас! Мама! Мама!        Но Нить неумолимо истончалась и, в последний раз вспыхнув, рассыпалась звездным крошевом.        И он закричал. Падая на колени, Кайло орал от боли, что принесла за собой эта сверкающая пыль, от нахлынувшей пустоты, от бесконечного щемящего чувства материнской любви, от того, что так и не успел сказать главного, от того, что теперь он остался совершенно один. Когда воздух кончился, и лёгкие уже горели от нехватки кислорода, Кайло замолчал, невидяще смотря перед собой. Все еще стоя на коленях, он медленно закрыл глаза.        Последний Скайуокер. Он не имеет права на ошибку, только не теперь.