ну и прикол

воскресенье, 28 февраля

сычен просыпается с пчелиным гнездом вместо головы. именно так он себя ощущает, когда от кровати себя буквально отдирает. весь мир плывёт, в неприятном шуме растворяясь. прийти в себя помогает лишь тяга выжить. он еле плетётся на кухню, ногами пол протирает, не поднимая их совсем. ему сейчас только в фильмы про зомби апокалипсис. - доброе утро, - встречает его кун улыбкой и стаканом минералки. сычен на это пока ответить не может. принимает у друга воду и ещё какую-то таблетку, которую сразу на язык кладёт, жадно жидкостью запивает, будто бы он в пустыне провёл не меньше недели. - лучше? - спрашивает кун, к готовке возвращаясь, - у нас сегодня на завтрак блинчики. - мои любимые? - младший садится за стол, пытается как можно тише все движения выполнять. ничего не выходит: стул скрипит жутко, череп сычену режет, руки на стол падают гирями весом не меньше десяти килограммов. все звуки парнем сейчас как самые жестокие пытки воспринимаются. от чего он кислую мину строит, хныча куну, что пить он больше никогда не будет. - это всего две бутылки пива были, слабак, - старший будто на зло так громко разговаривает, при этом ещё и создаёт кучу других раздражающих шумов. к завтраку сычена отпускает. к нему снова возвращается способность мыслить и осознавать, говорить и своего голоса не пугаться. - передайте шеф-повару слова благодарности от меня, - кривляется винвин, второй по счету блин поглощая, - его блюдо выше моих похвал. кун на это не отвечает, лишь улыбается, опуская взгляд. - и почему ты на программиста пошёл? самому бы знать, думает кун ещё полчаса после того, как сычен вопрос этот дурацкий задал. он моет посуду, в своих мыслях погрязнув, в то время как младший в комнату ушёл, наверняка чтобы японцу своему написать. winwin: юта сэмпай winwin: прости winwin: мне так жаль winwin: я не должен был писать тебе когда был пьян winwin: мне очень стыдно wild’n’free: да ладно тебе малыш wild’n’free: с кем ни бывает wild’n’free: я тебе тоже как-нибудь пьяным напишу wild’n’free: будем квиты winwin: и почему с тобой так просто ? wild’n’free: это плохо? winwin: нет winwin: но очень странно wild’n’free: ну знаешь ли wild’n’free: для человека все новое странно wild’n’free: погоди wild’n’free: если ты такое пишешь, значит, тебе есть с чем сравнивать ?? winwin: увы, winwin: да winwin: но вроде как winwin: у нас теперь все тоже просто winwin: по крайней мере как раньше точно wild’n’free: congrats, i guess ? winwin: да уж winwin: спасибо что ли winwin: как ты себя сегодня чувствуешь? wild’n’free: мне стало гораздо лучше, сычени! wild’n’free: это все твоя забота (´◠ω◠`) winwin: это все советы моей мамы winwin: как именно ты себя чувствуешь? wild’n’free: по крайней мере не дохлым wild’n’free: нос заложен и горло ещё болит wild’n’free: но я понимаю, что уже иду на поправку wild’n’free: температуры нет, слабости во всем теле тоже winwin: хорошо, котёнок winwin: ты мне докладывай о своём состоянии winwin: я волнуюсь winwin: позвонить тебе вечером? wild’n’free: да wild’n’free: позвони winwin: я тогда winwin: собираться буду winwin: напишу, winwin: как домой приеду winwin: пока, мой котёнок wild’n’free: буду ждать, сычен слова японца - спусковой механизм, приводящий в движение винвина. он собирается быстрее быстрого, несколько раз проверяет, не забыл ли он чего. на кухню к другу забегает попрощаться, а тот в растерянности даже сказать ничего не успевает. на улице уже сычен достаёт наушники и, подключая их к телефону, выбирает плэйлист на сегодня. ничего толком не придумав, включает треки вразброс, чтобы время зря не терять на суетливое жужжание города. под любимую музыку дорога не в тягость, длится не так долго, не давит тяжелыми взглядами незнакомцев. под любимую музыку мир не кажется таким негостеприимным и враждебным. однако, метро все такое же серое, своей наполненностью совсем пустым кажется. куда взгляд не брось - вид не меняется. сейчас и на улице так. снег почти растаял, из-за чего ветер до костей пробирает своими ледяными языками. так и норовит застудить какого-нибудь юнца без шапки. неудивительно, что юта заболел. до самого дома сычен погружён в мысли о простуженном японце. думает над тем, как же ему помочь. к разумным выводам, увы, не приходит. в квартире почему-то в десять раз холоднее, чем на улице, что очень даже странно. все окна закрыты, а термометр показывает 24 градуса. сычен на этом внимание зацикливать не собирается, у него на сегодня планы. парень ещё переодеться не успевает, как этим самым планам спешит написать. winwin: юта котёнок winwin: я дома winwin: я позвоню? wild’n’free: ты переоделся? winwin: тебе честно сказать ? wild’n’free: покушал? winwin: ну winwin: меня кун winwin: утром блинами кормил winwin: сойдёт ? wild’n’free: нет wild’n’free: иди переоденься в тёплое что-нибудь wild’n’free: умойся и руки помой wild’n’free: покушай хорошо wild’n’free: и только тогда можешь позвонить winwin: юта сэмпай winwin: ты мне что winwin: мама ? wild’n’free: скорее папочка wild’n’free: все, это не обсуждается wild’n’free: жду тебя минимум через полчаса winwin: но блин wild’n’free: все, с этого момента я на сообщения не отвечаю winwin: ты уверен, сэмпай? winwin: юта winwin: ты жестокий !! winwin: фу таким быть несмотря на все своё недовольство, сычен улыбаясь ярко, приступает к заданиям своего друга. в махровой пижаме невероятно удобно, и определённо лучше, чем в мокрых из-за погодных условий джинсах. а на голодный желудок все каким-то бе кажется, так что китаец даже не против его наполнить. правда в холодильнике у него пусто, как и вообще во всей кухне. зря, он всё-таки переодевался. в магазин идти сейчас совсем не охота, но киты в животе уже поют серенады, прося что-нибудь покушать. - черт, - выдыхает парень, шнурки завязывая. на улице все так же мерзко, из-за чего хороший настрой в небо паром изо рта улетучивается. повезло, что магазин рядом, думает сычен, набирая продукты в корзинку. вокруг полно таких же людей, угрюмых, одиноких. парню себя даже жалко становится, когда в этой бесформенной массе рук, ног и глаз он себя замечает. наверное, надо меняться. винвин это дело в мыслях уже на плечи японца перекладывает. думает, что тот его все равно изменит. сычен уверен, в лучшую сторону. китаец успевает первым из покупателей к пустой кассе прийти, сэкономив кучу времени на мучительном стоянии в очереди. он буквально вылетает из помещения, как только ему отдают чек, и несётся к дому. только у подъезда тормозит, карманы щупает, но ключи найти не может. неужели забыл? сычен почти в истерике бьет себя по бокам, пытаясь восстановить события до его похода за продуктами. это ему удаётся лишь после десяти минут безуспешного поиска ключей в куртке. парень недовольно вздыхает, доставая предмет своего чуть ли не нервного срыва из заднего кармана джинс. он настолько не удивлён этой тупой ситуацией, что все прежние эмоции стираются в одно простое ‘заебало’ в тусклых глазах парня. дома винвин сразу же приступает к готовке (если заваривание лапши можно так назвать). это, хвала небесам, у него получается. после перекуса сычен, не раздумывая ни секунды, юту набирает. хорошо, что ответ не заставляет долго ждать. иначе бы китаец уже с ума сошёл от сегодняшних провалов и неудач. - привет, малыш, - приветствует охрипший голос, - ты все сделал? - да, сэмпай, - улыбается сычен, - или лучше папочка? винвин смех сдержать не может, когда слышит резкий кашель со стороны собеседника, вызванный его словами. - после такого не смей меня монстром называть, - хрипит юта, отойдя от своего удивления (и смущения). - да ладно тебе, - сычену до жути нравится юту в такое состояние приводить, ему сейчас эту игру продолжить кажется лучшим вариантом, но есть какое-то но. - тебя как-то долго не было, - констатирует факт японец, - я успел соскучиться, малыш. - лучше не спрашивай почему. - а почему? и сычен юте всю историю рассказывает, сам над собой подшучивая да вместе с собеседником на особенно глупых моментах смеясь. - какой ты милый, - изрекает юта, когда китаец замолкает, - такой ребёночек. - не начинай, сэмпай, - винвин одним голосом глаза закатывает, тем самым заставляя друга улыбнуться ещё сильнее. - ты первый начал. - а вот и нет. - а вот и да. не спорь, малыш. - я и не спорю, котёнок, я правду говорю. - не придумывай, сычени, сам же знаешь, что это не так. - почему это не так? - что не так? - юта, ты дурак. - вообще-то еблан. - юта, ты еблан. парни всю беседу заполняют своими бессмысленными спорами, раз за разом находя новые причины для пререканий. только после часа общения они переходят на какие-то стоящие темы. - юта, а ты вообще учишься? - в плане? - ну, - сычен подбирает слова, которые могли бы лучше передать его заинтересованность, - как я тебе не напишу, ты сразу же отвечаешь. по телефону вот со мной не меньше трёх часов разговариваешь. ты на пары то ходишь? юта мягко смеётся, будто бы ребёнок у него спросил что-то, что должно быть известно всем. но младшего это не обижает, наоборот, уверенности придаёт. - я же на третьем курсе уже, всех преподавателей знаю, они меня тоже. понимаю, чью пару я могу прогулять, чью нет. тем более расписание я себе сам составил, как мне удобно. так что не волнуйся, я учусь, и ты мне совсем не мешаешь. - как скажешь, сэмпай, - сычен прикусывает губу, когда в голову вторгается непрошеный вопрос, который, по непонятным причинам, парень озвучивает, - у тебя были отношения? винвин ругает себя за необдуманные действия, совершённые в состоянии аффекта. заранее ищет ответы на подколы японца, пиная себя мысленно и угрожая расправой. - были. на первом курсе с одним классным человеком познакомился. они втянули меня в свою тусовку, там ребята разные были. трансы, гендерквиры, как и тот, с кем я встречался, и вообще вся лгбт компания. они меня многому научили, за что я безумно им всем благодарен. только тот самый человек оказался тем ещё помойным ведерком. не лучший первый опыт, я так скажу. юта раньше очень грустил, вспоминая те времена. сердце будто становилось неспособным к перекачке крови, но не останавливалось, превращая парня в полумертвого. глаза слезами наполнялись от тёплых воспоминаний, а ногти в кожу больно впивались становились от всех тех грязных слов, что он получил в свою сторону. теперь юта крайне осторожно подбирает своё окружение, к каждому новому человеку с опаской относится. ко всем, кроме сычена. и сейчас, когда он поделился этим с китайцем, грусти не было. была пустота, горячо желающая быть заполненной. - ну и прикол, - говорит винвин, всю информацию переваривая, - наверное, не стоит говорить, что мне очень жаль и все такое. скажу только, что рад, что ты с тем человеком больше не общаешься, если он такой нехороший. - спасибо, сычени. я тоже рад, ведь у меня теперь есть ты. - а у меня ты. странно, когда молчание не в тягость. а ещё страннее, когда это молчание по телефону. но парням это не мешает. они и без слов обществом друг друга наслаждаются, обрушившись каждый на свою кровать, крепко телефон около уха держа. юта рядом с собой сычена видит, руку которого сильно сжимает. сычен, в свою очередь, калачиком сворачивается, представляя, как юта со спины к нему своим тёплым телом прижимается. и тот, и тот боится красочную иллюзию потерять, нарушить ее словами, произнесенными вслух, поэтому оба предпочтение тишине отдают.

тишине, которая дарит им друг друга.

сычен не понимает, что произошло, когда видит окончившийся по вине юты звонок. он пытается дозвониться ещё раз, списывая все на плохую связь или нечаянно нажатую кнопку, но абонент ‘в не зоне действия сети’. тогда винвин принимается сообщения другу строчить, расспрашивая того, что же случилось. однако и те без ответа остаются. надо подождать, думает сычен, обратно на кровать падая да ноги к себе прижимая. его такая ситуация совсем не веселит, заставляет себе всякого напридумать. он, чтобы от мыслей дурацких отвлечься, на ютюб идёт, в поисковике забивая подборку смешных моментов exo. юта теряется, когда в дверь кто-то стучит, из-за чего, друга не предупредив, отключается. телефон куда-то в сторону отбрасывает. тот, на кнопку нужную упав, выключается. японец к двери подбегает, в глазок рассматривая того, кто посмел прервать его сладостную идиллию с китайским мальчиком. - заходи, - устало говорит он, переносицу потирая, когда открывает дверь джехену. только когда друг уходит у юты появляется возможность найти телефон, чтобы наконец ответить сычену. тот, наверное спит уже. ночь глубокая, но японец не может оставить китайца без объяснений. winwin: юта winwin: что случилось ? winwin: если я что-то не так сделал winwin: извини winwin: почему абонент в не зоне действия сети? winwin: ты в общаге? winwin: юта? winwin: ладно winwin: надеюсь, winwin: все в порядке winwin: напиши мне, как сможешь wild’n’free: сычени малыш wild’n’free: аргх извини wild’n’free: мне в дверь постучали, я испугался и телефон кинул wild’n’free: он выключился wild’n’free: ко мне друг приходил wild’n’free: только сейчас ушёл wild’n’free: ты меня извини wild’n’free: я столько косячу, прости, малыш winwin: да ладно winwin: бывает winwin: просто, в следующий раз winwin: постарайся все же меня предупредить wild’n’free: конечно, хорошо, как скажешь wild’n’free: а ты почему не спишь? winwin: не спится чего-то сычен все это время телефон из рук не выпускал, ожидая сообщения от японца. кофе себе заварил, чтобы не уснуть и не пропустить ответа юты. не позволял себе глаза закрыть, боялся провалиться в царство снов. он так устал за это время мучительного ожидания. он морально истощён, ему срочно нужны мягкие тёплые слова от друга. но веки уже бетоном на глаза ложатся, возможность на сладостное общение забирая. телефон из руки падает, как и голова на подушку. сычен засыпает, в полудремном бреду размышляя о том, как все изменилось в его жизни за последнюю неделю. и как изменится ещё за миллион таких же.