Часть 51
25 ноября 2019 г., 21:47
Примечания:
Убедительная просьба перечитать хотя-бы две последние главы, а то вы, наверное, уже все позабывали тут, пока я проду не выпускала♡♡
Четыре недели. Четыре. Недели. ЧЕТЫРЕ. ГРЕБАНЫХ. НЕДЕЛИ. Это долго...
Это долго особенно тогда, когда, когда у тебя переломана половина костей, ты нифига не помнишь, на всех злишься, обижаешься и еще надо умудриться убедить отца не подавать очередное заявление на человека, который пытался тебя убить. Но давайте по порядку. Да, я не хотела, чтобы на Хибики повесили обвинение. Ему нужна была помощь, а не наказание и я действительно хотела, чтобы ему помогли. Нормально. По человечески. Только этому черствому старику фиг что объяснишь. Я постаралась на славу, да.
Леви и Эрза приходили по несколько раз за неделю. Ну, про Локи я молчу, он домой вообще практически не уезжал. Только один раз и то, когда папа был здесь. А потом папа уехал. Он же такой занятой, у него такие важные дела! И не важно, что свою работу он даже с Марса делать может. Зато как судиться лезть, это мы можем, это мы умеем, это мы хотим. Замечательно.
Но дело совсем уже не в этом.
Драгнил.
Нацу.
С того дня он так ни разу и не появился. Эрза несколько раз говорила, что он приходил, пока я спала, но я не очень охотно в это верю. Ну не могли так совпасть звезды, чтобы КАЖДЫЙ ЧЕРТОВ РАЗ я спала. Невозможно.
И мне больно, блин! Выть хочется, вот как мне больно. От того и ору на всех. Ну да, это неправильно. Да, эгоистично, но я не могла на себя никак повлиять.
Так к чему это я?
Итак, сегодня меня выписывают. Да, у меня быстро все зажило, как сказал доктор, и мне уже нечего тут лежать. Тем более что через день у меня день рождения.
— Все готово, Лю? — Буквально влетев в палату, спрашивает Локи.
— Да, давно.
Улыбаюсь я и протягиваю ему сумку со всеми вещами. Интересно куда это ты так спешишь, братец? Ладно, потом спрошу. Спускаемся вниз, подписываю какие-то бумажки и мы идем к машине. Мне еще достаточно трудно и больно ходить, но не настолько, чтобы брать костыли, хоть доктор и советовал еще недельку другую походит с ними.
Как только мы выезжаем с парковки больницы Рыжий сразу разгоняется до максимально допустимой и всем своим видом показывает, что даже не собирается сбавлять скорость.
— И куда это мы так летим?
Ну да, ну да. Нельзя отвлекать водителя, но мне ведь интересно, блин.
— Ну, ты летишь домой, ведь так по нему соскучилась, а Плю соскучился по тебе.
Эта хитропопая тыква все еще думает, что может съезжать с темы так по мастерски, что я и не замечу. А вот и фиг тебе.
— А тыыыыы?
Он так закатывает глаза, что для полной картины не хватает только смачного причмока.
— А секрет.
Ах ты-ж засранец, не прокатит.
— Ну Локи, блин!
— Ладно, ладно. На свидание я иду, довольна?
Еще как.
— А с кем?
Ну, а что, вы думали я просто так от него отстану? Нетушки, пусть выкладывает.
— Ты ее не знаешь. Пока. Но послезавтра я вас познакомлю. Идет?
Ох, будто у меня есть выбор.
— Идет, естественно. Кстати, про послезавтра. Папа приедет же, да?
На этих моих словах он как-то странно замолк и стал серьезным. Что-то тут не чисто.
— Локи?
— Честно? Вряд-ли. Особенно если учитывать, что он рано утром улетает во Францию.
...
— Ясно.
Откидываюсь назад, отворачиваюсь к окну и закусываю палец. Только бы не заплакать. Только бы не заплакать. Только бы не...сука!
— Люсь, ну ты чего? Это-же не первый раз и ведь далеко не последний. Привыкай, зайка, я не хочу, чтобы ты каждый раз плакала.
Гладит меня по голове, от чего слезы льются еще активнее.
— В школу завтра пойдешь?
Мгновенно менять тему? Могём, умеем, практикуем.
— Да, хочу наведаться хотя-бы на пару часов. Подбросишь?
— Ясен пень подброшу. Вылезай.
Ой, надо-же. Даже не заметила, как до дома доехали.
— Прямо так поедешь?
— Угу)
— Досвидос, братик, повеселись там!
***
Этот дом пуст. Я-бы сошла с ума от его пустоты, если бы не это пушистое облако, которое прибежало мне на встречу. — Тихо, Плю, не прыгай на меня! Пес недоумевает, почему его со-хозяйка не обнимает и не гладит его, но все-же отходит. Хороший мальчик. Забыла забрать свои вещи из машины. Черт. А ведь, все, чем я могла-бы себя занять, в частности скетчбук и блокнот для стихов, остались там. Что ж, придется развлекать себя чем-то другим. Осталось где-то два часа до конца занятий. Леви обещала зайти после.***
Утро встречает меня привычным, родным, шершавым, мокрым языком. Конечно, мое утро уже не может считаться полным без этой облачной лизалки. И кстати, судя по весу, который сейчас давит на меня в виде его передних лап, друг Локи его хорошенечко откормил. — Не залижешь, так задавишь, да, Плю? Чешу его за ушком и аккуратно встаю. Школа, жди меня. Но, для начала, в ванную.***
— Да надул он его! Четко и красиво! Кстати, Гаж, судьи тоже были согласны, помнишь? — Не неси ерунды, отмороженный, надул он его, ага. Да твоего Киаса размазали по всему рингу! — Так, нет, стоп! Ты... Голоса друзей гудели в моей голове сплошным шумом, так как я уже полчаса не участвовал в споре. Скука смертная с каждым днем одолевала меня, да и в целом, нашу компанию все больше и больше с каждым днем с тех пор, как из моей жизни исчезла Люси. Точнее, я сам ее отстранил как можно дальше от себя, подписав себе смертный приговор. Это ужасно. И да, это было страшно. Я ведь действительно испугался того, что ее увезут. Далеко. Дальше, чем она сейчас. Насколько далеко, что я не смогу видеть ее, хотя-бы как сейчас. Не смогу наблюдать за тем, как она медленно и невероятно осторожно выходит из машины своего брата, а потом аккуратно шагает к школе, попутно здароваясь со всеми, улыбаясь и даже ни разу не споткнувшись. А потом доходит до скамейку и с кем-то мило болтает. — СТОП, ЧТО? КАКОГО ЛЕШЕГО ЭТА ДУРА ПРИПЕРЛАСЬ В ШКОЛУ? ЧТО ЗДЕСЬ ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ? — Люси! Сам не замечаю, как это вылетает и насколько эта уверенность странно звучит. — Что? Бро, я все понимаю, но по моему ты уже бредишь. Грей. Дебил. — Нет, Люси! Вон она! Опережает меня Гажил, показав пальцем на скамью. — ДА! ДА, ВАШУ МАТЬ, ЭТО ОНА! ЭТО ЛЮСИ, БЛЯТЬ! ЭТО! ХАРТФИЛИЯ! ЗДЕСЬ! И, СУКА, Я НЕ МОГУ УЙТИ! Не выдерживаю. — Так, хватит материться. Куда ты не можешь уйти и почему? Грей своим спокойствием все больше и больше превращается в Жерара. — Я...я не могу. Я не смогу... черт. Молчу. Меня будто парализовало. Я не готов говорить с ней. Не сейчас. Я слишком виноват. Меня не было с ней, когда я был нужен и я не имею право идти к ней сейчас. Просто не имею. Я чуть не потерял ее и не могу из-за своего эгоизма потерять ее опять. Нельзя. К ней. Подходить. Все. — Меня здесь нет. — Кидаю, загребая все свои вещи обратно в сумку. Действительно, меня здесь нет. Не должно быть. — Драгнил, успокойся! Мир не рухнет, если вы просто поговорите! Ха! — Еще как рухнет! Раз мне сказали к ней не приближаться, значит так и будет! Хочется самому себе врезать, чтобы такие слова на язык не лезли, но... — Ты больной? Где ты спрятал настоящего Нацу? Я имею в виду нашего Нацу, которому вот вообще не свойственно думать, тем более вот так! Грей, дебил, хватит масло в огонь подливать! — Съели вашего Нацу. Только кости обглодать осталось. — Ты идиот? Ты... — Так, цыц, она в школу заходит! — Прерывает Грея Гажил. Перед глазами на секунду темнеет. Черт. ЧЕРТ, ЧЕРТ, ЧЕРТ! — О, да, чувак, тебя действительно здесь нет! Говорит Отмороженный, коварно переглядываясь с Гажем. Эти двое явно что-то задумали. — Определенно, Брат. А знаешь почему? Они обе надвигаются, поэтому я инстинктивно пячусь назад. — Потому что ты уже идешь. И не куда-то, а прямо к ней! Еще и еще назад. Нужна дверь. Стена. Черт. Хватают под обе руки и буквально вытаскивают из класса. Пытаюсь вырваться. Тщетно. — Ребят, это уже не смешно! Сильнее дергаю руки, но это не помогает. И вот мы уже на первом этаже. Сука! — Реальность вообще штука не смешная, бро! — Кидает Фулбастер, сам давясь от смеха и вталкивает меня в очередной поворот. Проходит миллисекунда прежде, чем я понимаю, что меня больше не держат. Потом проходит еще одна и я осознаю, что уже сам кого-то держу. А знаете почему? Потому что я налетел на этого кого-то так, что он чуть не упал. На подозрительно-знакомо пахнущего кого-то. Мята и что-то из цитрусовых, кажется. Опускаю глаза И чуть сам не падаю на пол. Ноги подкашиваются и становится большим вопросом кто кого держит. Хартфилия. Люси. Она прямо здесь. В моих руках. Тоже медленно поднимает голову. Смотрит на меня. Застывает. Глаза расширяются и наполняются влагой. Не плачь. Пожалуйста, только не плачь. Этого я точно не выдержу. Она медленно отстраняется. Отходит. Дыра. Внутри меня будто только-что открылась дыра, которую она собой закрывала. Люси. Здесь. Со мной. Со мной. — П-привет, Драгнил. Неуверенно бормочет она. В глазах боль, злость, радость, страх и еще очень много всего, чего я не могу уловить. — Доброе...утро...Хартфилия Еле выдавливаю из себя. Боже, я идиот. — Как дела? Пытается улыбнуться. Вряд-ли это можно назвать улыбкой. Скорее попытка не заплакать. — Хорошо. Как у тебя? Все зажило? Пытаюсь придать голосу те самые нотки обыденности, но получается очень херово. — Да, спасибо. Кивает, разглядывая свои подошвы. Очень упорно пытается на меня не смотреть. Я-же, наоборот, в наглую пялюсь и не могу отвести взгляд. Будто она исчезнет, если я это сделаю. — Ладно, я пошел, увидимся! Кидаю я после того, как мы почти минуту тупо молчим. Прохожу мимо нее и иду. — Нацу! Этот голос пробирает меня до костей. Всегда. А сейчас тем более. — Да? Поворачиваюсь, делая максимально спокойное лицо. — У меня... день рождения... завтра... ты придёшь? — Дрожащим голосом спрашивает она, все еще пряча взгляд. — Я подумаю. Пытаюсь выговорить максимально пофигистично и бегом ухожу, чтобы не видеть ее слез. Она плачет. Я знаю. Я видел. Я слышал.***
Не плачь. Только не плачь, Люси! ЗАСУНЬ СВОИ СЛЕЗЫ ОБРАТНО В СЕБЯ, ХАРТФИЛИЯ! СЕЙЧАС ЖЕ! Ничего не вижу. Не слышу. Ничего этого нет. Пусто. Удобная. Безумно удобная пустота. Внутри. Там. Везде. Пустота.***
Утро. Мое утро начинается слишком рано И, кажется, Плю научился говорить. Тремя голосами. СТОП, ЧТО? Быстро вскакиваю и тут-же жалею об этом, так как плечо отдает невыносимым импульсом боли. Я аж сажусь обратно, и следующие несколько секунд пытаюсь прийти в себя. Вторая попытка. Встаю, быстро кидаю быстрый взгяд на зеркало, чуток поправляю волосы и выхожу. Выхожу и не узнаю свою-же гостиную. Ребята постарались, однако. Да и продолжают стараться. Локи, вон, скурпулезно подправляет уровень флажочков с буквами, которые должны сложиться в "Happy birthday", как я понимаю, Леви развешивает повсюду шарики, а Эрза расставляет по всей комнате мои любимые эустомы. Даже Плю не сидит без дела и ходит за Леви со скотчем во рту. Из кухни слышится какой-то шум, так что я логично предполагаю, что там Хозяйничает Джу. Демонстративно кашляю, привлекая внимание, так как они настолько увлечены, что даже не замечают меня. И тут же все внимание переключается на меня. Из коридора выглядывает Джу в белом, от муки, фартучке. И они все бегут меня обнимать. Сыпятся поздравления и невзначай упоминается стол, где и стоят все подарки. Потом мне в двух словах объясняют, что они задумали на сегодня. Цитирую " мы тут через часик закончим, ты как раз проснешься нормально, потом придут парни, мы посидим часов до шести нашей компашкой, а там уже и основной народ повалит и будет тебе пати". Объясняла, как вы точно уже догадались, Эрза. Возражать я никак не стала. Тем более, что никто меня слушать не будет. Они решили. Так что, забив на все претензии к "пати" я беру полотенце и иду в ванную. Холодная вода помогает придти в себя, а теплая под конец придает ощущение некого уюта. Как же мне это не хватало в больнице... Выхожу, сушу волосы и заплетаю в две косы. Натягиваю светлые джинсы и белый, объемный свитер крупной вязки с воротником и значком кошачьей мордашки на груди. Залезаю в домашние тапочки и иду к ребятам. Они действительно уже все закончили и устроились на диване, перед телевизором. На столе стоял попкорн, семечки, чипсы и всякие напитки, типа колы и вина. Ну а что, мне уже восемнадцать, так что никаких претензий. Не успеваю я что-то сказать, как в дверь звонят. — Люсь, открывай. — Кидает Локсар, неся к столу только что испеченный торт. Киваю и иду к двери. Это парни. Сначала меня обнимает и рассыпается в поздравлениях Жерар, в потом его примеру следуют Грей и Гажил. Потом они вручают мне три внушительных ящика, по другому не назовешь, и идут внутрь. Это все. Их было трое. Действительно. Закрываю дверь и иду к ним. Первый удар. Возвращаюсь к ребятам, ставлю подарки на стол, который отведен специально для них и иду задувать свечи, которые они уже любезно зажгли. Приди.***
Получать заказанную пиццу вышла тоже я. Точнее, дверной звонок не рассказал, кто именно пришел, а глазок, как известно, не для нас. Поэтому я распахнула дверь с улыбкой, которая тут-же и слетела, когда я осознала, что это пицца. Всего лишь пицца. Отдав курьеру деньги. С ужасным нежеланием закрыв дверь, я иду к ребятам. Второй удар. Наши дружеские посиделки плавно подошли к концу, когда в дверь позвонили и, открыв, я увидела человек двадцать-тридцать, а может и больше. Все они по очереди обнимали и поздравляли меня, а подарок несли внутрь. Парни, девушки, пары, все они были примерно моего возраста и у всех были знакомые лица. Из школы, значит. Когда последний человек зашел, я встала, как вкопанная и не могла заставить себя закрыть дверь. А вдруг придет? Не придет. Третий удар. С душащим чувством дежавю закрываю дверь и возвращаюсь к гостям. Парни уже добрались до колонок и включили музыку, так что гости развлекались сами. Это танцевал, кто болтал, а кто налегал на пиццу. Подождав еще около часа и подрываясь, как заведенная при каждом звонке в дверь, я окончательно отчаялась. Не придет. А значит, и мне здесь делать нечего. И без меня разберутся. Быстро начиркав записку, что выхожу подышать воздухом, креплю бумажку на дверь шкафа, обуваю свои любимые, белые кроссовки и выхожу, стараясь особо не светиться. Слезы, которые я так усердно сдерживала, прорываются наружу, когда я дохожу до моста. До того самого моста, где все могло начаться. Закончилось. Солнце уже начинает садится и этот закат будет лучшим подарком для меня на сегодня. Лучшим. Последним. Подарком. Как глупо. - ЛЮСИ, СТОЙ! ОСТАНОВИСЬ! НЕ ВЗДУМАЙ ЭТОГО ДЕЛАТЬ! Кричу как можно громче и, за несколько секунд добежав до нее, крепко хватаю за обе руки. В голове мгновенно всплывает знаменитая сцена из Титаника, что аж смешно. Быстро гоняю ее из головы, потому что сейчас не до смеха. Моя маленькая, моя особенная, моя родная, та, к которой я готов был бежать на сломанных ногах, сейчас стояла тут. Та, которую я бросил. Здесь, за перилами моста и только два мгновения отделяли ее от верной смерти. Дурак! Дурак! Какой же я дурак! Сам виноват, я же сам ее прогнал! Не хотел ее потерять, потому что мне будет больно, а сам сделал ей так, что врагу не пожелаешь. Идиот! А если бы я не успел? А если-бы действительно не решился прийти, или послушался Локи и стал ждать дома? Или не додумался сразу бежать сюда? — Отпусти. Хныкает она заплаканным голосом и отворачивается, чтобы я ее не видел Глупая, я настолько хорошо представляю твое выражение лица, что готов прямо тут написать твой портрет. Да и ты хороша, Хартфилия! Не убили, так самовыпилюсь! Насколько-же это эгоистично! Не по отношению ко мне, так к Локи и девочкам уже точно! Они же весь месяц от тебя не отходили, а ты вот так с ними решила поступить! А главное, из-за чего? Не из-за меня, надеюсь! Глупая, глупая Хартфилия! Глупее некуда! И меня не дождалась, хотя сама и звала... — Не могу. Говорю тихо и как можно спокойнее, приблизив голову к ее уху. Одной рукой, боязливо отпустив ее, убираю с плеча и шеи золотистые волосы и кладу туда голову. Сейчас-бы взять ее в охапку и вытянуть оттуда, да боюсь навредить, ведь плече еще не полностью зажило. — П-почему? Глупая. Потому что ты моя. Голос дрожит, она плачет. Так и хочется врезать себе за это. Возвращаю руку на место, положив на ее. Она не двинется с места. Не потому, что не дам, а потому что сама не сможет. Чувствую кожей ее мурашки. — Должен отдать тебе кое что, а то уже полгода как как лежит у меня. Достаю из кармана ее брелочки и, полуобняв ее за шею, останавливаюсь за несколько сантиметров от лица. Вижу, как глаза шире распахиваются, нижняя губа медленно опускается и резко снова поднимается. Как предсказуемо, Хартфилия, как предсказуемо... — Я... я думала, ты их выкинул. Ты же сам сказал! Заикающимся голосом возмущается она, но брелоки все-же забирает. Забирает, сует в карман и снова кладет руку на перила. А я снова накрываю ее холодную ладонь своей. — Я обманул. — Кидаю вскользь, будто это само собой разумеется. — Вот как? И когда ты еще мне врал? Голос становится более четким, больше не дрожит и не садится на половине фразы. Прогресс на лицо. — Ооо... много когда. Например, каждый раз, когда говорил, что ненавижу тебя. Каждый раз, когда говорил, что ты меня бесишь и каждый раз, когда говорил, что не бесишь. Каждый раз, когда велел уходить и говорил, что мне без тебя будет лучше. Каждый раз, когда говорил, что ненавижу. Видишь, в какого вруна ты влюбилась? По-моему, про ненависть я не говорил ни разу, нет? Улыбаюсь. Не могу не улыбаться. Она тут, рядом. Как тут не улыбнешься? — Я не... — По уши! — Нагло перебиваю ее. Ибо нефиг строить тут из себя неприступную башню. — Драгнил! Знаете, она тоже смеется. Пытается, правда, это скрыть, но голос все выдает. — А ты тоже врунишка. Говорю тихо-тихо, приблизившись вплотную к мочке ее уха ииии...кусь! Да, вы не ослышались, я укусил ее. И, пока та была в замешательстве, быстро переместил руки на живот и перетащил ее на эту сторону. Она брыкалась, пыталась выпутаться, но я развернул к себе и обнял. Так сильно и крепко, как еще никогда. Никого. И больше никого не буду. Кроме моего хомячка, разумеется. А она обнимает меня в ответ, крепко вцепившись в толстовку. Спросите, достоин ли я ее после всего того, что сделал? Конечно-же нет. Но это мне не помешает больше никогда ее не отпускать. — Никогда. — Что никогда? — Да так, ничего. — Я тоже никогда. Шепчет она и сильнее сжимает ткань толстовки. И тут, подняв взгяд, я понимаю, что нельзя медлить ни секунды, иначе все будет насмарку. Поэтому, взяв ее за руку, я быстро бегу к выходу из парка, а потом мы ловим такси и мчимся в нужное место. Люси молчит, но явно ждет объяснений. Конечно, ты их получишь. Только потерпи пять минут. Ровно через столько я подниму тебя так высоко, что закат над облаками перестанет быть твоей мечтой. Обещаю. Вот и все, сказка закончилсась и я с вами прощаюсь. Не уверена, но может даже прощаюсь с фендомом, так как уже очень хочется чего-то со своими героями. Но Фейри тейл поюбому останется в моем сердечке навсегда так же, как и вы♡♡ P.S. Та не ухожу я с фб)
