Дневник Майло

Пожалуйста, встаньте. Моему отсутствию нет прощения, но вот причина. Смирившись с тем, что я сделал, и с тем, кем могу стать в дальнейшем, я был ужасно искалечен. Я снова и снова пытаюсь проигнорировать ужасы за дверью номера в одиночестве. Знаю, что для продолжения моего путешествия эта дверь должна быть открыта всему тому аду, но продолжаю надеяться, что в один прекрасный день все Они просто растворятся в эфире, откуда и пришли. Но Они вечны, я это знаю. В то время, как я глупо недооценивал их власть, приняв унизительное убежище в невыразимом ужасе, знал, что стану одним из них. Обнаруженная роскошь сделала ход в невозможной игре шахмат, заставляя меня выпить с постыдным промедлением. После создания этого блога все эти месяцы тому назад, я почувствовал желание удалить его, не потому, что знал об обеспечении моего погружения в мерзкие зыбучие пески этой игры, но потому, что был возмущен тем, как может мне помочь вражеская команда. Однако, в этот момент знание о божественной петле причинности, поддерживаемое Подстрекателем, помогло понять, что если бы то, что я делаю сейчас было бы ошибочно, то меня бы остановили и направили на верный путь. Но Они обладают силой. Я вижу это. Одновременно я и крыса в лабиринте, и экспериментатор. Так зачем бояться игры, что постепенно идет в мою пользу? Пока я жив — я смогу выиграть её. Настало моё время сделать ход. После более чем года колебания, я думаю, что стоит предоставить труп Майло для публики. Он забрал все мои силы, оставшиеся во мне, чтобы избавится от моих кандалов и вернуться к давно забытому блогу. Это личная информация, предназначенная, как помощь в этой абсурдной ситуации. Я чувствую, что он хотел бы, чтобы его записи знали. Когда Майло писал в дневнике, он писал всем нам. Он кричал в одинокую пустоту, но никто не мог услышать его крика в течении всей его жизни, и я чувствую, что изучая его хронику, я могу развеять его одиночество. В любом случае, я документировал его наследие в течение долгих лет, будет позорно останавливаться сейчас. Это вторые похороны Майло. Траур живого. В дальнейшем последует панегирик* в виде его дневника. Пожалуйста, садитесь.