***
Все-таки он опоздал и теперь мялся у двери, виновато опустив голову. Все смотрели на него с удивлением. Обычно Драко никогда не опаздывал, такое удивило даже Снегга. Голова болела, поэтому Драко закусил губу, а затем произнес: — Извините за опоздание. Разрешите занять свое место. Северус посмотрел на крестника, помолчал пару секунд, а затем произнес сухо в ответ: — Я удивлен, мистер Малфой. Прошу поскорее занять свое место. — Драко кивнул, но заметил кое-что, когда собирался занять свое место: гриффиндорцы и слизеринцы сидели вместе, по парам. Драко удивленно взглянул на Северуса, на что тот ответил: — Сегодня Гриффиндор и Слизерин будут три урока работать вместе, готовя три различных зелья. Вы будете работать в паре. Осталось два свободных места, это мистер Уизли и мистер Поттер. Драко скривился, но быстро совладал с эмоциями. Ни с кем из них ему работать не хотелось. Если не вчерашний разговор, то он выбрал бы Гарри, ведь хотелось быть с ним поближе, но сейчас он точно не сможет сосредоточиться. — Я бы хотел быть в паре с Драко Малфоем, — с последней парты раздался знакомый голос, который сразу привлек внимание. Гриффиндорцы и слизеринцы непонимающе переглянулись. Ни для кого не секрет, что Драко и Гарри — враги. Никто не ожидал такого. — Если, конечно, Малфой не против? — Гарри вопросительно приподнял бровь, обращаясь к нему. Драко не мог ничего сообразить, все смотрели на него, в ожидании его слов, ведь не каждый день школьный враг предлагает работать в паре. Малфой поджал губу, неуверенно кивнул, молча прошел через весь класс и сел рядом с Поттером, который улыбался. Пару секунд длилась тишина, а потом все начали чуть ли не кричать. В классе стояла возня, никто не понимал, что происходит. Малфой заметил удивленные взгляды Грейнджер и Уизли. Снегг кричал на класс, чтобы те заткнулись, все вскоре успокоились и, взяв листки у себя на парте, приступили к работе, ведь после урока придется показать, что у них получилось. Работа стояла в полном разгаре. Все варили зелье правды. В другом случае Драко сварил бы его с легкостью, но сейчас чувствовал себя ужасно. В горле першило, нос был заложен, но то, что больше всего мешало сосредоточиться — это Поттер. Он постоянно был близко, отчего Драко чувствовал себя некомфортно. Малфой снова помешивал зелье, но сил совершенно не было, поэтому получалось медленно, хоть размешивать надо быстрее. Гарри подошел к Драко сбоку, слегка прижимаясь своим телом к нему, отчего у того по спине пробежали мурашки. Он положил свою руку поверх другой и начал быстро размешивать. — Надо размешивать быстрее. — Я знаю! Отвали! — Драко старался говорить как можно уверенней, но получилось совершенно слабо и это не ускользнуло от Гарри. Тот посмотрел на слизеринца оценивающим взглядом, а затем рукой дотронулся до его лба, отчего тот замер, перестав мешать зелье. Сердце забилось чаще, а голова начала пульсировать сильнее. Вторая рука Гарри легла на его голову, он снова посмотрел на Драко, убрал руки и дотронулся губами до Малфоевского лба. Малфой был так удивлен, что боялся даже пошевелиться. — У тебя температура! Говорил же, что заболеешь! — Драко ошарашенно посмотрел на Гарри. Их взгляды пересеклись, но Драко не собирался отводить взгляд. Его рот слегка приоткрылся, готовясь выкрикнуть свою догадку на весь класс, но произнес ее как можно тише, чтобы никто кроме Поттера его не услышал: — Это ты прилепил ту бумажку, когда я спал в коридоре?! — он пытался успокоиться, но температура делала его не очень сдержанным. Гарри посмотрел на Драко, как бы переваривая сказанное им, а затем открыл рот от удивления, понимая, что спалился. — Нет… — произнес неуверенно он в ответ. Драко нахмурил брови, пытаясь в чужих глазах отыскать верный ответ, но ничего не мог понять. — Тогда, когда ты мне говорил, что я заболею? — Драко отошел на шаг от Гарри, скрещивая руки на груди, хмуро смотря на него. Тот встал, также скрестив руки на груди, смотря сверху вниз на Малфоя, тем самым напоминая его самого. Драко продолжал ждать ответа, хоть ему и не нравилось, как Поттер смотрит на него. — Да, это был я, поэтому тебе нужно быть немного милее со мной, ведь ты не хочешь, чтобы твои фотографии были в газете, а журналисты обязательно все приукрасят. — он насупился, понимая, что у него не самое лучшее положение. — Что ты хочешь? Драко приблизился к Гарри, пытаясь выглядеть как можно уверенней. Он смотрел ему прямо в глаза, пытаясь найти то, что им движет. Он никогда бы не подумал, что гриффиндорец способен на шантаж. Малфой снова закусил нижнюю губу. В последнее время нервы ни к черту и он уже искусал все свои губы, один раз даже до крови. Слизеринец кусал нижнюю губу, ожидая ответа Гарри, который постоянно тянул с ним. Когда он смотрел на него, то заметил его взгляд на себе, но не ему в глаза, а чуть ниже. Драко сглотнул, перестав кусать губу, ведь Поттер продолжал смотреть на его губы. Малфой приоткрыл рот, собираясь сказать, чтобы он не молчал, но закрыл, ничего не произнеся. Он смотрел на Гарри и заметил, как тот сглотнул. Взгляд Драко скользнул на его шею, затем на ключицы, которые были закрыты рубашкой. Он продолжил смотреть ниже и остановился на бедрах, стыдливо отводя взгляд и снова закусывая губу. Почему-то до этого он не задумывался, что у Поттера хорошая фигура. Конечно, иногда ему хотелось его поцеловать, но в более глубоком смысле Драко не думал о Гарри, да и некогда ему было об этом думать, ведь знал, что только сам будет себя мучить этим. — Драко… — услышав свое имя из чужих уст, по спине пробежали мурашки. От одного его слова мир словно исчез, оставляя их наедине. Тихий шепот Гарри вызывал бурю эмоций. Драко хотелось, чтобы он ещё раз произнес его имя. Кровь в теле словно бурлила. Драко сглотнул, надеясь, что это не ответ на его вопрос. Конечно, как Гарри Поттер хотел его? Такая мысль сразу уходила на задний план, ведь она совершенно не подходила, но во взгляде Гарри было что-то мутное, такое непривычное, что мурашки бегали по спине. — Мистер Малфой, мистер Поттер! Вы что, решили тут все взорвать?! — от громкого голоса профессора студенты вздрогнули, удивленно смотря на него, который подбежал в котлу, который бурлил во всю. Спустя пару минут Снегг добавлял что-то в него, пока он не перестал бурлить. — Вы чем здесь занимаетесь?! — он посмотрел на своих студентов злобным взглядом, от которого мороз по коже прошел. — Мистер Поттер, я знал, что у вас все плохо с зельями, но, мистер Малфой, от вас я такого не ожидал. Вы будете наказаны на целый месяц. Два раза в неделю после уроков будете прибирать все кабинеты. Начнете сегодня же! Урок закончен. Все свободны! — ученики начали быстро собираться, ведь Драко сейчас был похож на грозовую тучу. Гарри молчал, собирая вещи со стола. Он так же молча подошел к своим друзьям, а затем вместе с ними ушел. Драко остался один в кабинете. По взгляду крестного он понял, что тот хочет с ним поговорить. Настроение слушать лекции, как надо себя вести, а как нет — ему не хотелось, но пришлось выслушивать Северуса. Спустя десять минут, как ученики ушли из кабинета, Северус осуждающе посмотрел на Малфоя. Он сел на стул, пристально смотря на ученика. — Что это было? О чем таком важном ты разговаривал с Поттером, не замечая ничего вокруг? — Драко уже подготовился к похожим вопросам, поэтому ответил быстро и уверенно: — Он мой враг. Мы не смогли спокойно работать вместе. — Я бы не спросил просто так, видя, как вы вначале спокойно друг с другом работали. Я даже не хочу знать, что значили твои округленные глаза и закусывания губ, когда Поттер приблизился к тебе, дотрагиваясь рукой. — Драко пытался придумать ответ, но в голове была каша. Он пытался сложить слова воедино, но они словно разбегались. Драко приоткрыл рот, готовясь говорить, но не единого звука не вышло из него. Снегг не стал дожидаться ответа. Он остановился у выхода, быстро произнеся: — Лучшим для тебя будет забыть обо всем, что у тебя в голове и приступить к заданию, думай о своей жизни, а не о его. — с этими словами Северус покинул кабинет, оставив Малфоя со множеством вопросов.***
Драко нервно подошел к окну, открывая его на распашку. Он достал из кармана пачку сигарет. Сигарету держал в руках, зажигалка была в пару сантиметров от нее, но он так и завис, не зажег её. Руки слегка дрожали. Драко пытался справиться с эмоциями, потом все-таки прикурил, нервно поглядывая на дверь, надеясь, что его никто не увидит. Сигареты были куплены в Лондоне, курил он очень редко, ведь ему нельзя было. Это совершенно не подходило чистокровному магу. С каждой затяжкой ему казалось, что он куда-то проваливается, забывая о всех проблемах. Словно дым скрывает все, оставляя белую пелену перед глазами***
Обычно уроки шли долго, из-за чего Драко утомлялся, но сегодня они прошли слишком быстро, чем не радовали его. Его совершенно не радовало, что придется остаться наедине с Поттером. Конечно, наверняка он слишком много себе напридумывал, но все равно было не по себе. Когда он пришел, Гарри уже был там, сидел на подоконнике и щелкал зажигалкой, чем очень удивил Драко. Малфой молча подошел к нему, ведь вся эта картина его напрягала. Когда он подошел к окну, заметил, что это его зажигалка. Драко нервно прикусил губу, проверяя свои карманы, где не оказалось той самой злосчастной зажигалки. Слизеринец ждал, когда Поттер скажет что-нибудь, но ни слова от него не дождался. — Верни. — Драко все-таки попросил, прерывая тишину, но Гарри проигнорировал его слова, продолжая смотреть на зажигалку, которую крутил в руках. — Не знал, что ты куришь. — после этих слов он все-таки повернулся. Драко нахмурился, пытаясь понять, что Поттер хочет этим добиться. — Это тебя не касается. Просто верни. — Я никогда не знал, что ты можешь быть таким, — тот показал на зажигалку, а затем протянул её Драко. Малфой удивленно на него смотрел, принимая ее, она была теплая, нагретая от чужого тепла. Рука Драко коснулась Гарри, и в эту секунду он почувствовал, как его прижимают к чему-то мягкому. Гарри обнимал его, слизеринец попытался оттолкнуть гриффиндорца, но его только стиснули в объятиях. — От тебя пахнет сигаретами. Твой запах заставляет сходить меня с ума, словно я куда-то проваливаюсь, вдыхая твой аромат. Меня сводят с ума твои губы. Меня сводишь с ума ты. — Малфой невольно сглотнул, закусил губы, пытаясь сдержать слезы, но не от радости, а от того, что ему придется причинить боль не только себе, но и дорогому человеку. Сейчас ему было ужасно больно осознавать, какая он сука.