Легкий пух

      У всего всегда есть срок, и любовь не исключение. У всех она разная, у кого-то то это уже больше привязанность, но даже если так, то это тоже называется любовью. Она выражается во всем, что тебя привлекает. Драко Малфоя привлекал Гарри Поттер. У них была взаимная любовь, которая, казалось, может длиться столько, сколько они пожелают, но так думал только Гарри. Мальчик, который храбро сражался со своими друзьями с различными монстрами, ужасно наивен, и не в плане того, что Драко обманывает его, ни разу. Малфой любит Гарри до безумия и хотел бы думать, что они будут ещё долгое время. Эта их жизни и они сами в праве выбирать, что им делать. Но работает это только с теми, кто ничего никому не должен, у них нет обязанностей, от который зависит чья-то жизнь. Сейчас жизнь Поттера балансировала в руках Малфоя. Он может быть тем, кто отберет её в любой в момент, если бы не любовь. Драко всегда насмехался над теми, кто жертвовал собой ради любимого человека, а сейчас это кажется тем, на что способен не каждый. Малфой гордо держал голову и даже перед смертью не преклонит её, чтобы не случилось.       Времени, чтобы любить, осталось три недели. Всего три недели они могут побыть вместе. Драко не врал Гарри, он просто не договаривал. И даже когда настанет тот день, когда им придется расстаться, он просто не сможет ему сказать, что собирается умереть ради него. Малфои не должны бояться, но Драко боится. Боится, что причинит слишком сильную боль Поттеру, поэтому это самое жалкое и самое трусливое его решение в этой жизни, но он не скажет, что умрет вместо него, пусть они просто расстанутся, а он словно уедет далеко и они никогда не встретятся больше.       Отношения всегда начинаются с романтично-конфетного периода. Странно для Драко умиляться чему-то милому, но, если Гарри нравится, то он не против. Хотя он бы не сказал, что ему не нравятся всякие комплименты от Гарри, правда букет цветов в его руках и широкая улыбка до ушей — это явно лишнее. Поттер протянул цветы, Малфой неуверенно взял, продолжая таращиться на белые розы. Правый глаз начал дергаться. Драко вобрал в себя побольше воздуха, а затем шумно выдохнул, замахнулся букетом, тем самым улыбка с лица Гарри сошла на нет. Малфой замахнулся и кинул букет прямо перед Поттером. — Поттер, ты издеваешься?! Я конечно знал, что ты настоящий профан в отношениях, но ты действительно думаешь, что дарить парню цветы — нормально? Если хочешь дарить цветы, то встречайся с девушками, а я парень. Самый настоящий! И ещё, эта романтика между нами, словно я девчонка, ты не воспринимаешь меня, как парня! Гарри, мать твою, Поттер, я — парень, я не могу мило смущаться, когда мы целуемся…       Драко тяжело дышал, пытаясь отдышаться от непрерывной речи. Он посмотрел на Гарри, а затем его словно прошибло током, точнее Гарри словно прошибло целой электростанцией и он умер, и походил сейчас на мертвеца. Драко начал бегать глазами по парню, пытаясь снова подобрать слова. Он закусил губу, осознавая, что сейчас наделал. По телу прошелся холодок. Его слова были слишком жесткие, слишком ошеломляющие. Он не выдержал. Их отношения, которые длятся всего неделю, были слишком сладкие, даже приторные, но Драко боялся сказать об этом Гарри. Все накопилось внутри и резко вырвалось, так что он и сам не понял, как это случилось. Он за раз выплеснул все на Поттера, который явно не был готов к такому. — Гарри, я не знаю, что на меня нашло… — Гарри сжал кулаки, а затем подошел к Драко. Тот неуверенно отошел назад, но его притянули. Между ними оставалось маленькое расстояние. — Прости… Не знал, что тебе доставляет все это… — он посмотрел на цветы, а затем снова на Драко, — такое неудобство. — Я вовсе не это хотел сказать… Просто… Мне приятно, что ты, типа, ухаживаешь за мной. Ты романтичный и милый, но мне кажется, что этого слишком много. Я не тот, кто привык к чрезмерной ласки. Для меня это в новинку. И я парень… — Знаю, что парень. Может я действительно пытаюсь относиться к тебе, как к девушке. У меня не было отношений, поэтому не знаю, что делать. На четвертом курсе, когда я понял, что ты мне нравишься, перед этим не хотел признавать тот факт, что влюбился в тебя. Было странно влюбиться в Драко Малфой, своего врага, но так получилось. Мне потребовалось много времени, чтобы свыкнуться с этой мыслью. А когда я стал чуть старше, ко мне пришло осознание, что ты не просто Драко Малфой, а парень. Понял я это, когда увидел тебя в госпитале, тогда ты стоял в одних трусах… — Гарри начал краснеть, отводя взгляд в сторону. — Почему-то раньше не задумывался о мужской любви, как это все происходит. Но в тот момент, понял, что ты парень, который мне нравится… Знаешь, когда я тебя… Господи, не знаю, сможешь ли ты меня когда-нибудь простить за это. В тот день, когда я тебя… — Драко подошел ближе и взял его за руку, заставляя посмотреть на себя. Взгляд Драко был серьезным, но глаза отражали тепло. — Прости… Мне было трудно, толком не знал, что делать, сам не был готов к этому. Только потом узнал, что сделал тебе ужасно боль. Решил, что как с девушками, все просто, а там и смазка и растяжка. — теперь была очередь Малфоя смущаться. Гарри замолчал, смотря на красное лицо своего парня. — Давай мы не будем об этом, не хочу больше это слушать… — пробурчал тот себе под нос, отчего Гарри улыбнулся на такую реакцию, а затем крепко обнял.       Слизеринец уткнулся носом в грудь гриффиндорца. Паре секунд он не двигался, а затем обнял в ответ. Гарри начал гладить Драко по голове, взъерошивая его волосы. Тот улыбнулся и посмотрел ему в лицо. Гриффиндорец приблизился и, когда осталось всего несколько миллиметров до губ, остановился и вопросительно посмотрел. Драко тихо прошептал: — Ждешь особого приглашения? — и закрыл глаза. Гарри коснулся чужих губ, легко прикусывая нижнюю губу. Драко невольно улыбнулся в поцелуй и естественно Гарри это почувствовал, поэтому улыбнулся ему в ответ. Малфой сильнее прижался к Поттеру, привставая на носочках, как можно сильнее углубляя поцелуй.       Когда поцелуй закончился, Драко затуманенно посмотрел на Гарри. Дыхание сбилось, а губы порозовели. Слизеринец отошел от гриффиндорца на шаг, пытаясь успокоить своё сердцебиение. Драко закусил губу и посмотрел на него. Они стояли в лесу неподалеку от школы. — Думаю стоит уже идти. Скоро обед, можем опоздать. — Знаю, но мне хочется ещё. — Гарри снова приблизился, готовясь поцеловать, но Драко прикрыл ему рот. — Сказал же, что надо идти. Вдруг кто-нибудь нас увидит. — По-твоему, когда встречаются два парня, это что-то постыдное? — он серьезно посмотрел на Малфоя. Тот застыл, пытаясь подобрать слова. — Дело не в этом. Все было бы проще, если бы я не был Драко Малфоем. Если бы не это, то я бы кричал, что ты мой парень. — Драко усмехнулся, а Гарри засмеялся. Малфой немного натянуто улыбнулся и Поттер это заметил, поэтому сразу же стал серьезным. — Если твой отец узнает, то точно не оставит нас в покое. — Драко замотал головой. — Не думай об этом. Ты обязательно будешь в порядке. — Гарри нахмурился. — А ты? — Ну, я же все-таки его сын, — слизеринец улыбнулся, целуя гриффиндорца в щеку. — Пошли уже. Постоянно ты заставляешь разговаривать на серьезные темы. — он улыбался, но Гарри все равно хмурился. — Почему ты постоянно увиливаешь от ответа? Эти отношения, ведь в будущем доставят тебе проблемы? — С чего ты вообще это… — Ответь! — Гарри повысил голос, тем самым удивив и напугав Драко. Он молча кое-какие время, а затем неуверенно начал: — Отношения в будущем мне не повредят. — Тогда что? — Малфой сглотнул, пытаясь подобрать нужные слова. — Я сам себя погублю… Точнее, моя любовь к тебе. — Гарри странно взглянул на Драко, пытаясь понять смысл его слов, но, видно, бесполезно. — Что ты имеешь ввиду? — Я уже ответил. Давай закроем тему. Сейчас мне хорошо с тобой. Давай не будем думать о том, что будет в будущем. — Драко взял Гарри на руку, немного сжимая. Тот немного расслабился и сжал руку в ответ. — Хорошо. Пошли, но обещай мне, если твоей жизни будет что-то угрожать, то ты сразу же скажешь мне. — Драко молча неуверенно кивнул. — Спасибо… — Гарри улыбнулся и посмотрел на часы. — Думаю, нам действительно нужно поторопиться.

***

      Их отношения с виду не изменились. Для всей школы они были врагами, которые с трудом терпели общество друг друга. Они не контактировали друг с другом, когда происходили стычки. Драко пытался как можно острее ударить Гарри морально, хоть ему было и неприятно. Поттер говорил, что все понимает, и что, если такого не будет, все подумают, что это странно. Гермиона старалась не лезть, она решила для себя, что это их личное дело, и дала понять парням, что вмешиваться не станет, но предупредила обоих, чтобы они доверяли друг другу, ведь их отношения явно нельзя назвать нормальными.       Спор начался по непонятной причине, вроде Рон якобы уронил свой суп на Драко, который проходил мимо. А затем якобы случайно Драко порвал его мантию, когда споткнулся. Оба грохнулись на пол, но затем быстро встал, яростно смотря друг на друга. — Чертово недоразумение, что ты себе вообще позволяешь?! — Чертов хорек, я знаю, что ты специально порвал мантию! Только посмотри, какая дыра! — весь крик происходил прямо посреди столовки, поэтому они моментально привлекли к себе внимание всех факультетов. Профессоров не было, поэтому прекратить быстро это не получится. — Закрой свою пасть! Моя рубашка новая, а твоя мантия давно трещит по швам, ты же её за своими братьями донашиваешь. — Рон собрался наброситься на Драко, но его поспешно остановили. — Рон, не стоит. Нет смысла драться посреди столовки, просто не будем обращать на него внимание. — Драко нахмурился, Гарри же состроил суровое лицо и они смотрели друг на друга, словно прожигали взглядом. — Просто кто-то струсил. Вы и пальцем не сможете меня тронуть!       Гарри, словно по команде, с большой скоростью приблизился к Малфою, беря его за подбородок. В столовой повисла гробовая тишина, все затаили дыхание. Рон сделал такую гримасу, словно они были голыми. Лицо вытянулось, как у лошади, а глаза округлились до неузнаваемости, хоть так выглядела большая часть столовки и Драко не был исключением. Слизеринец замер, боясь пошевелиться. Сердце сначала упало вниз, а затем бешено забилось. Взгляд невольно упал на губы Гарри, но он тут же посмотрел в глаза, сглатывая. Слова Поттера четко прозвучали в гробовой тишине: — Кто сказал, что до тебя нельзя дотронуться? Я могу гораздо больше, чем просто пальцем. — Гарри обхватил талию Малфоя, притягивая к себе. Глаза у всех словно повываливались, каждый боялся произнести хоть слово. Драко оцепенел на минуту, но затем понял всю ситуации, моментально отталкивая Гарри. — Поттер, я, конечно, знал, что ты псих, но чтоб настолько! Не смей прикасаться ко мне! — раздраженный голос Драко заполнил всю столовку. В ту же секунду зашли профессора. — Что-то слишком тихо. Я сначала даже подумал, что здесь никого нет. — профессор Дамблдор засмеялся, усаживаясь на свою место. — Мистер Малфой, мистер Поттер и мистер Уизли, вы уже закончили? — Драко почему-то посмотрел на Снегга, который был как всегда хмур, но сегодня казался ещё вдобавок отрешенным от всего происходящего, что сильно забеспокоило Малфоя. Состояние крестного было необычным, поэтому появились предположения, что это как-то связано с Темным Лордом или Малфоем старшим.       Все трое неуверенно кивнули и поспешили покинуть столовую. Драко быстрым шагом пытался дойти до своей комнаты. Было странное чувство, ему казалось, что он может что-нибудь узнать, а ещё, что Гарри обязательно захочет с ним поговорить. Первое успеть не удалось, зато второе оказалось верным, когда Драко уже почти открыл двери в комнату. — Драко, ты не хочешь со мной поговорить? — тот, не разворачиваясь, ответил: — Давай поговорим внутри, здесь небезопасно. — он открыл дверь, зашел в комнату, а за ним Гарри. Малфой дошел до кровати и улегся на неё. Поттер сделал тоже самое, ложась рядом. — Гарри, ты когда-нибудь задумывался о последствия, которые могут произойти из-за твоих действий? — Да, мне часто приходится думать на перед. Это трудно, поэтому иногда мне не хочется думать о последствиях, а действовать, как хочется. Я знаю, что это эгоистично, делать все по-своему, но я так устал. Хочу свободы, почему нельзя быть тем, кем ты являешься, не скрывая это? — Гарри повернул голову в сторону Драко. Тот лежал и смотрел на потолок. — Не знаю. С самого детства я задаюсь эти вопросом. Я Малфой, поэтому должен делать то, что не навредит моей семье. Каждое мой действие, жест должен быть продуман, чтобы не было вопросов. Как Малфой у меня много обязанностей, но я не могу жаловаться. В детстве мне запрещали играть с обычными детьми, говоря, что они недостойны моего внимания. Тогда мне приходилось общаться с детьми моего круга, но кроме вялых бесед ничего не было. Я не понимал, почему должен сидеть среди всех этих зазнавшихся богатеев. Почему не могу пойти и поиграть с обычными детьми? Почему должен презирать нечистокровных? Разве они сильно отличаются от чистокровных? Среди них гораздо больше, тех кто умнее и искренней. Мои мысли и действия совершенно отличались, со временем я стал тем, кто был одним из высшей семьи чистокровных, которые считали себя лучшими. Иногда я задавался вопросом, почему я становился таким, но, чем больше времени шло, тем больше забывал об этих мыслях. Время шло, и я совершенно запутался, уже не понимал, кто я настоящий. В голове была такая каша, что хотелось сдохнуть… Когда появился ты, то я ненавидел тебя. Но знаешь, за что? — Драко усмехнулся, поворачивая голову и смотря на Гарри. — Я ненавидел тебя за то, что ты был искренним не только с другими, но и с собой. Если ты хотел помочь, то помогал, если тебе было грустно, то грустил и друзья тебя поддерживали. Я завидовал тебе и ненавидел. И даже тогда ненавидел, потому что ты был моей противоположностью. Эта ненависть была восхищением, а со временем я понял, что люблю тебя. Думаю это единственное решение, которое я выбрал самостоятельно и ни капли не жалею.       Драко смотрел на Гарри, пытаясь найти в них понимание. Он излил ему душу, выплеснул все мысли. Он сможет его понять? Гарри слегка улыбнулся, придвигаясь в губам Драко. Малфой не двигался. Поттер аккуратно коснулся чужих губ. Драко придвинулся плотнее, разрешая исследовать его рот. Он издал стон, когда рука сжала его ягодицы. Поттер навис над Драко, он поцеловал губы, а затем шею. Тот посмотрел на потолок, приоткрывая рот и тяжело дыша. Рубашка была расстегнута и теперь губы Гарри спустились ниже, посасывая и покусывая его соски. Драко придвинул лицо Гарри к себе и снова поцеловал. Воздух кончался, губы отстранились. Драко тяжело дышал, пока чужие руки трогали его тело. Рука легла ему на живот и медленно начала гладить, внизу живота образовался тугой узел, Малфой сглотнул и накрыл руку Гарри своей. — Давай пока не будем. Прости, знаю, что сам говорил… но после того… Гарри, мне страшно. — тот посмотрел в глаза Драко и улыбнулся. — Конечно. Давай не будем торопиться. У нас ещё много времени.       Гарри улыбнулся. Малфой собирался снова его поцеловать, как в окно раздался стук. Эта была сова отца, Драко словно пришибло, дыхание перехватило. Гарри вопросительно посмотрел на него. Вся кровь словно ушла из тела и чувствовался жуткий холод. Слизеринец подошел к окну и открыл его, сова отдала письмо в руки Малфоя и быстро улетела. Он дрожащими руками открыл его.       Письмо       «Драко Малфой, это последнее предупреждение. Темный Лорд отменил приказ об убийстве Гарри Поттера. Вместо этого он дал тебе другое задание, которое ты должен выполнить к концу недели. Иначе нашу семью ждет плохой конец, но, я надеюсь, до этого не дойдет. Сделай так, чтобы Поттер пришел на указанное место, там-то он и сразится с Лордом. Твоя задача, чтобы он пришел один, ничего не подозревая. В воскресенье в четыре часа. Ты обязан это сделать. От этого зависит не только твоя, но и жизнь нашей семьи. Малфои не проигрывают.»       Драко задрожал, одна неделя, у него осталась одна неделя. Он сел, прикрывая лицо, горячие слезы текли по лицу. — Драко, что случилось? — Поттер стоял рядом, но содержимое письма не видел. Драко вздрогнул от его голоса, он обнял Гарри. Слезы продолжали течь, падая на его мантию и моментально впитываясь, оставляя мокрые разводы. — Драко, что там написано? — Малфой сильнее прижался к гриффиндорцу. — Гарри… — Драко, шмыгая носом, пытался говорить более понятно. — Прости меня. Я правда люблю тебя. Очень сильно люблю, наверно, поэтому мне сейчас так больно… Ты не понимаешь меня, но, когда придет время, прошу, вспомни мои слова. Не злись и не ненавидь, если бы был другой выбор, то я обязательно выбрал его, но я не вижу другого решения. Если сможешь, то прости, я правда люблю тебя. — произнес Драко почти без пауз. Дыхание сбилось, нос шмыгал, а дрожь в теле не прошла. Он сжал в руке мантию Гарри и уткнулся в его плечо, плача навзрыд. — Что случилось? От кого это письмо?! Драко, успокойся, я не будут тебя ненавидеть. Я тоже тебя люблю. Можешь мне сказать, в чем дело, я пойму. — Гарри отодвинул Драко и взял его лицо в руки, вытирая слезы. Он посмотрел на письмо, которое лежало рядом с ними. Увидеть он успел то, что он от Люциуса Малфоя, после же Драко быстро схватил письмо, рвя его на части. — Что там такое, чего мне нельзя знать? Ты не доверяешь мне? Мы же договорились быть честны друг с другом. Твой отец… Он что-то узнал про нас? — он смотрел на Гарри. Все было размыто от слез. Маленькие слезинки продолжали скатываться по щекам. — Нет, просто… Прости, я не могу тебе сказать… — Поттер нахмурился и встал. Он посмотрел на Драко сверху вниз. — Если ты не можешь сказать, значит ты мне не доверяешь. Не хочу строить отношения на лжи и недоверии.       Гарри быстро покинул комнату. Малфой попытался его догнать, но дверь заперли снаружи и, чтобы ее открыть, нужно времени. Драко ударил по ней кулаком. Затем второй раз, третий. Дыхание было неровным, костяшки содраны в кровь. Они только начали заживать, но вот на них снова нет живого места. Белая дверь покрылась красными пятнами.