Принцесса и Нищенка

ИХ скамейка была пуста, и с радостным вздохом, Хазан уселась на нее, втягивая носом запах моря. Посмеиваясь над ее детским непосредственным поведением, Ягыз присоединился к ней. Море сегодня было особенно неспокойным и прибой шумел, будто что-то недовольно высказывая людям, но никто его не понимал. Ветер разметал волосы, чуть раньше уложенные в элегантную прическу, но Хазан было наплевать. Студия капризного Джана была позади, и до следующего утра, она не собиралась думать о нем. Девушка закрыла глаза, и крики чаек вдалеке дополнили идеальный момент. Чамкыран опустила голову на плечо мужа, наслаждаясь его запахом, смешанным с ароматом соленой воды. Она могла бы просидеть так вечность, но Ягыз шевельнулся, и нежно коснувшись ее плеча поинтересовался: — Ты не проголодалась? — Не особенно. — Покачала головой та, так и не подняв головы. Несмотря на кажущуюся твердость, Ягыз был очень удобен в качестве заменителя подушки. — Но если ты голоден, то я с удовольствием схожу с тобой куда-нибудь. Мысль о том, что муж из вежливости молчит, взволновала Хазан. Он вполне мог сделать это, брюнетка была уверена, в том, что уже смогла понять эту часть его характера. Проблема в том, что Ягыз не был обычной фигурой, с которой легко управиться. Он был Кубиком Рубика, и пока счастливая Хазан думала, что собрала красную сторону, оказывалось, что все остальные запутались еще сильнее. — Я, в отличие от вас, госпожа Хазан, позавтракал. Это ты кроме кофе, ничего за весь день не съела. — Ой, так тебе лучше. Знаешь, какая экономия? И я точно не поправлюсь. У меня может склонность к полноте, вот буду весить двести с лишним килограмм, что будешь делать? — Кран тебе куплю, и слуг, которые будут приносить тебе еду. — Невозмутимо ответил мужчина. Его казалось, ничего не могло сбить с толку. — Ну конечно. Зачем тебе толстая жена? — А, зачем мне вообще жена? — флегматично отозвался Ягыз. — Чтобы была. Для всего остального можно завести любовницу. Знал Ягыз, что задевает опасную тему или нет, в любом случае Хазан подскочила и возмущенно зашипела, заставляя Эгемена с опаской глядеть на нее. — Только попробуй завести любовницу, Ягыз Эгемен, и клянусь Аллахом, я сделаю все чтобы любовница тебе не понадобилась. — И что это, например? — принял игру Ягыз, с наслаждением вступая в спор. — Натянешь на меня трусы верности? — Нет, просто отрежу, все что выпирает, и трусов не понадобиться. — Впрочем, Хазан шутить не намеревалась. — Для того, чтобы что-то отрезать, тебе надо сначала добраться до меня. А как ты собираешься это делать? — А, что там сложного? Привяжу к батарее, а ножницы, думаю, достать будет не сложно. — Хазан, привязывание, ножницы, боль… Это все БДСМ, мы такое не практикуем, хотя если ты настаиваешь, то я готов подумать. — пикировка с девушкой, приносила Ягызу настоящее удовольствие и он рассмеялся над выражением лица жены, которая кажется начала понимать, как все это выглядит. Внезапно, острая боль заставила Эгемена дернуться. Они оба посмотрели на обсуждаемый объект, который был в опасности, и Хазан густо покраснев убрала от мужа ладонь, которой сама того не заметив, сжала ногу мужчины. — Да, нет у меня пока любовницы, Хазан. Не надо начинать здесь и сейчас. Договорились? — насмешливо попросил брюнет, заставляя девушку побагроветь еще больше. Хазан снова пихнула его в бок, и отсела от него подальше на узкой скамейке. Подавив в себе желание, подсесть к ней ближе, как шестнадцатилетнему подростку, Ягыз остался на месте, лишь вытянув руку на спинку скамьи и дотронувшись кончиками пальцев до ее волос. — Ты мне лучше вот что скажи. — Довольная тем, что придумала как сменить тему, Хазан снова повернулась к мужу. Тот ждал вопроса с нескрываемым интересом, понимая, что его ждет что-то забавное. — Как ты делал мне предложение? Стоял на коленях, протягивая коробочку с кольцом, и пел мне песенку из разряда « Я ничто без тебя, моя дорогая Дениз. Снизойди до меня, стань моей женой?». Так все было? Хазан не поворачивалась к нему лицом, потому что знала, что наткнется на скептический взгляд, смешанный с издёвкой над ее фантазиями. Но представить наглого Эгемена коленях, умоляющего ее о замужестве было так приятно, что Хазан не смогла отказать себе в минутной слабости. Она бы зашла немного дальше представив Ягыза, ползающего за ней по грязным (это обязательно) полам, и целующего землю по которой она ходила, но во-первых этого не позволил банальный здравый смысл, а во-вторых видеть в таком положении мужчину, хоть и нелюбимого, но все же не чужого, совсем не хотелось. Пришлось остановиться на классике. — Нет, конечно, Хазан. Я просто зашел к тебе домой, бросил в тебя издалека кольцом, ляпнул что-то вроде «Свадьба будет в субботу», и ты была готова. Хазан резко повернулась к нему, вперила глаза в его непроницаемое серьезное лицо. — Да быть такого не может — неверяще прошептала она. — И я сказала да? — Ты прямо там разрыдалась, не веря своему счастью. А в восемь утра в субботу была уже готова, стояла в свадебном платье у моих дверей. — Также уверенно ответил Ягыз, но Хазан уже поняла, что он издевается над ней. — Чтоб тебя! Я ведь почти поверила. — Возмущенно воскликнула она. — Скажи честно, как это было? Эгемен повернулся к ней, не зная, что именно сказать. Ведь его версия, хоть и была несколько утрированной, все же была почти правдивой. Ягыз возжелал Дениз еще в ту минуту, когда впервые увидел ее. Она была богиней, в своей красном развевающемся платье, спускаясь по лестнице в зал полный гостей. Не просто красивая, а непередаваемо прекрасная, она стала его целью в это вечер, хотя изначально, он шел, чтобы встретиться с парой инвесторов. Попытки молодого, а самое главное богатого предпринимателя познакомиться поближе Дениз принимала благосклонно, и в тот же вечер, он смог попробовать ее губы на вкус. Еще два свидания в самых фешенебельных ресторанах города, дорогая выставка, и постель Ягыза оказалась не просто согрета, но подожжена их обоюдной страстью. Ягыз без стыда мог сказать, что это была лучшая ночь в его жизни. Их свидания, всегда перетекающие в ночь, а иногда и просто встречи для секса, длились месяц, когда обнаружилось, что долг зовет Ягыза в Америку, а похоть еще не насытившаяся телом Дениз была против его отъезда. И тогда Ягыз сделал то, о чем в принципе не жалел до сих пор. Предложил Дениз пожениться. Они были в постели, и брюнетка все еще тяжело дышала после родео, устроенного несколько минут назад, когда Ягыз встал и собираясь в душ, произнес « А, почему бы нам не пожениться?». Дениз не была удивлена. Она лишь томно потянулась, и подтянув простынь на полную грудь пробормотала, что-то вроде « Это будет дорого тебе стоить, Ягыз Эгемен». И оно действительно стоило. За отказ Ягыза ждать положенный срок помолвки, ему пришлось заплатить целым состоянием, за самую шикарную свадьбу в Стамбуле. Сказать же, Хазан, что это великое событие состоялось, когда они оба были полуголыми, потными и грязными, у него язык не повернулся. Поэтому он предпочел соврать, в надежде, что когда Хазан все вспомнит, она не будет зла на него за эту маленькую ложь. — Да, как и обычно. Мы были в ресторане, я бросил кольцо в бокал с шампанским. Все банально. Девушка разочарованно поморщила носик. — И все? Я ожидала большего от тебя, Ягыз. Она и правда полагала, что он способен на много большее. Мужчина сумевший построить целое состояние на том, чтобы предугадывать желания женщин, не смог придумать что-то особенное для любимой? Скорее тут дело в другом. — Ну, или ты просто не хотел заморачиваться. Парировать было нечем. Он и правда, не хотел заморачиваться. Это не было нужно. Ягыз никогда не был глупеньким мальчиком, мечтающим о любви, даже в детстве. Он ходил на свидания, ждал девочек с цветами и шоколадом, провожал до дома, но все же никогда не ждал от них многого. Проблема заключалась в том, что они требовали от него больше, чем он мог им дать. Как бы ни складывались отношения с девушками, рано или поздно они всегда доходили до того этапа, когда Ягызу признавались в любви, и он молчал в ответ. Дениз же была другой. Она была такой же, как и Эгемен. Знала чего она хочет и практически всегда добилась этого. Дениз умела влюблять в себя мужчин щелчком пальцев, и наткнувшись на того, кто ее чарам не подался, сделала с ним нечто гораздо худшее. Она вышла за него замуж. — Ягыз, мы любили друг друга? Я любила тебя? Вопрос был задан, и отвертеться не было возможности. Но соврать ей снова. Ягыз уже не мог. — Нет. Мы уважаем друг друга и ценим. Заботимся по-своему. Но не любим. Дернувшись, как будто он ударил ее Хазан, перевела взгляд на море. — Но это и не нужно нам с тобой. Любовь что? Любовь — иллюзия, реальность — ты. Хазан довольно долго молчала. — Мне так не нравится. — Наконец выдавила из себя девушка. — Я не хочу жить в таком браке. Ягыз подскочил, не ожидая, что разговор завернет в подобное русло. — Ты что хочешь развод? Хазан и сама не знала, чего хотела. Она не чувствовала себя Дениз. Ей казалось, что она просто заняла чье-то место, и с минуты на минуту вернётся хозяйка и потребует все обратно, а Хазан нечего будет ей ответить. Дениз была совершенно другой Что же такого произошло в ее прошлом, что так кардинально все сменились все настройки в ее голове? У Хазан было ощущение, что она вернулась к базовым настройкам, а игра осталась на том же уровне. И девушка теперь понятия не имела, что ей делать. Перестраивать жизнь под новую себя, но ведь память может вернуться в любой момент? Или если Хазан никогда не вспомнит прежнюю себя, не будет же она все оставшееся время, страдать, будучи подавленной чужими правилами? Начать все с нуля, но ее жизнь была уже настроена иным образом, и все опции были сформированы для другой Хазан. Стоит ли что-то менять, если ничего еще не ясно? — Поцелуй меня. — Просьба была тихой, но отчетливой и уверенной. — Что? — переспросил Ягыз, надеясь, что ему не послышалось. — Поцелуй меня. Спрашивать снова Ягыз не стал, а лишь нежно дотронулся до подбородка Хазан. Он погладил ее кожу, и в животе Хазан возникло тянущее чувство ожидания. Самая лучшая часть поцелуя, это тот самый момент, когда ваши губы буквально в миллиметре друг от друга, и вы понимаете, что сейчас это произойдет, и бабочки в животе так и грозят поднять вас в воздух, настолько они сильны. Хазан вновь почувствовала легкий запах его одеколона смешанный с запахом самого мужчины. Немного бергамота, будоражащие нотки корицы, и еще что-то восточное, но что именно затуманенное сознание девушки сказать не могло. Его запах олицетворял Ягыза, как мужчину. Его губы дотронулись до нее, и она ощутила легкий привкус кофе, который он пил ранее, когда его язык проник в ее рот. Его губы были прохладными и мягкими, и с каждой секундой Хазан распалялась, все больше. Она притянула его ближе к себе, но он мягко, но неуклонно оторвался от нее. Не позволяя ей пожалеть о содеянном, он обнял ее и, уткнувшись носом в волосы, шумно втянул воздух. Сердце постепенно восстанавливало свой ритм, но прозрения все никак не наступало. Хазан помнила, из какой-то книги, что поцелуй позволяет понять, что ты чувствуешь к человеку, но с Ягызом Эгеменом все стало только запутаннее. Целовать его было восхитительно, но тем обиднее понимать, что за три года брака, она так и не смогла построить с этим страстным мужчиной абсолютно НИЧЕГО. Уже немного понимая его натуру, Хазан отдавала себе отчет в том, что Ягыз ничего не делает сгоряча, и их брак также был продуманным шагом. Быть рядом с Ягызом было очень легко и приятно, но понимать, что она проживает свою жизнь рядом с кем-то кто ее не любит было больно. Хазан понимала, что чувства, которые начинают появляться в ее душе, принесут проблемы. Ягыз уже привык жить по другому распорядку, и в отличие от нее память он не терял. Влюбить его в себя, у нее не получилось за три года, и надеяться, что внезапно он прозреет, нет никакого смысла. Хотя очень хочется, потому что Ягыз был мужчиной, за которого действительно стоило побороться. Даже с ним самим. — Ну, что? — кажется, ему надоело ждать ее вердикта. — Достаточно ли хорошо я целуюсь, чтобы ты осталась моей женой? Смущенная Хазан судорожно помотала головой. — Я … я не для этого попросила. — Я знаю. — Усмехнулся мужчина. — Но это был прекрасный момент. Я может всегда мечтал сохранить брак своим умением целоваться? — И ждал бы тебя развод, если бы я основывалась только на этом пункте. Это было дерзостью, но Хазан не жалела о том, что сказала это. Ягыз заслужил, хоть теперь и приходилось, вжав голову в плечи ждать его реакции. Лицо Эгемена было непроницаемо, он разглядывал ее лицо, будто пытаясь понять, на самом ли деле она это сказала. Затем он расхохотался. Откинув голову назад, он смеялся, притягивая к ним взгляды прохожих. Когда Ягыз отсмеялся, он произнес: — Ты растоптала мое эго, да еще и попрыгала на нем. Жестокая. — Сам виноват. Также как и я утром, ты стал просто идеальной мишенью для шутки. — радость от того, что Ягыз понимал ее юмор была прекрасным дополнением к волнению в животе, все еще хранившимся после поцелуя. Нет ничего важнее, того, чтобы у пары было схожее чувство юмора. Жизнь становится тоскливее, когда человек, с которым ты делишь жизнь, не смеется вместе с тобой. Люди часто говорят, что улыбки бывают там, где есть любовь, но это не так. Любовь есть там, где бывают улыбки. «Хочешь влюбить в себя женщину — рассмеши её». Именно так гласит народная мудрость, и она права. — Хорошо, госпожа Хазан. С этого дня, я буду более внимателен к своим словам, чтобы больше не подставляться. — Ой, не надо! — воскликнула Хазан, порывисто схватив его за руку. — Иметь возможность подшучивать над тобой, приятная часть моего дня. Я всегда в ожидании благоприятного момента, не рушь все. — Хорошо. — Кивнул Ягыз. — Что касается развода. Я не хочу разводиться, Ягыз. Даже мысли такой не было. Я просто… — Хазан умолкла на секунду пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить, что именно она чувствует. — Я хочу понять, что именно было в нашем браке. Вокруг чего строилась наша семья и почему мы до сих пор женаты. Мы не любили, не имели детей, не работали вместе. Ничего общего, Ягыз. У нас даже нет общих интересов, ты сам признал это вчера вечером. Что мы делали? О чем говорили? Чем занимались вместе? «Сексом» Это слово не прозвучало, но все же повисло в воздухе. Хазан была достаточно умной, чтобы прочесть ответ между строк. Их притяжение, так явственно выразившееся в поцелуе, дало достаточно, чтобы понять правду. Их брак был ничем иным, как пустышкой. — Я не хочу так, Ягыз. Давай попробуем сначала? Я знаю, что тебе будет сложно, ты помнишь все, но… пожалуйста? Давай попытаемся быть друг для друга семьей? Ягыз молчал, но в глубине глаз горело понимание. — У меня ведь больше нет никого. Ни родителей, ни братьев, никого. Только ты. Я не хочу тебя потерять вот так вот, даже не попытавшись. — С нашим браком все было в порядке. — На середине фразы, голос мужчины запнулся. От того, что он сам осознавал, как нагло лжет. — Нет, не был. — Грустно улыбнулась брюнетка. — Мы бы протянули еще пару лет, а потом разошлись бы. Или того хуже, прожили бы вместе еще несколько десятков лет, а после ненавидели друг друга за потерянную жизнь. — Давай попробуем сначала? Попробуем полюбить, чтобы не зря прожить жизнь? Ягыз не верил в любовь, и искренне считал, что его жизнь уже прожита не зря, но ее большие темные глаза были сильнее, его нежелания что-то менять. Как никогда ясно, он вспоминал слова матери, о том, что каждый день — это новый шанс для чего-то чудесного. Хазан проснулась сегодня утром, чтобы привнести в его жизнь что-то новое, и кто знает? Может если он пойдет навстречу, это новое окажется чем-то чудесным? Как, например авария, которая привела в его жизнь Хазан? — Риск — дело благородное, не так ли?