Из жизни Юты и других сеттингов Лето

      Как прекрасна ночная пора. Улицы наполняются тишиной и спокойствием, яркие вывески магазинов освещают путь, а дождь лаская слух барабанит по крышам. Дивная красота которая могут уловить немногие, в основном это люди романтики, для них весь мир наполнен красотой, без малейшей частицы горя и печали. Такая редкая и удивительная способность в нашем мире, порой кажется, что он и держится на таких людях. Питайся их энергией дабы ещё чуть-чуть удлинить свой век.       Так же ночную красоту могли уловить и боги, которые живут среди нас, но мы так яро не замечаем их, хоть и верим в их существование, тем самым давая им жизнь. Это круговорот, который невозможно остановить. Круговорот жизни, которой мы не видим. Как не видим шагающего вдоль наполненной аллеи людьми, бога война который явно был чем-то расстроен. Он даже и не замечал того, что его одежда насквозь промокла, а кроссовки издавали неприятные хлюпающие звуки. Он был поглощён тяжелыми мыслями о сегодняшнем дне. Казалось, что бы могло тревожить бога? То что его забудут? Или снова нападёт неведанно, откуда взявшийся призрак? Никак нет, Сэнсоу тревожило лишь одно – его шинки. В последние дни отношения не складывались, Сэн то и дело пытался угробить Изаму. Специально выводил на эмоции, запугивал убийством. Почему? А кто его знает. Бог и сам не знал. Он понимал лишь, то что нити доверия рушатся и совсем скоро они порвутся и уж тогда обеих поразит скверна, принеся лишь за собой погибель.       Сэн и не заметил, как дошел до окраины города, где остановился на мостике, под которым мирно тек ручеек, неся за собой начавшие опадать лепестки сакуры. Такие красивые и нежные, они влекли своей красотой, жаль Сэнсоу не мог сейчас оценить это по достоинству, мысли заволокли мозг, до самых корней.       «Знаешь, Изаму пусть ты и не рядом, все же я скажу. Те слова и угрозы которые я тебе говорил, это все ложь. Я ценю тебя и никакой Кицуку мне тебя не заменит. Ты один такой. Ты не заменим. Да, черт возьми, я люблю тебя как друга, как брата, как часть своей небольшой семьи. Мы ведь семья?       Я чествую твою боль, она неприятно колит в области шеи вызывая невероятий зуд. Я знаю у тебя много проблемы, но я вместо поддержки подливаю масла в огонь. Я медленно, но уверено уничтожаю тебя. А ведь я должен тебя беречь, как единственное, что у меня осталось. Как самое ценное сокровище, которое даровано богу. Жаль я не мог сказать тебе это в слух. Моя гордость, не позволяет этому случится. Прости меня. Я ничтожный бог, который недостоин тебя»       Голубые глаза Сэнсоу наполнились слезами. Давно он не плакал, он даже и забыл какого-это, когда жгучая соленая жидкость стекает по щекам, невыносима обжигала их.