Per aspera ad astra

— Где-где?! — Гарри был ошарашен. — Некро… Чего? — Некромантия — магия смерти. — Смерти?! Но… Но это же плохо! — Почему Наследник думает, что Некромантия — плохо? Наследник не читал Родовых книг? — Какие еще Родовые книги? Что ты несешь? — Книги стоят на полках. Вы обязаны их прочитать. — Хорошо, я… — тут взгляд Поттера упал на окно. Небо уже окрасилось в красно-фиолетовые тона — солнце садилось. — Амикум! Где Главный Зал? — Вниз по лестнице. Амикум может идти? Амикум должен подготовить обряд… — Да, конечно, иди… — существо испарилось, а Гарри с опозданием подумал о том, что не ничего не спросил про обряд.

***

— Простите, я опоздал… — Поттер бежал по лестнице вниз, к Главному Залу. Остановившись и отдышавшись, он огляделся, пытаясь найти хотя бы намек на присутствие тех странных людей. — Э-эй… Вы где? Ла-Лазарь? Мо-моника? Есть кто? — Учитель, но зачем это делать? Мальчишка, судя по разговору с Амикумом, ничего не знает о своей магической сущности. — Даниель, это один из этапов Обряда. Он должен понять, что нужно полагаться только на себя — помнишь Пять Столпов Некроманта? — То есть… Вы серьезно… Вы хотите провести Обряд Инициации? Но… Ему же не дашь и пяти* лет… И вообще — этого никто не проводил уже более пятисот… — Не тебе меня учить, Стефан. Мне гораздо больше, чем пять веков. Не шуми. — Хорошо, то есть, Вы меня бросили? Отлично, но, нужно ведь, наверное, поискать еду… — Гарри проговаривал все вслух, чтобы не было так страшно. И на то были причины. Атмосфера стояла здесь поистине пугающая: мрак окутывал все помещение, колонны с причудливыми изгибами казались потусторонними чудищами, редкие проблески луны сквозь облака еле-еле просачивались сквозь маленькие окна… — Но здесь нет ничего кроме камней и решеток! — тут что-то скрипнуло. Гарри перепугался до смерти — и, чтобы хоть что-нибудь видеть, медленно двинулся к середине зала — туда падал лунный свет, образуя неровный круг, небольшой — это создавало ощущение хоть какой-то защищенности. — Так, он прошел туда… Моника, можешь идти, — девушка медленно отошла от своего учителя. — Да что же это такое… — тут мимо пробежала тень. Но она не была пугающей — наоборот… Гарри обернулся — все те, кого он видел днем, окружили его с небольшими светлячками в руках. Тут вышел тот самый старец — и зачитал нараспев что-то длинное и сложное, кажется, на латыни… До Поттера донеслись только обрывки его монолога: — И да пусть Род примет Гарри Джеймса Поттера, именуемого Эдвард Певерелл! — тут все померкло — мальчик потерял сознание.

***

— Где я… — Поттер попытался сфокусировать взгляд, но очки (и откуда они только взялись?) катастрофически мешали. Он решил их снять. Но лучше не стало. — У тебя сейчас идет балансировка, тебе лучше просто полежать с закрытыми глазами. И ничего не говорить, — Гарри только открыл рот, чтобы спросить что за ужас здесь происходит, как ему тут же пришлось его закрыть. А то и правда, мало ли… Не зря же врачи говорят — во время болезни разговаривать нельзя. — И лучше так усиленно не размышлять. Просто засни. Тебя разбудят, — возникла небольшая пауза, — часа через три. Тогда и поговорим, — когда неизвестный ушел, это можно было понять по удаляющимся шагам, Поттер на удивление быстро погрузился в объятия Морфея.

***

— Амикум? Что ты тут… Где мои очки? — Гарри проснулся, и не обнаружил очков, без которых он мало что мог разобрать в окружающем мире. А зрение-то вроде бы немного стало лучше… Впрочем, возможно ему показалось. И еще он обнаружил сидящего на постели Амикума — это странное ушастое существо — он внимательно смотрел на мальчика, словно специально дожидался пробуждения. Впрочем, возможно, что так оно и было. — Хозяин Певерелл, Верховный запрашивает аудиенции у Вас. — Верховный… — мальчик нахмурил лоб, пытаясь понять, о ком говорит Ушастый. — Амикум, не грузи юного Наследника. И да, директор попросил тебя проверить стабильность сферы, — задорный баритон (вроде бы этот тембр так назывался, Гарри точно не помнил) раздался от входа в комнату — довольно маленькую, надо заметить. У двери стоял высокий молодой человек с темными волосами, в клетчатой (красно-белой) рубашке, черных джинсах и красных ботинках. Это все, что смог рассмотреть Поттер, потому что зрение было… Не ахти. Да и парень стоял далековато. — Ну? Отоспался? — неизвестный широко улыбнулся, но тут же посерьезнел. — Давай, вставай, одевайся и пойдем. Нам еще документы оформлять. — А В-вы кто? Я никуда с Вами не пойду, пока Вы мне не объясните, что здесь происходит! - первый шок уже прошел, и теперь Поттер-младший, сложив руки на груди, отстаивал свое право на информацию. — А ты довольно бойкий для пятилетки! Верховный не ошибся… — Мне семь! — обиженно воскликнул мальчик, и тут же стакан, который стоял на прикроватном столике, лопнул. — И правда, семь, — восстановив стакан мановением руки, парень хмыкнул и уселся на краешке кровати — Гарри тут же весь подобрался и притянул ноги поближе к себе. — Вот что, Эд, ты никогда не замечал того, что когда ты сильно обижен, зол ли радостен — то что-то происходит? Что-то непременно странное? — Да… Это года два с половиной назад началось… — парень присвистнул, — на день рождения Дадли. Ваза с цветами тоже лопнула, — мальчик указал подбородком на целый стакан, — как вот этот вот. На меня тогда сильно наорали. И потом еще несколько таких проишествий было. Я ненормальный, да? — вдруг тихо переспросил Поттер, опуская голову. — Понимаешь, Эд, то, что с тобой происходит — это нормально для таких, как ты. — То есть? — будь у него на носу очки, Гарри бы обязательно их поправил. — Ты — волшебник, Эдвард. — Почему Эдвард? Я ведь Гарри… То есть, волшебник? Теперь понятно… — Ну, мне сказали, что ты Эдвард, но если хочешь, я буду звать тебя Гарри. И да, самый настоящий волшебник. И, как ты понимаешь, у волшебников и колдунов, то есть, таких как ты, есть особая сила — магия называется. И когда эта сила начинает пробуждаться, то практически все волшебники в твоем возрасте не могут эту силу контролировать. Поэтому-то и происходят эти всякие проишествия. А вот взрослые волшебники уже умеют магию контролировать, и поэтому могут направлять ее себе во благо, и другим тоже. Но чтобы этому научиться, нужно долго и упорно заниматься. Поэтому ты здесь. Здесь тебя научат управлять магией, своей силой. — Это все, конечно, здорово, но как же дядя с тетей? Вряд ли они меня отпустят… — Вот поэтому нам нужно сейчас в Лондон. Мы должны подтвердить кое-что, чтобы тебе разрешили учиться в нашей школе. И все будет хорошо и чудесно. Так ты идешь? — Ну, я… Я, конечно, пойду, контролировать себя все же надо, но… Вы меня не обманываете? — Зачем мне это надо? — театрально удивился парень. — Тут ведь и родственники твои есть. Дедушки там, бабушки… Много еще кто, — глаза у Гарри округлились. — Нет, Вы меня точно обманываете. Я ведь сирота. Мои родители разбились на машине — тетя говорит, что они были пьяницами — а про бабушек и дедушек я вообще ничего не знаю. — Тебе никто что ли ничего не рассказывал?! То есть, ты вообще не знаешь ни про своих родителей, ни про Волдеморта… Ни про кого? — Ну, в общем-то да… А кто такой этот Волдеторта? — Волдеторта? Ну ты и юморист…- парень взъерошил себе волосы, поморгал несколько раз и продолжил, — Ну ладно, пойдем. Я тебе по дороге все расскажу. Меня, кстати, Джастин зовут.

***

— Джастин, так ты мне расскажешь про родителей? — они уже вышли из той маленькой комнаты, и сейчас сидели в каком-то кабинете. Парень рылся в больших папках, выуживая оттуда какие-то бумаги, а Поттер сидел на краешке кожаного дивана, все еще не веря, что это происходит с ним. — Да, конечно! Только давай зайдем, пообедаем — уж больно ты худой… Есть, кстати, хочешь? — Ну…- от выразительного бурчания в животе Гарри покраснел. — Ясно все с тобой. Знаю я в Лондоне кафешку одну… Тебе должна понравиться тамошняя еда. — Но у меня нет денег… — Малыш, ну ты чего? Я же твой Наставник теперь. — Наставник? А кто это? — А я тебе разве не рассказал? — Нет. — Ну, тогда давай все же поедим, а затем я тебе поясню. И про родственников заодно расскажу. Только переоденься, пожалуйста — я тут тебе принес… — в воздухе материализовался пакет с одеждой. Поттер достал ее — это были обычные синие джинсы, белая футболка с каким-то принтом — мальчик не рассмотрел толком. — И да, вот тебе еще очки, — Джастин протянул ему футляр, в котором лежали заветные… А нет, не те разбитые велосипеды с перемотанной скотчем дужкой. Незаменимый в жизни прибор был с новой оправой, целыми стеклами, и веяло от него чем-то… Непонятным. Но знакомым. Тем самым — родным каким-то. Гарри повертел очки в руках, аккуратно рассматривая со всех сторон — а когда надел, то удивленно выдохнул — очки не ощущались. Вот вообще никак. Не было этого давления на переносицу — Гарри повертел головой, потряс ею — они не падали… Джастин смотрел на это, сложив руки на груди и ухмыляясь. — Это необычные очки, как видишь. Их изготовили специально для тебя. Каждый ученик нашей Академии должен хорошо видеть и слышать, обонять и осязать, чувствовать. Эти очки невозможно стряхнуть или разбить, украсть или потрогать — только ты один можешь их снять. Реагируют они только на твою ауру и, также, оснащены функцией магического видения, которое активируется специальным словом. Об остальных премудросях этих очков ты можешь узнать на Основах Артефакторики. Давай, одевайся быстрее и переместимся.

***

Перемещение прошло легко и быстро. Поттер на всякий случй закрыл глаза, а когда открыл, то они уже стояли в каком-то лондонском тупике — «наверное, чтобы никто не увидел» — а затем пошли к тому самому кафе. — Понимаешь, когда магия только-только зародилась, а зародилась она в нескольких семьях, то появились Лорды. Одними из самых известных были Лорды Певереллы — от них идет твой род, и Род Волдеморта, кстати, тоже. Интересно, правда? Вы с ним, получается, какие-то очень и очень многоюродные братья. Но мы отвлеклись. Итак, кровь Рода Певерелл сейчас есть во многих наследниках разных родов — Слизерин, Поттер… Много еще каких. Так вот, ты являешься наследником Двух Родов — Поттер и Певерелл. Но так как Поттер так называемая дочерняя ветвь, то в первую очередь ты становишься Лордом Певереллом. Но это будет нескоро — лет в восемнадцать-двадцать. Затем, при желании, ты можешь стать Лордом Поттером. Сложно, правда? — Да… Очень. Но в этом ведь можно как-то разобраться? — Конечно, у вас в Академии будет даже специальный предмет, специфический, правда, но интересный — Узы магии. И как факультатив — Право наследования. Мы, кстати, пришли, — они и правда подошли к небольшому чистенькому кафе. — Ты что будешь? — Ну… Я даже не знаю… А что можно?

***

Насытившись, Джастин повел Гарри в тот самый тупик — оттуда они еще раз переместились, только на этот раз Гарри решил глаза не закрывать. Все вокруг моментально окутала тьма, но в следующий же миг они оказались на… Тисовой улице. — Зачем ты меня сюда привел? Ты… Ты хочешь меня отдать обратно, да?.. — полуутвердительно спросил Поттер. — Малыш, нет, ну ты чего? Мне просто нужно подтверждение кое-каких бумажек. Волокита, не более, — они уже подошли к аккуратному до тошноты дому номер четыре. Постучались. Тишина… — Может быть их дома нет? — задумчиво пробормотал Джастин, запустив руку в волосы. Но тут изнутри раздалась какая-то возня, и дверь распахнулась. На пороге стояла Петунья, со скалкой в руках и недовольно поджатыми губами. Но когда она перевела взгляд на Гарри — хорошо одетого, без очков, выспавшегося и отдохнувшего — то побледнела. — Т-ты?! Ты что тут… Ты же пропал, ты… А Вы кто? — она поперхнулась воздухом, когда посмотрела на ухмыляющегося Джастина. — Вернон! Вернон! Здесь… Здесь… Чего вы стоите-то на пороге, проходите скорее — вон, соседи уже смотрят… — она рассеяно закрыла дверь, когда Гарри с Наставником зашли в вылизанный холл. — Да, дорогая? — Мистер Дурсль вышел из гостиной, и покраснел — — А ты что тут делаешь, негодный мальчишка? Убежать вздумал? Ну я тебе задам… Где вы его нашли? — он повернулся к Джастину, видимо, приняв его за обычного парня. — Простите, но я здесь совсем не затем, чтобы отдавать Вам Гарри обратно. Я пришел за свидетельством об опекунстве. Вас должны были проинформировать. — Мистер Певерелл, не так ли? Да, нам звонили… Но мы думали. что это очередная проверка документов, попытались связаться с опекой, и… И нам сказали, что никто никого не высылал. — А я и не из органов опеки. Я — родственник Гарри. Я пришел, чтобы официально перевести его в Академию имени Игнотуса Певерелла, а также официально вернуть в Род. Или же в семью, как у вас тут принято говорить. — Да? Ну… Ладно. Мы не против, верно, Петунья? Нам будет гораздо лучше без…этого, — Вернон брезгливо скривился, а миссис Дурсль даже если и хотела возразить, то быстро передумала. — Что же, тогда с Вами свяжется наш агент. Всего доброго, нам нужно было лишь ваше устное согласие, — Джастин пошел к выходу, а Гарри поспешил за ним. В голове билась только одна мысль — неужели все это правда, и у него будет настоящая семья?