Ниндзя, знающий будущее

      Я вроде умерла, а вроде и нет. В голове каша. Перед глазами скачут картинки разных: людей, природы, городов. Большие города, которые почему-то кажутся чуждыми, хотя я знаю, что я жила там. Или все же нет? Деревья, высокие стволы которых обхватить не смогут даже три человека. А еще кровь, ножи и мёртвые люди. Это вызывает страх, а где-то глубоко внутри чуткое понимание, что некоторые умерли от моих рук. Ужас охватывал сознание, картинки стали мелькать быстрей, в висках пульсировало, голова раскалывалась. Впервые я чётко почувствовала свое тело. Не выдержав пульсирующей боли, я закричала и услышала звуки, хотя до этого их не было.       — Изу… Уна… Изуна, — как через толщу воды слышался голос.       — Нии-сан? — еле слышный вопрос сорвался с губ. Было точное чувство, что это мой брат, он поможет, но внутри скребло чувство: «У меня нет брата!». Гул в голове нарастал, она пульсировала. Открыть глаза не получалось, в них как будто песка насыпали вместе с раскалённым маслом. От резкой боли в глазах я заскулила.       — Сделайте что-нибудь! — гневный рявк заставил замереть меня. Стало оглушительно тихо, но, не выдержав, я закричала опять. Когда кричишь вроде не так больно.       — Успокойся, — этот голос был пронзительно холоден и спокоен. Тело как-то сжалось, и я прикусила губу.       — Но ей больно, — возразил «новый» брат. От этой мысли я истерически фыркнула. На голову легло что-то холодное, боль стала отпускать. Еле как получилось разлепить глаза. Все расплывалось, но разглядеть, что надо мной находится лицо черноволосого мужчины, получилось. «Ото-сан». Хм. Отец значит. С этими мыслями я потеряла сознание.

***

      Следующее пробуждение было более приятным. Тело немного ломило, и голова была тяжелая, но той боли уже не было. Да и сознание в этот раз было ясным. Мадара — мой старший брат, Таджима Учиха — мой отец, другой ближней родни нет, два брата умерли, мать тоже, единственный друг убит — вчера. Меня затрясло, все резко стало чётким. Чёртовы Инузука, в следующую встречу — уничтожу. Послышались быстрые шаги, дверь с грохотом отворилась. Передо мной стоял Мадара. Перед глазами заплясали картинки. Дёрнула головой: «не сейчас».       — Имото, ты как? — брат уже сидел на корточках и обеспокоенно смотрел на меня.       — Нормально, — голос глухой. Это, наверное, от криков.       — Изуна, потуши шаринган, — на его просьбу недоумённо заморгала. Когда успела-то? Прервав ток, отключила дзюцу. — Ты помнишь, что случилось? — кивок был ему ответом. Такое не забывают. Мадара нахмурился. — Ты пробудила Мангекё, — так вот почему мне было так плохо. Еще раз кивнула.       — Все хорошо, Мадара, — улыбка вышла усталая. Подавшись вперед, обняла его. Меня стиснули очень крепко. «Все хорошо, главное, Мадара рядом». Сколько мы так просидели, не знаю. Очнулась, когда почувствовала на себе взгляд. Подняла взгляд и увидела отца.       — Здравствуйте, Ото-сан, — чуть отстранившись от нии-сана, поклонилась отцу, насколько это было возможно в этом положении. В ответ мне кивнули и прошлись по мне взглядом.       — Вижу, ты в порядке, — констатировал факт мужчина. Это не было вопросом, но я кивнула. — Даю неделю на отдых, — сказав эти слова, он ушел. Мадара, который успел повернуться, грозно смотрел в сторону уходящего. Начав бурчать что-то неразборчивое, он обнял меня снова так, будто хотел втиснуть меня в себя. Стала гладить по его длинным, торчащим волосам.       — Нии-сан, пошли, прогуляемся? — наклонившись к самому его уху, произнесла. Так он точно меня услышит. Неразборчиво что-то пробурчав, он встал и кивнул. Поднявшись, мы вышли из дома. Поселение Учиха было достаточно большим, да и дом главы клана находится посередине, а отец главой как раз и является. Его дом самый большой и защищённый, при нападении небоеспособные соклановцы прячутся в нём. Идя по улицам, мы направлялись к одному нашему любимому полигону. Шли медленно, каждый думал о своём.       Меня волновал вопрос тех непонятных картинок. Большие здания, много того, чего я точно не должна знать. Да и непонятные чувства, которые бывает, возникают. Особенно настораживает, что я видела этот мир как выдуманную историю! Не буду врать, увиденное мне не понравилось. И вся проблема в моей смерти и той чёрной штуке, Зецу, кажется. Была уверенность в этих знаниях. Даже если есть возможность такого развития сюжета, а она есть, допустить свою смерть нельзя. А единственный выход — это союз с Сенджу. Я не позволю Тобираме уничтожить свой клан. Ррр. Вдох выдох, спокойствие только спокойствие. Сама идея союза с Сенджу вызывает раздражение и злость, на плаву эта мысль держится только от понимания, что это мечта брата и что спасти Мадару по-другому не выйдет. Тобирама, как ни отвратительно это признавать, может в будущем стать сильнее меня. Клан Узумаки ему в помощи не откажет, как ни крути, но два этих клана родня. Да и договор у них. Только вот Узумаки в нашу войну не вмешиваются, мы тоже, бывает, покупаем у них печати. Обычные, конечно, но Узумаки нам точно не враги. Я их даже уважаю.       От мыслей меня отвлекло то, что мы добрались до места назначения. Подойдя к дереву, я плюхнулась на траву. Мадара же не стал поступать как я, а просто развалился на ней. Какое-то время мы сидели в тишине. Я разглядывала птичку, которая сидела на дереве и красиво пела. В деревьях шумел ветер. Так хорошо.       — Мадара, — говорила негромко, но достаточно, чтобы он услышал. Поблизости никого нет, я все же довольно неплохой сенсор.       — Ммм, — не открывая глаз, промычал парень. Ему вроде сейчас девятнадцать, а мне пятнадцать. Время есть.       — Ты все еще хочешь союза с Сенджу? — внимательно слежу за Нии-саном. Тот напрягся и, приподнявшись на локтях, заглянул мне в глаза. Что он пытался там найти, не знаю, чуть подумав, он ответил:       — Не знаю почему ты спрашиваешь, но, наверное, нет, — ответ был неубедительный. Приподнятая бровь и недоверие встретили Мадару. Взгляд Учиха стал тяжёлым, он сверлил меня минут пять, но тяжело выдохнул и закрыл глаза. Отвечать он не торопился.       — Твоя мечта изменилась, Они-сан? — брат вздрогнул и резко раскрыл глаза, с подозрением и замешательством смотря на меня. Он что-то собирался сказать, но быстро захлопнул рот. Я выжидающе смотрела на Нии-сана. В какое-то время его взгляд изменился. Теперь он смотрел на меня так умоляюще, что не сдаться было очень трудно. Нахмурившись, стала сверлить его взглядом.       — Я не… знаю, — помявшись, ответил, наконец, Мадара.       — Нии-сан, я всегда буду на твоей стороне, чтобы ты не выбрал, — сказав это, медленно встаю и ухожу с полигона, краем глаза замечая, как он кивает. Мои слова приняли, и он всё понял. Зачем я затеяла разговор и чего хотела? Буду надеяться, он примет верное решение, а я всегда буду его тенью. С этим все мои чувства были согласны. Поиграем? На лице сама собой заиграла усмешка.