Начало пути

      — Хо-о-о-о… Вот это разруха.       После удара дубиной в ответ на Чидори меня выкинуло во внутренний мир. Впервые за почти два года новой жизни я вновь ощутила себя на своём месте: в себе.       Окружающий пейзаж совершенно не радовал.       Некогда красивый и густой лес сожжён до состояния поля обугленных пеньков. Домик Курамы разрушен, а его крыша дрейфует где-то посреди залитого чем-то чёрным озера. Земля перепахана рытвинами клубящейся испарениями серы. Горы покрыты шрамами от падения метеоритов или нечта подобного. Яркое и тёплое солнце закрыто низкими чернильными облаками. Я же стою на последнем зелёном кусочке суши и оглядываюсь.       Кинула взгляд на себя и хмыкнула. Выглядела я точно так же, как и перед падением в подсознание: одетая в мантию волшебников и до последней нитки пропитанная кровью. Однако, волосы у меня были не черные, а кроваво-рыжие, как когда-то.       Медленно двинулась по направлению к домику «матери», а земля под моими ступнями начала исцеляться.       Чёрная копоть от некогда прошедшего пожара впитывалась в землю, и из неё начали прорастать травы. Пеньки, мимо которых я проходила, трескались, после чего из них стали тянуться тонкие прутики молодых деревьев. Медленно, но верно волна исцеления начала распространяться по местности, затрагивая всё больше и больше окружающего пространства.       Когда я подошла к домику Ку, его стены уже были как новенькие, а крыша возвращала себе последние осколки черепицы. Перед самой дверью я замерла и с грустью в сердце аккуратно провела пальцами руки по давно сорванным цепям. Зажмурившись, взялась за ручку двери и повернула, открывая дверь и входя.       — Ты чего так долго?! — ударил по слуху обвинительно-обиженный голос Ку.       Открываю глаза! И никого… Дом пуст и одинок без своей неугомонной хозяйки. Грудь прострелило болью и разочарованием. До последнего я не верила, но надеялась, что хоть что-то мать и подруга в одном лице мне оставила после себя. Но теперь я единоличная владелица своего внутреннего мира.       (скри-и-и-и-и!)       Я вздрогнула и, переведя взгляд на свою руку, медленно её разжала, оставив на ручке двери сильную вмятину. Правда, не прошло и пяти секунд, как металл начал медленно выправляться и возвращать себе свой прежний вид.       Осмотрелась. Всё осталось точно также, как и раньше, за исключением личных вещей Курамы. На полках больше не размещались книги и статуэтки. На рабочем столе валялись пустые листы бумаги, а на полу медленно качалась от сквозняка оброненная кисточка для письма. Глянула на стоящий в дальнем конце сундук, крышка которого была открыта, а вместилище пусто.       Дом покидали в спешке.       Скрипнув зубами, вышла на улицу и уселась на веранде. Глянула в прояснившееся небо, но ничего кроме размытых от слёз облаков не смогла рассмотреть.       Боги, Демоны, Высшие и Старший…       Ненавижу!       (шмыг!)       — Так вот ты какая. — Спереди раздался смутно знакомый голос, и я вскочила со своего места.       Душевный раздрай и переживания не помешали мне материализовать кунай и я встать в оборонительную стойку. Невдалеке передо мной стояло Нечто. Высокая и стройная фигура, являющая собой творение больного на всю голову скульптора. Смесь химеры стольких разных монстров, существ и человека одновременно, что даже представить себе невозможно, чем Это было изначально. Эбонитово-чёрная корона из рогов довольно приятно для глаз поблёскивала на солнечном свете, а панцирь на теле и металл рук переливался всеми цветами радуги, будто капля бензина на воде. Длинный, оканчивающийся ядовитым жалом хвост вяло раскачивался из стороны в сторону, выдавая крайне благодушное настроение гостьи.       Игрок с ником Декс, также известная как Вечный Жнец самой Высшей Богини Смерти Хель собственной персоной.       — Расслабься, детёныш, — фыркнула Игрок, осматривая просторы своими пустыми, наполненными синим туманом глазницами. — А у тебя тут ничего так. Уютненько. Правда, пустовато. Не находишь? Хотя, что это я возмущаюсь? По сравнению с моей Пустыней это Рай!       — Что тебе нужно? — рыкнула я, так и не опустив оружие.       — Отмазка в стиле: «Просто мимо крокодил», — не прокатит? Нет? Ну и ладно, — пожала та плечами и призывно махнула когтистой металлической рукой. — Идём. Хочу тебе кое-что показать.       Декс развернулась и, лениво покачивая своим хвостом, двинулась куда-то вглубь моего леса. Довольно забавное и притягательное зрелище, должна отметить. Неужели я выглядела со спины точно также в режиме отшельника ксеноморфов?       Убрав оружие, двинулась следом, внимательно следя за идущим впереди существом, и всё время пути пыталаясь разобраться в ощущениях, которые та у меня вызывает.       Дэкс вызывала у меня множество эмоций и ассоциаций, но среди всего этого коктейля ни разу не мелькнуло восхищение. Да, я люблю всяких монстров и не против, точнее всеми руками только «за», вновь заиметь себе в помощники один или два роя ксеноморфов. В ксеноморфах я чувствовала что-то родное, хищное. Эти существа были воплощением смерти: грациозные, гибкие, гладкие, но прочные как камень тела притягивали взгляд и сложно было оторваться от такого зрелища. Но они были… родными, что-ли? А вот Декс…       Декс наоборот своим присутствием напрягала и заставляла нервничать. То, что этот Игрок один из сильнейших во всех мультивселенных, бесспорно и это тоже напрягало.       Идя позади девушки-химеры я не могла не отметить грациозность её движений. Плавная и изящная походка «от бедра» притягивала взгляд, а ленивые, почти незаметные покачивания тела из стороны в сторону завораживали. Но не было той неуловимой красоты хищника и охотника. Аура Декс скорее походила на ауру убийцы, привыкшего убивать сотнями, тысячами или даже миллионами. Все ассоциации, вызываемые в моей душе истинным образом Декс, сводились к одному единственному слову-названию — Мясник. Убить для неё всё равно, что вздохнуть. И ей было плевать на то, кого она убивает. Бактерия? Букашка? Животное? Человек? Бог? Ей безразлично.       Из рассказов Ку, с Декс никто не мог нормально работать, хотя в общении, со слов той же Курамы, этот Игрок был просто прекрасен: начитан, умён, мудр и сострадателен. Но когда дело касалось работы…       «Представь себе доброго и понимающего отца семейства» — описывала мне Ку. — «Он умён, внимателен, имеет множество верных друзей. О родных и близких заботится так, что кажется, что он готов с них пылинки сдувать. Но вот наступает утро, он с улыбкой целует своих детей и жену, берёт с собой контейнер с едой и идёт на работу. Придя на работу человек приветливо здоровается с коллегами, радует секретаршу начальника свежей и настоящей плиткой вкусного, как амброзия, шоколада. Заходит к себе в кабинет, переодевается и идёт на своё рабочее место. В подвал. Туда, где его контора держит пленных врагов, а работа этого замечательного человека заключается в том, что он Палач! Молчаливый и исполнительный робот, способный вынимать миллиметр за миллиметром кишки человеку при этом рассказывая жертве, какую замечательную картину нарисовала его любимая дочурка и как он хочет, чтобы она стала врачом или учителем. Убивать и калечить для такого человека — это то же самое, что и спину себе почесать. Такая же рутинная и чуть-чуть приятная мелочь в жизни. Вот такой он, Декс»       Конечно, тогда об этом Игроке Курама рассказывала в мужском роде, так как последний раз она видела его именно в таком гендерном воплощении. А так психика Декса настолько пластична и изменчива, что ни один Высший кроме самой Хель не стал с ним работать и направлять в миры, где требуется именно такая вот пластичность, приспособляемость и жестокость сравнимая с маниакальным психозом серийного убийцы. Ку не знала первого воплощения своего друга (да-да! Именно друга!), но была уверена, что даже тогда этот Игрок умудрился стереть с лица безымянной Вселенной минимум одну цивилизацию разумных. То есть этот Игрок убивал миллионами, ещё даже не имея в своём распоряжении Систему!       С приходом в её «жизнь» Высших аппетиты этого монстра, конечно-же, поубавились, но методика работы осталась. Декс приходит — разумные умирают.       Так вот… Декс пришла… Что дальше?       Мы молча шли в одном направлении довольно долго, и мне начало казаться, что Декс издевается надо мной, но дорога известная этому Игроку внезапно закончилась крутым обрывом. Девушка-химера плавно отошла в сторону, и мне открылся вид на огромный котлован.       В самом низу искусственного углубления в земле клубился до боли знакомый оранжево-жёлтый туман и накапливался этот туман, вытекая из странной металлической сферы, закреплённой на такой-же странной четырёхногой конструкции. Над сооружением, мерно пульсируя в такт сердцебиению, медленно крутился в горизонтальной плоскости тёмно-фиолетовый, продолговатый кристалл. Вокруг кристалла также имелось странное на вид металлическое кольцо. Обе конструкции были покрыты просто зубодробительной вязью рисунков фуин, рун и каких-то текстов.       — Это… что такое? — опешила я.       — Это? — хохотнула Декс. — Шедевр, созданный руками твоей матери. Курама, конечно, тот ещё отморозок, решивший бросить вызов Совету и Законам Древа, но гениальный отморозок и это бесспорно. Она каким-то образом, даже мне непонятным, а это показатель, умудрилась впаять в твою Искру источник чакры биджу и ограничить твой дар Псиона до состояния Псионика, сохранив тем самым твою психику от дальнейшего разноса. Всё это — наследие, оставленное тебе матерью, — обвела девушка рукой подарок Ку. — Ты теперь навечно и шиноби, и псионик. Кроме того, — когтистый палец указал на что-то ещё, зависшее между кристаллом и источником чакры. Оно было пока ещё маленькое и почти невидное, но после указания куда смотреть, я заметила какую-то голубую звезду. — Конструкция саморазвивающаяся и чем дольше ты используешь какие-то новоприобретённые с перерождением способности, тем выше шанс впаять себе в Искру что-то ещё. Вполне возможно в следующем воплощении ты будешь не только псиоником-шиноби, но ещё и магом. Мне даже завидно немного, — вздохнула девушка. — Мало кто из Игроков способен похвастаться таким количеством Надстроек Искры.       — Что с Курамой? — глянула я на девушку.       Декс помрачнела и это было видно даже не смотря на бледность и отсутствие глаз в глазницах.       — Что сделала с Курамой моя богиня мне неизвестно. Я даже предположить не осмеливаюсь, так как фантазия Хель невообразима и сколько бы я не прожила, с её изобретательностью не сравнюсь никогда. Просто знай, что Ку жива, и, возможно, вы когда-нибудь встретитесь. Но явно не скоро, так что губу не раскатывай. За то, что совершила твоя мать, следует одно наказание — Стирание. Однако у Хель было другое мнение на этот счёт, и она придумала что-то другое.       — Понятно… — вздохнула я и отвернулась. Легче от этих слов мне, конечно, стало, но не так легко, чтобы совсем не беспокоится за Ку.       Внезапно мне на макушку опустилась холодная ладонь, и я замерла как мышка перед кошкой. Однако, ничего страшного не произошло и вместо атаки или просто мгновенной смерти меня просто очень знакомо потрепали по волосам.       — А ты забавная, — с клыкастой улыбкой выдала Декс, когда я осмелилась на неё посмотреть. — Зря я, наверно, так рьяно требовала твоего Стирания. Ты… — тут она хмыкнула и убрала руку. — Всё может быть, — пространно произнесла она вместо продолжения фразы.       Девушка сделала шаг в сторону котлована, но вместо того, чтобы упасть, зависла в воздухе и обернулась ко мне.       — Если у тебя нет смысла в жизни, а Дух Ветви не даёт тебе глобальных задач, помни, что только своим присутствием ты меняешь уготованную миру судьбу и можешь привнести что-то новое в нашу мультивселенную. Даже мимолётное присутствие Игрока стабилизирует мир и не даёт ему кануть в небытии бесконечного цикла рождения и смерти вселенных. Так или иначе, даже случайная ошибка в твоём лице может быть полезна Древу, и мы все, Игроки и Высшие, будем жить чуть лучше, чем до твоего появления. В крайнем случае… — тут Декс грустно улыбнулась и изобразила рукой пантомиму, будто нажимает пальцем несуществующую кнопку на воображаемом детонаторе. — «Нажать на кнопку» мы всегда успеем. Бывай, Акума! Живи и наслаждайся! — Взмах металлической рукой на прощание и девушка просто исчезла. Вот так взяла и исчезла без всяких там спецэффектов. Хоп! И нет её.       После исчезновения одного из самых сильных и опасных для меня конкретно Игрока дышать стало как-то легче. Всё же неприятно, когда в твой внутренний мир, как к себе домой, кто-то так спокойно может зайти. Особенно такие вот… разумные… М-да…       Постояла, рассматривая результат безумного гения матери, и спрыгнула вниз. При приземлении туман, как ласковая кошка, прильнул к ногам и, будто вода, принялся смывать с тела кровь и восстанавливать одежду. Пока я дошла до источника этой энергии, на мне не осталось и следа от ран и грязи.       Прошлась вокруг основания, рассматривая сферу и офигевая от масштаба проделанной матерью работы. Что-то мне начало подсказывать, что кицуне не спала всё свободное время во мне, а ваяла вот это вот… Это вот.       Сфера, заменяющая мне источник чакры биджу, на поверку оказалась самым настоящим реактором! Я нашла пока отключённые от моего внутреннего мира сегменты и подрагивающими пальцами соединила контакты. Мир дрогнул от удара колоссальной мощности и меня, вначале подбросив, уронила на землю.       Сфера засветилась внутренней золотистой энергией и медленно начала раскручиваться, постепенно набирая обороты. С каждой секундой кручение механизма всё усиливалось и начал нарастать гул, как от работающей трансформаторной будки на электрической подстанции.       Достигнув максимально доступной скорости, сфера вспыхнула ярче и гул пропал. Как, в принципе, и сфера. На месте странного механизма теперь было маленькое рукотворное Солнце. Оно не сжигало всё вокруг, а согревало. Оно не слепило, а давало мягкий свет. И оно пульсировало. Мерно, в такт течению чакры в моём теле. Тум!.. Тум!.. Тум!..       Не смотря на то, что моё сознание было пока отрезано от тела, я почувствовала, как физическая оболочка начала восстанавливаться. Значит, времени у меня осталось совсем немного.       Вспомнив манёвр Декс перед своим уходом, я представила как парю в воздухе и легко повторила действие Вечного Жнеца. Пару мгновений мне потребовалось, чтобы взлететь на уровень кристалла и осмотреть и его. Но тут ничего подключать и тем более отключать не требовалось. Механизм работал как ограничитель, завязанный на мои псионические способности.       Опустилась и глянула на звезду. Точнее, звёздочку. Маленький кристаллик чистого голубого света парил лёгким сизым дымком и слабо подрагивал от моих прикосновений, а его энергия, как и чакра внизу, буквально ластилась к моим рукам. Было такое ощущение, что передо мной несмышлёный и слепой котёнок, которому ещё предстоит вырасти в матёрого хищника, но его ещё предстоит обучить и уберечь от напастей внешнего жестокого мира.       Никаких механизмов вокруг звёздочки ещё не было, однако внимательный осмотр верхушки «очага чакры» показал наличие новообразований на корпусе и тянулись они как раз в сторону неё. Следовательно, придётся хорошенько постараться, чтобы шедевр матери принял новую энергию и впаял её в свою структуру.       Пока размышляла, почувствовала как меня начало медленно тянуть обратно в материальный мир, но я пока была не готова взглянуть на него и по воздуху переместилась обратно к домику. Уже внутри один раз моргнула и когда открыла глаза все разбросанные тут и там вещи оказались на своих местах. Подошла к пустующему шкафу с полками и, ухмыльнувшись, создала свою собственную копию. Мой клон, отзеркалив ухмылку, и сменил нынешний облик на облик Наруко, замер и, подчиняясь моей воле, уменьшился до пятнадцатисантиметровой фигурки.       Наклонилась, подняла фигурку, покрутила в руках и поставила на самую верхнюю полку в левый дальний угол. Это будет началом моей будущей коллекции. Ещё раз убедившись в том, что сделала перед уходом всё, что хотела, отпустила контроль и меня дёрнуло «на поверхность».       В сознание я пришла почти мгновенно, но ничего вокруг не смогла рассмотреть. Подняла руку к лицу и нащупала плотную марлевую повязку на глазах. Тихо хмыкнула и вызвала консоль управления СИМ перед внутренним взором.       ИМЯ: Элис Джин Грейсон       ИГРОК: Акума (имя подтверждено)       УРОВЕНЬ: 25       ОПЫТ: 4 150/130 000       ЗДОРОВЬЕ (НР): 950/950/190 мин.       МАНА (МР): 927,2/927,2/57,4 мин.       КАНАЛЫ МАГИИ: 102       ИНЬ ЧАКРА: 500/500/50 мин.       ЯН ЧАКРА: 700/700/50 мин.       ЧАКРА БИДЖУ: 2500/2500/250 мин.       ЧАКРА-КАНАЛЫ: 211       ПСИ: 980/980/98 мин.       СИЛА: 48       ВЫНОСЛИВОСТЬ: 70       ЛОВКОСТЬ: 64       ИНТЕЛЛЕКТ: 50       МУДРОСТЬ: 47       УДАЧА: 5       СВОБОДНЫЕ ОЧКИ: 120       ОСОБЕННОСТИ: Игрок, Тренированный разум, Одиночка, Адепт (ур. 62), Переносимость Боли, Закалённый, Малая устойчивость к ядам, Псионик (Адепт), Искусственный Джинчурики.       НАВЫКИ: Книжный червь (ур. 36), Метание (ур. 40), Стрельба (ур. 47), Концентрация, Контроль чакры (ур. 55), Медитация (ур. 80), Ближний бой (ур. 53), Выживание (ур. 23), Профессия (Гончар (30), Строитель (26), Повар (54), Оружейник (20), Резчик по дереву (62)), Охота (ур. 35), Рыбалка (ур. 47), Наблюдательность (ур. 64), Поиск (ур. 45), Фуин (подмастер), Скрытность (ур. 70), Гербология (ур. 6), Чары (ур. 9), Зельеваренье (ур. 7), Трансфигурация (ур. 9), Владение Волшебной Палочкой (ур. 22), Животноводство (ур. 7).       ТЕХНИКИ (развернуть список)       ЗАКЛИНАНИЯ (развернуть список)       ПСИ НАВЫКИ (развернуть список)       Посмотрела логи и фыркнула. Тролль скопытился, но я всё-же получила фатальные повреждения, однако кто-то успел выправить и стабилизировать ситуацию, и меня доставили в больничное крыло. Значит всё хорошо, что хорошо кончается. А с рыжим семейством я расквитаюсь. Да-а-а-а… Я же обещала устроить им Ад? Правда? А демоны имеют привычку выполнять свои обещания и клятвы! Хе! И почему у меня такое чувство, будто постепенно начало возвращаться лёгкая безуминка Узумаки? М?       …       Проследовавшая за Хеллоуином неделя была насыщена событиями не только для преподавательского состава, но и для студентов Хогвартса.       Молодое поколение долго и вдумчиво мусолило происшествие, придумывая всё новые и новые подробности случившихся событий. Кто-то предполагал, что это дело рук Сами-Знаете-Кого, кто-то считал, что тролля перенесло в замок случайной трансгрессией (мало ли какие феномены могут случиться на Хеллоуин).       Студенты Гриффиндора громко обсуждали, как бы они справились с троллем. Когтевран выдвигал теории заговора и предлагал лучший способ использования новоприобретения профессора Снейпа (были даже индивидуумы, предлагавшие поднять тварь в виде нежити-охранника). Слизерин терпел бахвальство «героя», что не мог не прокомментировать событие в своём стиле, совершенно забыв о том, как трясся от страха, когда шёл в гостиную своего факультета.       Самыми хмурыми и молчаливыми были студенты Пуффендуй. Молодые Барсуки ходили небольшими мрачными и задумчивыми группами и многие, постфактум, вспомнили, что шутить с жёлто-чёрным факультетом не только опасно для жизни, но и весьма болезненно.       На все подколки в сторону уже как семь дней лежащей в коме пострадавшей девочки Барсуки реагировали очень быстро и жестоко. И часто такие реакции заканчивались для шутников посещением больничного крыла. Деканы и преподавательский состав, что интересно, студентов Пуффендуя не наказывали за такое поведение, а отрывались на шутниках, назначая тем отработку за отработкой.       Для ещё двух участниц прошедших событий также произошли кое-какие изменения. И если для юной Поттер эти изменения выразились в обострившейся опеке со стороны друзей, то для юной Грейнджер всё было не настолько радужно и невинно.       Девочек выписали из больничного крыла буквально на утро следующего за праздником дня с вправленными носами и телами, накаченными по самую макушку зельями. Поттер встречали переволновавшиеся друзья, а вот Грейнджер была вынуждена идти в гостиную своего факультета в одиночестве. А по возвращению на «родной» факультет для Всезнайки и Зубрилки наступил форменный кошмар.       Подколки со стороны сверстников (и не только) усилились и участились. Соседки по спальне от угроз перешли к активным действиям и начали портить жизнь девочки не только словами, но и чисто детско-женскими пакостями, заканчивающимися через раз посещением больничного крыла.       Раз, другой, третий и у девочки случился нервный срыв с сильным магическим всплеском, а сокурсники вместо того, чтобы успокоить доведённую до истерики девочку, просто вышвырнули её из гостиной факультета. В таком вот зарёвано-опустошённом состоянии, бродящую по тёмным коридорам, погрузившегося в ночной сумрак замка, в одной ночной сорочке её и нашёл профессор зельеварения.       Вначале мужчина по привычке хотел назначить девочке кучу отработок со снятием баллов и вернуть в факультетскую гостиную, но встретившись взглядом с зарёванными глазами девочки, поступил совершенно не свойственно образу Ужаса Подземелий. Снейп молча накинул на девочку согревающие чары и отвёл её к декану факультета Пуффендуй.       Сонная и шатающаяся от усталости женщина встретила коллегу хмурым взглядом, но когда тот отошёл в сторону и продемонстрировал найдёныша, сразу же включила режим профессиональной наседки. Девочка была завёрнута в тёплый плед, усажена в глубокое кресло напротив камина, напоена чаем и накормлена печеньями. И спустя пару минут после чаепития, Гермиона не смогла справиться с навалившейся усталостью и отключилась, а деканы тихо вышли в коридор.       — Что случилось, Северус? — напряжённым голосом поинтересовалась женщина у коллеги, прекрасно зная, что тот уже всё считал с разума ребёнка, и дожидаясь ответов.       — Факультет Львов вновь показал себя с «лучшей» стороны, — скривился зельевар. — Девочку не приняли на факультете. Её после перенесённого стресса ещё сильнее загнобили одногодки за то, что её спасли твои Барсучата. У неё случился нервный срыв со всплеском неконтролируемой магии прямо в гостиной факультета. Старшие студенты Минервы даже не стали разбираться, почему у девочки случился нервный срыв и её просто вышвырнули в коридор. Ночью. В волшебном и ни черта не безопасном замке.       — Я скоро удавлю эту драную кошку! — скрипнула зубами Помона.       — Тут вопрос состоит не в том: «Как скоро ты это сделаешь?», — А успеешь ли первой, — мрачно изрёк мужчина. — Я пошёл к Дамболдору. Девочке не место среди этих шакалов, пусть повторно пройдёт распределение. Думаю, после всего перенесённого ею Шляпа будет с нами солидарна в этом вопросе.       — Хорошо, — легко согласилась с коллегой Помона. — А пока пусть девочка поживёт у моих Барсучат.       — Уверена? — криво усмехнулся Снейп. — Шляпа ведь может отправить её и к Воронам?       — Лучше Вороны, чем Грифы! — фыркнула женщина, а потом внезапно улыбнулась. — И Змеи.       — М-да… — улыбнулся в ответ мужчина. — Тут мне крыть нечем. Ладно. Я пошёл к директору.       — Иди-иди.       Вот так вот, неожиданно, и пока временно, один, точнее одна, с Львиного факультета перебралась в нору к Барсукам. Гермионе никто ничего не объяснял, а только поставил перед фактом, что некоторое время она будет жить и учиться на факультете Пуффендуй. Причём перед фактом её поставил сам директор школы, которого девочка безгранично уважала и ставила себе в пример.       Неожиданно для себя девочка обнаружила ненавязчивую заботу со стороны старшего поколения факультета Барсуков и дружелюбие со стороны своих одногодок. Ханна, Сьюзен и прибежавшая её предупредить о тролле Лейла, окружили девочку молчаливой поддержкой и всегда были готовы поддержать разговор или выслушать спонтанную лекцию со стороны начитанной однокурсницы. Лейла даже завела привычку периодически записывать за Гермионой в носимый с собой блокнот, чем неосознанно тешила самолюбие стремящейся к признанию девочки. Джастин и Эрни попеременно помогали таскать тяжёлую сумку и внимательно слушали её объяснения в том или ином вопросе, касающегося обучения магии.       Когда же мисс Грейнджер внезапно попросили пройти в кабинет Дамболдора, вся компания молодых Барсучат вызвалась её проводить и подождать у входа в башню. В кабинете присутствовал только сам директор и старый волшебник, недолго поговорив с девочкой о её делах и напоив вкусным травяным отваром, предложил надеть Шляпу ещё раз и проверить, а действительно ли ей так хорошо учиться и жить на факультете Гриффиндора?       Протест и замечания девочки были встречены добродушным смехом и пояснением, что не важно, на каком факультете она учится, всё равно она останется ученицей Хогвартса, директором которого и является Альбус Дамболдор. То есть, фактически не имеет смысла факультет, а главное сам факт того, что за ней присматривает САМ!       Больше уговоров не потребовалось и разумный артефакт, после того как его надели на голову девочки, повздыхал разочарованно, обозвал факультет Гриффиндор каким-то непонятным словом на неизвестном наречии и вынес вердикт: Пуффендуй.       Из кабинета директора девочка вышла немного ошарашенная новостями, однако её мантия уже была перекрашена магией школы и встречали её друзья с распростёртыми объятиями. А когда она вернулась в гостиную уже своего факультета, старшекурсники встретило её радостным криком и похвалой, от чего Гермиона вновь расплакалась, но слёзы эти были, впервые за долгое время от счастья.       — Сколько времени? — внезапно спросила Лейла после уроков в конце недели.       — М-м-м… — задумчиво протянул Эрни, а Джастин только развёл руками.       — У нас ходячими часами является Элис!       — О-о-о-о! — немного раздражённо вздохнула Гермиона и взмахнула палочкой. — Хронос!       Перед детворой появились полупрозрачные круглые часы и стрелки на них показывали ровно пять вечера.       — Так. Все идём в больничное крыло! — безапелляционно заявила Поттер и двинулась в озвученном направлении.       — Чего это она? — удивилась Гермиона.       — Ей в шесть часов принимать зелья, а теперь она ещё и Элис проверяет, — вздохнула Ханна. — Мы все поочерёдно её проверяем, но Лейла ходит туда с завидной регулярностью…       Гермиона нахмурилась, задумавшись, потом внезапно побледнела, округлив глаза до размера галеона, и под конец своих размышлений как-то неожиданно покраснела до самых кончиков ушей.       — Герм? — удивился стоящий рядом с ней Эрни. — Ты чего?       — Н-ничего! — замотала девочка густой гривой и двинулась за Поттер.       Догнали прыткую темновласку уже у самого больничного крыла и вошли туда дружной компанией, да так и замерли в дверях.       У дальней части помещения местного отделения колдомедицины, напротив зеркала стояла их старшая (не по возрасту, а по характеру) подруга и медленно сдирала с себя бинты. Девочка была настолько поглощена процессом, что и не заметила их прибытия.       Ханна и Сьюзен почти синхронно закрыли своими ладошками парням глаза и вывели их в коридор, так как на теле Элис кроме бинтов ничего не было. А вот Грейнджер и Поттер никто выводить не стал, и они смогли пронаблюдать весь процесс разоблачения подруги фактически с самого начала и до конца.       Их старшая подруга выглядела ещё бледной, однако под бинтами ничего, кроме слегка розоватых рубцов, не обнаружилось. Сама же девочка, полностью избавившись от белых лент, выпрямилась и внимательно посмотрела на своё отражение. Как Грейнджер, так и Поттер с удивлением отметили факт того, что их подруга была не просто хорошо сложена, а имела фактически идеальное для её возраста атлетическое телосложение.       Под бледной кожей, каждый раз когда та двигалась, легко угадывались тугие канаты мышц. Не было той привычной их взгляду угловатости и сутулости сверстников. Плоский живот, уже отчётливо видная грудь, крепкие руки и ноги. Девочка стояла прямо, с гордо поднятой головой и… улыбалась своему собственному отражению. И было в этой улыбке что-то, что как привлекало внимание стороннего наблюдателя, так и отталкивало от себя, вселяя страх и ужас. Что-то… безумное? Безумно красивое и опасное.       Грейнджер поняла, что только человек подобного характера мог броситься на тролля, защищая посторонних ему людей. Она понимала, что Грейсон защитила её только постольку-поскольку, так как рядом была Лейла, но всё равно этот поступок вызывал уважение и ей захотелось стать этой странной девочке другом.       А Поттер для себя решила, что сделает всё, чтобы стать такой-же, как и её подруга. Такой же сильной и уверенной в своих силах. А ещё её почему-то кольнуло неприятное чувство, направленное на стоящую рядом Грейнджер. Впервые для самой Поттер желание делиться кем-то вызвало у неё дикое отторжение и протест.       Стоявшая перед ними девочка неожиданно глубоко вздохнула, развела руки в стороны и сладко потянулась:       — Хорошо-то как! — молвила довольная Элис, а потом хмыкнула: — И долго вы там ещё стоять будете?       …       М-да. Случайное представление для двух конкретных юных девиц принесло неожиданные открытия. Стоит подумать над этим в будущем, но сейчас есть и более важные дела и первое из них это ВЫБРАТЬСЯ НА ХРЕН ИЗ БОЛЬНИЧНОГО КРЫЛА!       Мадам Помфри, застукав меня на своих двоих, чуть ли лично меня не прикончила и силком запихнула обратно в постель. Наказав ещё сверху никуда не ходить, пить зелья и, вообще, дышать строго по расписанию. Короче, выпустили меня только спустя ещё неделю лёжки. Но провела я это время с пользой.       Во-первых, был разложен по полочкам мой «бой» с троллем и результат обследования откровенно не порадовал. Отвратительно. Ирука меня с потрохами бы съел за фактически «слив» драки. Убить противника, но отхватить предсмертный удар — вверх идиотизма. Ещё больший идиотизм был использовать Чидори против фактически каменной шкуры тролля. Моя рука банально застряла, и противник успел меня двинуть дубиной на прощание.       Также в первый пункт упала и обида на саму себя. Мир вокруг неизвестен и монстров тут ещё хватает, а тролль, судя по рассказам Хагрида, ещё не самая страшная местная животинка. Моё вяло текущее времяпрепровождения аукнулось с самой неприятной стороны. Чуть не сдохла и детвору напугала. Необходимо узнать больше о флоре и фауне окружающего мира.       Во-вторых, фуин вполне себе работает в здешних условиях, хоть я это выяснила и случайно с помощью Поттер. Девочка рассказала, что от нескольких ударов её защитила странная сфера алого цвета. Значит, против монстров фуин-барьеры вполне работают, а это как бы намекает не забрасывать сие искусство и буквально требует развиваться в этом направлении. Вполне возможно, я смогу найти ключик к противостоянию магии с помощью фуин-дзюцу.       Мои собственные амулеты разрядились, пытаясь удержать жизнь в тушке после удара дубиной. Дура я и не лечусь, блин. Перестала таскать на себе стандартный защитный комплект ещё проживая в лесу. Надо исправляться. И детворе свои амулетики раздать. На всякий. Пример Поттер и Грейнджер показал актуальность проблемы. Вот только как оформить их ещё не придумала…       Третий пункт, затронувший моё самолюбие: я забросила развитие. Это ЖИРНЫЙ минус и его необходимо как можно быстрее исправить.       Четвёртое — Рыжие Ублюдки. Но до этих тварей я пока добраться не могу ввиду того, что не знаю о системах слежения Хогвартса. Дамболдор бдит, и меня это останавливает от опрометчивых действий. Однако, как только я разберусь в местной системе охраны — будут трупы. Если у этих парней хватило смелости и наглости подставить нас троих так, что мы чуть не погибли, то и разговаривать с ними не имеет смысла. Приговор эти двое уже себе подписали и никуда от этого не денутся. День? Два? Неделя? Месяц? Годы? Один хрен я до них доберусь. А пока можно и поиздеваться, чтобы не забывали и вздрагивали при каждом шорохе. Ага.       Пятое — необходимо как можно быстрей поднять уровень минимум до пятидесятого и восстановить призыв. Вряд-ли это будут те же ксеноморфы, но хотелось бы иметь в своём распоряжении что-то быстрое и убойное. Желательно что-то плотоядное, быстрое и с большим количеством зубов, и острыми когтями. Магия магией, но от пропитанных чакрой клыков мало что может защитить. Проверено не единожды. Даже Шинигами, будь он трижды проклят и забыт, выл от боли, когда сцепился с моей Королевой. А это, скажу я вам, тот ещё показатель эффективности призывных монстров.       Шестое — восстановить арсенал оружия и печатей. Желательно изучить местный вариант фуин — руны. Что-то мне подсказывает, что местные руны работают по схожему принципу и это в разы увеличит мою эффективность.       Седьмое …       — Мисс Грейсон! — я вздрогнула от неожиданности, оторвала взгляд от блокнота и глянула на местную фурию, Мадам Помфри. — Я же сказала вам — никаких занятий!       — Всё-всё! — подняла я руки и, спрятав использование инвентаря за жестом фокусника, действительно убрала блокнот и карандаш.       Женщина нахмурилась, подошла к моей кровати, внимательно её осмотрела, заглянула под одеяло, чем вызвала у меня табун мурашек из-за лишившего меня тепла прохладного воздуха, глянула под подушку и требовательно протянула руку.       Я насупилась, но блокнот с карандашом всё-же отдала и женщина удалилась. Блокнот, правда, был другой и использовался для рисования карикатур на наших преподов и студентов, и если вдруг женщина решит его пролистать, то долго будет кататься от смеха. Проверено на Нимфадоре.       Ну ничего. Мне еще день осталось полежать и всё. Мадам Помфри обещала отпустить.       …       — Помфри? Как там наша юная героиня? — с улыбкой поинтересовался директор школы для волшебников, когда на вечернее совещание пришла их старшая медиведьма.       — Цветёт и пахнет, Альбус, — с улыбкой ответила врач, садясь на своё место за столом. — Дай Мерлин каждому такое здоровье.       — Если Элис здорова, то почему ты ещё не допустила её до занятий? — немного обиженным тоном поинтересовалась Помона.       Всё-же без поддержки столь юного дарования скорость накопления её факультетом школьных баллов успеваемости снизилась. Не значительно, но ощутимо. Только благодаря новоприбывшей Грейнджер удавалось сохранить прежний темп.       — Хотела кое в чём убедиться, — нахмурилась медиведьма. — Альбус, — директор вопросительно глянул на женщину. — То, что спасло жизнь девочкам, не является магией крови или какой-то врождённой способностью. Это, скорее, ближе к артефакторике.       — Что, прости? — удивился и поддался вперёд зельевар. — Необученная студентка владеет техникой изготовления артефактов? Я не ослышался?       — Точно так, — кивнула Помфри в подтверждение своих слов. — Ты не обратил на это внимания из-за того, что был сосредоточен непосредственно на повреждениях её тела. Я же, после того как её состояние было стабилизировано и выведено из опасной зоны, из любопытства изучила её вещи.       — И? — не выдержал Дамболдор.       — Бусы, — улыбнулась женщина. — Её сделанные из дерева расписные бусы, которые она постоянно носит в волосах. Они были расколоты, когда я их обнаружила, но несли на себе следы очень мощной живительной энергии. Именно они позволили ей после получения травм продержаться так долго и дождаться твоего прибытия, Северус. Полностью отдав свою энергию, артефакты распались, став не более чем деревянной стружкой в волосах девочки. Кстати, имея на руках такую информацию, я вызвала к себе юную Поттер и также её осмотрела. Нечто, подобное бусам Грейсон, было обнаружено и у Поттер. Лента для волос. Энергии в ней почти не осталось, но до этого момента обычная с виду ткань несла в себе защитное заклинание неизвестного мне типа. Я уточнила у Лейлы, откуда у неё эта лента, на что девочка сказала, что это подарок Элис и наотрез отказалась её отдавать.       — То есть, Элис умудрилась подарить девочке защиту и только благодаря этому Грейнджер и Поттер выжили? — удивилась Помона.       — Именно так, — кивнула колдомедик.       — Не прошло и полугода, а девочка всё больше и больше нас удивляет, — улыбнулся в седую бороду Дамболдор.       — Не то слово, — хмуро обронил Северус. — Надеюсь, она не станет, с помощью своих талантов никому портить жизнь?       …       — А!.. А!.. А-А-АПХУ-У-У-У! Блин! Не хватало мне ещё простудиться на радостях и пролежать здесь ещё неделю, — недовольно проворчала я и перевернулась на другой бок, сильнее заворачиваясь в одеяло. — И не забыть сделать себе печати обогрева… хр-р-р-р…