Вороны и яблоки

Хрупкий стан её был бесподобным неприступным сокровищем, подчеркивал его формы плотный вишнёвый корсет из него, припухлыми половинками, готовы были освободится прелестные, мягкие девичьи груди. Эппл Уайт была ещё прекраснее своей матери, молодая, румяная, её мягкое круглое лицо, созданное самими грациями, внушало трепет и восторг. Лилиями и розами стелилась её прозрачная, хрустальная кожа, ароматом весны изливалась она в обонянии, поражая людские сердца. Бледными, холодными пальцами женщина пробует на ощупь её припухлые бёдра, поглаживая их внутреннюю часть, стремится к неприступному юному бутону, скрытому за плотными юбками. У Злой Королевы было ещё достаточно времени позабавиться, чтобы снять с себя стресс, казалось бы, бесконечного заточения среди зеркал, и ничего его так не уничтожит, как прелестное, девичье тело дочери её ненавистной соперницы. Будоражило её холодную грудь не сколько факт имения в своём распоряжении такой восхитительной девицы, сколько осознание факта, кто конкретно ей принадлежал. Эппл покорно стоит на месте, не решаясь поднять свой взгляд, ведь там, впереди — отражение, честно демонстрирующее её положение и предательски выдающее выражение её лица. Эппл никогда не умела скрывать свои эмоции. — Ну же, глянь на себя, — холодным, требовательным тоном возгремел звонкий голос её Королевы. — Полюбуйся. Сейчас ты и правда, прекрасней всех на свете. Но Эппл настырно продолжала смотреть вниз, в сторону, где она не видела это похотливое шевеление под её платьем. Цепкая рука Королевы ощутимо погладила её по талии, стремясь вверх, и примяв дрожащую девичью грудь, жадно вцепилась в неё подобно вороньим когтям. С пухлых, алых губ слетел стыдливый, горловой вздох, который Эппл старательно пыталась спрятать за сомкнутыми губами. Это оживило Королеву, она посмотрела в зеркало, любуясь своим отражением, своим властным видом, к которому никак не могла привыкнуть. Свобода и власть опьяняли её. Своими острыми глазами она встретилась с Эппл взглядом и слегка улыбнулась. Всё таки тяжело такой красивой девушке долго не смотреть в зеркало. Золотистые, завитые локоны ниспадали вниз, они пахли сладкой карамелью, резкий приторный запах ударил Королеве в нос и глубоко вдыхая, женщина сладостно касается языком тёплой шеи. Эппл вздрагивает. Слизывая с яблочной оболочки сладкий молочный запах, она чуть пощипывает губами тонкую кожу, посасывая. Сладкая, как налитый персик. — Ты такая вкусная, что тебя хочется съесть, — издевается Королева. — Н-не надо меня есть, — смущённо лепечет Эппл пением амадина. — Я для вас слишком сладкая. — На такой случай я заварила нам чай, — шепчет Королева в шею девушки ледяным дыханием и мигом спускается ниже. Рука игриво приспускает разрез, прячущий за своими вишнёвыми, тканевыми ладонями, мягкую грудь Эппл. Распутные пальчики слегка заигрывают с персиковыми бусинками затвердевших сосков и непорочная дева не выдерживает, её коленки задрожали и она падает на пол, Королева посмеивается. — О-о, ты об этом ещё пожалеешь, — улыбается она. — Я же приказала тебе стоять на месте. — Я больше не могу, госпожа, — чувствуя невыносимую пульсацию внутри своих влажных лепестков, Эппл глубоко выдохнула. — Не могу стоять. Смилуйтесь. Королева снисходительно растянулась в улыбке, она села сзади Эппл, пытаясь обнять её своими худыми ногами. Узкое платье значительно препятствовало этому, она задрала подол юбки, тёплые, упругие икры, обтянутые тёмным капроном, обхватили худую, девичью талию. Королева снимает высокие каблуки, мягкая правая ступня сначала исследующе погладила Эппл по ноге, после чего плавно приблизилась к спрятанной за юбкой девичьей промежности. Королева слегка укусила Эппл за бледно-персиковый ореол соска, когда девушка отвлеклась на сдавленный стон, женщина надавила упругими пальчиками ноги на чувствительную мякоть её запретного плода и девушка вскрикнула, потеряв темп дыхания. — Что вы…?! — пугается она таким невинным возгласом, что хочется млеть в его звонких объятиях. Королеве нужно больше этих возгласов. Она зарылась острым лицом в пышную золотую пшеницу запаха карамели, снова делая глубокий вздох. Острый кончик носа тычет прямо в ухо, Эппл вздрагивает, ощущая каждую крошечную капельку, оставленную от обжигающего дыхания. Пальцы ног интенсивнее массажировали плотную ткань, Эппл сводит ноги вместе, на что получает укус. — Мне так стыдно! — восклицает юная принцесса. — Прекратите, пожалуйста! Королева улыбается, сладостно прикрывая глаза. Тонкие, длинные пальцы расставляют дрожащие ноги в сторону, задирая платье. В отражении Эппл лицезрела своё собственное нижнее бельё, за вуалью которого, набухли с влажным трепетом пухлые половинки. Девушка задыхается от стыда. Длинный, индиговый ноготок поддевает влажную ткань, заискивающе стремясь за нею спрятаться. Пальцы спускаются ниже, знакомясь со спрятанными малыми половыми губами, на мягких подушечках остаётся их влажный горячий след. От холодного прикосновения пальцев, в месте где сейчас принцессе невероятно жарко, Эппл тихо взвизгивает. Королева всё ещё смотрела в зеркало. Она снимает ненужное белье, несмотря на протесты его владелицы и отбрасывая в сторону, правой рукой ощутимо массирует лепестки её розового, горячего бутона, не забывая об объекте её недавней ласки. Эти груди слишком пленительны, чтобы оставлять их в покое. Дыхание юной девы окончательно сбилось, прежний темп забыт, сейчас ей казалось приоритетным не задохнуться, и свои собственные хриплые, глубокие вздохи то и дело сводили её с ума своим сладострастным звучанием. Эппл смотрит в зеркало. Её зеркальное круглое лицо наблюдало за собой томным, притупленным взглядом, принцесса выглядела очень развратно — это оскорбляло её непорочное нутро, и тем самым разжигало её обезумевший, от чужих прикосновений, цветок. — Госпожа, — срывается с её губ долгожданный стон и по своему пленительному звучанию он был прекраснее любого пения птиц. Подушечка среднего пальца Королевы надавила на девичий клитор и интенсивнее взбодрила его, женщина была так очарована, что непременно захотела услышать ещё. Эппл резко вздрогнула, подавшись назад от этого действия, но Королева лишь усилила скорость и юная дева закричала. Плод истёкся липким, сладким соком, до ноздрей Королевы донёсся приторно-свежий запах спелых яблок и Королева подумала о том, есть ли в этом манящем девичьем теле хоть какой-то изъян. Королеве непременно захотелось попробовать это яблочко на вкус. Она пробует пальцы, глаза её безумно заискрились и Королева глубоко охает. — Ты прекрасна, спору нет, — издевается она, но с неким восхищением. Рука её мигом вернулась обратно и чуть остывшая девушка, мигом дёргается на этот жест. Губы её разгорелись невыносимой пульсацией, отдаваясь в стенки влагалища. Эппл завертелась на месте, в попытке избавиться от этого ноющего желания чужого вмешательства, массажа её лепесткам было уже мало. Королева чувствовала под пальцами биение её разбухшего клитора и поняла, что королевское величество Эппл желает большего, по крайней мере, её голубых кровей влагалище уже истекало похотливым соком. Женщина прижимается щекой к шее принцессы, снова вдыхая прекрасный запах волос и кожи, смешанный с её сладким девичьим соком. Она облизала пухлые алые губы девушки, и Эппл, на этот жест, чуть приоткрывает рот. Королева удивлена, но приятно удивлена, ей захотелось попробовать эти губы. Цветочное дыхание прячется в Королевских зубах, женщина целует Эппл с лёгким причмокиванием. И пока принцесса была занята королевским языком, мягко ласкающим её десна, зловредная женщина плавно ввела палец во влажное, горячее лоно. Эппл с глубоким стоном выдохнула Королеве прямо в губы, её руки обхватили женскую ладонь, пытаясь отодвинуть, но рука лишь усерднее застремилась в эту влажную норку. — М-нет! — стыдливо восклицает Эппл. — Х-а-ватит! — Ну же, дорогая моя, — усмехается колдунья. — Ты так далеко зашла и не позволишь мне закончить? Посмотри вперёд. Принцесса нерешительно поджала губы. — Смелее, милая, — требовательным тоном вновь произносит она. — Посмотри на это. Интерес возымел над ней власть, и Эппл взглянула в зеркало. Она не верила тому что увидела, настолько развратное отражение, что девушка поперхнулась. В сочной мякоти её девственной сердцевины, преисполненный сладострастием, совершал свои похотливые движения длинный королевский палец, лишая её всяческой кандидатуры на чистую непорочность. Лицо её горело, ноги расставлены так пошло, что Эппл видела все детали последствий королевских ласк. Принцесса удивлённо застонала. — Госпожа! — воскликнула она. — Гляди, как ты прекрасна в моих руках, — шепчет Королева ей в десны своим холодом. — Как раскрываются твои лепестки, обнажая сочную фруктовую мякоть. Ты почти что созревший яблочный плод на ветке, и мне так хочется тебя сорвать. И с этими словами Королева подкинула хрупкую девушку, усаживая на своих ногах. В руке её возник гладкий, чёрный посох, с серебристым наконечником резьбы прожилок вороньих перьев. Королева хорошенько его облизала и приблизила холодным, плотным кончиком к клитору Эппл. От прикосновения холодной стали юная дева резко вздрогнула, попятившись, кончик повторил рельеф её раскрытых губ, покрываясь сладкими соками, он спустился вниз, где палец Королевы интенсивно размыкал сомкнутые мышцы её влагалища. Эппл глубоко выдохнула. — Расслабься, моя принцесса, — шепчет колдунья ей в ухо, своим обжигающе холодным дыханием, и с этими словами, наконечник плавно проник внутрь. Принцессу чуть не стошнило от тех чувств, что покрыли низ её живота притупленными пятнами, это неприятное чувство заполнения и никакого удовольствия, лишь ноющий импульс отбивающийся от холодной глади стали в её напряженных влажных стенках. Эппл отчётливо ощущала каждый рельеф, каждый бугорок на этом кончике, и казалось бы теряла от этого сознание. — Н-нет, я больше не могу, — принцесса нашла в себе силы вырвать из себя эти слова, хотя больше всего сейчас, ей хотелось помолчать. Но Королева была непреклонна, и верила в возможности тела Эппл лучше, чем она сама, и потому колдунья могла лишь облегчить процесс, но никак не остановить его. Женские пальцы припадают к дрожащим половым губам и с каждым движением, интенсивнее массируют мягкую, сокрытую между створками жемчужинку. Створки тоже не остались без её внимания, всего тремя пальцами Королева покрыла её нежную, мясистую раковину тщательными ласками. Губы Королевы припали к губам Эппл, и бережно выполняя все эти сложные действия, отвлекая этот хрупкий цветок в своих руках, от неприятных ощущений, Королева постепенно вводила свой твёрдый, влажный посох внутрь. Женщина могла поклясться, что сама будто бы ощущала как отворяются ворота её запретного доселе храма, навстречу её волшебному скипетру и как на это, реагирует сама Эппл, то и дело жалобно сводя свои тонкие пшеничные брови. Дойдя, как ей казалось, до нужного уровня, Королева аккуратно движет посохом назад, почти до конца, но не вынимая, а потом снова проникает внутрь. Девственные стенки принцессы постепенно, с каждым таким терпеливым действием привыкали. Чужеродное заполнение, под ласками её клитора, уже воспринималось гораздо приятнее, и Эппл расслабилась, между тем расслабляя свой напряженный, горячий пион. Тело становилось податливее, и ласковая Злая Королева даже как-то сентиментально усмехнулась — у её маленькой приспешницы получилось расслабиться. Первый раз всегда сложный — она сама это знала. Если бы только Рейвен была более мягкой в отношении к ней, то может мама и объяснила ей как происходит вся эта грязная чернуха после «долго и счастливо», но учить приходится не тех детей. Королева отрывает свой поцелуй и смотрит в зеркало. Поцелуем в щеку, она заставляет Эппл посмотреть тоже — ну разве не они сейчас на свете всех милее? Эппл улыбается и на более интенсивный темп Королевы, из её прелестного рта наконец доносятся прелестные стоны. Это больше были не громкие вздохи, а самые настоящие стоны, какие бывают только когда женское тело полностью удолетворено. И они были искренние, они пели прямо из самого горла и ни высотой звучания, ни темпом не контролировались их счастливой обладательницей. Эппл смотрит на себя в зеркало и думает о том, что она выглядит потрясающе. Вульгарная чистота и властный холод. Эппл так же подумала о том, испытывает ли Королева хоть что-нибудь? Её бы непременно оскорбило отсутствие каких-либо чувств, ведь в её руках такая бесподобная и горящая страстью особа, в руках её мягкие прелести, а она такая холодная. Эппл решила убедиться в этом лично, пока Королева была занята непосредственно её телом, рука принцессы занялась исследованием сокровенной чёрной розы. Она нащупала мокрые, набухшие губы и Королева глубоко вздохнула на её касания. — Что ты делаешь, негодница? — удивляется пошлым трепетом женщина. — Вы же тоже, — обомлела юная дева. — Ничего я не «тоже», — возмущается в ответ колдунья. — Но вы же не можете оставаться в таком состоянии дальше, — жалобно шепчет Эппл и Королева раздражённо усилила темп. Принцесса взвизгнула, резко дёрнувшись. Всё интенсивнее и быстрее, сопровождая свои действа влажным хлюпаньем. Симфония страсти — глубокое дыхание, чудесные стоны и чавканье. Эппл возбуждается от своего развратного зеркального вида, разгоревшись, в ярких чувствах она сама целует колдунью, жадно впиваясь в её рот. Ласковая Королева заслужила хотя бы это, раз так не хочет обоюдной ласки. — Госпожа! — срывается с юных губ последний стон и Эппл резко выгибает спину, упираясь лопатками прямо в упругие женские груди. Сладкий сок брызнул Королеве на пальцы, она сотворяет последние два рывка и чуть покручивает рукоятку посоха, чтобы окончательно добить её трепещущее нутро. Эппл падает в её объятья, покрывая острые скулы горячими, влажными поцелуями, постанывает прямо в её белую кожу. Королева млеет. — Мне нужен чай, — с властным оскалом, облизывает она свои тонкие липкие пальцы. — Сейчас-сейчас, — шепчет Эппл ей в щёки, — сейчас.