О полотенце, Финнике и дружеской шутке

Как только Китнисс с Питом покинули столовую, два победителя прошлых Голодных Игр, ставшие друг для друга гораздо большим, чем просто приятелями, уселись теснее друг к другу. Первой голос подала ухмыляющаяся Джоанна: - Как насчет небольшого розыгрыша? Финник ослепительно улыбнулся, обнажая все свои тридцать два зуба, когда она ему подмигнула, ведь это может означать только одно. - Это очень мило. - Ты сомневался? - В тебе? Ни разу. Она поманила его легким движением руки, и Одэйр, наклонившись вперед, внимательно прислушался к тихому шепоту союзницы. На лице растянулась широкая коварная ухмылка. *** Китнисс кинула раздраженный взгляд, поворачивая голову назад. Эти выходки победителей прошлых лет ей явно пришлись не по вкусу. Оставив позади себя невеселые мысли, свой номер и этаж своего Дистрикта, девушка спешно следовала к лестнице, ведущей на крышу. Больше всего «Огненной Китнисс» сейчас требовался свежий воздух – единственное, что может привести в порядок хаотичный поток бесконечных мыслей. Кстати, Пит, похоже, заодно с ними, ибо его попытки сдержать смешки полностью провалились, вызывая раздражение и негодование напарницы. За своими мыслями она не заметила, как подошла к двери. Эвердин почти с облегчением надавила на ручку, предвкушая, как легкие наполнит кислород, как ветер по-дружески потреплет волосы и словно унесет от этого места и этих людей, остудив голову. Дверь с шумом ударилась о стенку здания. Представшее перед ней зрелище, напротив, не освежило голову. Глаза Китнисс расширились от полноценного и неподдельного шока: Финник стоял у ограждения у края крыши. Нет, все было бы вполне сносно, если бы он просто там стоял и наслаждался видом. Одэйр же, похоже, только недавно вышел из душа: золотистая шевелюра была мокрая, на теле поблескивали капли воды (очевидно, он не счел нужным воспользоваться технологиями и машинами, которые за секунду могут высушить тело при нажатии одной лишь кнопки). Пушистое белое полотенце, намотанное на бедра, едва скрывало самое пикантное место. Рельефные мышцы и кубики не были закрыты майкой, словно специально представлены для обзора и любования. Китнисс хватило силы воли не открыть рот от подобного зрелища. Точнее, непонятно откуда взявшаяся злость на Финника переборола восхищение и шок от такого представления. Однако, при всех попытках скрыть свои эмоции, Китнисс все же потерпела крах: взгляд выдавал восхищение, а округлившиеся и широко раскрытые глаза продолжали оставаться размером с добрую монету. - Добрый вечер, милая, - сладким голосом поприветствовал Финник девушку с таким видом, будто не заметил выражения ее лица. Сгорая от смущения, злости и страха признаться себе в том, что Одэйр выглядит, мягко сказать, неплохо в одном лишь полотенце на фоне заходящего солнца, Китнисс процедила: - Я бы не сказала, что вечер добрый, Финник. - Правда? – с искренним удивлением поинтересовался секс-символ рыбацкого Дистрикта и мягко улыбнулся, будто говорит с маленьким ребенком. – Так жаль. Воцарилось молчание, в течение которого Финник добродушно и открыто улыбался, а Китнисс старательно выжигала в нем дыру, стараясь даже случайно не скользнуть взглядом вниз. Одэйр изрядно веселился, наблюдая, как лицо Китнисс багровело то ли от смущения, то ли от злости, то ли от всего сразу. - Не хочешь присоединиться? – снисходительно подал голос он, наклоняясь вперед в легком поклоне, но даже не рассчитывающий на то, что лишится своей накидки из-за элегантного и вежливого полупоклона: то самое белое и пушистое полотенце плавно скатилось вниз, не желая больше оставаться на теле у хозяина. Следуя лишь приобретённым рефлексам и инстинктам, Китнисс прикрыла лицо руками, по цвету похожее на спелый помидор. - Одэйр! – скорее от шока и негодования, чем от чего-либо другого возмутилась она. Без грамма стеснения, Финник поднял полотенце, закрепил его так же, как и раньше, и как ни в чём не бывало засмеялся. - Очень смешно! – процедила сквозь зубы Эвердин, убирая руки с лица. – Я лучше пойду отсюда подальше, - с этими словами она направилась к двери. Вдруг Финник залился таким звонким хохотом, что Китнисс, подумав, что тот сошел с ума, испуганно обернулась. Одэйр, вытерев выступившие от смеха слезы, начал объяснять ситуацию с розыгрышем. Сначала та непонимающе смотрела на него, как на умалишенного, лишь убеждаясь в правильности своей теории, но вскоре с каждым новым словом трибута все это стало гораздо больше походить на правду. - Джоанна вообще не хотела говорить, милая. Но я же не такой жестокий? – улыбнулся Финник, по-дружески приобняв ее за плечи. Китнисс сбросила его руки, вспыхнув от такой шутки, проклиная победителей и их бредовые затеи. Злобно сверкнув глазами, «Огненная девушка» покинула крышу, громко хлопнув дверью напоследок. Сначала Китнисс предпочитала дуться и не разговаривать с этой парочкой, впрочем, и с остальными без особого желания лишь перебрасывалась парой банальной фраз. Пит, как узнал об этой выходке, продолжительно смеялся и, обняв девушку, объяснил ей ситуацию: - Китнисс, разве ты не видишь? Все они: Финник со своим сахаром и полотенцем, Джоанна в лифте, Рубака с поцелуями. Они играют с тобой, потому что ты… - он никак не мог подобрать нужных слов для объяснения. – Ты такая чистая. Для Капитолия ты слишком чистая. Они тебя просто дразнят. - Они насмехаются! - Неправда, - наконец, Пит перестал смеяться и взял девушку за руки. – Ни в коем случае. Они приняли тебя, разве не видишь? Это дружеская… - Шутка, - закончила Китнисс и, устало вздохнув, удалилась в свои апартаменты. Финник заговорил первым, ибо ему поднадоело это игнорирование со стороны Эвердин. На этот раз во время обеда он пришел последним и подсел к трибутам из Двенадцатого, намеренно рядом с Китнисс, а не с Питом. Тот лишь понимающе усмехнулся, едва завидев Одэйра на горизонте и явно направляющегося в их с Китнисс сторону. - Даже не думай, - пригрозила Эвердин, кинув быстрый взгляд на Финника. Тот печально улыбнулся краешками губ. - Милая, может, хватит дуться? – устало проговорил он, получив такую явную порцию враждебности с самого начала. - Дуются шарики. И ничего подобного, Одэйр. - Очень мило, - оценил он, слегка приподняв брови, и сел за стол, элегантно закинув руку на спинку стула, слегка касаясь пальцами напряженной спины Китнисс. Вперив внимательный взгляд в «Огненную девушку», Финник, кажется, застыл. - Что? – раздраженно спросила Китнисс. - Буду дожидаться твоего прощения. - Не отходя от меня ни на шаг? – язвительно переспросила Эвердин. - Если потребуется, то – да. «Странные у него способы вымаливать прощение», - отметила про себя Китнисс, оглядывая трибута из Дистрикта-4. Но поглядев на серьезное выражение лица парня и окончательно убедившись, что он не шутит, девушка поняла, как недооценила этот способ. - Это угроза? – продолжала пререкаться Китнисс, хотя уже скорее из интереса и появляющегося азарта. На лице у Финника появилась слабая улыбка, и, пожав плечами, он невозмутимо ответил: - Скорее намек. - Мне даже интересно, - изогнув правую бровь, Китнисс уставилась в свой обед, совершенно не желая выдать взглядом эмоции. Финник явно преуспевал в своем плане обратить на себя не отрицательные, а положительные эмоции звезды 74-х Голодных Игр. - Интересно, что я умею намекать? – показательно удивился Одэйр. Китнисс не сдержалась и прыснула. – Тогда я удивлю тебе еще больше. - Неужели? - Представь себе, - таинственно произнес Финник, подмигнув. Китнисс была заинтригована, но внезапно вспомнила, с какой целью все это придумал Одэйр. - И чем же я заслужила такую благосклонность небес, как твое внимание? – съязвила Китнисс, переходя в наступление. Парень из Дистрикта-4 растянул губы в ухмылке, но не спешил обрадовать девушку ответом. Выдержав драматическую паузу, Финник наклонился вперед, ставя стул лишь на две ножки, и по-доброму прошептал: - Ты такая упрямая. - Ты согласен на ничью? – скептически изогнув брови, удивленно спросила Китнисс, словно не верит своим ушам. - Можешь даже записать на свой счет как первую победу надо мной, - с видом добродетели благосклонно разрешил Одэйр. Китнисс возмутилась, но уже сдерживая смех, а не злость, и хмыкнула с явно довольным видом. После недолгой паузы Финник спросил: - Ну что, квиты? - Считай, что да, - на этот раз подмигнула Китнисс. Стул с шумом опустился на все четыре ножки, лицо Финника украшала неподдельная, счастливая и широкая улыбка. Теперь Эвердин понимала, что имел в виду Пит под фразой «Победители приняли в свой круг».