Часодеи. Второе поколение

Викки стояла в шоке. Девочка попала прямо на десятый круг. Это её однозначно радовало, ведь отец, хоть и в шутку, но всё-таки сказал, что, если она рискнёт попасть на круг ниже восьмого, ей влетит. - Белоснежный ослик моего терпения, - Викки тяжело вздохнула, подперев рукой щёчку. Девочка достала свой часолист. – Боже, сколько новых сообщений! Да уж. Мать у неё паникёрша редкостная. А Викки хотелось свободы. Чтобы можно было гулять часами. Чтобы… да неважно. Девочка села на кровать и стала медленно покачивать ногами. Либо она слишком низкая, либо кровать слишком высокая, но она не могла достать ногами до пола. Амалия разбирала свои вещи. После эпичного разбора она пыталась хоть как-то приличнее уложить волосы. Не выходило. Кира немного нервно улыбалась. В голове девочка уже прокручивала всю школьную программу. Она любила читать. Читать учебники. Много читать учебники. Читать оче-ень много учебников Вот и сейчас девочка валялась на кровати с учебником по математике в руках. Викки крутила в руках часовую стрелу. Изящная, чёрная, чуть позолоченная в некоторых местах. Девочке очень нравилась её стрела. Девочка вышла в коридор. Ей страшно хотелось пройтись по общежитию. Может она даже встретит кого-нибудь. Девочка шла и оглядывалась. Стены были светлые. Неестественно светлые. Картины, встречающиеся каждые несколько метров, были роскошными, с позолоченной рамой, яркими или наоборот невероятно блеклыми красками. Девочка остановилась возле одной из картин. На ней были изображены несколько подростков. С удивлением, девочка отметила, что на картине их родители. Её мать, только моложе, в самом центре с каким-то симпатичным кинжалом в руках. Девочка увидела и отца. Вот кто точно почти не изменился за всё время. Правда, на картине он улыбался. Ямочки на щеках. Девочка уже привыкла к его улыбке. Он часто ей улыбался. Заметила она и тётю Захарру. Забавные куцые хвостики. Всё что сменилось в этой женщине это причёска. В остальном, она точно такая же. С озорными глазами карего цвета. - Что это ты там рассматриваешь? – послышалось за её спиной. Девочка уже узнала этот голос и едва слышно застонала от досады. Её двоюродная сестра – Ким, стояла прямо за её спиной, чуть раскачиваясь с носка на пятку. Викки развернулась и уставилась на неё. Чуть прищуренные голубые глаза и вьющиеся локоны платиновых волос. Ким была дочерью Дейлы. Но, как ни странно была в несколько раз симпатичнее своей матери в детстве. - Картину, - с каменным лицом выдала Виктория. Когда рядом с ней была Ким, она чувствовала себя странно. И смотрела на неё эта представительница рода Огневых (фамилия у неё была матери) так, словно придумывала план жестокого убийства. Нет, Викки вовсе не боялась её, но Ким была, как человек-тучка. Придёт, и всё солнечное настроение треуглу под хвост. - Вижу, - фыркнула Ким. – Запомни, мы с тобой абсолютно никак не связаны. Мы не родственницы, по крайней мере, в этой школе. Мы вообще не знакомы. - Не заговори ты со мной, я бы не стала с тобой болтать. Мне это также неприятно, - Викки чуть ухмыльнулась. Она знала один секрет Ким. Один большой секрет Ким. - Только скажи, сама знаешь что, кому-нибудь и я порву тебя на кусочки, малявка, - прошипела блондинка. - Ой, тоже мне, напугала, - ухмыльнулась Викки. Всего разница год, так какого чёрта малявка? Четырнадцатилетняя Кимберли Огнева, страшно любила Вальтера Ляхтича, который упорно её не замечал. Вернее не замечал её чувств к нему. Видимо, это наследственное. Викки, растеряв всякое желание, с кем-либо знакомится, направилась обратно в комнату. Девочка медленно прикрыла за собой дверь. Амалия, взялась за настройку заставки в часолисте, а Кира так и продолжала зубрить свою математику. Виктория медленно опустилась на кровать. Ей было неохота делать хоть что-то. Учебники казались слишком скучными, а информация в них – бесполезной. Её брату, однако, было повеселее. Он и его друг – Льюис, конструировали какую-то непонятную машину. - Дай деталь A, - выдал Деймон. Льюис покорно протянул ему чуть продолговатую железную трубу. Дей ловко что-то скручивал, привинчивал и подтыкал. Вскоре, из горы хлама получилась довольно любопытная машинка. - Получилось! – дружно обрадовались два парня.