Волчий след

      Ким Сехён хотела служить своей стае до конца жизни, делать всё во благо сородичей. С детства родители ей твердили, что когда Сехён вырастет — станет славным оборотнем. Но у судьбы оказались другие планы. Девушка не только не стала нормальным оборотнем, а ещё и вечно находила проблемы даже там, где их не было. Одной из них являлась вечная головная боль от солнечного света, коего в их деревне было предостаточно. Обычные солнечные волки получали от него силу и энергию, Сехён же лишь страдала.       Сехён быстрым шагом приближалась к дому, прикрывая руками глаза. Каштановые волосы слегка колыхались от лёгкого ветра и теперь неприятно липли к лицу, иногда залетая на голубые глаза.       — Сехён! — раздался совсем рядом голос матери. Она уже спешила к дочери, придерживая подол длинной юбки. — Снова?       — Так заметно? — нахмурилась девушка, не сбавляя скорости. Срочно нужно уносить ноги с солнечной поляны.       — С этим надо что-то делать. Может, всё-таки обратится к вожаку? Он много всего знает, наверняка подсказал бы, что с тобой, — сказала госпожа Ким, которая навязывала эту мысль дочери последние три года. Однако та не поддавалась никаким уговорам, отмахиваясь.       — Ты ведь знаешь мой ответ, зачем спрашиваешь? Сейчас зайду домой и всё прекратится, — попыталась улыбнуться Сехён, однако вышло не слишком убедительно.       Вожак стаи был замкнутым в себе стариком, который редко выходил в деревню. Многие оборотни считали, что он отошёл от дел из-за прогрессирующей болезни. Почти весь контроль стаи осуществлял его приемник — Ким Намджун. Он был сдержан, вежлив и нередко назначал наказания провинившимся, поддерживая порядок в деревне. Благодаря его знаниям и подходу к делам, у стаи появилось множество полезных связей. Но к нему идти не вариант. Может сдать в лабораторию для сдачи различных анализов, которые не скажут ничего нового.       Все окна в доме были завешаны шторами, поэтому сюда свет проникал в небольших количествах. Сехён искренне радовалась этому. Сейчас боль начала пропадать, а мозг начал работать с удвоенной силой. Жить так постоянно не самое приятное для оборотня.       Сехён легла на кровать и, задумавшись, не заметила, как уснула.       Сон прервал громкий стук в окно. Ким среагировала не сразу, но отодвинула штору, чтобы проверить кто это.       — Инха? — удивилась девушка, с трудом разглядев лицо подруги в темноте.       Пак Инха — подруга детства. Она была одной из немногих, кто не задирал Сехён в школе, зная о её проблеме. Однажды девушка спасла Ким, когда к ней в очередной раз прицепилась компания задир.       — Сехён~а, — произнесла Пак, приближая лицо к окну. — Тебе срочно нужно уходить отсюда.       — О чём ты? — непонимающе спросила Сехён. После сна мозг не очень хорошо воспринимал информацию.       — Твой отец... Сегодня он пошёл к вожаку и рассказал о твоих головных болях. Вожак принял решение, что в будущем ты можешь быть очень опасна для стаи. Он приказал схватить тебя сегодня ночью и доставить в лабораторию, — пояснила оборотень.       — Ну... Наверно, просто пройду осмотр и мне скажут диагноз? — предположила Сехён, понимая, что простым осмотром всё рано не отделается.       — В отсек С-3, — дополнила Инха.       Отсек С-3 хранил в себе множество тайн. Некоторые считали, что его вообще не существует, другие же боялись как огня. На памяти Сехён всего двух оборотней отправляли туда. Больше их никто не видел.       — Не думаю, что мои головные боли настолько серьёзные, — нахмурилась Сехён.       — Ты ведь до сих пор не можешь превращаться? Так вот, вожак считает, что твои головные боли и неспособность превращаться связаны, — сказала Пак.       Оборотни могут превращаться с пяти лет. Именно в этом возрасте детей учат контролировать свои силы и выясняют главный источник силы. У Сехён ничего никогда не выходило, сколько бы она не пыталась.       — Отец... Почему он это сделал? — прошептала Ким ни к кому не обращаясь. — Куда мне идти?       — Не знаю, куда-нибудь подальше, за пределы нашей территории, — ответила Инха, поправляя капюшон тёмной накидки.       — Но там соседние стаи! Меня же в клочья разорвут! — тихо воскликнула Сехён.       — С твоими головными болями ты попадёшься им слишком быстро. Есть одно единственное место, где ты не будешь обременена этой проблемой.       — Стой, ты ведь не хочешь сказать... — начала Ким, однако была прервана.       — Да, территория лунных волков. Не уверена, что они захотят оставить тебя в живых, но и другого варианта предложить не могу. А теперь собирай вещи и беги. Удачи.       Инха быстро глянула на подругу из-под капюшона и скрылась в тени. Если кто-то узнает, что она предупредила Сехён, то наказание будет обеспечено.       — Спасибо, — быстро сказала Сехён вслед подруге, после чего бросилась к шкафу.       Её ноша не должна быть большой или тяжёлой. Для этого идеально подходила старая походная сумка. Уже через пару минут в ней лежали запасная футболка, штаны, спички и фонарь. Больше взять не вышло, ибо пришлось бы выходить из комнаты, вызывая подозрения и ненужное внимание.       Сехён спрыгнула с окна и бросилась бежать в сторону востока, надеясь остаться незамеченной. Именно в той части леса находилась граница с лунными волками. Эта стая — полная противоположность солнечных. Они берут силу от лунного света, а ещё над их лагерем всегда царит темнота. Говорят, что их вожак безжалостен, когда дело касается нарушений границ. Лунные считали себя особенными, потому как это была единственная выжившая стая. Много лет назад произошло что-то, что убило всех лунных волков, кроме этих. Подробностей не знал никто. А в информации в книгах рысь наплакала. Даже самые старые оборотни в деревне не могли рассказать об этом, а вожака спрашивать побаивались.       Сехён бежала, едва дыша. Лёгкие горели огнём, адреналин в крови зашкаливал, а воздух пропитался атмосферой опасности. Вот она, граница, выложенная большими валунами. Ещё немного — и она ступит на запретную территорию, о которой так много слышала с детства. Они с Инхой находили множество книг, посвящённых этой теме. Но в основном в них было написано о том, насколько лунные волки любят проливать кровь врагов и возвращаться в лагерь с какими-либо трофеями. К примеру, зубами или когтями убитых.       — Простите, — шепнула Ким, развернувшись лицом к лагерю. Она не сможет вернуться, даже если выживет сейчас. Её назовут предательницей, выгонят из стаи уже официально, а может и вовсе, как и планировали, отправят в сектор С-3 ради экспериментов. И никто не узнает, что девушка была предана стае до конца. А какой будет реакция родителей на такое решение единственной дочери?       Делать первый шаг было страшно, поэтому Сехён медленно-медленно побрела наугад, теперь уже на север. Лунные ведь уже должны были отправить пограничный патруль? Пока никого не видно. Вокруг мёртвая тишина, создающая ощущение, что лес заброшен. Но ведь это только на первый взгляд, да? К примеру, сейчас где-нибудь поблизости вполне спокойно мог бродить какой-нибудь лунный волк, жаждущий перегрызть глотку нарушителю.       Оборотень остановилась возле сосны и, оглядевшись, села на землю. Сил брести дальше не было. Становилось прохладнее, поэтому Сехён достала из сумки запасную футболку и положила под неё руки. Хоть какое-то тепло.       — Чёрт, нельзя спать, — пробормотала девушка, зевая. Не смотря на то, что она спала не так давно, здесь, в этом тихом и холодном месте, её клонило в сон.       Последним, что Сехён видела перед тем, как закрыть глаза и окунуться в пучину беспокойного сна — колыхание кустов напротив. Кажется, совсем рядом что-то рычало.       Волки? Её так быстро нашли?